ГЛАВА 12

Ну вот, теперь еще придется соревноваться с какими-то мужиками в кулинарном искусстве.

Ловлю ухмылку Арчибальда. Серый негодник шкодливо фыркает в усы и подмигивает: “Не бойся, прорвемся!”

Я лишь пожимаю плечами: да я как бы волнуюсь не за себя, а за тех самых конкурентов. Что ж, пойдем посмотрим, кому там сегодня не повезло.

Кухня мне понравилась. Конкуренты - нет.

Просторная, светлая кухня занимала правое крыло особняка на первом этаже. Рабочие зоны были продуманы и тщательно спланированы: ни одной проходной, все удобно и функционально. Несколько больших холодильных шкафов. Две печки на десяток огненных элементалей. Отдельно плита для кастрюль с самыми мелкими огневиками. Они обычно и самые шустрые, но зато полны огня и жара. Рядом вход в кладовку и погреб, где хранились овощи, вяленые и сушеные заготовки, специи и соусы.

Портило все это великолепие только одно, точнее четыре. Именно столько конкурентов собрались побороться со мной за право накормить Инквизитора.

Один, кстати, невысокий лысый толстячок, говорливый и улыбчивый, оказался довольно приятным. Отвешивал комплименты и шутил, хотя скорее всего он просто не видел во мне конкурента.

Еще двое каких-то одинаковых с лица северян. Худые и жилистые они передвигались по кухне словно смерч, заставляя вздрагивать каждый раз оказываясь за спиной совершенно неожиданно. Как я поняла. они и были братьями и работали в паре.

И самый неприятный - высоченный черноволосый южанин, назвавшийся Натаном. Вот этот лишь брезгливо цедил сквозь зубы, без конца крутил шеей, будто ему давил воротничок слишком тугого кителя. От того этот самый воротничок хотелось сдавить еще туже.

После короткого знакомства и ожидания, вновь появился дворецкий, сэр Берроуз, и объявил, что у нас есть ровно один час, чтобы приготовить любое блюдо из продуктов, которые есть на кухне. После чего неспешно удалился.

В ту же минуту на кухне начался апокалипсис. Я не успела даже “охнуть”, как мои конкуренты буквально смели из холодильных шкафов лучшие отрезы мяса, оставив мне котлетную некондицию и реберные пластины.

Даже толстячок-добрячок лишь виновато прищуривал глаза: мол, ничего личного, только работа. Но при этом цепко держал в пухлых ручонках два стейка мраморной говядины, всем видом показывая, что будет за них драться не на жизнь, а насмерть.

Даже забавно, почему-то повара все как один решили готовить именно основное блюдо и именно мясное. Возможно сработало народное то самое - инквизиция, значит пытки, допросы и смерть. А значит, Дайрен Ар-Ронто просто обязан обожать кровавый стейк сырой прожарки.

Правда, у меня было одно преимущество: я точно знала, что Дар терпеть не может грибы, (которые сейчас как раз нарезал толстячок) и больше всего любит рыбу.

Ох, надеюсь, за восемь лет у моего бывшего жениха не появилась внезапная любовь к лисичкам и аллергия на морские гребешки…

Почти пять минут ушло на то, чтобы собрать все ингредиенты по холодильным шкафам и кладовкам. На разделочный стол попали несколько видов рыбы и морепродуктов, а еще целая батарея бутылочек и пакетиков со специями. Нашлась и большая кастрюля, глубокая и удобная.

- Похлебка рыбаков? Серьезно? - удивился один из братьев-северян, как обычно внезапно возникая за моей спиной.

К разговору тут же подключился и Натан, брезгливо осмотрел мой набор и скривился:

- Буйабес? Ты собралась удивить Инквизитора рыбным супом? Аха-ха! Еще шакшуку приготовь! А чего, ты должна знать толк в яйцах, если ты понимаешь о чем я, - расхохотался он собственной сальной шуточке.

- Смешно, да, - согласилась я, нарезая камбалу полосками.

Мужчины лишь фыркнули и отошли. Зато рядом тут же возникла умильная серая морда в форме привидения (на кухню кота в виде кота не пустили, но Арчик не сдался), которая облизнулась и прогундосила:

- Ох, что же ты со мной делаешь?.. Что творишь?! Так же и сердце не выдержит! Надеюсь, у твоего Инквизитора тоже и это все достанется мне.

- Сплюнь, дуралей, - беззлобно отозвалась я и потянулась за креветками.

Рыбные заготовки остались ждать своего часа, а в кастрюлю с толстым дном прямиком в разогретое масло отправились лук, морковь, фенхель с чесноком и сельдереем. Подумав, я решила добавить еще и белые перья лука порея с чесноком.

А теперь восемь минут мешаем и еще две с томатной пастой…

Эх, как жаль, что нельзя пользоваться магией! Все же я привыкла на кухне ни в чем себе не отказывать. Чувствую, если я пройду это собеседование, то сойду с ума просто от невозможности использовать самые простые заклинания, чтобы помешать, взбить или перетереть.

Добавив в кастрюлю рыбные ингредиенты, воду и стакан белого с веточками тимьяна и лепестками шафрана, я вернулась к разделочному столу. Пока суп будет вариться можно заняться соусом. Именно он играл главную скрипку в этом оркестре. Теперь главное…

Сзади что-то грохнуло и взорвалось со звуком гномьей гранаты. Гранатой оказалась банка с солью, разбитая вдребезги.

- А что это вы, милейший, делаете возле моей кастрюли?.. - поинтересовалась я, поворачиваясь на грохот.

Рядом с плитой обнаружился и дерганый Натан, который недоуменно сидел на полу, ощупывая тощий зад.

- Абсолютно ничего, - вздернув “гусиную” шею, мужчина прошествовал мимо, возвращаясь к своей печи, в которой уже запекалось жаркое. - Много о себе думаешь.

- Да соли он сыпанул туда, глиста на ножках! - возмущенно рявкнул мейнкун на всю кухню, благо его никто кроме меня не слышал, и похвастался. - Но я успел ему подножку поставить. Я - молодец?

- Молодец, - похвалила я довольного кота. - А вот он - урод…

- Ясное дело, - согласился кот, - давай его проклянем, а?

- С ума сошел?! Я не могу здесь колдовать!

- Ну тогда просто ногу сломаем? - внес Арчи контрпредложение.

На деструктивное, хоть и заманчивое предложение пушистого напарника я лишь вздохнула. И с замиранием сердца потянулась к ложке, снять пробу и понять: уже разворачиваться на выход или еще можно погодить?..

Та-ак… И все же пересолено, причем так, что пациент скорее мертв, чем жив. Но варить новый буйабес я точно не буду. Все равно не успею. Тридцать минут из часа на варку бульона мне обратно никто не вернет.

Но, в конце концов, не зря я специалист по зомби. Попробуем слепить из этого умертвия невесту на выданье!

К тому же мне, можно сказать, повезло дважды. Во-первых, что хитросделанный южанин влез именно на этом этапе, пока я сама еще ничего посолить не успела и не добавила цитрусы и морепродукты, а во-вторых, потому что еще не был готов соус “Руй”, который готовился из пяти кусков белого хлеба и трех желтков и в который тоже нужна была соль.

И сейчас мне просто надо рассчитать количество продуктов на то конечное содержание соли, которое уже растворилось в бульоне.

Быстро протерев через сито содержимое кастрюли, я вернула его обратно и схватила спелый лимон и апельсин, натирая ароматную кожицу на терке. Да, кислота хорошо убирает соль и я надеялась, что цедры хватит…

Вернув кастрюлю на плиту, я довела содержимое до кипения и вздохнула. Именно сейчас я сама должна была посолить суп.

Но вместо этого мстительно бухнула в кастрюлю филе рыбы-меч, камбалу, хвост лобстера, креветки и морские гребешки. Ох и навар же будет! А, кроме того, рыбные деликатесы тоже впитают в себя большую часть соли.

А теперь - соус!

Белый хлеб уже размягчился в молоке и податливо соединился с яичными желтками, специями и винным уксусом. Хм-м… жидковато. Значит, больше хлеба - богу хлеба! И чесночка!

Надеюсь, целоваться Дайрен ни с кем не собирался?.. Правильно! И не соберется!..

Ой, да к фоссам поцелуи! Я б и сама не поменяла такой суп на романтику. Зачерпнув получившуюся янтарную амброзию, я сняла пробу и удовлетворенно опустила ложку. О да, царский буйабес готов! И это было вкусно!

Сзади вновь раздался жуткий вопль, но в этот раз я торопливо прикрыла кастрюлю крышкой и лишь потом недовольно развернулась на крик.

Да кого там фоссы жрут?!

Зрелище потрясало… своей комичностью.

Натан, который наконец вытащил свое жаркое из духовки, пытался посыпать мясо приправой из крупной соли и свежемолотого перца, разных видов. А рядом сидел невидимый для всех призрачно-зеленый мейнкун и с огромным удовольствием и всей широтой щедрой кошачьей души лупил его лапой по руке.

Ух, сегодня у Инквизитора будет чесночно-перчененький обед! М-м-м!

- Что, достопочтенный, руки трясутся? - ухмыльнулась я, глядя, как Натан, наконец, убирает перечницу, и скорбно смотрит на дело рук своих. - Или совесть замучила?

- Это ты - ведьма?! - взревел Натан, хватаясь за рукоять филейного ножа.

- Где?! - искренне удивилась я и демонстративно указала на угол кухни, где висел простенький, но мощный артефакт-уловитель заклинаний. Такие любят использовать, например, в тавернах, чтобы пресекать выходки пьяных студентов-недоучек. И, конечно же, госорганы и незабвенная инквизиция.

Южанин тут же заткнулся, чему особенно способствовали насмешливо-сочувственные взгляды остальных “собратьев” по кухне. Похоже надменный Натан достал не только меня.

Буквально через минуту на кухню заглянул сэр Берроуз, невозмутимо оглядел нашу поварскую компанию, объявил, что время вышло и всем надлежит обождать за дверями кухни.

Выходила я последней. Ловко поймала призрачного кота за ухо и прошипела:

- Арчи, не подводи меня под монастырь!..

Кот вытаращился на меня с видом невинно оскорбленного и уплыл по коридору, неторопливо загребая лапами воздух. Вот же! Непрошибаемый!..

Ждать пришлось почти час. Уж не знаю, что они там делали с нашими блюдами. Проверяли на все известные яды и проклятия или ели всем особняком по очереди микродозами. Но когда наконец вновь объявился дворецкий я уже сама была готова идти искать Дайрена и требовать компенсации за моральный ущерб.

А что? Считаю за ожидание в компании напыщенного сноба Натана еще и за вредность неплохо бы приплатить!

- Прошу за мной, - объявил Гарри, - Его Светлость хочет лично переговорить со всеми кандидатами.

Пришлось тащиться за Берроузом куда-то на второй этаж. Мимо всех этих портретов, мозаик, статуй и доспехов. Вычурно и… Ой, да ладно, к фоссам! Скажем честно, особняк был потрясающе красив. Уж не знаю, как архитектору удалось так совместить аристократические изыски и настоящий домашний уют. Но находиться здесь действительно было приятно.

Первым на аудиенцию пригласили того самого приятного толстячка.

Вылетел он из кабинета Инквизитора спустя пять минут красный, как вареный рак, дёрганый и злой.

- Чокнутый!.. - вполголоса прошипел толстячок. - Мы ему тут что, в личную охрану Императору устраиваемся?! Или только из тюрьмы вышли?!

- А что так? - поинтересовался один из братьев-северян.

- Чтоб вы понимали: он на кристалле Иланны проверяет! - вновь возмутился толстячок и передразнил, явно копируя голос Дара: “Есть ли у вас намерения причинить вред кому-либо в этом доме?”

Что?.. Чувствую, как холодеют кончики пальцев, а время словно замирает.

Тррэш-ша! Дайрен себе не изменяет. Ну и как я пройду этот опрос? У меня намерение навредить как раз было. Точнее желание украсть что-то из дома, кристалл точно расценит, как вред хозяину.

- Следующий, Натан, - высунулся из кабинета дворецкий.

Ох, может быть меня меня этот этап пронесет? Кажется, в прошлый раз мы выяснили с Дайреном все вопросы…

Жду, нервно сжимая в руках полы платья и пытаюсь придумать выход, но как назло в голову ничего не приходит.

Наконец, приглашают и меня. Последней. Ну да, Берроуз же не мог не оставить меня в конце, заставив дожидаться пока пройдут остальные четверо кандидатов-мужчин.

Рабочий кабинет Инквизитора большой, светлый и уютный. Огромное окно слева открыто и выходит окнами в сад. Там же стоит и большой письменный стол из редкого северного кедра. На нем множество документов и уже знакомый кристал Иланны в дорогой бронзовой оплетке. На правой стене огромная полка с сотнями книжных томов.

Сам хозяин особняка стоит у окна, спиной ко входу. Слышит мои шаги и поворачивается на встречу, а я замираю, изучая такие знакомые и позабытые черты.

Высокий, кажется даже выше, чем в моих воспоминаниях. С моим ростом я едва достаю ему до подбородка. Короткие каштановые волосы и пронзительные синие глаза. Красивая загорелая кожа, наверняка в дороге в бесчисленных командировках, в которых я знала по слухам он провел последние три года…

Красивые чувственные губы изогнуты в улыбке… И эта улыбка совсем не вяжется с цепким глубоким взглядом, который словно заглядывает в душу.

А еще аура светлого архимага - пьянящая, как пузырьки шампанского. И одновременно мощная, как волны на южных морях архипелага, куда приезжают те сумасшедшие любители покататься на деревянных досках.

Вдруг ловлю себя на том, что нервно облизываю губы. И понимаю, что только что приковала к себе излишнее внимание мужчины этим фривольным жестом.

- Вы все же пришли, - говорит Дайрен с легкой улыбкой - Надо будет отчитать Берроуза за то, что он сразу не доложил о том, что вы решили принять мое приглашение. Тогда бы не понадобилось вот это все.

- Что ж, это был интересный опыт, - я пожимаю плечами, не развивая тему.

- Прошу, присаживайтесь, Мелисса. Как ваша голова?

- Голова?.. - вопрос заставляет искренне задуматься, пока я устраиваюсь в мягком кожаном кресле.

Так, причем тут моя голова?.. О чем он вообще?..

Ах, ты ж! Точно же! Как-то события последних дней, а точнее горящая… кхм, филейная часть, заставили забыть о разбитом в сражении с Арамором виске.

- Спасибо, Ваша Светлость. Благодаря Вашей помощи, все отлично.

- Я рад… В том числе, что вы пришли и вновь приятно удивили своими кулинарными талантами. Даже мой дворецкий вынужден был признать, что вы великолепны в своем ремесле.

- Благодарю, Ваша Светлость.

- И так как мы с вами большинство вопросов выяснили еще в прошлый раз, то сегодня он будет лишь один, - продолжает Дайрен.

Я внутренне напрягаюсь, как тетива лука, которую вот-вот отпустят. И даже не сомневаюсь, что это будет тот самый вопрос, которого я так боюсь.

Но вопрос так и не слетает с губ мужчины. В коридоре вдруг слышиться дробный стук каблуков и дверь распахивается так резко, что ударяется о стену. Дайрен недовольно и недоуменно вскидывает подбородок, глядя на появившуюся на пороге Каролину аль Лавимини.

Блондинка кажется заплаканной, но при этом выглядит идеально: прическа волосок к волоску, роскошное платье и драгоценности. Девушка всплескивает руками и заливается слезами, бросаясь к мужчине и всхлипывая на ходу:

- Дайрен, любимый! Такое горе: мой дедушка Ришар сегодня умер!

- Как?! - восклицает герцог и оборачивается ко мне. - Мисс Леро, подождите в коридоре.

Я склоняю голову, тихо борчу “Конечно, Ваша Светлость” и медленно иду к выходу, чувствуя, как сердце хватает ледяная рука горечи и сожаления.

Клятва Смерти все же догнала старого герцога аль Лавамини… Клятву, которую он дал за всех тех, кто был посвящен в нашу сделку и не сдержал ее.

Выхожу прочь и, прикрывая дверь вижу, как блондинка рыдает в объятиях Дайрена. Вид этой сцены окончательно разрывает меня на клочки, замораживает в ледяном огне безысходности. И я просто без сил опускаюсь на скамью, обхватывая себя руками, в попытке согреться.

Спустя десять минут перед кандидатами вновь появляется дворецкий. Сэр Берроуз оглядывает нас и говорит:

- Мисс Леро, поздравляю, вы приняты на работу. Остальных прошу извинить, я провожу вас к выходу.

- Вы взяли ее?! Женщину?! - почти визжит Натан, явно не в силах поверить, что такое могло произойти.

- Вы хотите оспорить решение Его Светлости? - резко бросает дворецкий.

На такое Натан конечно не подписывался, поэтому тут же затыкается, хотя смотрит все еще недовольно, а после разворачивается и уходит вслед за братьями-северянами.

- Мисс Леро, - любезно продолжает Гарри и представляет миловидную девушку в коричневом платье и белом чепчике, - это горничная Эмма. Она покажет вашу комнату. Можете заселяться и утром приступать к работе. Я чуть позже расскажу вам основные правила дома. И… добро пожаловать.

Я лишь киваю и тяжело поднимаюсь на ноги. Что ж, молодец, Мэл, дослужилась из невест в кухарки.

Ну, здравствуй, милый дом!