Глава 11

POV Лиля

Слоняюсь по магазину, рассматривая клетки с животными и полки с кормами и витаминными добавками. Может, купить что-нибудь Фуфушке, порадовать любимицу? Сонный продавец залипает в телефоне, до меня ему нет абсолютно никакого дела, и это очень кстати. Поглядываю через витрину на улицу, отмечая всех, кто покидает клуб. Приглашенные блогеры и журналисты выходят один за другим, вскоре уходит и персонал, ведь до начала вечерней смены еще несколько часов, а вот Егор и Лена остаются внутри. Интересно, чем они там заняты? Налаживают отношения? Проверяют на прочность столы?

Впиваюсь зубами в нижнюю губу, сжимая в руках коробку с вкусняшками для домашних крыс. Как же меня все достало! Я понимала с самого начала, что будет нелегко, но чтобы так! Это расследование было увлекательной игрой, помогающей мне сохранить вкус жизни, не потерять стремление и способность шевелиться. После расставания с Гошей единственное, чего мне хотелось, так это закрыться в своей комнате навсегда, чтобы больше не… не чувствовать. Вообще. Ничего.

Вздох слетает с приоткрытых губ, и я усилием воли заставляю себя вынырнуть из воспоминаний и сосредоточиться на настоящем. Наконец из подвала выходит черноволосая бестия. Не могу разглядеть выражение ее лица, но в какой-то момент вдруг кажется, что она смотрит мне в глаза. Быстрым движением скрываюсь за одним из стеллажей, уходя с линии ее взора. Выждав десять секунд, вновь выглядываю на улицу и вижу, как возле клуба останавливается такси. Любопытно, сколько стоит поездка в ад?

– Девушка, может быть, вам что-то подсказать? – лениво спрашивает продавец.

Вдрагиваю от неожиданности и вежливо отвечаю:

– Нет, спасибо. Я пока смотрю.

– Ладно, – бросает он и ныряет в мир мобильника.

Мысленно прохожусь по списку. Если я ничего не упустила, а я не упустила, то в «Тайной комнате» сейчас только Егор и Гратис. Ну или тот, кто пытался закосить под него.

Сейчас!

Направляюсь к двери и уже касаюсь пальцами ручки, как ярко-рыжий отблеск в лучах солнца привлекает внимание. По тротуару легкой походкой шагает Тим. Широкие белые штаны, красная футболка, а на плече болтается ветровка. Задорный и беззаботный, как и всегда. Что он здесь делает? Проверяю на всякий случай телефон, пропущенных звонков нет. Сомнения и удивление влияют на реакцию тела. Я стою перед дверью и вижу то, что буквально парализует меня. Егор выходит из клуба, а за ним высокий худой парень в черной кепке. В его руке горчичного цвета толстовка, псевдо-Гратис был в ней, а значит, это он и есть. Тим продолжает двигаться в их сторону. Сердце замедляет ритм, кажется, вместе с ним и время начинает идти куда медленнее. Егор закрывает ворота, что ведут в подвал, Тим тормозит рядом с соседним крыльцом, что-то говорит, и все трое смеются. Чего вообще происходит?! Парни обмениваются рукопожатиями, вместе поднимаются по ступеням и заходят в дом.

Тело тяжелеет. Горячая волна чувств поднимается вверх от кончиков пальцев ног и ударяет жаром в голову. Что это было сейчас? Что здесь делает Тим? И почему он знаком с Егором? Воспоминания мелькают слишком быстро, но этого достаточно, чтобы уловить одну важную деталь. Там, на парковке, когда Тим впервые предложил отвести меня на работу, мы видели Егора, и парни явно не знали друг друга. Или все-таки знали?

Вопросов все больше, интуиция бьет тревогу. Ниточки, у которых нет конца, неразгаданные тайны и ходы, которые я раньше не замечала, превращаются в ураган и хлещут по щекам, точно еловыми ветками. С силой толкаю дверь и бросаюсь в жаркий весенний день. Даже солнце сейчас не такое озлобленное, как я. Меня дурят! Причем не один человек! Стараюсь остудить голову, мыслить рационально, но… Черт возьми! Как же это сложно!

Друзья? Да, Тим?

Удивительная я, значит? Да, Егор?

Что за игру вы ведете?

Поддавшись импульсу, перебегаю дорогу, но останавливаюсь рядом с крыльцом, не решаясь подняться по ступенькам. Если они от меня что-то скрывают, то нет никакой гарантии, что сейчас я услышу правду, даже если ворвусь в дом. Смотрю на дверь подвала, и меня озаряет.

Вот оно! Точно!

Достаю из сумки связку ключей, которые любезно «одолжила» мне Лена. Остается надеяться, что там есть ключ и от входа. У менеджера он должен быть. Опаляющая ярость сменяется холодным спокойствием, ошибок быть не должно. То, что я сейчас делаю, незаконно, но не время думать о правилах. Время получать ответы. Прикладываю магнитный ключ к замку, звучит тихий щелчок. Закрываю калитку за собой и спускаюсь в «Тайную комнату». Как символично. Усмешка трогает губы, но так же быстро исчезает.

Знаю, куда мне нужно. Не включаю свет и двигаюсь по залу очень тихо, в надежде, что на этот раз план сработает. В гримерке непроглядная темнота, но фонарик на телефоне быстро решает эту проблему. Вижу лестницу, ведущую вверх к люку, и в полной тишине помещения слышу громкие голоса, доносящиеся с потолка. Осторожно поднимаюсь по узким ступеням, затаив дыхание и отстранившись от лишних мыслей. Выводы потом, сначала информация.

– Да послушай ты! – кричит Тим.

– Лысый, ты совсем идиот?! Почему ты не сказал мне сразу?! – в тон ему отвечает Егор.

– Я собирался, но ты же у нас теперь бизнесмен, все время занят! Я же как лучше хотел! Решал, между прочим, ваши проблемы!

– Что здесь вообще происходит? Мне не хотите объяснить? – Третий голос мне незнаком, скорее всего, это тот самый псевдо-Гратис.

– Заткнись, Длинный! – обрывает его Егор. – Если бы ты нормально подготовился, то не накосячил бы с ее вопросами.

– Этих вопросов не было в списке! И я готовился! Знаешь, как тяжело, блин, изображать тебя все время! На фига я вообще в это ввязался?! Мы так не договаривались!

– Так! – говорит Тим серьезно, но уже намного спокойнее. – Угомонитесь, лады? Осталось всего две недели, и мы у цели. Потом все это будет уже не нашей проблемой. А ты, Длинный, не скули. Разве не ты хотел славы и всеобщего обожания? Думал, будет легко? А вот нет!

– Хотел, но откуда мне было знать, что из-за какой-то девки все пойдет по…

– Выбирай выражения! – яростно рычит Егор.

– Да она ненормальная! Вцепилась мертвой хваткой!

– Все! – взрывается Тим. – Хорош! У меня, между прочим, все под контролем. С Лилей мы в кентах, она меня слушает.

– Да? Как это вообще произошло? Расскажи-ка поподробнее, – недобрым тоном требует Егор.

– Спокойно, Курчавый. Чего ты так напрягся? После ее поста о связи Гратиса с тобой и истерики Длинного, что все пропало, я решил спасти ваши задницы. Написал ей от имени Гратиса и понял, что девочке просто грустно и скучно, а потом случайно встретил ее в кофейне рядом с домом. Разве это не судьба?! Она, братишки. Так и нашелся выход. Я развлекал ее тайной охотой на Гратиса, уводя дальше от следа. Вот и все, все счастливы. Наша сделка не под ударом, Лилу Холмс развлекается. Да вы должны мне в тазике ноги мыть, а потом эту воду пить! Выдыхайте. Все будет нормально.

– Не будет, – тихо говорит псевдо-Гратис. – Она мне сегодня сказала, что все знает. Знает, что я ненастоящий!

– Блин! Лиля как-то упомянула, что виделась с ним, – продолжает Тим. – С настоящим, по ее словам, Гратисом. Но этого не может быть, верно?

Повисает долгая пауза. Дыхание останавливается, ладони жжет облупившаяся краска на деревянных брусьях.

– Верно? – переспрашивает Тим с напором. – Вот же… Черт! Егор! Какого фига?!

– Я был осторожен! И я, мать твою, не знал, что ты играешь с ней в детективов! И не знал, что она сегодня появится здесь! Думал, она немного успокоится и больше не будет так отчаянно пытаться разоблачить Гратиса. Если бы ты сказал раньше… Если бы… Дерьмо!

– Боги! Что за друзья мне достались? – расстроенно произносит Тим. – Егор, ну ты-то куда? Это ведь твоя идея! Разве тебе не нужны бабки?!

– Нужны, – сдавленно бурчит Егор.

– Если она догадалась… Если напишет об этом в своем блоге до концерта, то не видеть нам никакого контракта! Ты это понимаешь?!

– Да все я понимаю, не ори!

– Ладно, – шумно вздыхает Тим. – Возможно, она догадалась, но не все еще потеряно. Я поговорю с ней, постараюсь переубедить и сбить с этого следа. Завтра мы идем в Академию искусств, будем искать Гратиса там. Я подумаю, что можно сделать, чтобы добавить в ее список еще одного подозреваемого и немного запутать. А вы оба просто сидите и не высовывайтесь!

Уши закладывает, в горле вырастает ком, мешая дышать. Невероятное чувство усталости нападает с животной жадностью, руки и ноги слабеют. Кажется, я услышала достаточно и уже все поняла. Медленно и осторожно спускаюсь вниз и бреду по темным комнатам в сторону выхода. Эмоций нет. Никаких. Их сдерживает сила воли.

«Не здесь. Не сейчас», – повторяю про себя.

Закрываю дверь, а потом и калитку. Кидаю связку ключей через решетку на ступеньки, они мне больше не нужны. Ответы получены, только вместо удовлетворения и радости я ощущаю ноющую боль в груди от новой сквозной дыры. Разворачиваюсь и шагаю по залитой солнцем улице, ощущая зимнюю стужу, вырвавшуюся из души.

POV Егор

За последний месяц жизнь каким-то образом превратилась в игру на выживание и испытание моей выдержки. У меня попросту не хватало времени и сил, чтобы контролировать все, но я пытался и в итоге загнал себя не просто в угол, а, кажется, в клетку.

Лиля… Необычная девчонка с чистыми глазами, смотрящими прямо в душу. Откуда ты взялась на мою голову? Почему именно сейчас?! Если бы я только мог перенести нашу встречу на две недели вперед, то так бы и сделал, но я не могу, а ошибок уже столько наделано, что непонятно, как исправлять. Работа, воспитание нового Гратиса, учеба… Я просто без сил. И только тот вечер, что мы провели вместе с Лилей, остается лучшим воспоминанием за последнее время. Но сейчас все так шатко: шаг влево, шаг вправо – падение в бездну.

Я понял по глазам Лили, что она догадалась. Пока у нее нет никаких подтверждений, но еще неизвестно, сколько времени ей потребуется, чтобы их получить. И что тогда? Как она это воспримет? Две недели. Осталось протянуть всего-то две недели, и я смогу сам ей все рассказать и объяснить. Надеюсь, будет не слишком поздно.

Обхватываю колени, сидя на кровати, и смотрю на друзей. Потухшие взгляды, сжатые губы. Мы с этими пацанами знакомы со школы, они мне в какой-то степени больше братья, чем придурок Захар. Я знаю, что могу доверить им все, и понимаю, отчего они так бесятся. Гратис – общее детище. Первым был, конечно, я, но без пацанов мои тексты так и остались бы в старых тетрадях, которые я прятал в нижнем ящике письменного стола.

Лысый – Тимка – наш мозг и организатор, все, что касается продвижения Гратиса – его рук дело. Длинный – Костик – это музыка, он учится в Академии искусств, сам пишет треки, находит семплы, придумывает биты и аранжировки под мои тексты, помогает с записью и бэк-вокалом. Ну а я, если уж совсем по-сопливому, наверное, душа и голос Гратиса. В нем мои мысли, терзания, размышления, принципы и переживания. Вот кто такой Гратис на самом деле. Три простых пацана, которые хотели, чтобы их услышали, хотели быть больше чем обычные люди. И в суматохе последних дней мы забыли об одной важной вещи: Гратиса не существует, если мы не действуем сообща. Вот и облажались.

Тим выпускает раздражение с громким выдохом и прислоняется спиной к стене, складывая руки на груди:

– Слушайте, на самом деле я хотел предложить кое-что. И если бы вы оба не накосячили с Лилей, то все прошло легко и просто, но теперь даже не знаю.

– О чем ты? – хмуро спрашивает Костя.

– О Лиле, – невесело хмыкает Тим. – Я же говорю, мы с ней нормально так заобщались. Она классная девчонка. С прибабахом, конечно, но кто у нас здесь нормальный? Мы могли бы ей все рассказать, объяснить – и, возможно…

– Нет! Ты больной?! Возможно?! Невозможно, блин! Она тут же сольет всю инфу в Сеть!

– Костя! – повышаю голос я. – Хватить ныть. Как бабка у подъезда, честное слово.

– Я не ною! Я видел ее глаза! Она так смотрела на меня, пока я был на сцене, будто прикидывала, во сколько мешков я помещусь. Она нас сдаст! Она повернута на этом! Вы ее блог читали вообще?!

Тело ломит от бессилия, и я обращаюсь к Тиму как к самому вменяемому из нас:

– Лысый, я даже не знаю. Я бы и сам хотел ей все рассказать, но это слишком рискованно. Девушки эмоциональны и обидчивы, Лиля может просто сделать нам назло.

– Вот именно! – поддакивает Костя. – Сделает и разведет ручками. Упс! Я не хотела, но моя аудитория так ждала этого.

– Егор, – серьезным тоном зовет меня Тим, и я поднимаю на него взгляд. – Она нравится тебе?

– Чего-о-о?! – ошарашенно тянет Костя.

– Черт возьми, Длинный! Да помолчи ты! – вызверяется Тим на друга.

– Знаете что? Мне это надоело! Я пойду… пойду… сделаю нам всем кофе!

– Отличная идея, Длинный. В холодосе есть мороженое, пожри, может, успокоишься, – говорю я, не отводя взгляда от Тима.

– Так и сделаю!

Костя вскакивает и выходит из комнаты. Как был истеричкой, так и остался. Но что поделать? У всех свои недостатки.

Остаемся вдвоем с Тимом, смотрю на его рыжие патлы и тихо усмехаюсь. Он в школе так бесился из-за дразнилок одноклассников. Его называли по классике убийцей дедушки и постоянно спрашивали, где он спрятал лопату. В шестом классе его это так достало, что он побрился налысо. К слову, дразнилок стало еще больше. Я за свои кудри тоже выхватывал, а Костика обзывали из-за роста. В седьмом классе мы организовали банду: Лысый, Курчавый и Длинный. Были самыми злостными хулиганами и били всех, кто пытался нас обидеть. К девятому классу таких смельчаков не осталось, и издеваться друг над другом могли только мы сами. Мы победили систему, так нам казалось.

– Ответишь на вопрос? – серьезно спрашивает Тим.

– Почему тебя это интересует?

– Я знаю тебя не первый год, братишка. Чтобы ты пошел к кому-то в облике Гратиса… – Он пораженно качает головой. – Твоя история о том, что ты тоже пытался ее остановить, звучит не очень правдоподобно.

Отворачиваюсь и смотрю в окно. Я тогда даже не думал ее останавливать. Мне было все равно, я просто хотел поговорить с ней, узнать ее, почувствовать. Меня тянуло к ней, тянет до сих пор, но я, черт возьми, не знаю, как все сделать правильно и ничего не разрушить. Я побоялся звонить Тиму, после того как увидел их вместе. Не хотел снова оказаться в ловушке, когда двум друзьям нравится одна девушка. Не хотел снова проигрывать и решил нарушить свои правила, выступив втихую – и по отношению к Лиле, и по отношению к Тиму.

– Курчавый, ты поговоришь со мной или посидим, на солнышко посмотрим?

Перевожу взгляд на друга, флешбэки больно бьют по голове:

– Да, она мне нравится. А тебе?

– Мне? Пффф… – громко смеется Тим. – Нет! В смысле она мне нравится, но как девушку я ее не рассматриваю.

– Почему? Сколько ты уже один? Год? Полтора?

– Это имеет значение? Мне и так отлично, никто не клюет мозг и не устраивает разборки каждый вечер. Лиля клевая, но эта малышка будет контролировать все. Ей на самом деле очень нравится играть в детектива. Спасибо, но я пас. И она совершенно не мой тип, ты же знаешь.

– Ага, знаю. Твой тип – самовлюбленные стервы.

Тим прищуривается и растягивает губы в хитрой улыбке:

– Как и твой. Был, насколько я понимаю.

– Был, – подтверждаю его слова.

– И что будем делать?

– Сначала нужно узнать, что собирается делать она. Ты же ее лучший друг, сможешь узнать?

– Конечно, братишка.

Тим подходит ближе и садится на кровать рядом, опуская руку мне на плечо.

– Тебе бы поспать, выглядишь ужасно. Если бы я был девчонкой, то ни за что бы не дал тебе.

– Иди ты! – подавленно хмыкаю я.

– Ты же понимаешь, что, когда она все узнает, будет жопа? Тебе нужно было держаться от нее подальше, пока мы не продали Гратиса.

– Понимаю, но я не смог. Увидел ее с тобой и…

– И ты подумал, что мы с ней? – удивляется Тим. – А позвонить не додумался? Я бы все объяснил, ревнивец ты чертов!

– А ты что не позвонил?!

– Так, блин, ты постоянно занят! У тебя и своих проблем хватает: клуб, последний альбом, возвращение Лены. Я не хотел еще головняков подкидывать.

Дверь открывается, и появляется Костя с двумя чашками кофе:

– Эй, девочки, снова ссоритесь? Я вам вкусняшки принес.

Тим толкает меня в бок локтем и кивает на Длинного:

– Смотри, как подобрел. Мороженко помогло?

– Если я сейчас вылью кофе тебе на башку, вообще полегчает, – язвительно отвечает Костя.

Он вручает нам чашки, приносит себе еще одну и садится за мой компьютерный стол.

– Открой файл «Последний альбом», – говорю я, вдыхая аромат крепкого кофе, который мой организм принимает уже за воду.

– Ты закончил?! – с восхищением спрашивает Костя, открывая крышку ноута.

– Закончил, – отвечаю я и отпиваю из чашки темный горячий напиток. – Моя последняя песня для Гратиса.

– Свободы нет? – читает он. – Да ты разошелся, чувак. Я даже знаю, какой сэмпл сюда подойдет.

Откидываюсь назад, упираясь затылком в стену, слабая печальная улыбка растягивает губы. Нам всегда было легко творить вместе, да и вытворять всякое – тоже, и совсем скоро этого у нас не будет.

– Как думаете, – грустно произносит Тим, – Гратис выстрелит, если нас уже не будет в этом проекте?

– Это уже не наши проблемы, – сухо отвечаю я.

– Я буду скучать по нему, – по-детски скулит Костя.

– И я, – говорит Тим.

Молчу, хоть и чувствую то же самое. Это решение далось мне нелегко, но оно откроет нужную дверь в будущее. Всегда приходится чем-то жертвовать, чтобы получить больше, чем есть сейчас.

– Егор, не переживай, – говорит Тим, оборачиваясь. – Мы не съезжаем с темы. Все сделаем как надо.

– Да, братишка, мы понимаем, как это важно, – подключается Костя. – В любом случае, когда ты прокачаешь клуб, мы сможем придумать нового Гратиса. Этого же придумали, что нам стоит?

– Ага, – смеется Тим. – Назовем его в этот раз по-португальски или по-китайски.

– Чан-качан! – подхватывает Костя.

– Чан-биг-качан! – дополняет Тим.

– Чан-бигмак-качан!

– И он будет выступать в маске кукурузины с узкими глазками и с макаронами вместо волос!

– И в зеленом латексном костюме! – врываюсь я в общий мозговой штурм.

– Чур, тогда на сцену будет выходить Тим! – тычет в него пальцем Костя.

– Только если ты научишься петь голосом маленькой китайской девочки! – парирует Тим.

В комнате звучит дикий хохот, пока мы увлеченно перечисляем все возможные имена для нового таинственного певца и продумываем его образ.

– Спасибо, – произношу я со счастливой улыбкой, глядя на лучших друзей.

Дороже всех бабок и золота в этом мире может быть только настоящая дружба.