Глава 11 · Тренировка Джона

Несколько следующих дней прошли для Софи, как один. Она просыпалась, завтракала в одиночестве. Потом садилась или за эльфийский, или за рояль.

Она тренировала чтение и письмо, читала эльфийские сказки. Потом шла и мучила на рояле те произведения, которые нашла в нотных тетрадях Джона. Пальцы медленно приобретали прежнюю гибкость и ловкость, а в сказках все меньше слов оказывалось незнакомыми.

К обеду возвращался Джон. Всегда измученный, пропахший потом, извалянный в грязи и с новыми синяками.

Он приводил себя в порядок и глядел, как Софи обедает. Разделить с ней трапезу он ни в какую не соглашался, а Софи решила, что не будет настаивать.

На второй день зашел Нилан. Засыпал ее колкими шутками о причинах мечтательного вида Джона, узнал как собственно дела и ушел, напомнив, что скоро знаменательный день эльфийского празднества, и ей следует там молчать в тряпочку и не поднимать головы.

Софи подумала было посоветоваться с ним насчет своей деликатной проблемы с Джоном… и не смогла. Не смогла и все тут.

На пятый день привезли два ее платья.

Ланира лично пришла на примерку, и Софи покорно надела платья и показалась ей.

Софи особенно удивило, что ни молний, ни пуговиц в нарядах принципиально не использовали. Вместо этого в боковых швах и на лифе была изящная тесемка, которую Софи без навыка затягивала и распутывала довольно долго. Софи вспомнила, как Нилан небрежно бросил ей фразу «ослабили тесьму» и покраснела, поняв, что она означала.

Что швея говорила Джону, Софи поняла далеко не полностью, но в целом выглядела довольной.

Платья были невероятно хороши.

Первое — серое с серебряной вышивкой на рукавах, груди и тремя серебристыми лентами по подолу; второе парадное — зеленое, из ткани, которую Софи выбрала сама.

Оно было с более глубоким декольте и рукавами всего лишь до локтя. Яркий зеленый шелк на лифе был соединен с тяжелой парчой на юбке. Весь лиф был украшен тончайшей вышивкой. золотыми нитями и янтарем, а на груди красовалось созвездие Джона — неправильный шестиугольник, напоминающий наконечник стрелы. Софи знала это созвездие, и что звезда Джона была Полярной, самой близкой к Северному полюсу. На людском созвездие называлось «Стафен», в честь древнего царя, но как звалось по-эльфийски, Софи не знала. В острие стрелы блестела звезда Джона. В нее был вставлен яркий белый камень. Софи присмотрелась, повертела его на свету и хмыкнула. Это же не может быть… Джон же не настолько богат, чтобы вставлять бриллианты в платье?

Софи посмотрела на серое платье — там, на груди, тоже было вышито созвездие Джона. К каждому платью прилагалось по плащу и по аккуратным сапожкам. Ко всему прочему, Ланира сшила для Софи пару сорочек и несколько комплектов белья. К счастью, это примерять при Джоне ей не пришлось.

После примерки Софи надела свои привычные джинсы и толстовку, которые в один из дней магическим образом вместе с трикотажным платьем вернулись к ней в комнату.

Она рассудила, что Финар просто забирает одежду и где-то ее стирают.

Джон сидел в кабинете за ноутбуком. Софи улыбнулась и прошла в гостиную. Она не знала, что он делал, может быть руководил своей фармацевтической компанией, но он проводил за компьютером не меньше пары часов ежедневно. И Софи все еще не попросила его отправить весточку родителям. Быть может, сейчас, когда она… тронула его сердце, он бы ей не отказал? Но Софи не решалась спросить, боясь получить отказ, слишком расстроиться самой и расстроить Джона.

После он приходил к ней в гостиную, забирался с ногами на тахту, или садился на пуф и помогал с эльфийским. Софи было очень тяжело говорить. Вбитое с самого детства мнение, что эльфы очень не любят, когда коверкают их язык, мешало ей страшно. Джон говорил что-то простое, а она смотрела на него и не решалась отвечать. Она понимала уже не мало слов, могла уловить общий смысл, но говорить… Тут у Софи наступал полный ступор.

В этот вечер Джон объяснял ей путанную систему измерения времени. Час луны, час солнца, час воды, час ветви…

— Зачем мне это? Ведь все же, я уверена, давно пользуются обычными часами?

— Но как ты поймешь, если кто-то скажет, что ждет тебя в час солнца?

— Да кто мне это скажет… — вздохнула Софи.

Она грустно перелистнула страницу книги. За пять дней она очень четко осознала свою полную изоляцию. Она никуда не выходила, ни с кем не общалась, кроме Джона и Нилана. Финар разве что кивал ей, да бросал пару слов про обед и ужин, но не больше.

— Ты грустишь. В чем дело? — Джон, сидя на пуфе у ее ног, взял ее стопу и стал мягко массировать.

У Софи по коже побежали сладкие мурашки.

— Я хочу выйти из дома. Мне надоело тут сидеть.

— Хорошо. Куда ты хочешь пойти? — Джон нежно огладил пальчики на ее стопе.

— Хочу пойти на твою тренировку. Мне любопытно посмотреть, что ты там делаешь.

Джон нахмурился.

— Это вряд ли будет тебе интересно. Обычные ратные упражнения. Меч, кинжал, рукопашный бой.

— А лук? — усмехнулась Софи, и прикрыла глаза от удовольствия.

Пальцы Джона мягко ласкали ее стопу, разминая свод, и Софи чуть не застонала.

— Иногда я упражняюсь в стрельбе, но не в городе. Я уезжаю за город, чтобы звуки выстрелов не тревожили жителей.

— И я хочу с тобой. Когда ты поедешь?

Джон вздохнул.

— Завтра празднество. После него станет ясно. Если там будет Владыка… быть может, мне придется оставить город на какое-то время.

— Что? — Софи приподнялась. — Ты уедешь? Куда? На сколько?

— Я пока не знаю. Я должен сообщить ему новости, а дальше… он решит мою судьбу. Но ты не должна тревожиться. Что бы ни было, ты будешь в безопасности. Мои люди защитят тебя, даже если я не смогу.

— Джон… — Софи встревожено посмотрела на него. — О чем ты?

— Новости, что я принесу Владыке… они могут ему не слишком прийтись по душе.

— Почему?

Джон нахмурился, мотнул головой.

— Я обещал не тревожить тебя.

— Но я уже встревожена.

— И напрасно. — Джон нежно улыбнулся ей, глядя снизу вверх. Он поцеловал стопу, выпустил ее и взяли вторую. Софи смущенно заметила, что ее педикюр уже оставляет желать лучшего.

— Джон, а ты говорил, что я могу попросить привезти вещи из людского города.

— Разумеется. Напиши список, и я передам его эльфам, что привозят сюда людские товары.

— Отлично, так и сделаю. А долго будут везти?

— Несколько дней… в зависимости от того, спокойно ли на границах.

— А что там… бывает неспокойно?

Джон задумчиво огладил ее стопу.

— Нам нельзя покидать наши земли без ведома ваших властей. Мы пленники здесь. И когда мы хотим привезти что-то в тайне от людей, мы вынуждены скрываться. Иногда людские власти высылают патрули на наши границы. В последние годы все чаше… Они начали подозревать. — Обронил Джон и умолк.

— Что подозревать?

— Разве тебе это интересно? Разве тебе плохо здесь с музыкой, книгами, птичьими песнями… и со мной?

Софи смущенно сглотнула.

— Нет, мне не плохо. Но… мне хочется знать, что тебя тревожит. Потому что… когда я не знаю, я боюсь еще больше. Я вижу, что ты… — Софи наклонилась и провела пальцем по морщинке между его бровями, — …хмуришься.

Джон тут же расслабил лицо.

— Прости. Рядом с тобой мне хмурится не пристало.

— Да я не к тому… Люди так делают. Делятся заботами и тревогами. Мы ведь… вместе. Значит и тревоги наши должны быть общими.

— Мои тревоги для тебя станут непосильной ношей. — Джон покачал головой. — Не стану взваливать их на твои хрупкие плечи.

— Нормальные у меня плечи.

— М? — Джон удивленно поднял брови.

— Никакая я не хрупкая. По крайней мере, уж для разговоров я гожусь.

— Ты годишься не только для разговоров. — Джон поцеловал вторую стопу и выпустил ее.

Софи болезненно поежилась. Эти невинные ласки заставляли ее сходить с ума.

— Значит, завтра я иду на тренировку с тобой?

Джон, улыбаясь, глядел на нее.

— Как угодно госпоже моего сердца.

— Прекрати! — смутилась Софи.

Он вечно говорил что-то такое, от чего у нее чуть не пар валил из ушей. И говорил это совершенно серьезно, без толики насмешки.

Джон усмехнулся.

Они распрощались на пороге его спальни, обменявшись целомудренным поцелуем сомкнутых губ.

Софи поняла, что еще несколько дней таких невинных поцелуев, и она вломится к Джону в спальню посреди ночи, и будь что будет.

Утром он разбудил ее, нежно поцеловав голое плечо.

— Просыпайся, Софи, — шепнул он ей на ухо, и Софи разнежено потянулась к его голосу всем своим существом.

— Я передумала… лучше ты ко мне… — пробормотала она, еще не до конца проснувшись.

Джон усмехнулся, дыхание опалило кожу Софи. Джон коснулся ее уха кончиком носа и резко отстранился.

— Вставай! — Бодро сказал он уже от порога. — Синай не терпит опозданий.

Софи потянулась и откинула одеяло. Она пять дней не выходила из этого дома, и перспектива отправится хоть куда-нибудь резко ее взбодрила.

Она быстро умылась, надела серое с серебром платье, обула прилагающиеся к нему сапожки и плащ с отороченным мехом капюшоном.

Посмотрев на себя в зеркало, Софи на мгновение замерла. Она была одета так… по-эльфийски. На груди гордо значилась звезда Джона.

Софи осторожно коснулась ее пальцами. Достойна ли она носить эту звезду? Верна ли она Джону, так как верен Нилан или Синай? Она ведь просто… что-то вроде его девушки и только. И все же Джон распорядился на всю ее одежду нанести эту вышивку, словно оберегающий знак. Но заслуживала ли она его? Ведь каждый день она тайком открывала ящик его стола, доставала ноутбук и пыталась подобрать пароль.

Софи застегнула крючки на плаще, скрывая звезду, и закрыла дверцу шкафа.

— Я пойду по лестнице. — Сказала она в прихожей.

Джон вышел из сада и расплылся в улыбке.

— Ты прекрасна, как осеннее утро.

— Да-да! — усмехнулась Софи и, придерживая платье, вышла.

Ее голова снова закружилась на винтовой лестнице, но скоро она вышла на улицу.

Софи вздохнула полной грудью, глядя на темные кроны над головой, на окна и двери наземных построек, на дорожку из деревянных круглешков под ногами. Она была жутко довольна, что, наконец, выбралась наружу.

Джон спустился на веревке.

Knam — тут же повторила в голове Софи.

На его спине висело несколько ножен, в одной руке он держал ворох кожаных защитных накладок. Он с улыбкой протянул ей руку.

Они пошли вместе, слушая редкие утренние песни птиц и наслаждаясь тишиной. Когда они проходили мимо дома Нилана, он спустился на веревке и с тревогой посмотрел на Софи.

— А ты, дорогая, куда собралась?

— И тебе доброе утро. — Ответила Софи с кривой улыбкой.

— Джон?…

— Софи хочет посмотреть нашу с Синаем тренировку.

— Джон, это плохая идея, — вкрадчиво сказал Нилан. — Малыш, не обижайся, но тебе не стоит ходить туда.

— Почему? — удивилась Софи.

— Джон, сегодня большой день. Давай не будем менять распорядок именно сегодня. Не нужно искушать судьбу…

— Довольно, Нилан. Софи желает прогуляться. Что именно тебя тревожит?

— Что ее прогулкой кто-нибудь воспользуется. Оставь ее в доме. Эльтан никогда не опозорит Финара…

— Я способен защитить Софи, — огрызнулся Джон.

— Я имел в виду не это.

— А что именно ты имел в виду? — В голосе Джона зазвучала сталь.

Нилан посмотрел на него, потом на недоумевающую Софи.

— Пусть будет по-твоему, Шахране. Я подчиняюсь.

— Прекрасно. — Джон пошел дальше, утягивая Софи за собой.

Нилан хмуро пошел следом.

Тренировался Джона на окраине. Дорожка из деревянных кругов закончилась и превратилась в узкую лесную тропинку. Несколько минут они шли через плотные заросли, пока не вышли на поляну.

Здесь стояли несколько вкопанных в землю столбов, обвязанных веревкой. Висели ржавые мишени, истыканные стрелами. Земля была вытоптана и суха.

Синай уже был тут, и Софи смущенно поежилась. Он стоял обнаженный по пояс, с длинной светлой косой и острыми ушами, на талии белел кушак, на ногах свободные тренировочные брюки и легкие сапоги. На фоне леса он выглядел… так естественно. Словно он стоял тут всегда и будет стоять всегда… Софи подумала, что, быть может, это правда. Он бросил на нее один взгляд и вернулся к обматыванию своих запястий какой-то лентой.

— Ты опоздал, — сказал он Джону по-эльфийски.

— Лишь на мгновение. Ты еще не готов, — ответил Джон и принялся надевать на себя защиту.

Он закрывал грудь и спину, руки и голени. На руки надевал перчатки. Софи посторонилась и отошла к краю площадки.

— И что теперь? — спросила она у Нилана.

— А теперь Синай в очередной раз выбьет из Шахране все дерьмо, — хмуро ответил Нилан, закурил и в тревоге посмотрел на дорожку, по которой они пришли. — Поскорей бы…

Джон взял два деревянных клинка, Синай лишь один.

Софи вживую никогда не видела бой на мечах, только в кино. Там все эффектно фехтовали, размахивая клинком направо и налево, тут же схватка, как правило, заканчивалась в два-три удара. Джон нападал, Синай блокировал… и ответным ударом, будь этот меч настоящим, Джон был бы мертв.

Синай показался Софи совершенно безжалостным. Иногда меч с такой силой прилетал Джону в бок или в спину, что Софи слышала звук глухого удара о кожаную защиту. Больно же наверное… Но Джон лишь смеялся и подтрунивал над Синаем по-эльфийски.

Джон был быстрым, вертким, он много перемещался, Синай же стоял, как монолитная скала, и казалось, что, сколько бы ни кружил вокруг него Джон, его клинок всегда оказывался там, где нужно.

Через пятнадцать минут Софи поняла, что это… довольно скучно. Она не умела достоверно понять, когда это было хорошо, а когда плохо. Все, что она видела, это скорость, точность и определенную грацию, с которой двигался Джон. Софи понимала, что такой уровень владения клинком — свободный, уверенный — достигается годами тренировок, и для человека он был бы очень высок. Но Джон сражался с Синаем, и даже для такого дилетанта как Софи, было ясно, что Синай боец совершенно другого уровня. Что Джону до него как до луны. Однако он сражался со знанием дела, и Софи посетила неприятная мысль, что быть может он использовал эти навыки против кого-то из людей. Ведь именно поэтому он и не хочет преломить с ней хлеб, знает, что она осудит его за это, если узнает.

Нилан тихо выругался, и Софи отвела взгляд от дерущихся Джона и Синая.

По дорожке кто-то шел.

— Твою мать… — прошептал Нилан и выбросил окурок.

К ним шествовал Эльтан. За его плечом шла свита из шести эльфов, все в богатой одежде, с вышитой звездой Кайране на плечах.

Эльтан вышел на поляну. Он был одет на эльфийский манер — струящийся до самой земли светлый жакет с богатой отделкой, расклешенными рукавами и широким черным поясом. Распущенные волосы свободно рассыпались по плечам и спине.

Софи в очередной раз не смогла с собой совладать — залюбовалась им на мгновение. Он был нечеловечески хорош.

— Доброго утра вам. — Сказал Эльтан с мягкой улыбкой. — Синай, я рад приветствовать тебя, ментор.

— Я уже не твой ментор. — Синай глядел на него без улыбки и без страха.

— Разумеется. Я ведь уже вырос все-таки. — Эльтан, казалось, совсем не огорчился и не обиделся такому нерадушному приему. — Как успехи Шахране в ратном деле?

— Удовлетворительно для его возраста.

— Правда? Могу я взглянуть?

Софи видела, как Джон с каменным лицом сжал рукоятки своих деревянных мечей.

— Не стоит Кайране тратить на это время. Тут не на что смотреть. — Отрезал Синай.

Эльтан улыбнулся.

— А ты что скажешь, Джон?

— Я подчиняюсь своему ментору, — процедил Джон.

— Похвально. Что ж, видимо, зрелище сражения Шахране может впечатлить лишь ханти. — Эльтан бросил косой взгляд в их с Ниланом сторону. — Старайся получше, Джон, девы предпочитают сильных. Ты поступаешь мудро, оберегая ее глаза от настоящих воинов.

Джон смотрел на него совершенно безразлично и даже как-то скучающе. Словно он знал, что именно Эльтан скажет и как. Он медленно расстегнул ремень защиты на одном плече, так же медленно на втором, снял защитную кожаную безрукавку и бросил на землю.

— Джо-он! — горестно простонал Нилан рядом с Софи.

— Что происходит? — в тревоге шепнула Софи, но Нилан не ответил. Он напряженно смотрел на Эльтана.

— Позволишь воспользоваться твоим клинком, Синай? — Эльтан протянул руку к деревянному мечу Синая. — Или мне взять свой?

Он мимолетно обернулся. Один из его свиты шагнул вперед и с поклоном протянул меч в богато украшенных ножнах. Гарда была выполнена в виде полусолнца, все ножны были испещрены эльфийскими письменами.

Софи сразу поняла, что этот меч не был игрушкой. Таким можно было убить, и Эльтан наверняка уже им убивал.

Синай, после секундной паузы, с каменным лицом протянул Эльтану тренировочный клинок.

— Твоя забота умилительна, Синай. — Эльтан улыбнулся. — Это годы смягчили твое сердце?

— Годы делают сердце камнем, если в нем не осталось любви.

Эльтан усмехнулся.

— Мудрость для юнцов, вроде Джона. — Эльтан надменно отвернулся, но Софи видела, что Синай его задел.

Она вспомнила слова Нилана, что про Кайране говорят, будто он не способен любить.

Синай бросил на Эльтана странный взгляд и отошел из круга.

Джон тем временем снял всю защиту и, покрутив клинки, вышел вперед.

Софи сначала подумала, что Эльтан ничего не сможет сделать. Его длинные одежды, распущенные волосы, холеные руки... все это так не вязалось с битвой. Он не выглядел опасным.

Но он был опасен.

Софи поняла это сразу. В первой же схватке Эльтан одним мечом заблокировал оба выпада Джона и ударил его в лицо эфесом своего клинка. Джон отшатнулся, лицо его залила кровь из разбитого носа.

Джон утер кровь с лица тыльной стороной ладони. Он принял стойку, хладнокровно выждал и только затем бросился вперед. Софи стояла, закусив губу. Она взглянула на свиту Эльтана, они переговаривались и смеялись.

Во второй атаке Джон заставил Эльтана отступить на пару шагов, обрушив град ударов, но тот ловко блокировал, увернулся, а потом поднырнул под руку Джона и обрушил сокрушительны удар деревянного меча ему на спину. Джон, запинаясь, по инерции пролетел вперед.

На глазах Софи выступили слезы. Она поняла, что удары Синая были шуткой. Эльтан же бил совершенно безжалостно.

— Нилан!

— Стой и молчи, — процедил он, схватив ее за руку.

И Софи стояла и молчала, глядя на то, как Эльтан играючи избивает Джона. Джон не злился, не горячился и не пытался возражать. Он просто молча вставал и снова принимал стойку. Он смотрел на Эльтана так бесстрастно, словно сражался не с братом, а с механическим роботом.

Софи потеряла счет схваткам. В какой-то — Эльтан награждал Джона сильным ударом, в другой — лишь унизительно останавливал деревянный меч возле головы или шеи. Они оба молчали.

Один из ударов пришелся Джону по кисти, он выбросил один клинок, так как очевидно попросту не мог его держать сломанными пальцами.

В какой-то момент Эльтан подсек Джону ноги и небрежно толкнул в бок, пока тот падал. Джон растянулся в пыли на земле у его ног.

— Не поднимайся. — Приказал Эльтан, и голос его прозвучал раздраженно. — Довольно с тебя…

Джон приподнялся, не выпуская из руки клинок. Один его глаз затек, лицо заливала кровь из разбитого носа. Колени подкашивались. Он встал и снова принял боевую стойку.

— Не испытывай меня, Джон. — Прошелестел мягкий голос Эльтана, и Софи похолодела.

Он мягко крутанул клинок в руке, так, словно он ничего не весил. Джон ринулся вперед, делая колющий выпад. Эльтан увернулся, но Джон исхитрился локтем ударить его по лицу. Кайране изумленно отшатнулся. Он ударил Джона по ноге, заставив рухнуть на колени, схватил правую руку, вывернул ее в запястье и обрушил на нее меч.

Джон закричал. Софи, чтобы не крикнуть, закрыла рот руками. Она зажмурилась и пошатнулась, боясь, что от увиденного просто свалится в обморок. Нилан продолжал поддерживать ее, теперь уже сжимая плечи.

— Не вздумай, — тряхнул он ее. — Это только порадует его.

Софи, дрожа, открыла глаза.

Эльтан отпустил руку Джона, она безвольно повисла вдоль тела, явно сломанная.

— С тебя довольно, Джон. Не поднимайся. Как и всегда, смирение — вот главная добродетель, что тебе не хватает. — Эльтан отошел на пару шагов, намереваясь покинуть площадку.

— Не вставай! — прошептал Нилан. — Не вставай, глупец…

Джон поднялся. Дрожа и покачиваясь. Он смотрел на Эльтана, тот крутанул меч.

— Смирись, — сказал Эльтан и приставил Джону меч к виску. — Смирись!

Джон смотрел на него, не моргая.

Софи поняла, что Эльтан часто дышит от гнева. Он медлил, медлил…

Эльтан опустил меч, сделал шаг от Джона. В следующую секунду он эффектно повернулся — взвились белые волосы и одежда — и ударил Джона мечом прямо в висок.

Джон рухнул как подкошенный, лицом в землю.

— Нет! — крикнула Софи.

Она хотела броситься к нему, но железные руки Нилана удержали.

Эльтан обошел Джона и подошел к их стороне поля. Он протянул деревянный меч Синаю.

— Благодарю, Синай. Оружие славное, навевает воспоминания, — сказал он.

Он посмотрел на Софи, словно приглашал что-нибудь сказать. Она смотрела на него с ужасом. Она ничего не посмела сказать. Синай молча взял клинок. Его молчание было таким веским, таким многозначительным, каким не были слова многих из людей.

— Прекрасный бой, Кайране. — Нилан холодно, даже с презрением, глядел на Эльтана. — Вы с умом применяете свои таланты.

Эльтан надменно улыбнулся Нилану и, не оглянувшись, покинул поляну. Его свита ушла следом.

Они кинулись к Джону. Софи заливаясь слезами, Нилан матерясь. Синай невозмутимо спокойно подошел к своим вещам и надел рубашку.

— Он живой? Нилан? Он жив? — плакала Софи.

— Конечно, жив! Не болтай ерунды!

— Он в синар, бедное дитя. — Синай подошел и поднял Джона на руки. Его голова безвольно откинулась.

Софи заплакала еще сильнее.

— Возьми себя в руки! — тряхнул ее Нилан.

— Он же поправиться?

— Софи! — Нилан тряхнул ее так сильно, что голова Софи запрокинулась. Она испуганно притихла. — Мы сейчас пойдем через город. И ты будешь идти и изображать полное безразличие, ты поняла? Иначе все будут судачить, что ханти Шахране вопила на улице, как какая-то рабыня. Ты поняла меня? Ты не должна позорить Джона.

— П-позорить?

— Именно. Ему и так досталось, не хватало еще насмешек из-за тебя. Живо приведи себя в порядок!

Софи отчаянно ничего не понимала. Она пошарила по карманам, спрятанным в юбке платья, и достала платок. Он был тонкий, шелковый и белоснежный. Она утерла слезы и шумно высморкалась.

— Иди сюда! — Нилан дернул ее за руку, осмотрел лицо, надел на голову капюшон плаща. — Глаза в пол и молчи.

Они пошли к дому Джона. Софи трясло от ужаса. Она не понимала, почему Эльтан сотворил такое с собственным младшим братом. Что такого Джон сделал, чтобы заслужить такую жестокость? Софи старалась не смотреть на Джона, которого Синай нес на руках. От его вида Софи сразу начинала плакать.

Они дошли и поднялись по лестнице. Синай донес Джона до спальни и положил на кровать.

Он вправил ему руку, кость хрустнула со страшным звуком, заставившим Софи пошатнутся.

— Разве не нужно позвать врача? — робко спросила Софи.

— Кости лучше вправить, пока он в синар. Он не почувствует. — Нилан хмуро глядел на Джона. — Я предупреждал его и вот, пожалуйста! Зачем он потащил тебя туда? Конечно же, Эльтан воспользовался таким подарком. Если Владыка будет на празднестве, а Джон не очнется, мы упустим такой шанс!

— Дева ни при чем. — Сказал Синай. — Джон не отказал бы ему в поединке, даже будь они одни на всех землях Сиршаллена.

— Почему он избил его?! Что он за чудовище?! — Софи не смогла перестать плакать.

Видеть лицо Джона избитое и залитое кровью было невыносимо.

— Джон сам виноват в этом. Из-за своей глупой гордости, он дал Эльтану повод.

Синай взял правую кисть Джона, по которой пришелся удар мечом, и ощупал пальцы. С щелчками кости встали на место. Софи почувствовала, что ее мутит.

Нилан с Синаем, разговаривая по-эльфийски, вышли из спальни.

— Вы... вы куда? — прошептала Софи.

Мужчины недоуменно обернулись.

— Как же Джон? Разве мы не приведем врача? Ему же нужно помочь.

— Он в синар. Лучше этого ему ничто не поможет.

— Мы что… так его и бросим?

Синай недоуменно нахмурился, Нилан снисходительно улыбнулся.

— Побудь с ним, малыш. Только не пытайся будить.

— А… хорошо. И все?

— Он поправится, нужно только время.

— Которого у нас, быть может, и нет, — хмуро заметил Синай.

Они ушли.

Софи скинула плащ, побежала на кухню. Набрала в миску чистой воды. Она не знала, где взять ни бинта, ни чистой ткани, так что в собственной ванной схватила упаковку тканевых салфеток, оставшихся еще с дороги.

Она прибежала обратно в спальню Джона и села рядом с ним.

Осторожно смыла кровь с его лица. Промыла рану на шее. Очистила руки, все пыльные и грязные.

Она сняла с Джона сапоги, вытерла его волосы, в которые тоже набилась земля.

Он спал. Дыхание было тяжелым и частым. Софи с ужасом провела пальцами по огромной гематоме на виске.

Такое убило бы кого угодно из людей. Череп должен был просто треснуть. А Джон живой.

— Как мы вообще вас победили? — впервые задалась вопросом Софи, глядя, как синяк на виске Джона на глазах уменьшается.

Она прилегла рядом, уткнувшись носом в рукав джоновой рубашки. Об том, чтобы уйти, не было и речи. Она просто не могла оставить его и плевать на все целебные эльфийские сны.

— Джон, я тут, ты не волнуйся. Я здесь, хорошо? Ты спи, отдыхай.

Она лежала рядом, глядя на руку Джона, которая лежала у него на животе.

Медленно затягивались порезы, уходила припухлость, ткани снова становились обычного цвета. Его рука заживала на глазах. Софи, если глядела непрерывно, не замечала, но стоило закрыть глаза на несколько минут, и разница становилась очевидной — заживление шло довольно быстро.

Софи хотелось посмотреть, что с ушибом на спине, но не решилась раздевать Джона, не хотела его лишний раз шевелить, вдруг это помешает исцелению.

Часы тянулись и тянулись, она лежала рядом в тревожной полудреме.

Так ее застал Финар.

Он вошел, Софи, лежа с закрытыми глазами, не услышала. Только когда он сказал «Обед», Софи приподняла голову. Она отрицательно помотала головой и вцепилась в ткань рубашки Джона.

Наверное то, что она лежит тут с Джоном на постели, было вопиющим нарушением всех правил, но Софи было все равно.

— Ему не поможешь, а тебе нужно есть. — Сказал Финар на эльфийском.

— Не могу я есть, когда он так…

Говорить по-эльфийски Софи не решалась, так что Финар очевидно не мог ее понять. Но он все же понял.

— Он может провести так дни. Отпусти. — Он вышел.

Софи посмотрела на Джона. Гематома на виске уменьшилась, но была все еще огромной. Разбитые губы только начали рубцеваться.

Софи знала, что ведет себя глупо, но ей было очень тяжело оставить его одного. Она встала, вытащила из-под Джона шкуру и заботливо его укрыла.

— Пожалуйста, поправляйся скорее, — прошептала она и поцеловала его в висок. — Я тебя тут очень жду.

К вечеру Джон все еще был в синар. Пришел Нилан и Синай, оба одетые наряднее обычного, с мечами на спинах, ножны которых были пышно и богато украшены. Волосы Синая были заплетены в особенно искусную косу, в некоторые пряди были вплетены серебряные бусины. Нилан хоть и был одет так же нарядно, свои короткие волосы ничем украшать не стал.

Они принялись обсуждать ситуацию.

— Он должен там быть. Мы с тобой ничего не сможем рассказать Владыке.

— Хочешь пробудить его? Как? — Синай как всегда был бесстрастен и конкретен.

— Не знаю как, ты у нас тут ментор, прошедший три войны. Как его разбудить?

— Были воины, что могли пробудиться из синар до срока полного исцеления, но Джон… Думаю он не из таких.

Софи, которая снова сидела рядом с Джоном на постели, нежно перебирая его светлые прядки, повернулась к Синаю.

— У меня он очнулся раньше, чем исцелился, — сказала она.

Нилан и Синай пораженно уставились на нее.

— Что ,прости? — Нилан вкрадчиво понизил голос.

— Когда он спал у меня в квартире. Он очнулся, а потом доставал еще пулю и истекал кровью. Это точно не было полным исцелением, — просветила Софи.

— Джон… был в синар в твоем доме? — Синай сказал это так недоверчиво, словно она рассказывала, как Джон станцевал стриптиз на студенческой вечеринке.

— Да.

— Когда это было? Кто его ранил?

— Он не говорил вам?

Софи прикусила язык. Если Джон не говорил, то и ей не следовало распускать язык.

— В общем, он очнулся тогда еще не совсем здоровым. Может, и сейчас очнется?

— Он еще слаб, а счет идет на минуты. — Нилан наклонился над Джоном и приподнял его веки. — Может и очнется. Джон! — Он тряхнул его. — Джон! — Нилан потряс его снова.

— Нилан! — ужаснулась Софи. — Ему же плохо!

— Ты не понимаешь, что на кону. Он хотел бы, чтобы я ему пальцы отрезал, но разбудил!

— Неужели нельзя по-другому? — простонала Софи.

— Софи… — Джон хрипло выдохнул и приоткрыл глаза.

— Джон! Ты как?

Джон мутным заплывшим взглядом обвел комнату.

— Который час? — спросил он.

— Мы еще успеваем. Но ты должен встать, Шахране. Сейчас же.

И Джон встал.

Он сначала сел, сломанная рука безвольной плетью висела сбоку, спустил ноги с постели и медленно поднялся. Тут же покачнулся, но Софи подскочила и удержала его.

— Он не может никуда идти, Нилан. Посмотри на него!

— Он должен. Одевайся, живо. Я помогу одеться Джону.

Софи, не веря своим ушам, глядела на него.

— О-де-вай-ся! — процедил Нилан, и Софи пулей выскочила в свою комнату.

Она скинула серое платье и втиснулась в парадное зеленое, переобулась, надела другой плащ.

Ох, будь прокляты эти наряды, когда Джон в таком состоянии. Софи увидела коробку с подарком Джона, быстро схватила диадему и кое-как нахлобучила на голову.

Она посмотрела в зеркало. Она выглядела так себе, все-таки пару часов назад плакала. Волосы были небрежно заплетены в косу, изящная тиара смотрелась на них дико. Софи махнула рукой и побежала обратно в спальню Джона.

Нилан надел на него брюки и рубашку, Синай помогал втиснуть ноги в сапоги.

— Это безумие какое-то… — прошептала Софи. — Почему это так важно?

— Потому что Кайране запретил Джону разговаривать с Владыкой. А Джону нужно с ним поговорить. А празднество по случаю приезда Эльтана Владыка, скорее всего, посетит. Вот и выходит, что Джон может с ним поговорить только там, не нарушив прямого приказа Кайране. Джон должен быть там.

— Так Эльтан специально?..

— Думаешь ему больше заняться нечем, кроме как Джона избивать? Не велика задача.

— Следи… за языком, — выдохнул Джон.

— Смотрите-ка, Шахране обижается! — Нилан усмехнулся. — Значит, приходит в себя.

Нилан надел на Джона богато украшенный серый жакет. Пока протаскивал в рукав сломанную руку, Джон побелел как полотно, но не издал ни звука.

— Плащ закроет это. — Нилан накинул на Джона теплый плащ с горностаевой обстрочкой и поправил так, чтобы он полностью закрывал сломанную руку. — Видок у тебя… м-да. И волосы некогда заплести.

— Это не важно. — На губах Джона были ссадины, на правом виске красовался огромный синяк, перетекающий на глаз.

Кисти выглядели вполне сносно, а раны на теле скрывала одежда. И все же ничто не могло скрыть его слегка расфокусированный взгляд.

Последним Нилан прикрепил на спину Джона изящные ножны с клинком. На эфесе серебрилась луна и звезды.

— Вперед, — коротко приказал Джон и встал.

На этот раз он не покачнулся. Он пошел к выходу, вполне уверенно держась на ногах. Но то, что он вышел к лестнице, сразу сказало Софи, что его бравада напускная.

Софи пошла было следом, но Нилан вдруг перегородил ей дорогу. Он медленно отвел полу плаща в сторону и посмотрел на лиф ее платья.

— Эльтан прав! — выдохнул он полушепотом. — Джон безумен.

Софи моргнула, ничего не понимая.

— Что, прости?

Нилан запахнул на ней плащ.

— Не снимай его и держи закрытым. Сделай милость.

— Но что не так? Это шила Ланира, не должно быть проблем.

— Позже…