Глава 43

***

Дни снова понеслись вскачь, унося с собой мрачное и застывшее течение времени. Будни слились для меня в бесконечные уроки магии, невкусные, но действенные эликсиры собственного приготовления, управление земель, уверенно поднимающихся с колен, и… приручение свалившегося на мою голову мужа.

Пока что Дастин не переступал проведённую мной черту, терпеливо ограничиваясь короткими обедами или ужинами в моей компании. Тем более задабривать мужа помогал достаточно невинный поцелуй. Я всегда старалась благоразумно ограничиться лишь касанием губ, но Дастин частенько старался продлить миг близости, тем самым возвращая меня к той буре эмоций, которая расцвела между нами при страстном завершение магической связи. Однако теперь такая реакция меня больше не пугала.

Уже стало очевидно: наша магия тянулась друг к другу, заставляя при поцелуе забывать о путах брачного контракта, тем самым не оставляя шанса усомниться в почти мифической совместимости пары. В высшем свете о таком вообще не вспоминали. Кому нужны чувства, если брак будет заключен скорее на благо семей, нежели молодожёнов? Когда же невесте было позволено выбирать жениха, то правильно воспитанная аристократка так же выбирала того, кто сможет обеспечить ей наилучшее будущее. Вот и сложилось, что совместимость мало кого интересовала. Упоминание о взаимном притяжении чаще можно было встретить на страницах книги, нежели в реальной жизни. Неудивительно, что я не сразу о нём начала задумываться.

Честно говоря, обмозговав такую очевидную тягу между мной и Дастином, я была почти готова поверить в то, что он моя вторая половинка. Да, та самая истинная пара, упоминание которой заставляло маменьку кривиться сильнее обычного. Почему я вообще решила, что наша с Дастином связь куда глубже самой Магии? На то была веская причина.

Дар мага – его продолжение, он подобен второй душе, способной узреть то, что не видно обычному глазу, а так же умеющей почувствовать нечто, что находится за гранью интуиции. Только это осознание позволило мне перестать накручивать себя и призвать правду. Теперь глупо было отрицать то, что Дастин заставлял моё сердце биться чаще ещё до того, как брачная связь оказалась завершена. Тяга к нему родилась по моей воле, тем самым пугая меня тогда до теневых созданий перед глазами – слишком уж я боялась тех самых запретных чувств, приносящих чаще всего одни страдания.

Однако правда была такова. Мои чувства оказались действительно моими, а не наведёнными чужой магией. И, наблюдая за поведением мужа, я могла с уверенностью сказать: он тоже оказался в такой же удушающей власти эмоций. При том так же без особого желания со своей стороны.

На самом деле я давно могла задать прямой вопрос и получить на него честный ответ, но всё не решалась на это. Одно дело – подозревать, и совсем другое – точно знать насколько всё серьёзно.

Наверное, как раз из-за чувства вины за свою нерешительность иногда я позволяла Дастину получить тот самый поцелуй: тягучий, глубокий, заставляющий чувствовать слабость во всём теле. Вот только на беду мужа каждый раз после такого мне удавалось очень быстро взять себя в руки, тем самым не давая ему переступить опасных границ. Дастин не настаивал, но его нетерпение очевидно росло. Причина того была подобна моей – его аналогично тянуло ко мне, при том гораздо сильнее, чем меня к нему.

Однако посвящать себя отношениям и погружаться в них глубже, у меня банально не было сил. Времени, кстати, тоже. Тонкая струйка прибыли от первых продаж торфа была далека от той суммы, способной покрывать необходимые расходы Хоулвилла. Потому приходилось отдавать большую часть себя магии, готовую в будущем прокормить мой народ, и ещё больше вкладываться в ремёсла, надеясь сделать эту ветвь сильнее прочих. И, как оказалось, это было правильное решение.

В одно особенно грозовое утро именно гостья из мастерских принесла первые хорошие вести.

Нанятая Артуро мастерица Лири, худощавая женщина средних лет с добрым взглядом и копной чёрных волос, попросила о личной встрече. Конечно же, я её приняла, чтобы после короткого приветствия увидеть причину прихода учителя кружевоплетения.

Ей оказалось ажурное, невесомое ожерелье из особо прочных нитей. Оно красиво поблескивало серебром в свете камина и играло радужными бликами, благодаря мастерски вплетённым крохотным каплям минерала. Даже Бетси, принесшая чай, залюбовалась украшением и позволила себе тихонько замереть за спинкой моего кресла.

– Чудесное ожерелье, никогда подобного не видела, – искренне восхитилась я, разглядывая принесённое изделие. – Даже не скажешь, что оно сделано только из нитей да мелкого речного жемчуга. Вы отлично постарались, мастер Лири. Видно, что вы хороший учитель, раз смогли в столь короткий срок обучить свою подопечную таким вещам.

После моей похвалы женщина как-то замялась, задумчиво перебирая пальцами на коленях, а потом поспешила признаться:

– В том то и дело госпожа, это не моя заслуга. – Услышав такое, я озадачено посмотрела на наставницу плетений. – Мне была велено научить желающих девушек искусству кружев, только и всего. Однако недавно мои ученицы начали сами придумывать иные способы применения моих знаний. Ожерелье лишь одно из них.

– Сами? – не без восхищения удивилась я ещё больше. – Значит, вы не учили их делать украшения из кружева?

– Нет, – мастер Лири покачала головой, – только ленты, платки и шали. В общем, всё то, что делают за пределами ваших земель. Удивительно, – тут голос наставницы плетений начал наполняться гордостью, – но девочки здесь оказались настолько талантливы, что уже спешат превзойти своего учителя.

Наконец поняв, что речь идёт не об одной и той же ученице, я озадачено переспросила:

– Девочки? Их несколько?

– Да, среди обучаемых особенно выделились пятеро будущих мастериц, – с неожиданным достоинством произнесла мастер Лири. После чего пустилась в рассказ: – Ивелла сделала ожерелье, что вы сейчас держите в руках. Это третья попытка, но оно уже достойно благородной хозяйки. Помимо неё есть ещё Тьена, дочь старосты Врайта, которая на ходу создаёт новые узоры кружева, доселе невиданные мной. И поверьте, госпожа, они просто поражают своей красотой! – Взгляд бывалой рукодельницы загорался всё сильнее, пока она продолжала: – Милика, самая младшая из учениц, используя мои знания, пошла дальше и научилась делать ажурные перчатки, которые не стыдно будет носить любой знатной леди. Валена, жена лекаря из северной части ваших земель, сосредоточилась на венках из кружева и я уверена, что совсем скоро покажу вам ещё одну диковинку, которую вы точно не видели даже в столице! И последняя – Сарта, скромная девушка из рыбацкой деревеньки к югу от поместья, обладает настоящим даром рукодельницы. К чему бы она ни прикоснулась, будь то нити, ткань, бусины, или мех, они в итоге превращаются во что-то невероятно красивое! Вот это манто она сделала вчера на произвольном уроке.

Закончив свой запальчивый монолог, мастер Лири положила на столик передо мной сверток ткани. В нём оказалась накидка из серого меха с плетёнными кисточками и украшенная цепочками из нитей и мелкого янтаря. Модель манто была довольно простая, но за счёт небольших изменений в крое, а так же необычных деталей, производила грандиозное впечатление. И ведь накидка была сделана из не самых дорогих материалов.

Что же будет, если дать этой рукодельнице что-то получше заячьего меха, да отбраковки янтаря?

– Госпожа, они же все одарены Богом Ремесла! – выдохнула Бетси за моим плечом, тем самым прерывая усиливающийся поток моих мыслей.

Мастер Лири в этот момент светилась такой гордостью, будто она лично нашла всех девушек, распознав в тех не огранённые алмазы. Хотя это и к лучшему. Так до истечения контракта мастер плетений станет делать всё, чтобы поддержать учениц, а заодно научиться уже у них. А раз так, то в итоге надо будет либо наложить на неё запрет передачи данных знаний в другие земли, либо убедить остаться работать именно здесь.

Моментально сделав выводы, оставила зарубку в памяти и с тёплой улыбкой вступила в разговор:

– По-другому и не скажешь, Бетси. – После чего поумерила в себе ликование, чтобы немного натянуто сказать: – Правда меня пугает, что нашлись сразу несколько гениев – такая удача всегда тянет за собой беду.

– Тогда, госпожа Эвелин, – вздохнула мастер Лири, – вам не стоит справляться о делах в других мастерских.

– Почему? – не без напряжения спросила я.

– Насколько мне известно, среди новых деревщиков тоже имеются таланты. Вчера за ужином их мастер неустанно нахваливал своих учеников, – поведала женщина и добавила: – Я видела их изделия, и знаете, то было не простое бахвальство.

Мне бы обрадоваться после таких-то новостей, но, всё ещё ожидая отрезвляющий удар от Судьбы или Магии, я уже не так радужно протянула:

– Тогда у меня ещё больше вопросов…

– На них вам могу ответить я, – вмешалась в разговор Тамилла. Она вошла в гостиную, где велась беседа, и с моего позволения отпустила мастера Лири. На Бетси экономка внимания не обратила.

Степенно сложив рукоделия на отрез ткани, Тамилла спокойно заговорила:

– Госпожа Эвелин, не стоит пугаться. На самом деле всё гораздо проще, чем кажется. Я молчала об этом, потому как мне до конца не верилось, что кровь наших предков так сильна в нынешнем поколении.

– О чём ты? – ничуть не расслабившись, спросила у Тамиллы. На что экономка дружелюбно улыбнулась, подлила мне горячего чаю и, присев в кресло рядом, произнесла:

– Вы ведь уже слышали, что когда-то эти земли процветали? – Я кивнула и тогда Тамилла продолжила. – Дело в том, что это было не только из-за плодородия почвы. Так сложилось, что причина крылась в людях, живущих здесь. Когда-то давно Хоулвилл называли колыбелью мастеров, – ошарашило меня экономка и, глядя на моё вытянутое лицо, хмыкнула, – и, честно говоря, я думала, вы знаете об этом. Ведь именно вы предложили развиваться нам в этом направлении.

– Откуда мне было знать? – поражённая таким совпадением просипела я. – Хоулвилл называют Гиблыми землями и о них мало что известно за его пределами.

Мягко улыбаясь из-за моей реакции, экономка подождала, пока я промочу горло и тепло сказала:

– Тогда вы действительно удивительная – смогли без подсказок почувствовать в каком направлении идти. Сила вашего дара поражает.

Именно последние слова натолкнули меня на мысль, что моя магия реально могла указать путь. Об этом не раз говорилось в книгах – чем сильнее и чище дар, тем больше у него возможностей. Истинные маги смерти способны без особых усилий считывать злые намерения людей. Нет, они не читают мысли, они просто могут в любой момент ощутить, откуда, а главное от кого исходит угроза, и понять, куда та направлена.

Уверена именно поэтому семья моей матери не только прекрасно скрывает свою истинную природу, но и процветает по сей день. Для всех они уважаемый, но при этом закрытый для посторонних клан, самоотверженно защищающий северные границы. Всего один истинный тёмный обеспечивает им надежную защиту и скрытность.

Думаю, у магов жизни тоже подобное есть, но мы с учителем Мартой ещё не дошли до этой темы. Потому приходилось только предполагать.

Задумчиво покрутив сплетённую по виску косичку, я в итоге сказала:

– Ладно, думаю такое совпадение можно списать на магию, но… меня всё равно настораживает подобное везение.

– Дело не в везении, – покачала головой Тамилла, продолжая попытки успокоить мою паранойю. А затем она решила объяснить мне очевидные факты, о которых я не задумывалась до этого момента: – Мы долгие годы были вынуждены выживать, но это не значит, что абсолютно все навыки оказались утрачены. Всё, что вы видели в Хоулвилле по прибытию, дело рук нынешнего поколения жителей. Может дома показались вам жалкими и полуразрушенными, но им всем от силы по пять-семь лет. Каждому жителю наших земель приходилось самому заново перестраивать свои жилища, ремонтировать мебель и создавать утварь, если не удавалось выкупить её по приемлемой цене у торговцев. Сети и лодки, кстати, так же делаются руками местных мужчин. То же касается и одежды. Она простая, незамысловатая, но каждая женщина умеет и ткать, и кроить, и шить. Это не просто Гиблые земли с отчаявшимися людьми. Это земли ремесленников, умеющих и любящих работать своими руками.

Такая очевидная правда немного оглушила. Ведь мне казалось, что всё здесь либо куплено на то, чем удалось разжиться, либо осталось со светлых времён. Просто люди выглядели слишком слабыми и хрупкими, чтобы осознать – вся работа выполнялась только ими.

– Я даже не думала об этом…, – прошептала, а потом, вспомнив свои истинные намерения, чуть громче повинилась: – Мне просто хотелось дать всем шанс выбраться из нищеты. А ещё я хотела, чтобы с помощью жителей мои земли… стали богаче.

После таких слов, скорее всего, я ожидала осуждающих взглядов, либо разочарованных вздохов. Однако ни Тамилла, ни Бетси не оправдали моих ожиданий.

Горничная спокойно продолжила слушать, а экономка ободряюще произнесла:

– Госпожа, какими бы ни были ваши мотивы, они всё равно помогают Хоулвиллю. Уже помогли. Вы дали людям надежду, подарили им шанс раскрыть себя. Теперь же вам стоит быть готовой к тому, что они ответят вам сторицей. – На этих словах Тамилла добро усмехнулась, а затем продолжила: – Главное не превращайтесь в тирана, не душите жителей своих земель налогами и тогда сами не заметите, как ваши эгоистичные чаянья сделают счастливой не только вас.

Такое принятие не настолько светлой хозяйки немного развеселило меня. Отчего следующее оказалось сказано уже не таким убитым тоном:

– Было бы чудесно. Слишком уж мне хочется быть чуточку лучше тех, кого я презираю.

– Госпожа, – обратилась ко мне молчавшая до этого Бетси. – Поверьте, вы уже гораздо лучше всех тех господ, что я видела раньше, а работая у лорда Валнара мне пришлось их немало повидать. Вы зря переживаете.

– Бетси права, – подключилась Тамилла к разжиганию уверенности во мне. – Люди понимают вас, знают мотивы, что движут вами, и всё равно они… любят вас. Честно говоря, куда сильнее, чем новоявленного господина, – поведала экономка как тайну, наклонившись ко мне и понизив голос до шепота: – А ведь ваш муж уже не раз вставал на защиту простого люда. Господина Дастина уважают, люди даже обрадовались, когда узнали о том, что он не кто иной, как герцог Эверик.

Услышав о том, что личность Дастина предана такой огласке, я вздрогнула и сказала:

– Только бы эта весть не вышла за пределы наших земель. Иначе быть беде.

– Не о чем беспокоиться, – снова спешит успокоить меня Тамилла. – Наша верность уже давно принадлежит вам. Сияние жизни бесценно для всех, кто живёт здесь – слишком уж давно мы не видели солнца. Потому даже дети не посмеют сболтнуть то, что навредит вам или вашему мужу. И вообще, видели бы вы, как все бережно относятся к вашим волшебным фонарям, сами бы поняли, как глубоко проникли в сердца своих подданных. Но вы так погружены в уроки магии, что вам просто некогда это замечать.

Укор в голосе экономки немного растревожил совесть, но пришлось напомнить ей:

– Я это делаю ради всех. Благодаря такой сосредоточенности ещё немного и учитель позволит мне изучить базовые заклинания самоицеления, а за ними и новые стражи наших земель недалеко.

– Но разве вам не нужны будут леса для этих созданий? – удивилась Тамилла, явно опередив вопрос Бетси. – Вроде бы именно они должны стать им домом?

На это я хитро улыбнулась и пространственно сказала:

– У меня есть план попроще. Когда-нибудь я воспользуюсь и мудростью наставника учителя Марты, но пока мне придётся немного трансформировать его идею под наши реалии. Подробнее узнаете позже. Не хочу хвастаться своей выдумкой раньше времени.

– Как скажите, – без пререканий приняла мою точку зрения Тамилла, чтобы потом со всем уважением произнести: – Посмею сказать за всех, но мы уверенны: у вас всё получится.

Ощущая уже такое привычное тепло благодарности в груди, с улыбкой отвечаю:

– Конечно, получится, ведь я не одна. Каждый в моём доме стал крепкой опорой. Даже ненадёжный лорд Артуро, – закончила свои слова шуткой, чтобы они зазвучали не так высокопарно.

Тёплая атмосфера, мягкий смех и дружелюбная обстановка творили со мной чудеса. Я действительно верила, что мне по плечу даже самые невозможные задачи. Ведь как можно хозяйке Гиблых земель отставать от своих одаренных подданных? Вот именно, никак нельзя. И теперь мне придётся стараться ещё больше, чтобы создать место, где смогут созреть такие многообещающие плоды.

Кроме того, пора бы мне напомнить учителю о её расследовании – чтобы как можно лучше обезопасить Хоулвилл, нужно точно знать с чем я имею дело. И только одержимому моим обучением призраку было под силу пролить свет на то, что случилось в этих землях.