ГЛАВА 11

Из дневника Ульяны:

8.05.2016 г.

"Все странно. Я удивлена. Я поражена. И я просто не могу найти слов."

9.05.2016 г

"Вчера я решила признаться Соне, что мне нравится Никита. Это неправильно — скрывать такое от лучшей подруги. Конечно же, я не претендую на него. Но она должна знать. Как и то, что он говорит про нее.

— Слушай, какая у тебя большая комната! — Соня, раскинув руки упала на мою кровать. — Не то, что у меня — мышиная норка и то больше.

— Не выдумывай, у тебя очень девчачья комната.

— Вернее и не скажешь, — Соня усмехнулась.

— Слушай, я хотела с тобой поговорить.

Девушка приподнялась на локтях и чуть нахмурилась, сосредоточившись на мне.

— Что-то случилось?

— Да… нет. Но, не сейчас.

— Господи, Уля, я ничего не понимаю.

— Сейчас, — я собралась духом и стала Соне рассказывать все с самого начала, с того дня, когда впервые увидела Шибанова, как он мне понравился. Она слушала меня внимательно, лишь изредка вскидывала удивлено брови.

— А недавно, мы с ним разговаривали, и он…

— Погоди-погоди. Вы видитесь без меня, что ли?

— Нет, Соня! Ты что. Я шла с подкурсов, а он у подъезда. И вот знаешь…

— В смысле у подъезда? Тебя караулит что ли? — недоверчиво посмотрела на меня.

— Я не знаю, что он делал у моего подъезда. Он хотел со мной дружить, с его слов.

— Ну, это понятно, чтобы быть ко мне ближе, — закатила глаза подруга.

— Он говорил, что вы… В общем, что у вас не серьезно, что у вас… у вас все просто ради того, чтобы… в общем ради постели.

— Это низко! — восклицает девушка, даже чуть подпрыгнув на кровати. — У меня еще пока никого не было.

— Я знаю. Ты ведь говорила.

— Да, — Соня села ровнее и, взмахнув рукой, убрала волосы назад. — Почему ты мне не рассказала сразу, Уля?

— Я… Не знаю. Мне казалось, это чем-то сокровенным… А когда собиралась, то мне что-то мешало.

Соня долго смотрела на меня, что-то обдумывая.

— Знаешь, это нечестно, что ты мне сейчас говоришь. Что я должна, по-твоему, сделать? Бросить Ника?

— Нет, Соня! Что ты! Я просто хотела, чтобы ты знала. Я сама виновата.

— Да, ты виновата. Если бы ты сказала раньше, я бы не начинала отношений с парнем, по которому ты сохнешь.

Я закусила губу. Я и так все это знала, но уже ничего не изменить и мы же не маленькие, чтобы на кого ты глаз положила, тот и твой. Все немного сложнее. Я вру. Намного сложнее.

Соня, тем временем, потерла ладонью нахмуренный лоб и встала с кровати.

— Я не знаю, что делать, — произнесла она.

— Ничего и не надо делать. Пусть все будет, как было. Я ведь не претендую.

— Но тебе же неприятно. Ты думаешь, что мне все равно?

— Нет, конечно. Извини, что сразу не сказала.

— Ладно, — выдохнула подруга, — я тебя понимаю. О таком так сразу и не скажешь. Но, Уль, пожалуйста, впредь ничего не скрывай от меня. Ты ведь моя лучшая подруга.

— И ты моя, — я обняла девушку. — Прости меня.

— Но, мне… Я не смогу оставить Никиту. Если только тебе это не нужно.

— Если мне нужно. Ты сделаешь это?

— Конечно.

— Нет. Я не буду ничем мешать, я просто хотела, чтобы ты знала.

— Хорошо, — Соня снова меня обняла, — я пойду, ладно? У меня свидание.

Как мне показалось, на сей раз улыбка моей подруги была извиняющейся, и я почувствовала облегчение.

Но, вечером того же дня, наверно, и три часа не прошло, как Соня ворвалась в мою комнату вихрем с раскрасневшимся лицом.

— Знаешь, — сказала она, — я долго думала о твоем признании. И я бросила Никиту. Он — это всего лишь парень. А ты у меня — одна. Я не хочу, чтобы из-за меня ты страдала.

В наступившей тишине, я могла лишь только смотреть на подругу.

Она бросила Никиту?

Его возможно бросить? И ради меня? Это просто словами не описать!

— Ой, Соня, зачем же ты…

Но девушка решительно подняла руку ладошкой вверх.

— Но одно условие. Если я не встречаюсь с ним, то и ты нет. Он-то теперь мой бывший. Ладно?

Встречаться с Никитой? Разве это возможно? Даже если Соня принесла эту жертву ради меня, то я должна отплатить ей той же монетой.

— Ладно, — сказала я.

Соня выдохнула и кинулась ко мне в объятья. Она плакала. А я ее гладила по голове, думая о том, что я — худший друг на Земле, и не достойна иметь такую замечательную подругу. И что завтра я обязательно поговорю с ней. Буду убеждать всеми способами, чтобы она вернулась к Никите. Ведь как бы там ни было, но быть яблоком раздора мне было не по себе».

Ульяна

— М-м-м, а вот и еда! — восклицает Петя, увидев меня с двумя коробками пиццы.

Мы с Мальвиной и ребятами смотрим фильм. Как-то так получилось само собой. Вначале в гостиной сидели Петя и Анар. Людка после универа заглянула к ним, они как раз выбрали фильм «Веном». А после пришла и я с Игорем после репетиции. Все расположились кто где, заказали пиццу. Курьеру пошла открывать я, так как проиграла, выставив камень против бумаги.

— Первый кусочек курьеру за ноги! — уворачиваюсь от парня и открываю коробку.

— Давай быстрее, курьер! У меня слюноотделение пошло! — торопит Анар. И уже через минуту все усиленно жуем пиццу, наслаждаясь продолжением фильма.

— Здорово здесь, да? — шепчет Мальвина, уложив голову на мое плечо.

— В смысле? — я не отрываю взгляда от экрана.

— Ну, пацаны прикольные, и вообще удобно, не то, что у нас в общаге.

— Ну, не знаю, — вспоминаю Никиту, который и так постоянно в моей голове. — Мне и у себя было неплохо. Кстати, надо позвонить коменте…

— Не надо.

Отрываюсь от экрана и смотрю в невинные глаза подруги.

— В смысле «не надо»?

— Ну, видишь ли. Комнату нам починили уже два дня назад.

— А, — отзываюсь. Удобнее устраиваюсь и снова пытаюсь вникнуть в суть сюжета. Стоп. Что? Резко отстраняюсь от подруги, и она плюхается.

— Ты чего? — возмущается, поднимаясь с диванной подушки.

— Что вы возитесь? Тише… — цыкает на нас Анар.

— Как это — «два дня назад»? — переспрашиваю, — почему мы еще здесь? Почему ты мне не сказала?

— Потому, что здесь круто, — выдыхает подруга, — а ты бы сразу собрала шмотки и ринулась в корпус.

— Ну, естественно!

— Девчонки, ну че вы, — бросает на нас хмурый взгляд Петя.

— Вот видишь. Уля, да не кипишуй, парни не против…

— Конечно, — отзывается Игорь, — с вами — на кухне всегда есть жрачка, не только бутеры.

— Живите здесь вечность, — соглашается Петя.

— Да-да, только тихо, — шикает Анар.

— Мальвина, давай выйдем, — сквозь зубы зову подругу.

— По-мо-ги-те, — просит жалобно парней Мальвина, но я тяну ее за руку, и она вынуждена идти за мной.

— Ты что, будешь бить меня? — смотрит с сомнением, когда выходим в коридор.

— Мне кажется, я готова к этому, — складываю руки на груди, — ты ведь знаешь, что я себя здесь чувствую не комфортно! Но, ради тебя, я осталась!

— Блин, Уль… Но здесь же круто! Мы с тобой в окружении красавчиков.

— Ты забыла про Шибанова?

— Ну, он тоже милаха.

— Какой милаха? Ты ведь все знаешь!

— Да. Но еще я знаю, что давно не видела… никогда, в общем-то, чтобы твои глаза так горели! Когда вы рядом, кажется, что даже я чуть-чуть мурашками покрываюсь… Может, вам стоит попробовать…

— Ты что, прикалываешься? Он же… Он ужасный человек! Я не хочу даже думать об этом! Я сейчас же иду собирать вещи. А ты, если хочешь, оставайся!

— Ульяна…

— Нет, Мальвина. Это не честно. Ты знаешь, что здесь я страдаю! Я ухожу…

— Далеко?

Мы обе подскакиваем, оглядываясь на Никиту у двери, с любопытством смотрящего на нас. Как давно он здесь?

— Чтоб тебя! Колокольчик повесь! — Мальвина касается сердца.

— Не твое дело! — грубо кидаю парню.

— О-у, а она — злая, — говорит очевидное он. Я перевожу дыхание и, развернувшись, иду в комнату с твердым намерением собрать вещи.

Потому что здесь я больше не могу. Как было хорошо знать, что Никита Шибанов существует где-то там, и как тяжело знать, что он в шаговой доступности.

За мной в комнату заходит Людка. Некоторое время смотрит, как я собираю вещи, затем разворачивается и начинает собирать свои.

— Знаешь, — говорит она, — иногда люди меняются. Может, тебе стоило дать ему шанс?

Сжимаю в руке водолазку. Я верила в Никиту. Мне казалось, что я знаю, что он хороший, что все остальное — напускное.

Но, я ошиблась. И больше не готова повторять ошибку. На самом деле, ему плевать на все и всех.

Из дневника Ульяны:

11.05.2016 г

"Никита подрабатывал помощником слесаря, после колледжа. Я это знала, так как Соня говорила не раз, и даже знала, где именно.

— Привет, милая. Тебе кого? — спросил мужчина с перемазанным лицом и черными от мазуты руками.

— Никиту, — ответила. — Шибанова Никиту. Он здесь?

— Ник! Тут к тебе невеста, не иначе! — отвернувшись в бокс, прокричал мужчина. Через мгновение вышел Шибанов. Его взгляд остановился на мне, а брови удивленно поднялись. У него черная полоса шла через всю щеку, так и захотелось поднять руку и стереть ее.

— О! Вот это сюрприз, — проговорил серьезно, — чем обязан?

— Никит, мы можем поговорить?

Парень на мгновение вздернул брови и пожал плечами.

— Давай.

— Недолго, разговоры ваши разговаривайте, Никита Шибанов, — бросил мужик, скрываясь в гараже.

— Я могу прийти, когда ты будешь свободен.

— Для тебя, милая, сию минуту, — хмыкнул и подтолкнул к двум ящикам, перевернутым и накрытым картонкой, явно имитирующих лавочку Сел, достал сигарету, прикурил, подняв на меня взгляд. Я, как заколдованная, наблюдала за каждым его движением. — И?

Моргнула. О, Господи, почему я становлюсь дурочкой в его присутствии? Все слова забываю, а все предложения путаются. Облизала губы и заправила волосы за ухо.

— Я думаю, вам надо помириться.

— Че?

— Вам с Соней. Вы не должны расставаться.

Никита затянулся, чуть прищурив глаза, внимательно глядя на меня так, что от его взгляда невольно пробежали мурашки.

— Я чет не врубаюсь, Уль-яна. Ты так печешься о моем счастье и о счастье своей подруги, или просто боишься?

— Чего это я боюсь?

— Того, что я свободен. А раз я свободен, то вполне могу переключиться на кого хочу, — смолкнув, продолжил прожигать взглядом, который красноречивее слов говорил о том, кого именно он может захотеть.

— Никита, я спрошу, но, пожалуйста, ответь мне честно.

— Валяй, — парень вальяжно откинулся назад, облокотившись на какую-то деталь от машины. Боги, даже в синем рабочем комбинезоне и с перемазанным лицом, он был чертовски привлекательным. Мне пришлось сглотнуть и отвести взгляд.

— Разве с Соней было не по-настоящему? Ведь она удивительная девушка — такую нельзя упускать. Понимаешь? Она могла сказать… Ну, оставить тебя по причине, которая не зависела от нее. Но я с ней поговорю, и она обязательно передумает.

На мгновение на его лице мелькает удивление, но он снова спрятал истинные эмоции под маской равнодушия.

— Раз уж я обещал, я отвечу тебе честно. А вся правда в том, что я плохой человек, как ни крути. Я солгал тебе. Мне не нужно расставаться с девчонкой, чтобы с кем-то еще замутить. Я никогда ни к кому не привязываюсь… Я живу в свое удовольствие. Потому что свобода — она ограничена и, рано или поздно, я ее лишусь. А пока я буду ею наслаждаться по полной. И твоя подружка чертовски похожа на меня. Она шалава, каких поискать. Открой глаза, Уля, и не подпускай ее близко к себе. Отправь ее восвояси. Вот тебе и вся правда.

Сказать, что я обомлела, ничего не сказать. Я просто в шоке! Распахнув глаза, несколько секунд смотрела на парня. Неужели он это все сказал вслух и серьезно? Этого не могло быть!

— Это так низко, — сказала я в замешательстве, — это так подло — говорить такие гадости. Тебе просто обидно, что Соня тебя бросила. И, знаешь, правильно сделала, судя по всему!

— Ну, да, — усмехнулся парень и потушив окурок поднялся на ноги оказавшись прямо напротив меня. Грубая обветренная кожа на его ладони обожгла мою щеку касанием, а сердце стало стучать, как в замедленной съемке. В один миг меня, как будто переместили в вакуум, где воздух просто выкачали. — Как же Соне повезло, я тоже тебя хочу… в лучшие подружки, — подмигнул мне. И рассмеялся, когда вырвалась из его рук.

— Никогда, Шибанов!

— Никогда не говори «никогда», милаха! — подразнил перед тем, как пошел в бокс.

— Я думаю, ты врешь все! — крикнула ему вслед, заставив остановиться, — думаю, что ты хочешь настоящего, сильного и

стоящего! Но ты трус и боишься! Человек с мечтой не может быть плохим, так не бывает. Как только мечта умирает, тогда умирает и сам человек! Ты просто боишься. Боишься по-настоящему влюбиться. И по-настоящему быть с кем-то. С кем-то достойным. И если ты боишься, то я рада, что вы расстались. Соня заслуживает лучшего!

Парень обернулся и снова на меня посмотрел. Но теперь в его взгляде не было усмешки. Он смотрел серьезно, даже хмуро.

— Тебе же хуже, если я решусь по-настоящему и навсегда, — бросил и, развернувшись, ушел, оставив меня в недоумении.

Не сделала ли я хуже? Но я этого точно не хотела.»

16.05.2016 г

"Я чуть задержалась на подкурсах, мы сдавали тест по русскому. Увлекшись сочинением, я, как следствие опоздала на свой привычный автобус. А следующий подошел только спустя полчаса. Да и тот, не доехав, буквально, две остановки до моего дома, сломался. Я решила сократить путь через дворы. Это я все к чему пишу? Просто, как удивительно. Ведь если тебе судьба встретить человека сегодня — ты его встретишь! Хоть ты тресни, а мир вокруг порушится!

Завернула в очередную подворотню, бросила взгляд в сторону, а там, чуть в стороне от гаражей, стоит Никита у большого черного джипа за кустарником. Да их и не видно с дороги, даже не могу объяснить, почему я заглянула туда. После того разговора мы не виделись. Это и не удивительно, у нас ведь нет ничего общего. Раньше была Соня. Но за прошедшие дни ничего не поменялось. И, самое удивительное, но моя подруга не убита горем. Можно позавидовать ее силе воли и выдержке. Хотя это немного странно. С другой стороны, может, она сама узнала, что этот парень пускает про нее плохие сплетни, портя ее репутацию. Я ей не стала говорить про нашу встречу. Зачем? Последнее, что я хочу, это ее расстроить.

Я невольно замедлила шаг. Просто Никита вел себя странно. Он стоял, чуть наклонившись и смотрел в замок на двери, словно в нем был смысл бытия, честное слово. Достал из кармана что-то, похожее на визитку, и провел по щели между дверью и корпусом. Убрал визитку в карман, резко выпрямился и посмотрел прямо на меня. Я, невольно вздрогнув, тут же отвернулась и постаралась зашагать быстрее.

— А я тебя видел! — крикнул мне вслед. Обернулась. Он сложил руки и чуть наклонил голову. Сделала еще шаг. И сама не знаю зачем,

развернувшись, зашагала к нему. Потому что, кажется, я догадалась, чем именно он занимался.

— Ты угоняешь машину? — прямо спросила, остановившись в паре шагов от него. Шибанов посмотрел на большой внедорожник, потом на меня.

— Ого, какая прямая.

— Зачем тебе это?

— Что?

— Зачем ты это делаешь? У тебя кто-то серьезно болен и не хватает денег?

Он чуть нахмурился.

— Ты осторожнее так подходи к чувакам, собирающимся угнать авто, — проговорил тихо. — Они не все так дружелюбны, как я. Иди с миром.

— Зачем ты это делаешь, Никита? Это настолько плохой поступок, что даже ты не должен его делать. Ты представляешь, что тебе угрожает?

— До твоего появления — точно ничего, — выдохнул.

— Ты не должен этого делать.

Он прищурился.

— А что я должен делать, Уль-яна?

— Все что угодно, но не брать чужое. Подумай, что скажет твоя мама.

— Ты расскажешь ей? — иронично поднял бровь.

Облизала губы. Я не на шутку разволновалась — это все было очень серьезно, и я не знала, что делать. Но должна же я была ему помешать. Какой бы он ни был, он — Шибанов, поэтому мне было не все равно.

— Ладно, успокойся, — проговорил, — это всего лишь спор, если не открою тачку, буду должен штуку, а у меня ее нет. У тебя есть?

Я копила карманные деньги на сережки, которые мне очень понравились. Поэтому точно знала, что у меня в кошельке тысяча двести рублей. Не задумываясь, отсчитала тысячу и протянула ее парню, который на мгновение застыл.

— Это что за черт? — пробормотал озадаченно, подняв взгляд от денег на меня.

— Не совершай того, что потом не исправить. Совесть будет страдать, и ты вместе с ней. А это всего лишь деньги, — пояснила просто.

— Ты странная, — он взял наличку, выдохнул и положил их в задний карман. — Все? Довольна? Я не буду ничего трогать. Иди.

— Ты обещаешь?

Его взгляд остановился на моих глазах.

— Обещаю. Иди, сейчас ребята придут.

Его насыщенный синий будто поглотил меня. Да какие деньги? Я ему душу бы сейчас просто так отдала. О, Господи! Ну, почему, почему он продолжает так мне нравиться??? Ведь он плохой человек!!!

Я ведь не сразу ушла. Спряталась. Он меня обманул. Не было спора.

К нему подошел высокий мужик.

— Ну че, открыл? — спросил.

— Ага, делов-то, — хмыкнул, — дрянь, а не антиугонная система у тебя.

— Да ты че, обалдеть, — мужчина открыл машину и полез в бардачок. Затем встал во весь рост. — Эти жены с их головой, им не нужны новые технологии. Надо «Жигуль» своей купить — пускай катается, — показал брелок и ключи, которые, судя по всему оставили в машине. Затем полез в карман, — где ты этому научился?

— Где научился, уже не учат.

— Да? Ну, ладно, — усмехнулся мужчина и полез в карман, — вот, возьми. Спасибо.

— Не надо, Дим, — отказался от денег Никита, — лучше мелкой купи конфетку.

— Да? Ну, спасибо, сосед. Ты меня выручил, — мужчина пожал руку и улыбнулся, а Никита в ответ.

Красивая у него улыбка. А я просто дурочка. Прощай мои сережки.

Странно даже не то, что он взял мои деньги. А то, что он всячески хотел скрыть свой хороший поступок. Ведь люди, наоборот, всегда хотят показать то хорошее, на что они способны.

Это реально странно.

Но Шибанов вообще странный.

Может, поэтому он никак не выйдет из моей головы???

Или это потому, что странная я?

Зачем только судьба меня сегодня с ним столкнула? Я ничего не поняла»

19.05.2016 г.

"У меня два часа до того, как придет Соня, и я должна ей все рассказать. А потом не забыть сжечь дневник!!! Чтобы никто никогда его больше не смог прочитать!!

Что вчера произошло! Я до сих пор не могу поверить!!!

!!!!!!!!

Я в шоке.

Так. Я вчера пришла после подкурсов, такая уставшая… Кстати по тесту набрала 89 баллов! Это очень хороший результат!!!

Поужинала. Потом немного поговорили с Соней о том, о сем. Она очень нервничала, 31 мая нам поставили ЕГЭ по русскому, и моя подруга очень переживала, что может написать плохо. Но, я — то знаю, что она точно справится.

Потом я пошла в ванну, переоделась в пижаму, и надо было еще почитать историю, там задали параграф.

Достала учебник.

— Только не пугайся…

Резко обернулась и закричала. Подпрыгнув на месте, швырнула учебником в Шибанова, еле увернувшегося от книги.

Да. Никита Шибанов стоял у открытой балконной двери.

Нет. Не так.

Он стоял у балконной двери в моей комнате.

У меня, было открыто окно на балконе, но, я жила на третьем этаже, на минуточку! Как он тут оказался???

А он стоял передо мной. Точно — не мираж, а он! И только хотел что-то сказать, как его перебил другой крик.

— Господи, Уля! Уля! — запыхавшаяся мама, с мокрыми волосами, открыла дверь в мою комнату, заставив меня повернутся к ней. — Ты что, малышка? Что случилось?

— М-мышь, — ответила, посмотрев на место, где только что стоял парень, успевший прошмыгнуть обратно на балкон. — Б-большая летучая мышь…

— Мышь? Где же она? Господи Боже, — мама с опаской осмотрелась.

— Я ее испугала, она у-улетела, — махнула рукою на балкон, в некотором шоке опустилась на стул, так как ноги чуть дрожали.

Мама еще полминуты посетовала, обняла меня и, чмокнув в висок, вышла. Я коснулась груди, сделав глубокий вдох-выдох, осторожно пошла к балкону. Никита стоял в углу сразу же подняв на меня взгляд.

— Чуть не попались, — беспечно улыбнулся и, кажется, на секунду я выпала из реальности от этой улыбки.

— Что… — пробормотала. Чуть тряхнула головой. — Что ты здесь делаешь?

— Я пришел к тебе, — просто ответил.

А, тогда ладно, и правда, что за дурацкие вопросы. Пф-ф-ф…

— Ты же у меня в квартире, в моей комнате, — напомнила ему. Он посмотрел на меня, в его синеве так явно плескалось веселье.

— Еще нет, я пока на балконе. Можно войти, мисс Барашек?

О, Господи, только сейчас вспомнила, что на мне пижама с барашком. Барашек милый, а спальный костюм из хлопка, так кожа дышит всю ночь. Но ее должна была видеть только я и мама. В крайнем случае, Соня.

И это последнее, в чем мне бы хотелось предстать перед парнем, от которого

бражение ладонями. Развернулась и молча зашла в комнату. Никита не отставал. Закрыла дверь на замочек, на всякий случай.

— Ого, у тебя на меня большие планы, а, Уль-яна? — усмехнулся.

— Так, ладно, — перевела дыхание, — что ты здесь делаешь? Я тебя не впускала через входную дверь. Живу я на третьем этаже. А ты здесь. В моей комнате. Зачем, Никита?

Сложила руки так, чтобы прикрыть рисунок, стараясь выглядеть очень серьезно. Парень чуть склонил голову, слушая меня. Его взгляд медленно поднимался от моих ног к глазам. И мне… Мне нравилось, что он так смотрит. Будто что-то обещает.

— Мне нужно было отдать должок. А тебе поставить решетку на окна, как поступили твои соседи снизу. Они и организовали «лестницу» к твоему балкону. Раз-два — и здравствуйте!

— Хорошо, — в некотором шоке произнесла, делая мысленно зарубку попросить маму установить решетки. — Зачем ты залез ко мне? Какой еще должок? И откуда ты знаешь, где я живу?

— Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь… Сяду? — спросил скорее для проформы, чем по делу, потому что тут же плюхнулся на кровать, оглядываясь вокруг. — А комнатка — ничего так.

Я стояла и просто смотрела на него. На то, как Никита Шибанов уселся на моей кровати, в моей комнате, когда стрелка часов подходила к десяти вечера. Это точно не в этой реальности. Я сейчас должна была проснуться от будильника, не иначе.

— Вот, спасибо, — положил тысячу на прикроватную тумбочку. — Они больше мне не нужны.

Посмотрела на купюру и облизала губы.

— Ладно, — сказала, потому что мне было трудно говорить от всей неловкости и странности ситуации. Наступило молчание. Никита встал с кровати и сделал шаг ко мне.

— Ну, я пойду? — спросил.

— Ага, — кивнула, потом спохватилась, — куда? В окно? Погоди чуть-чуть, мама сейчас ляжет, и я выпущу тебя через дверь.

— Ладно, — легко согласился парень, снова плюхнувшись на кровать. — Эй, где твои плакаты? Или какой-нибудь иконостас с любимой звездой? Или хотя бы коллекция фарфоровых кукол?

— Я не фанатею ни от кого. А куклы… Серьезно? Мне, как бы, восемнадцать.

Никита остановил взгляд на мне, когда я озвучила свой возраст.

— Ничего такого, чтобы тебя делало не такой… — Никита опять встал и подошел к моему столу. — Учебники, учебники, учебники… О тетрадка. А тут небось одни пятерки? Или ты меня удивишь, Уль-яна…

И только, когда тетрадь оказалась в его руках, я поняла, ЧТО именно это за тетрадь. И это было самое ужасное. Такого никогда не должно было произойти.

— Не-е-ет! — метнулась к нему, но он выхватил именно эту тетрадку, и успел даже открыть. А где он не открой, все последние записи о нем…

— Погоди, — смеясь и уворачиваясь проговорил. Потому что я ринулась отобрать свое.

Завязалась небольшая потасовка. И победа была не на моей стороне. Фортуна, вообще, похоже, смотрела в другую сторону.

— Ты не имеешь права… — пыхтела, — это личное!

— Эй, здесь мое имя… — усмехнулся, а потом просто застыл. И я… Потому, что увидела, на какой именно странице он открыл и прочитал.

«А потом долго не могла уснуть. Все еще чувствовала это обжигающее тепло от его прикосновений. Ииииии… он хотел… или хочет??? Меня поцеловать!!!!!

!!!!!!!!!!!!

Шибанов, Шибанов, Шибанов.

Шибанова Ульяна Игоревна»

И стала просто молить о том, чтобы пол разверзся, поглотив меня и мой стыд. И я исчезла на веки вечные. А парень, тем временем, быстро перелистнул несколько страниц назад, чуть нахмурился и напрягся. Я почувствовала это по руке, в которую вцепилась.

— Черт, — пробормотал озадаченно, быстро закрыв тетрадь, положил на стол. — Ты права, это — личное. Извини.

Мягко высвободил свою руку, направившись к открытому балкону. У двери на мгновение задержался, чтобы глянуть на меня, а затем исчез в проеме.

Я закрыла пылающие щеки ладонями, обдумывая жизненный план, как никогда и ни за что не встречать этого парня. Боже, какой стыд! Он пронизывал меня от макушки и до кончиков пальцев на ногах!

А потом Никита появился так резко, что я не сразу среагировала. Он решительно подошел ко мне, рукой притянув мой затылок к себе, жадно впился в мои губы. Это было… у-ух!.. Это было не так, как в предыдущий раз. В тот раз был почти невесомый поцелуй… Сейчас я чувствовала его настойчивые губы, твердые в своем намерении свести меня с ума. Я вцепилась в его плечи, так как стала таять, словно воск догоревшей свечи. Нет! Я только загоралась! Его рот будто поглощал мой. Заставляя всю меня покрыться мурашками. Его вторая рука опустилась на мое бедро, скользнула по хлопку и притянула к твердому телу, сдавив мою ягодицу.

— Ах, — смогла только выдохнуть, когда он на секундочку оторвался, чтобы посмотреть мне в глаза, одновременно ласково погладив щеку большим пальцем. Улыбнуться, и снова жадно припасть к моим губам, не давая времени одуматься или прийти в себя. Его губы настойчиво открывали мои. Он сделал шаг, еще и еще, пока я не уткнулась в свою кровать.

— Прыгай, — прошептал, и я упала, словно тряпичная кукла. Только хотела подумать, но он уже накрыл меня своим телом. А горячие губы атаковали мои жадным поцелуем. Я почувствовала сквозь ткань, как его джинсы трутся об меня… Хорошо. Не джинсы. Его возбуждение. Твердое и большое. И от этого внутри меня стало просыпаться желание. Раньше я такого не чувствовала, но оно было прекрасным. Как и Шибанов.

Кончик его языка прошелся по моим губам, зарождая трепет внутри. Господи, да я могла запросто задохнуться от нахлынувших эмоций!

— Как я тебя хочу, — прошептал он на моих губах, и даже от этих слов меня обдало горячей волной. Его рука опустилась вниз и коснулась живота, а губы продолжали жадно пожирать мои. Я хотела, чтобы он продолжал вечно. Мне нравилось все. Мой разум умолк, а мною полностью овладели эмоции.

И он продолжал.

— Ты такая вкусная, Уль-яна, — чуть прикусил мою щеку, — с ума сойти…

Его рука осторожно коснулась моих ребер, заставляя замереть. Обжигающее касание, обжигающие поцелуи… Я хотела забыться в этом всем и отдаться, не думала о морали. О том, правильно ли это, или нет. Я просто отдавалась тем чувствам и эмоциям, которые дарил Никита. Я утонула в нем и не хотела всплывать.

А после, когда его губы начали прокладывать дорожку из поцелуев по щеке вниз, я подумала, что я такая же как все те, кого осуждала. И точно не хотела быть таковой. Что я не смогу ему отказать? Что готова сейчас распрощаться с девственностью по первой его просьбе… А мы ведь даже не встречаемся. И моя мама… она в соседней комнате… В общем-то выходит, что я даже хуже всех его девушек. Но не в этом беда. Это была не я. Я изменяла себе.

Остановила его руку, которая едва не коснулась груди, и стала его отталкивать. Он оторвался и сосредоточил на мне синий затуманенный взгляд.

— Эй-ей-ей… — чуть нахмурился, — я думал, что нравлюсь тебе…

— Но, я — не твоя игрушка! — выдохнула, пытаясь выбраться из-под него. И он, наконец, позволил мне отползти на другой край и встать с кровати. Мое тело еще вибрировало от его прикосновений. Никита был так хорош на моей постели с растрёпанными волосами,

что даже досада на его лице не портила его образ. Он отвернулся от меня, сев на противоположном краю.

— Уффф, — выдохнул в ладони и сделал движение руками, будто умылся. Обернулся. Медленно повел своим взглядом по моему телу и встретился глазами с моими. Если он намерен теперь постоянно на меня так смотреть, я не ручаюсь, что смогу долго выстоять. Колени подгибаются. Поэтому переступила с ноги на ногу.

— Ты нравишься мне, Уль-яна, — произнес, не отводя взгляда, — что делать будем?

Могла только таращится на парня. Потому что, если честно, я и представить не могла, что нравлюсь Шибанову. Я совсем не похожа на всех тех девушек, которые были рядом с ним. Или на которых он был.

Тем временем Никита перебрался на мой край кровати, взяв мои руки в свои, заставляя подойти к нему. Заглянул в мои глаза своей бесконечной синей бездной.

— Я знаю, что ты не такая, как все, к кому я привык, — проговорил, будто мои мысли прочитал, — но этим ты мне и нравишься еще больше. Не как они.

— А как? — переступила с ноги на ногу, чувствуя, как парень легонько сжимает мои пальцы.

— Я не знаю, — ответ прозвучал крайне честно. Запустив одну руку в волосы, он растрепал их, а второй рукой сильнее сжал меня, притянув к себе на колени.

— Что ты… — попыталась встать.

— Погоди, — проговорил, вдыхая у моего уха. Потянул за резинку и волосы послушно легли волной по плечам, заставляя замереть от его близости. Господи, как приятно просто чувствовать его тепло и вибрацию, исходящую от него. Я такого никогда ни от кого не чувствовала.

— Давай встречаться? — предложил, закрыв глаза и уткнувшись в мою шею, обжигая кожу своим дыханием.

Я чуть отодвинулась, чтобы посмотреть на него. Хорошо, что сидела, а то бы так и упала.

Встречаться? Божечки, он только что это спросил?!

— Со мной?

— Нет, с твоей мамой. Покажешь, где ее комната? — усмехнулся, а затем взял за подбородок, чтобы не увернулась, и перестал улыбаться. Просто смотрел в глаза. — Я сейчас так рад, что ты мне штуку дала.

Коснулся губами моих губ. Нежно, ненавязчиво, ласково, аж душа замерла. А в животе, на самом деле, ощущения тонких крылышек взлетевших бабочек. Обняла его за плечи, а он продолжал целовать. Как он так может? Будто два разных человека. И от обоих сносит крышу, пусть и по-разному.

Оторвалась от его губ.

— Я не буду с тобой спать, — сказала быстро.

Парень прищурился.

— Мы уже обсуждаем условия? Значит, основной вопрос решен? — смутил меня и, рассмеявшись, поцеловал в щеку.

— Погоди, — попыталась высвободиться из его рук.

— Куда? Сиди здесь, — напряг объятья, — мне нравится тебя держать в руках, чувствовать тебя на себе… я дурею, знаешь?

Его губы легко прошлись поцелуями по щеке. Знал бы он, как я дурею от всего, что связано с ним. Закрыла лицо ладонями.

— Я не могу, Никита… Я… Ты ведь с Соней… а она… а я…

— Погоди, убери руки, я не черта не понял.

— Ты был с Соней. Я не могу с ней так поступить, — проговорила, опустив глаза, — она моя самая лучшая подруга. Так нельзя. Я не хочу ей делать больно. А ей будет неприятно — ты ведь ее парень… бывший.

Никита некоторое время просто смотрел на меня, будто переваривал информацию.

— Поговори с ней, — наконец, нарушил тишину, поглаживая мою щеку большим пальцем. — Если она твоя самая лучшая подруга, она должна понять, так? А сейчас я все же пойду. Лучше пойду, — его губы снова легко прошлись по моей коже. Коснулся носом. — Все.

Поднял сначала меня. Потом сам поднялся.

— Выпустишь через дверь? Боюсь упаду, если через балкон, руки трясутся, — усмехнувшись повертел в воздухе кистями.

— Да, только проверю маму, — сделала шаг к двери.

— А ну, погоди, — развернул меня и жадно впился поцелуем в губы, аж дух захватило! Отстранился, посмотрев в глаза, — для заметки. Мне все равно, что твоя подруга скажет. Я уже не отступлю.

Только открыла рот, как его жадные губы вновь одолели мои. И все возражения, которые были, улетучились в то же мгновение.

Сейчас мне предстоит трудный разговор. Но я должна поговорить с подругой. Моя Соня должна меня понять. Я хочу попытаться. Ведь сам Никита говорит, что я не такая, как все те, с кем он общался. Может именно со мной он и не поступит так, как со всеми? Ведь так бывает, верно?

Ой, Соня пришла!

Я нравлюсь Никите! С ума сойти!!!»