Глава 15

Раздался глухой хлопок, словно что-то ударилось в стену снаружи. Неожиданно вертолет сильно затрясло, он накренился. – Что происходит?! – испуганно воскликнула Наташа, когда они резко начали снижаться. Инстинктивно она вцепилась в руку Власова, нервно смотря в иллюминатор. Вертолет стало мотать их из стороны в сторону. Дремлющие парни тоже очнулись, также непонимающе выглядывали в иллюминатор. – Не паникуй! – велел Александр. – Ремень затяни и… – Он не договорил, так как дверь кабины пилотов резко ударилась о стену. – Бок подбили! Снижаемся! – прокричал один из пилотов, выглянув в салон и пытаясь перекричать вертолетный шум. Едва он произнес это, как вертолет опять тряхнуло от сильного удара по фюзеляжу. Машину начало крутить вокруг своей оси, и он стремительно начала снижаться, явно падая. Наташа истошно закричала, вцепившись в ремень и в руку Власова. Ей казалось, что поясной ремень едва держал. Через миг ощутила, как Александр сильной рукой прижимает ее к себе, удерживая от падения. Вертолет перестало вращать и снова резко дернуло в сторону, словно он потерял управление. Начало жутко трясти. Вдруг Евгений, сидевший напротив, вылетел из кресла: ремень оборвался. От сильного толчка его подбросило вверх, и он сильно ударился головой об обшивку. Тут же с грохотом упал на пол. Все произошло за считаные секунды на глазах у других. Крик Наташи замер у нее в горле от ужаса. Дальнейшее стремительное падение было жестким. Сильный удар о крону деревьев. Потом вертолет пропорол пузом сосновые ветви и резко скатился вниз. Еще один сильный толчок, и машина замерла. Дверь в салон жалобно пискнула, когда ее перекосило. В салоне запахло едким дымом. Первым пришел в себя Власов. Быстро оценив окружающую обстановку, глянув в иллюминатор, прорычал: – Выбираться надо! Дым попер, сейчас взорваться может! Отстегнул свой ремень и стремительно наклонился к лежащему на полу Евгению. Приложил руку к его горлу. Санинструктор не двигался. Его голова была залита кровью, а череп со стороны виска вдавлен внутрь. – Мертв, – процедил Власов и обернулся к Васильеву, который диким взглядом смотрел перед собой и не двигался, явно пребывая в шоке. Капитан громко рявкнул: – Миша, твою ма… Дверь открывай, че сидишь-то?! Васильев тут же очнулся и, подорвавшись, бросился к входной двери. Александр уже рванул в кабину пилотов, понимая, что там наверняка нужна его помощь. Вертолет упал носом вниз, и основной удар пришелся на переднюю часть. – Мамочки… Мамочки, – шептала Наташа и неестественно трясла головой, не веря в то, что все еще жива. Трясущимися руками она пыталась отстегнуть поясной ремень, но у нее ничего не получалось. Никак не могла нащупать кнопку. Девушка оборачивалась назад и видела в иллюминатор, что они висят между густых елей. Не очень высоко, наверное, в метрах пяти от земли. Наконец, защелка поддалась, и она вдруг закашлялась. Запах гари и дым проникали в салон через хвостовую часть. Там явно что-то горело. Встала на ноги, не зная, что делать. Она ничего не соображала. Прибывала в каком-то коматозе от пережитого страха. Лишь единственная мысль крутилась в ее голове, как заезженная пластинка, что вертолет подбили и он рухнул. Васильев никак не мог открыть дверь‚ от удара о мощные сучья ее перекосило. Он обернулся, ища что-то тяжелые. Увидел сбоку салона прикрепленный к стене огнетушитель. Начал проворно отстегивать ремни, которые крепили его. – Помогите кто! Один жив! – раздался хриплый крик капитана из салона пилотов. Обернувшись, Наташа от его окрика как будто пришла в себя. Поспешила к Власову. От картины в кабине пилотов ее даже замутило. Раздробленная панель управления, вдребезги разбитое лобовое стекло‚ рассыпавшееся мелкими острыми осколками. Одного из пилотов сильно покалечило, и он лежал в неестественной позе между стеной и креслом, со свернутой на бок шеей. Он точно был мертв. Второй находился в бреду, вертел головой и стонал. Власов пытался его вытащить с места, но ему не удавалось. Наташа присела на пол, посмотреть, что с ногами пилота и что мешает. В этот момент послышались дребезжащие звуки ударов по металлу. Видимо, Васильеву удалось сорвать огнетушитель или чем-то другим он уже выбивал дверь. – Там панель продавило, она ногу держит, – выпалила Наташа, поднимая на Власова бледное лицо. – Пусти! – велел капитан и сам полез вниз. Он попытался достать ногу пилота из железного капкана, но не смог. Сматерился. В этот момент в салон залетел пыльный от копоти и дыма Миша. – Как тут? – спросил он. – Один жив. Дверь открыл? – кратко спросил Власов, оборачиваясь к нему. – Ага, выломал. Хвост дымил, я его затушил. Огнетушитель исправен был. – Хорошо. Помоги, надо обратно эту железяку прогнуть, ногу не вытащить. Мужчины вместе попытались спасти пилота, который потерял сознание. Наташа же отошла от них, огляделась. Быстро прошла в салон, через пару секунд склонилась в открытую дверь. Они находились в шести метрах от земли. Висели на мощных крупных сучьях, застряв между деревьями. Она поняла, что только благодаря тому, что вертолет свалился в густую чащу, они все еще живы. Будь они на отрытом месте, просто бы взорвались, ударившись о землю. В этот момент вертолет вдруг дернулся и поехал вниз носом, дико скрипя железом. – А-а-а! – закричала девушка, быстро хватаясь за ближайшую панель. Вертолет опять замер. Она хлопала глазами и диким взглядом смотрела в дверной проем. Теперь высота стала ниже на пару метров. – Наташа бля… Сюда иди! – зарычал из кабины пилотов Власов. Она побежала обратно к мужчинам. Александр скомандовал: – Мы поднимем панель. На три вытягивай его! Поняла? Она быстро кивнула, обхватив руками бессознательного пилота под мышки. Александр с Михаилом встав на колени, уперлись печами в панель. – Раз, два, – начал считать капитан, и мужчины что было мочи толкнули панель вверх. – Три! Панель управления жутко затрещала, и Наташа, уже готовая, дернула пилота. Он чуть сдвинулся, но этого оказалось недостаточно, чтобы вытащить его. – Еще раз! – приказал Власов. Со второго раза Наташа что было силы дернула пилота и, наконец, вытянула его из-под панели. Он вдруг очнулся на миг. Блуждающим взглядом прошелся вокруг и снова вырубился. – Валить отсюда надо, пока вертолет не упал или не взорвался, – велел Власов. – Мы с Мишей пилота пока спустим. Ты, Натали, три рюкзака собери, нам всем на спины. Выкинь из наших ненужное тряпье. Оставь только магазины от автоматов и минимум еды, воду. Еще медсумку одну захвати. И быстрее! – Я поняла! – кивнула она и бросилась в салон. Все же пыталась ходить осторожнее, потому что вертолет как-то опасно покачивался. Через двадцать минут они спустились с висящего на деревьях вертолета. Раненого пилота пришлось опускать на ремнях с трехметровой высоты. Они отошли от машины подальше, к невысоким осинам, перевязали раненого. У пилота была сломана нога в нескольких местах и повреждена кисть левой руки. – Ты знаешь, где мы, Олег? – спросил Власов пилота, который едва очнулся. Капитон сунул к его лицу небольшую походную карту, которую захватил из кабины вертолета. – Где-то между Лиманкой и Жытычами, – ответил пилот, сглотнув. Наташа в этот момент дала ему попить из фляги. Но Олега тут же вытошнило. – Походу, сотрясение мозга, – констатировал Власов, обращаясь к пилоту. – Тогда лучше до вечера не пить. Лежи спокойно. Наташа убрала флягу и теперь перекладывала все вещи более компактно в рюкзаках. Ведь в вертолете она засовывала все впопыхах, за пять минут, которые отмерил Власов. Она собрала только три рюкзака, каждому на спину. Мужчины намеревались еще нести оружие и раненого на легких носилках, которые предусмотрительно велел взять в вертолет Александр еще из лагеря. – Так, и сколько до Ольховки не долетели? – Километров тридцать, – ответил Олег. – А это что, синим отмечено? – продолжал задавать вопросы Александр, указывая на карту с пометками. – Территории под неприятелем. Мы вот здесь где-то, – указал пилот пальцем. После его слов Власов свел брови к переносице и глухо произнес: – Ты хочешь сказать, что вокруг на несколько километров только неприятель? – Да. Потому Ольховку жарят как не в себя. Да и нас сейчас шарахнули. Тут везде неприятель. – Твою дивизию, – процедил Власов. – Надо валить отсюда, пока нас искать не начали. – И что же нам делать? – взволнованно спросила девушка. Она вдруг вспомнила фильм про ВОВ, где герои так же оказались в окружении, и добавила: – Наверное, надо к нашим войскам пробираться или как? – Надо, – согласился Васильев, который в этот миг перезаряжал магазин на своем автомате. – Но это опасно. Еще страшнее здесь оставаться. Верно Александр Петрович говорит, уходить надо. Возможно, уже ищут нас. Неприятель ведь видел, куда упал вертолет. – Я, ребятки, в плен не хочу, – поморщился Олег. – Там точно живьем шкуру сдерут. Если надо, я на одной ноге ковылять могу. – Успокойся, сказал, понесем тебя, – ответил Власов задумчиво. – В ближайшие населенные пункты идти не вариант. Там нас сразу схватят. – Можно в гражданское переодеться, есть же сменная одежда, – предложила Наташа. – Тогда не поймут, кто мы. Я могу снова в вертолет слазить. – Ага. Деваха с медсумкой и три мужика с тренированными торсами и злыми рожами, – заявил ехидно Миша. – Сразу поймут, кто мы такие, еще и документы спросят. Все замолчали и как-то мрачно начали переглядываться. – Слушай, Олег, а вот это ведь все лесная зона, да? – спросил Власов, указывая пальцем на карту. – Прости, я в картах полный дундук. – Верно. – И лес идет прямо до вот этой красной территории. Это же наши? – Да, как раз Ольховка, куда летели. Около тридцати с небольшим километров до нее, наверное, немного не долетели. – Значит, устроим марш-бросок через лес, – сказал Александр. – Это самый ближний путь до наших. Остальные красные пометки еще дальше. – И сколько же идти? – с ужасом спросила девушка. – Дня два или три, не меньше. Лес – это тебе не поле или асфальт, – ответил Миша. – Но это лучший вариант. – Так, – протянул Власов. – Ножи у нас есть, дрова ими, если надо, добудем. Нужны тогда только спальники и хоть один котелок. Остальное вроде ты все собрала, Натали? – Да, еду и медикаменты, – закивала она. Власов помолчал и велел девушке: – Пошли со мной. Сейчас подсажу тебя в вертолет. Ты самая легкая, а то еще рухнет он. А взрывов нам не нужно. Наташа быстро последовала за капитаном обратно к вертолету. Ей было страшно лезть в качающуюся на мощных ветвях покореженную машину, но выбора не оставалось. Надо было что-то делать и скорее уходить. Миша остался с раненым. Когда они подошли к вертолету, Александр как-то странно оглядел девушку и тихо сказал: – Не хотел при парнях говорить. У тебя это… женских дел нет? А то возьми еще тампоны там. Может, в лесу и больше трех дней проторчим, это как пойдет. От его слов, а более оттого, что он проявил какую-то странную заботу о ней, Наташа смутилась. Но ответила: – У меня только кончились. Но одна упаковка всегда с собой, мало ли что. – Умница, – оскалился Власов. – Значит так. Достанешь из вещей четыре спальника и себе кофту какую потеплее. – Хорошо. – Залезай мне на плечи коленями. – Он чуть присел. Девушка выполнила, быстро взгромоздилась на него. Он выпрямился, поднялся на ноги. – Теперь подтягивайся и хватайся за вертолет. Она сделала, что он приказал, ухватилась за проем двери. И Власов, быстро повернувшись, рукой уперся в ее ягодицы, подталкивая вверх. С его помощью Наташа пыталась подтянуться. – Пятая точка у тебя зачетная, сержант. Даже руки не хочется убирать, – хрипло произнес он, когда она уже взобралась наверх в открытую дверь салона. – Ты можешь думать о чем-то другом, Александр? – возмутилась она, проходя внутрь, и быстро начала искать, что нужно. – О чем? О том, что нас грохнуть могут в любой момент? Нет уж, я лучше о тебе помечтаю. Спустя полчаса их маленький отряд двинулся в путь. Власов и Васильев тащили пилота на легких носилках. На плечах у всех были рюкзаки. У мужчин тяжелые с едой и запасными магазинами от автоматов. Наташа несла в своем спальники, сменные носки и жестяную посуду. В руке еще тащила пятилитровую бутыль с водой, захваченную из салона вертолета. Сбоку у нее висел котелок, а через плечо медсумка. Когда они отошли на пару сотен метров от места падения, позади раздались выстрелы. Невольно они остановились, оглядываясь, и Васильев заявил: – Похоже, это у нашего вертолета. – Погибших добивают, чтоб не ожили, – процедил мрачно Власов. – Вовремя ушли. Надо идти быстрее, пока не разнюхали, что мы еще были. – Ты прав, Саша, – согласился пилот. – Я, наверное, могу сам идти, только ногу не чувствую совсем. – Лежи. Пока есть силы, понесем. Так все равно быстрее, чем ты ковылять будешь, – отмахнулся капитан. – Миша, прибавляем ходу. Натали, не отставай! – окрикнул он девушку, видя, что она застыла на месте и напряженно оглядывалась назад. Через лес они пробирались долго, медленно, но настойчиво. Делали два привала по часу, чтобы отдохнуть и подкрепиться консервами и хлебом. Потом снова следовали в нужном направлении по компасу, который был у пилота на руке. Идти было трудно, коряги, лесной покров, груз, что тащили, – все затрудняло путь. Когда на лес начал спускаться сумрак, решили остановиться на ночлег. Идти по ночному лесу было опасно. Стало холодать. Разожгли костер. В небольшом котелке Наташа сварила полпачки гречи, добавив тушенку и литр воды. Второю половину оставила на завтра. Ели по двое из одной жестяной миски. Все было по минимуму. Лишний груз затруднял путь. Чашки тоже было две. Васильев с пилотом, Власов с Наташей. Сделав перевязку раненому пилоту, Власов вколол ему дозу обезболивающего. Но ноге требовалась операция и гипс, так как она была раздроблена в нескольких местах. Хотя кровь остановилась. Пилот ел мало, его все время тошнило, по дороге вырвало пару раз. Сказывалось сильное сотрясение мозга. Чуть позже пили воду, чтобы вскипятить чай, надо было помыть котелок, а воды поблизости не нашлось, ни ручейка, ни реки. Уже когда совсем стемнело, в лесу стало жутковато. Пилот заснул на носилках, прикрытый спальником, Миша тоже дремал, прислонившись к дереву. От костра шло приятное согревающее тепло. Власов с Наташей тихо говорили, чтобы не мешать остальным. То она рассказывала о своей учебе. То капитан о своей службе. За этот день они как-то сблизились, даже подружились. Наташа чувствовала, что Александр как-то изменился к ней. Стал более добрым, спокойным в обращении с ней. Да и она смотрела на него другими глазами, зная правду о том, что он никакой не бабник. Наташа мерзла, хоть и находилась ближе всех к костру. В какой-то момент сидящий рядом Власов вдруг спросил: – Озябла? Ко мне прижмись, – велел он, распахивая армейскую куртку и приглашая как бы к себе под крылышко. На его удивление, девушка придвинулась ближе. Он обнял ее, крепко прижал к своему боку. Чтобы снять неловкость, Наташа спросила Власова о чем-то, он тихо искренне ответил. Так они и сидели какое-то время, тихо разговаривая о доме, о родных, просто рассказывая что-то забавное из своей прежней жизни. Наташе нравился его запах, мужской, терпкий и приятный одновременно. От него немного пахло потом, но не критично и не раздражающе. Все же они с Мишей почти десять километров, которые прошли сегодня, тащили раненого и еще рюкзаки. В какой-то момент девушка оказалась прижата к мужской груди. Сильные руки Власова, крепко держали ее талию, а губы дерзко исследовали рот. Ей понравился его поцелуй, теплый и властный. Она ответила на него, чем вызвала у мужчины удивление. В этот момент очнулся Миша. Девушка немедленно отпрянула от Александра. Васильев заявил, что будет спать, и действительно залез в свой спальник и закрыл глаза. Наташа чувствовала себя неловко в компании Власова после случившегося только что, оттого быстро сказала: – Я до кустов и тоже спать. Быстро поднявшись с поваленного дерева, где они сидели у костра, поспешила в сторону густых кустарников. Спустя пять минут, сделав свои дела, направилась обратно, видя впереди догорающий костер. Неожиданно от одной из сосен отделилась тень и двинулась к ней. Через миг Наташа оказалась прижата к стволу сосны сильным мускулистым телом. Губы Власова тут же завладели ее ртом, властно и алчно. Он начал дерзко разминать ее тело руками, не выпуская из плена губы девушки. Поначалу опешив от его натиска, Наташа быстро сдалась. Сама прижалась к сильному телу мужчины, запустив пальцы в его густые короткие волосы на затылке.