Глава 11 Нет повода не выпить

Ар Чтобы избавиться от тумана в голове понадобились почти сутки. Зато я успел выяснить жертвой чего, точнее кого, кроме собственной глупости, я стал. Меня развлекал в основном Николас, который из-за полученного ранения маялся от безделья. Из лазарета его уже отпустили, а нагрузки еще не разрешили. Из разговора с ним я узнал, что Этель постоянно дежурила у моей кровати, и спасла меня тоже она. Первый раз, когда выгнала Молли. Второй, когда помогла пленить моренуса. Почему меня это совершенно не удивило? Она всегда была той, кто приходил на помощь и в трудную минуту оказывался рядом. А меня самого к ней даже на порог не пустили. Лекарь сказал, что Этель должна выспаться и нечего ей мешать. Можно подумать, я собирался. Так бы убедился, что с ней все нормально и ушел. Зато упыря Кельвина с его мамочкой пустили, хотя я думал, что они с Этель расстались. Она сама говорила именно так. А привычки врать у нее не было. Не мне, точно. Пришлось смириться, хотя очень хотелось прорваться к Этель с боем, но потом я вспомнил, как несносна она бывает, если ее разбудить не вовремя, и решил – несколько часов ничего не изменят. Подожду. Сам я выспался на год вперед и жаждал деятельности, поэтому сначала увязался за Алексой, которая помогала транспортировать  моренуса (заодно посмотрел, что это за тварь), а после решил прогуляться по городу и немного подумать. Потому что вместе с воспоминаниями о том, как Молли отравила меня зельем, вернулись и кое-какие другие. Я вспомнил, что от меня скрыло забористое Валенсийское вино. Но не мог сказать, нравится мне, что воспоминания вернулись или нет. Вроде бы необходимость целовать Этель для выяснения правды отпала, нужно было просто рассказать девушке, что именно я вспомнил. Но что делать, если необходимость отпала, а желание нет? Именно этот вопрос меня занимал с того момента, как я открыл глаза. И пока я не нашел на него ответа. Но когда наткнулся на цветочный ларек, букет для Этель купил просто так – оранжевый, яркий и с колючками на стеблях. Прямо, как и сама девушка. Она его заслужила, а еще по пути попался магазинчик с янтарем. Я бы прошел мимо, но меня приметил загорелый дочерна коренастый валенсиец – хозяин. Он мог заболтать кого угодно, а у меня было свободное время. Так почему бы не зайти? Там я завис надолго. Потому что абсолютно все представленные здесь украшения подходили Этель. Причем, значительно больше, чем принятые в высшем обществе бриллианты. Взгляд упал на кольцо с крупным камнем, но дарить кольцо подруге, которую хочешь поцеловать, это как-то не очень правильно, поэтому я остановился на массивном браслете из черненого серебра, инкрустированного крупными камнями насыщенного медового цвета и неправильной формы. Я и раньше делал Этель подарки, иногда совсем недешевые, но с таким набором отправился к ней впервые, поэтому волновался, как мальчишка. Радостные вопли, доносящиеся с террасы, привлекли мое внимание издалека. Но я совершенно не ожидал, что в центре внимания окажется Этель со сверкающим кольцом на пальце и нагло целующий ее упырь, которого я с подачи подруги, воспринимал, как бывшего. Это было, как минимум, неприятно. Цветы полетели в ближайшую урну, туда же улетел браслет, а я просто развернулся и ушел, чувствуя себя полным идиотом и в очередной раз убеждаясь: хотеть поцеловать подругу – это отвратительная идея, которая ни к чему хорошему не приведет.  Этель Нет, безусловно, помощь другу дело святое! Кто бы спорил! И обещания свои нужно выполнять. Как без этого?  Но одно дело поулыбаться  маме бывшего и тактично забыть рассказать ей, что мы с ее сыном расстались. Другое – целоваться с кольцом на пальце, изображая счастливую невесту! От шока и абсурдности происходящего эти мысли довольно долго в моей голове формировались, но как только созрели, я вывернулась из объятий Кельвина, одновременно стаскивая кольцо и дрожащей рукой пытаясь вернуть его обратно в коробочку, которую Кельвин предусмотрительно прятал за спину. – Этель! – произнес он  одними губами, изобразив максимально испуганный вид.  Глаза он таращил знатно, почти как Котичка, который пытался стащить моренуса на ужин. – Нет! Пожалуйста! Но меня уже было не остановить. Потому что у всего есть края! Этак они меня и замуж заставят выйти тоже так, понарошку, чтобы мама не заподозрила неладного. А я не согласна! И если Кельвин боится сказать своей маме о том, что сам же меня и бросил – это точно не мои проблемы! – Кельвин, ты сам поставил себя в идиотское положение! – отрезала я и молча вложила ему в руку кольцо, хотя парень пытался сжать кулак, но я всегда была сильнее. Не только физически. То, что раньше нравилось, с определенного момента стало раздражать. – Прости, пора взрослеть. Сначала я хотела все объяснить его маме, рассказать про расставание, просьбу Кельвина повременить с объявлением об этом, но потом я поняла, что просто не хочу разговаривать на эту тему. Он заварил эту кашу для своей мамы, пусть и расхлебывает, мне надоело постоянно прикрывать его задницу! – Этель, объяснись! – закричала мне вслед миссис Рид, но я только отмахнулась. – Ты что себе позволяешь! – Кельвин объяснит. Он же ваш сын! И если что, меня бросил именно он. До вашего приезда! За спиной раздался возмущенный вопль миссис Рид, стон Кельвина и неприличный ржач, видимо, Николаса. Но мне было все равно! После того как  я поставила окончательную точку в наших отношениях с Кельвином, настроение сразу же улучшилось, и в душе запели птички. В Валенсии было прекрасно все и море, и птички, и прибой, и удивительный воздух, а потрясенное молчание и удивленные взгляды – это, право слово, такая мелочь. Будто на меня ни разу не взирали  то ли с ужасом, то ли с восхищением! Главное, что никто за мной не пошел, и я свернула с террасы в сад в гордом и счастливом одиночестве. Единственное, что не вязалось с окружающей меня идиллией торчащий из урны очень красивый и яркий букет. Вот за что так с цветочками? Я достала его из мусорки, поправила лепесточки и, не испытывая ни малейших угрызений совести или брезгливости, засунула подмышку. Если кому-то он не нужен, то поставлю в вазу, пусть радует глаз. Не то что бы мне цветов не дарили, просто конкретно этот букет мне понравился. Ну, и показалось несправедливым  – цветам не повезло два раза. Сначала их срезали, потом выкинули. Под цветами валялась еще коробочка с красной лентой. Но ее я брать не стала. Одно дело несчастные ни в чем ни повинные цветы,  а другое – подарок, предназначенный кому-то еще. С букетом подмышкой я побрела дальше, по пути вяло отмахиваясь от крысос, которых  тоже заинтересовал мой букет. – Вот как не увижу тебя, Этель, так вечно слоняешься и ничего не делаешь с мечтательным выражением на лице, – раздался из-за спины знакомый, недовольный голос куратора. Я аж на месте подпрыгнула! Вот зачем со спины подкрадываться? Так можно до приступа довести! Кто? – удивилась я, округлив глаза и прижав букет к сердцу. Букет был большим, поэтому пришлось отплевываться от лепестков, которые попали в рот. В этот момент я предпочитала не вспоминать, откуда его достала. – Ты! – Он ткнул пальцем в мою сторону. –  Кто же еще? Или забыла, что должна сидеть в библиотеке и усиленно выполнять задание, отрабатывая свои косяки. А ты что делаешь? – Что? – Ходишь тут и думаешь, какие проблемы мне создать еще! – Ни в коем разе! – отрапортовала я, отсалютовала букетом и развернулась в обратную сторону.  Про библиотеку и задание мэрша, я, конечно, же забыла напрочь. – И своих соратников не забудь! – крикнул мне вслед мэрш, но от Ника я устала (он слишком громкий и явно будет ржать, вспоминая сцену с Кельвином), а  Ара не нашла, поэтому решила насладиться тишиной и одиночеством. Преследовала я и еще одну цель – не хотела пересекаться с Кельвиной и его мамой, да и с другими сокурсниками. Пусть страсти поулягутся, пока я занята тихим и полезным делом. Я погрузилась в пыль фолиантов и не сразу заметила, что напротив меня за стол подсела задумчивая Алекса. – Думала, ты уже уехала к родителям! – воскликнула я, отвлекаясь от изучения книг и кидаясь обниматься к подруге. – Почти. – Она улыбнулась. – Просто хотела сначала попрощаться. Мэрш сказал, что ты тут, и я решила тебе немного помочь. Смотри! Она высвободилась из моих объятий, вытащила толстый запылившийся фолиант из потайного ящичка за полками. – Что это? – удивилась я. – А это дневник одного путешественника, который спрятал… – Алекса хитро улыбнулась, закусив губу. – Что именно он спрятал? – Яйцо дракона, – с восторгом прошептала Алекса и сунула мне в руки пухлый том в кожаной обложке. – Яйцо дракона? – Именно! – И ты мне даришь такую ценную информацию? Неужели ты не хочешь найти сама это яйцо, если оно существует! – Этель! Я хочу дракона, а яйцо можешь найти сама! – Алекса закатила глаза, чмокнула меня в щеку и со словами: «Ну все, мне пора»,  испарилась, а  я осталась стоять в центре библиотеки, прижимая к себе сокровище. Теперь я точно знала, зачем  отправится в поход наша группа. Ура! Мы идем искать яйцо дракона! Новые приключения впереди! Пока я радовалась, за спиной  снова скрипнула дверь. Я обернулась и увидела на пороге Ара, который держал ту самую коробочку из мусорного ведра. Взгляд парня наткнулся на букет, который я поставила на стол в вазу, и Ар хмыкнул: – Ну, кто же его мог еще забрать? – А ты зачем его выкинул? – возмутилась я, а парень шлепнул на стол передо мной коробочку, которая потеряла товарный вид. – Подумал, что чужой жене дарить подарки неуместно. Я обиделся Этель… – признался он. – Когда увидел, как Кельвин тебя снова целует. Я не нашла что сказать, а парень продолжил: – Думал, ты обманула меня, когда рассказала про расставание с Кельвином. – Я не вру тебе, Ар! – возмутилась я. – Ты же мой лучший друг! – Действительно… – Он улыбнулся, как мне показалось грустно, а прежде чем я успела докопаться, выпалил: – Ничего, не было Этель! Я вспомнил. У нас с тобой ничего не было. Можешь не переживать. Сердце екнуло и сжалось. И как ни печально было осознавать, вовсе не от облегчения. Неужели, я надеялась на другое? Но пришлось выдавить из себя улыбку, которая, как я надеялась, получилась облегченной. – Давай, показывай кудряшка, что ты нашла! – улыбнулся мне мой прежний Ар из прошлого, и сердце затопило грустное тепло. – Не я! Алекса! – подхватила я игру. –  Смотри, тут про яйцо дракона! Ар склонился ко мне, и мы вместе  уткнулись в книгу, как раньше. Почти, как раньше…