Глава 11

Сейчас я как никогда искренне жалела о том, что с собой во дворец не взяла абсолютно ничего, кроме горстки монет, которые хранились вместе с остальными вещами в шкафу у Эсмиральды.

Нервно расхаживала из стороны в сторону, измеряя шагами небольшую комнату с серыми стенами. Кроме стола и двух стульев, прибитых к полу, здесь абсолютно ничего не было. Даже окон.

Сколько я уже здесь расхаживаю? Час? Два? Десять?

Почему никто не приходит?

От страха, но еще больше от неизвестности я сходила с ума. Отчаяние так и порывалось выбраться наружу, но я пыталась себя контролировать. Он не может меня обвинить, потому что я не убивала девушку. Он не может…

Я прекрасно понимала, что он может все, что угодно. Я — всего лишь пыль под его ногами, и навряд ли Дэррек станет расследовать убийство ради того, чтобы доказать невиновность такой, как я. Ему проще повесить все на удачно подвернувшуюся персону в виде меня.

Дверь допросной скрипнула как раз в тот момент, когда я уже подумывала попробовать взломать замок шпилькой, что затесалась в моих волосах. Собственно, именно ее я и спрятала обратно, едва мой личный палач со шрамом на подбородке статно вошел в помещение.

— Вытирайте руки, — подал он мне влажное белоснежное полотенце, кивком головы указывая на один из стульев.

Осторожно присев на самый край, я остервенело стирала чужую кровь, в которой была вымазана и потерпевшая изменения униформа.

— Собираетесь повесить все на меня? — вопросила я, не скрывая злости.

И так ясно, что ничего хорошего меня не ждет, а потому любезной быть даже не пыталась.

— А у вас есть другой подозреваемый? — невозмутимо приподнял он бровь, а мне захотелось бросить тряпку прямо ему в лицо.

— Дайте мне время, и я найду вам убийцу, — заявила я уверенно.

Излишне самоуверенно, на самом деле, но это была моя отчаянная попытка вырваться отсюда. Только бы добраться до корабля, а там уже меня никто не найдет. Империя огромна, и им придется хорошенько меня поискать.

— Вы серьезно считаете, что я могу вот так просто выпустить вас отсюда? — усмехнулся он, но в глазах я видела лишь лед. Черную бездну, что поглотила немало глупых барышень. — Расскажите мне свою версию событий.

— Мне нечего рассказывать, — огрызнулась я. — Я пришла прибраться в библиотеке по приказу Эсмиральды и обнаружила там умирающую девушку. Клинок она вытащила сама, пока я звала на помощь. Пришли невесты, а потом и вы. Все.

Сложив руки на груди, я откинулась на спинку стула. Ждала, когда вынесет мне приговор, но Дэррек молчал. Сверлил меня немигающим взглядом, а тишина становилась тяжелой, гнетущей. Еще немного, и у меня просто не выдержат нервы.

— Хотите знать, как произошедшее видит мой следователь? Не хотите? А я расскажу. Он считает, что, попав в библиотеку, вы столкнулись с одной из невест и позарились на ее украшения. Убив девушку, вы хотели забрать драгоценности, но не успели, потому что в библиотеку вошли другие невесты. План был хорош, потому что официально устроить вас во дворец должны были только вечером, а значит, найти не сумели бы. Но вы попались.

— Бред! — выразила я свое мнение о сообразительности его следователя. — Если бы я хотела что-то своровать, я пошла бы убирать комнаты невест и там в их отсутствие забрала бы намного больше, чем одно жалкое колье. И убивать никого не пришлось бы.

— Согласен, — вдруг отозвался мужчина, легонько улыбнувшись одним уголком губ. Казалось, у него даже взгляд совсем немного, но потеплел. — Моя версия куда интереснее. Итак, два дня назад двухмачтовый флейт «Неуловимый Странник» под покровом ночи прибыл в порт столицы с очередным заданием от кого-нибудь аристократа. Его капитан — Авелина Золуш — получила возможность неплохо заработать и спасла невест императора от неминуемой гибели. Тем же утром некто пришел к ней с новой просьбой. Этому человеку было что-то нужно, но для того, чтобы добраться до этого предмета, Авелине Золуш было необходимо попасть во дворец. Согласившись на тяжелую работу, Авелина успешно нашла леди Эллу Бероус и выманила ее в библиотеку до того, как в нее явились остальные участницы отбора. Отдавать этот предмет просто так леди Бероус отказалась и пригрозила, что вызовет стражу. Вам нужно было время, чтобы отыскать этот предмет в комнате леди, а потому вы ее закололи, дабы она вас не выдала. Но… скорее всего, это было ваше первое убийство, а потому, не справившись с эмоциями, вы попытались спасти девушку и скрыться не успели. А теперь я хочу услышать правду, — подытожил он бред под номером два.

Теперь я не испытывала страх. Нет… Я ощущала ужас. Самый настоящий ужас, потому что этот мужчина откуда-то узнал, кем я являюсь на самом деле. Пораженная его осведомленностью, я даже сказать ничего не могла. Дар речи просто пропал, тогда как сердце пульсировало где-то в самом горле.

— Хорошо, — неверно истолковал он мое молчание. — Пойдемте.

Больно схватив меня за руку, мужчина буквально потащил меня ко второй двери, что стояла ровно напротив первой, через которую он вошел.

— Куда вы меня тащите? — воскликнула я, упираясь.

Но Дэррек был сильнее. Он упорно спускался вниз по холодному темному каменному проему, где вдвоем и не развернуться. Кисть неестественно вывернулась и болела под его натиском, но мужчине было плевать на то, что он причиняет мне дискомфорт. Я чуть ли не катилась вслед за ним, так быстро он шел.

Правда, рано или поздно все в этом мире кончается. И каменная лестница почти закончилась, когда я увидела впереди коридор с камерами, по которому расхаживали настоящие ищейки. При виде меня псы, сотканные из тьмы, зарычали, оскалились, вынуждая меня резко затормозить.

— Я к ним не пойду! — уперлась я пуще прежнего.

Резко обернувшись, Дэррек толкнул меня к стене, буквально вдавливая меня в нее всем своим телом. Нависал грозной скалой, а в его взгляде я могла запросто разглядеть свой приговор. Он был разъярен, я — напугана.

Он смотрел мне в глаза, я — ему.

Он дрожал от злости, я — от страха и…

Его губы были так близко. Аромат его парфюма опьянял, кружил голову. Я ощущала стук его сердца настолько хорошо, как если бы оно так бешено билось в моей груди.

— У меня нет времени с вами нянькаться. Расскажите мне правду, — произнес он с нажимом.

Никогда я не думала, что могу на ровном месте грохнуться в обморок.

Приходила в себя я странно. Открыв веки, поняла, что нахожусь не только в чужой спальне, но и в чужой постели. Кто-то очень заботливый прикрыл меня тонким пледом и оставил на тумбочке стакан с водой. К нему я и потянулась, чтобы тут же одернуть руку.

— Уже пришли в себя? Это хорошо, — вошел в спальню полуобнаженный Дэррек.

На нем были сапоги, имелись брюки и даже рубашка, но вот застегнуть ее мужчина не удосужился. Я, честное слово, пыталась на него не смотреть. Взгляд сам собой возвращался к его груди, тогда как щеки мои уже не горели, а натурально пылали.

— Простите мне мой внешний вид, но я решил, что успею переодеться до того, как вы очнетесь, — застегивал он пуговку за пуговкой, а я следила за каждым его движением. — Я не хотел вас настолько сильно напугать. Вы просто не оставили мне выбора. Итак, у нас два варианта. Или я вызываю ищейку, или вы рассказываете все самостоятельно.

— Я уже рассказала вам все, что видела, — произнесла я, наконец справившись с эмоциями. Привычная злость на этого мужчину вернулась вместе с реальностью.

— Вы понимаете, что ваше появление в столице и во дворце наводит на подозрения? Я хочу знать все с самого начала. Почему вы уплыли из своего городка? Зачем остановились в столице? Что делали во дворце?

— Я не обязана перед вами отчитываться!

— Прискорбно. Мне не хотелось пользоваться услугами ищеек. Процедура чтения мыслей причинит вам значительный вред…

Мы вновь сражались взглядами. Я смотрела на него упрямо, тогда как Дэррек на меня — чуть насмешливо. Это еще больше раздражало, но я понимала, что мне придется все рассказать самой. Ищейки видят абсолютно все, и от них не скроется наша афера с Антаном. Вредить другу я не желала.

— Хорошо, — ответила коротко.

И только я собиралась выложить всю правду, как где-то совсем рядом раздался стук в дверь. Кивнув мне, будто извинившись, мужчина вышел из спальни, чтобы вернуться обратно через пару минут с подносом в руках.

Живот мой призывно заурчал, а я смутилась еще больше, едва поднос оказался на постели рядом со мной.

— У вас нет гостиной? — вопросила я, отчаянно краснея.

— Есть, но вам лучше полежать еще некоторое время, — сухо ответил Дэррек.

— Я не кисейная барышня, — тщательно скрывая обиду, огрызнулась я.

— Ну да, это ведь я упал в обморок, — не остался он в долгу. — Но если вам так будет спокойнее, давайте перейдем в гостиную. И да, не пытайтесь сбежать. Двери заперты магией.

Едва я поднялась, понимая, что лучше промолчать, чем вступать в новый виток конфликта, обнаружилась новая проблема. Я и забыла, что платье мое было мною же и укорочено почти до колен, а потому, дождавшись, пока мужчина заберет поднос, я завернулась в плед, чтобы в нем же с гордостью выйти в гостиную.

— Итак, я жду ответов, — проговорил Дэррек, когда мы разместились в креслах.

— Как вы узнали меня? Откуда вам так много известно обо мне? — вперилась я в него взглядом, помня, что самая лучшая защита — это нападение.

— Это не имеет значения. У меня нет времени на то, чтобы рассказывать вам сказки. Или отвечайте, или отправляйтесь в казематы, — оборвал он меня жестко.

— Хорррошшшо, — протянула я, а руки так и тянулись к его шее. Не обнять — придушить, потому что невозможно быть настолько раздражающим! — На днях мне исполнилось восемнадцать. По законам империи теперь я могу делать со своей жизнью все, что мне заблагорассудится. Корабль принадлежит мне. В столицу мы явились для того, чтобы встать на ремонт. Во дворец я устроилась, чтобы заработать денег, — проговорила упрямо.

— Авелина… — угрожающе покачал он головой. — Я хочу услышать правду.

— Да чтоб вас акулы сожрали! — взбунтовалась я. — Кто вы такой, чтобы я перед вами отчитывалась?!

— Я — ваш единственный шанс не попасть на плаху. У каждого человека есть тайны, за которые его можно повесить или выслать на каторгу. Хотите проверить, как быстро ищейки найдут, за что зацепиться?

Все-таки жаль, что я его не утопила, когда у меня была такая возможность. Одним дотошным дознавателем стало бы в империи меньше.

— Я хотела попробовать добраться до императора, — призналась я, чтобы тут же добавить, пока Дэррек не додумал за меня: — Мне необходимо получить разрешение на открытие бюро, перевозки и торговлю, потому что сейчас я не имею право заниматься этим легально.

— Что мешало вам обратиться в канцелярию? — прищурился он.

— Бюрократия? — ответила я вопросом на вопрос. — У меня нет на это лишнего года. Платить морякам мне нужно уже сейчас.

— Дальше.

— Что дальше? — возмутилась я. — Все остальное я уже рассказала. Кроме того, я никак не могу быть подозреваемой в вашем деле. Не знаю, для чего вы меня допрашиваете, но к убийству это никак не относится, так что давайте разойдемся прямо сейчас. Эсмиральда меня уже наверняка потеряла.

— Сидеть!

Да я даже встать не успела, как тут же упала обратно в кресло. Есть хотелось неимоверно, но притрагиваться к подносу без приглашения я не имела права, тогда как от вкусных запахов уже сводило живот.

— И почему же вы не можете быть подозреваемой в этом деле? — сурово сложил он руки на груди.

— Элементарно. Я вошла в библиотеку за несколько минут до того, как в ней появились другие невесты, и это может подтвердить Эсмиральда, которая меня туда и послала. Заранее я никак не могла узнать, что сегодня буду там.

— Допустим. Дальше.

— Убитая на тот момент уже лежала на полу. Убийца поджидал ее заранее, потому что все портьеры в библиотеке были задернуты. Именно поэтому я сразу не заметила девушку, как только вошла. Поставив ведро, я сделала шаг и уже потом заметила ее, потому что глазам нужно время, чтобы привыкнуть к полумраку.

— Дальше.

— Я звала на помощь. Меня наверняка кто-то мог слышать, но даже если нет, мне пришлось порвать платье, чтобы зажать рану, когда девушка вытащила кинжал. Она пыталась мне что-то сказать, что, несомненно, было важно. Первым словом был кинжал, вторым — убийца, что наводит меня на мысли о том, что убийца оставался в библиотеке на тот момент, когда я вошла туда. Кроме того, моих отпечатков нет на кинжале, потому что поднимала я его исключительно за лезвие. Я держала кинжал за лезвие, и это каждый мог увидеть! Согласитесь, это не очень сподручно. Помимо прочего… Все украшения оставались на девушке, а значит, целью был не грабеж. И последнее, что немаловажно, я никак не могу быть убийцей, потому что рост убийцы совпадает с ростом жертвы, а я — примерно на голову ниже ее.

— С чего вы взяли, что рост совпадает? — заинтересованно нахмурился мужчина, наполняя бокалы вином.

— Если бы рост был ниже, лезвие вошло бы в тело жертвы под углом снизу вверх. Если бы выше — рана была бы прямая, но ближе к желудку. А так как рост убийцы и жертвы был одинаковый, лезвие вошло под прямым углом в нижнюю левую часть живота, из чего можно сделать еще два вывода: убийца правша, и стоял он лицом к лицу к своей жертве.

— Браво, — насмешливо отсалютовал он мне бокалом. — Что-то еще?

— Если никто не слышал криков, значит, девушка просто не успела закричать, что приводит меня к мысли о том, что выпад был совершен неожиданно. — Я тоже взяла бокал, чтобы смочить пересохшее горло. — Есть, конечно, доля вероятности, что жертва знала преступника, но она мне кажется сомнительной. Если бы знала, сказала бы имя, а не два общих слова: «кинжал» и «убийца». Об этом же свидетельствовал и испуг на ее лице. Необходимо детально осмотреть библиотеку на наличие улик и скрытых ниш, через которые убийца мог прийти и уйти, оставаясь незамеченным. Кроме того, я могу предположить, что жертва была убита ритуальным оружием. Нужно найти всю возможную информацию о рисунке, что выгравирован на кинжале. Я его уже где-то видела.

— Где именно? — смотрел он на меня с неподдельным интересом.

— Не могу вспомнить, — призналась честно.

— Ешьте, мне нужно подумать.

На самом деле я не собиралась вываливать на Дэррека все свои мысли — оно само как-то получилось. Азарт прокатывался по коже, а я уже не могла остановиться, собирая части новой мозаики. Мне было интересно. Природная любознательность так и подбивала вернуться в библиотеку и досконально изучить каждый сантиметр, чтобы побыстрее решить эту задачку, но кто бы меня отпустил.

Я уже поела, выпила бокал вина и неторопливо тянула другой, забравшись в кресло с ногами, а мой личный палач все молчал и молчал, уставившись куда-то мимо меня.

— Хорошо, — резко выпрямился он, а я даже вздрогнула от неожиданности. — Я помогу вам получить разрешение на вашу деятельность в самое ближайшее время…

— Но? — подтолкнула я его, нисколько не обрадовавшись. Разрешение — это замечательно, но вот плата за него может быть непомерно высока.

— Но мне нужна ваша помощь. И да, Авелина, выбора у вас нет.