Глава 16

Фекла Быковских

Да я сама хотела в багажник. В задницу к черту, в преисподнюю, в самые ее глубины. Куда угодно, лишь бы не быть рядом с Буйновым. И моя затея уже не казалась мне гениальной потому что я вдруг поняла, что мне совершенно наплевать на Федьку, на его измену, даже на то, что он меня обокрал. И что меня сейчас занимает только варвар, которым пропахла вся машина. Буквально провоняла. Так же как и я. Казалось, что я до сих пор не смыла с себя его прикосновения, от которых тело все горело. А еще меня начало лихорадить. Я решила, что это от нервов, спела про себя песню про зайцев от начала до конца. Обычно я так успокаиваю себя — ору в полный голос любимые песенки, но сейчас это было бы мягко говоря неуместно. Пою я из рук вон плохо. Так же как и танцую, собственно. Мои вокализы по звуку больше напоминают вой кающихся грешников в последних кругах ада, нежели милое пение симпатичной девушки. Танцы вообще похожи на приступы эпилепсии, по словам Янки. Кстати, интересно, как там она? Наверное оплакивает меня, облачившись в траур.

От этих мыслей мне стало себя очень жаль. Я всхлипнула, и почувствовала, что страшно хочу спать, просто до одури. Провыла мысленно главную тему из фильма про мальчика волшебника и задремала. Проснулась от того, что стало слишком тихо, и мои бедные кости перестали греметь от бешеной, но убаюкивающей тряски.

— Прибыли, — гаркнул Буйнов, злой словно сто чертей. Интересно, почему?

Я выползла из багажника и едва устояла на ногах от порыва ураганного ветра. Балахон красиво затрепетал на ветру, похожий на паруса «Летучего Голландца».

— Да уж, — задумчиво вздохнул Макс, поймав меня за шкирку, иначе я бы точно пропахала носом раскисшую землю. — Наша операция обречена на провал. Кстати, смотри, — сунул он мне под нос телефон. На экране заламывала руки моя подруга, завывая во весь голос.

— Она точно мертва. Точно. С этими туфлями моя несчастная подружка ни за что бы не рассталась, — рыдала в микрофон репортера Янка. Я заскрежетала зубами, рассматривая туфельку цвета охры, распухшую от грязи и воды, сделанную на заказ по лекалу известного мастера.

— Новости сегодняшние. Нашли твою одежду на берегу речки — вонючки, всю перемазанную кровью. Скажи я молодец? Теперь ты официально жмурик.

— Я тебя убью, — проскрежетала я новенькими венирами. — Мои туфли. Порву. Гад, сволочь, сука.

И я даже кинулась было на Буйнова, но замерла словно годзилла возле разрушенного небоскреба, услышав продолжение подругиного спича.

— Нет, это не Федор. Он любил Феню.

— Но в первый раз вы считали иначе? — задала вопрос девушка диктор.

— Я ошибалась. Скорее всего это связано с профессиональной деятельностью моей подруги. Надо искать среди обиженных ответчиков, которые в судебных тяжбах потеряли свое имущество. Вот, например, недавно очень богатый бизнесмен с помощью моей любимой подруги лишился огромного куска своего состояния. И он не один такой, Буйнов его фамилия, кажется была. Точно, Буйнов. А эти придурки, полицейские, схватили несчастного вдовца. Федор сума сходит. И не крал он ничего у Фени, ему и так все бы досталось. Зачем тогда заранее подделывать документы, если он ее убил? Глупость несусветная. Федя любил Феню.

У меня челюсть прямо до земли отвалилась, ей-богу. Уж Янку то я знала, как облупленную. И сейчас в ее голосе слышала плохо скрываемую злость. Это чего это такое-то, а? Буйнов играл желваками на щеках, и молча глядел в мою растерянную физиономию.

— По нашим данным господин Буйнов сейчас находится в нашем городе. По каким делам он приехал информации нет. Серьезный бизнесмен, один из богатейших людей страны, совсем недавно развелся с женой. На стороне его супруги в судебном процессе выступала Фекла Феофановна Быковских. Напоминаю, адвокат пропал без вести почти неделю назад Сегодня на берегу реки были найдены личные вещи госпожи Быковской, пропитанные кровью, что позволяет предполагать, что адвоката нет в живых. Ее муж, подозреваемый в причастности к преступлению, сейчас находится под домашним арестом, но в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, его пребывание будет пересмотрено. Так же полиция проверит все версии.

— Буйнов не просто так появился в нашем городе. — злобно проорала Янка. — Конечно, проще всех собак на Федора повесить…

- Ну, как тебе? — поинтересовался варвар, выключая телефон. От тебя одни проблемы. Я так и знал, что ничем хорошим все это не кончится. А подруга твоя шлюха, ты не знала? Судя по тому, как она защищает этого козленыша, тосковал он недолго.

— Ты, — ткнул он пальцем в Альбинку, — прямо сейчас шуруй в город и вызывай клининг. Не хватало, чтобы в избушке нашли следы крови этой блаженной, а мы тут сами разберемся.

Я почувствовала, что с трудом стою на ногах. Неужели Янка меня предала? Интересно, что ей пообещал Быковских? Денег? Это вряд ли. Неужели Макс прав? Да ну, не может быть. Скорее всего просто ей стало жалко Федьку. Янка доверчивая слишком. Господи, я ведь собиралась связаться с ней, доверяла, как себе. Черт. Шмыгнула носом, гоня дурные мысли. Буйнов мои сопли понял на свой лад.

— Не реви, теперь у меня тоже дело принципа. Уроем гадов, — выдохнул варвар, и вдруг подхватил меня на руки. Джип взвыл мотором и сорвавшись с места заюзил по грязи, обдав нас тучей грязных брызг. — Нашли блин, Джека потрошителя. Слушай, у тебя что подруга, что муженек. Может ты и сама такая, а? Говорят же "Скажи мне кто твой друг…"

— Заткнись, — прошипела я, — я тебя еще не простила за туфли. И поставь меня на ноги, извращенец. Будто я не вижу, как ты мои волосы обнюхиваешь.

— Да больно надо, — невозмутимо хмыкнул Буйнов. — Просто осматриваюсь в поисках камней.

— Каких камней? — спросила испуганно. Кто его знает, что там в голове у зверя. Может он решил меня тут прикопать, потому и Бинку отправил. Избавился от свидетеля.

— Которые ты в карманы должна положить, чтобы ветром не унесло, Мери Поппинс, блин. Пошли уже, времени мало. Ктулху заждался. Он там сюрприз приготовил, по словам Альбины. Не знаю что, боюсь даже предположить. Так что не стоит заставлять ждать Бориса. Его сюрпризы обыкновенно мощность имеют убойную.

В поселок мы вошли через час, как воры, перебежками. Стараясь не попасться на глаза не в меру любопытным гражданам. Напрасно. В такую погоду даже собаки предпочитали сидеть по домам. Ветер гнул до земли вековые сосны. Какой дурак решится на прогулку? Макс шел твердо, рассекая пространство словно могучий айсберг, при этом не проронив ни слова все это время. Я сидела у него на закорках, как цирковая мартышка. Потому что на полпути меня снесло ветром, и я разодрала балахон и ягодицу, пропахав метра полтора земли на пятой точке, чем вызвала взрыв издевательского смеха. И теперь у меня сильно болела задница, от бешенства сводило зубы, а внизу живота рос огненный шар желания, что было уж совсем не к стати

Знаете, план мой уже не казался мне таким уж гениальным. Страшно хотелось писать, согреться, и выпить одновременно. Балахон из легкой ткани плохо располагал к променадам под порывами ледяного ветра. Огромная луна светила словно глаз циклопа — великана, и даже, казалось, подмигивает авантюристам, шляющимся по задворкам дорогих домов. Нам, то есть, подмигивает. Ну вы поняли.

— Если бы я не знал, что это ты, обделался бы от страха, — пробухтел варвар, рассматривая меня с головы до ног. Бедный Федька, угораздило же его. И меня, кстати тоже. Ты похожа на порождение кошмаров шизофреника.

— Хорош ныть, — проклацала я дорогущими зубами, — ты же не просто так мне помогаешь. Мне между прочим в разы сложнее. Придется из себя выталкивать твоего ребенка, да еще и завод.30f6fc

— Надеюсь завод ты не станешь выталкивать. — испуганно — шутливо хмыкнул варвар. — Боюсь от такого зрелища я рехнусь окончательно.

— Дурак, — пыхнула огнем и задумалась над глупостью вроде адекватного мужика.

Я ведь врала. Заливала, как бухарский соловей. Блефовала, как любил говорить мой папуля. Ему все казалось, что именно покерные термины хорошо отражают суть нашей работы. Хотя, играл он слабо, зато имел бульдожью хватку в процессах. Неужели Буйнов думал, что я, дорогой адвокат, не оставлю лазеек в идиотских договорах, составленных не пойми кем. И как он смог рулить огромным бизнесом при такой наивности? Ума не приложу.

— Слушай, а как тебя в школе звали? Ты ж наверное заучкой и зазнайкой была. Там не любят таких. Свеклой поди.

— Нет, — нахохлилась я. Так я ему и призналась, что обидная кликуха — производное от моей девичьей фамилии, до сих пор преследует меня в страшных кошмарах. Я может и замуж вышла, чтобы избавиться от позорной кликухи. — Меня уважали и любили в классе. И вообще, тебе именно сейчас приспичило заинтересоваться моим счастливым прошлым? Мы, между прочим, не ради поцелуев с языком сюда явились. И где Бобок, черт побери?

— Ну да, конечно. Все любили Писюлину, — загоготал этот мерзавец. Черт, откуда он узнал? Узнаю кто рассказал — убью. Но потом, сейчас некогда, надо довести Федюню до заикания. Я с трудом сдержалась, чтобы не броситься на придурка с кулаками. — А тебе идет. Ты реально мелкая, вредная, злопамятная писюлина.

— Да пошел ты? — прошипела я, и на полуслове замолчала, парализованная ужасом. Из — за ближайшего к моему дому дерева выплыло нечто. Белая фигура, светящаяся в лунном свете, как болотная гнилушка размера кинг сайз. Буйнов медленно обернулся, явно прочтя в моих глазах ужас. Но даже он к такому не был готов. Нечто наступало неумолимо, скользя в потоках ветра.

— Эх, еп… — прохрипел Буйнов, и не раздумывая вломил упырятине кулаком. Нечто согнулось, захрипело и свалилось в траву. Я заткнула рот кулаком, стараясь сдержать рвущийся из груди крик. Буйнов склонился над поверженным чудищем, озадаченно почесал затылок. Ну надо же, надо чесать отсюда, ломая копыта, а не рассматривать то, что пришло по наши души. И в церковь сходить не мешает, негоже притворяться призраками. Не по-православному.

— Зашибись у вас сюрпризы, — в голосе Буйнова страха не было, скорее озадаченность. — Слышь, ты как?

Это кого он спрашивает? Неужели умом тронулся от ужаса, разговаривает с монстром. Хотя, рыбак — рыбака…

— Жить буду, — пропыхтело нечто голосом Бобка. — Хотел просто соответствовать миссии. Даже вон фосфором потрудился намазаться. А вы мне в зубы. Не хорошо это. Не по-дружески. И Альбина рассердится.

Писать мне уже не хотелось, я бочком протиснулась в чахлые кусты, сняла Буйновские трусы, которые хм… ну, не пригодны стали к носке, и кипя от ярости присоединилась к затейникам.

Да, сюрприз Ктулху превзошел все мои ожидания. На заднем дворе моего особняка стоял небольшой, но вполне себе рабочий подъемный кран. Я бы сказала маленький такой кранчик, которым в могилу опускают гробы.

— Подвесим ее на крюке, — фонтанировал доктор смерть искрометными идеями. — Ремни под мышки пропустим. До второго этажа он как раз дотягивает.

— Ты бы еще в барабаны бить начал, — прошипела я. Нет, ну а чего. Мать банкира Бубликова наверное давно увидела замечательное приспособление. Срисовала, сфотографировала и ждет своего триумфа, старая ведьма.

— Не увидела, — словно прочтя мои мысли хихикнул Бобок. — Я ее того…

— Ножичком по шее? — надежде в моем голосе позавидовал абы мать Тереза, ей-богу.

— Фу. Это же грязно, нечистоплотно и вообще… — передернулся Альбинкин обоже. — Усыпил газом. Не вредно, тихо и ей даже хорошо сейчас.

— А ты, оказывается, та еще штучка, — задумчиво хмыкнул варвар. — Но я против твоих полетов во сне и на яву. Ветер очень сильный. Запрещаю.

— Да кто ты такой? — взвилась я, прекрасно осознавая, что этот придурок прав. Но дух противоречия, а точнее неуемная вредность взяли верх над благоразумием. — Кочегарь аппарат — приказала Бобку, затягивая на груди ремни из прозрачного пластика.

— Обоих бы вас подвесить, — прошипел Макс. — И песню петь заставить «Мы летаем кружимся, нагоняем ужасы». Не глупи, Фекла. Это опасно.

— Тебе то какое дело? Можно подумать ты обо мне беспокоишься. О шкуре своей думаешь. Опасно было с тобой связываться, с таким придурком, — взвыла я. Ктулху дернул рычаг на панели управления, думая что это я так знак ему подаю. Тоже идиот, мать их за ногу. Послал бог помощничков. Неодолимая сила вознесла меня в воздух. В темноте крана видно не было, это я успела заметить. Покрытый темной краской он сливался с местностью. Да и Ктулху его замаскировал ветками. Я подлетела к окну спальни и взвыла. Нет, не потому что так было в сценарии. Просто от обалдения, и наглости некоторых индивидуумов, которых людьми назвать не повернется язык. Федька был не один.