Эпилог. Хорошая и добрая жизнь

Год спустя

Утро начинается с кофемашины.

Не с будильника - с кофемашины. Макс встает первым всегда, это у него как рефлекс, и через двадцать минут вся квартира пахнет кофе. От этого запаха я и просыпаюсь - условный рефлекс, сказала бы бабушка. И думаю, она была бы права.

Я лежу еще минуту. Смотрю в потолок.

Антарктида никуда не делась. Макс однажды заикнулся, что может быть можно уже и… отмыть. Я сказала «нет» так решительно, что он больше не предлагает.

Некоторые вещи должны быть неизменны. Ну или хотя бы должны пытаться быть такими.

Встаю. Иду на кухню. По дороге смотрю на плющ, который уже дорос до прихожей.

Это случилось в марте - я встала утром, и он уже там, завернул за угол и пополз в сторону окна. Я стояла и смотрела минуты три. Потом позвонила маме. Мама сказала: «Соня, это просто растение». Я сказала: «Мама, он дорос до новой комнаты!». Мама помолчала и сказала: «Значит, ему хорошо».

Мне тоже хорошо.

Это я говорю без пафоса, просто как факт. Год назад я стояла в студии со списком вариантов - лотерея, олигарх, почка. Сейчас я стою на кухне в пижаме – новой красивой, Макс подарил прикольную, но без коров - жду пока закипит чайник.

- Может кофе? - говорит Макс за спиной.

- Не, - морщусь я.

Он знает из какой кружки и какой чай я люблю утром, но все равно подсовывает мне свой дурацкий кофе. А я не злюсь – я хихикаю. Потому что это все ритуал – наш, маленький, дурацкий ритуал, которых накопилось уже целая гора.

Я беру свою кружку со своим чаем. Он берет свою - темную, без рисунка – с кофе. Мы садимся.

Обычное утро.

Студия изменилась.

Не внешне - те же стены, те же горшки вдоль окна, тот же кактус Вася на подоконнике, цветущий теперь регулярно и с видом существа, которое наконец поняло смысл жизни. Изменилось что-то внутри - в том, как я прихожу утром и открываю дверь. Год назад это было мое против банка. Сейчас это просто - мое.

Фиктивный договор покрыл неустойку. Корпоративный контракт с «Grand Soleil» закрыл долг полностью. Потом пришли новые клиенты - через «Grand Soleil», через сарафанное радио, через одну статью в небольшом журнале про флористику, где меня назвали «автором нестандартных решений». Я до сих пор не знаю, хорошо это или нет, но заказы идут.

Катя говорит - это потому что я работаю с душой.

Я говорю - это потому что хризантемы наконец получили уважение, которого заслуживают.

Мы обе правы.

Бабушка приезжает раз в две недели. Без предупреждения - это у нее осталось. Просто звонит в домофон, поднимается, осматривает квартиру с видом инспектора, которому платят за честность, пьет чай и уезжает. Иногда привозит пирог - Антонина Васильевна старается.

Плющ она изучила полностью. Знает каждый новый побег.

Мы к ней тоже ездим – раз в месяц как минимум, а то и чаще. Иногда вместе смотрим на черепах - она объясняет, я слушаю. Клавдия по-прежнему главная. Бабушка говорит, что у Клавдии характер.

Я говорю: знакомо.

Бабушка делает вид, что не слышит.

Катя спрашивала - изменилась ли я.

Я думала. Честно, долго.

Плющ тот же. Кактус тот же. Пижама с коровами осталась, хотя теперь чаще лежит в ящике как экспонат, чем оказывается на мне. Хризантемы на своих местах - в студии, дома, на трусах. И это отдельная история о том, как Макс нашел белье с хризантемами и подарил мне целых десять упаковок на Новый год. Я смеялась до слез.

Наверное, вот он - и ответ.

Я не изменилась.

Просто рядом появился человек, который дарит вот такие подарки.

Сегодня утром Макс сидит с телефоном и смотрит на него так, что я понимаю: «бабушка написала что-то, на что сложно ответить».

- Что? - спрашиваю я.

Он показывает телефон.

Бабушка прислала фотографию. Клавдия в аквариуме, рядом маленькая черепашка - новая, я ее еще не видела. Подпись: «Пополнение. Назвала Соней. Характер похожий».

Я смотрю на фото.

На маленькую черепашку с видом существа, которое знает себе цену.

- Это комплимент? - спрашиваю я.

- От бабушки - да, - говорит Макс.

- Макс, - улыбаюсь.

- Что.

- Мне нравится эта жизнь.

В его глазах искорки.

- Знаю, - говорит он.

Берет мою руку.

Просто - берет.

За окном октябрь. Листья кружатся, вороны каркают, голуби пыжатся.

И две Сони – я и черепашка – просто живут. Хорошую и добрую жизнь.