Глава 10

Интерлюдия. Артём Эдуардович Сазонов

Солнце стояло в зените, и палуба баржи «Звезда Морей» раскалилась так, что жар чувствовался даже сквозь подошву. Однако! Это не повод её не мыть. Так что Артём Сазонов, некогда звёздный артефактор, наследник древнего рода, гордость семьи и чуть ли не матерь драконов, стоял на коленях рядом с ведром мыльной воды и тёр, тёр, тёр…

Артём уже потерялся во времени и не помнил, как долго он работал. Мыл, тёр, отжимал тряпку, менял воду и снова всё по новой. Уж чего-чего, а квадратуры этой самой палубы на барже хватало с перебором. Сазонов уже не один десяток раз проклял её проектировщика.

Чайки кружили над его головой и орали так, что закладывало уши. Как будто бы насмехались.

— За что мне всё это? — простонал Артём, вытирая пот со лба. — За что⁈

И тут, когда всё было практически готово, прямо рядом с ним на палубу ляпнуло нечто беленькое. С чёреньким посерединке.

— А-ааАА-ААА!!! — сорвался в истерику Артём. — Я ведь почти закончил! — а следом начал крутить головой по сторонам в поисках виновника. И таки нашёл: — Ах ты скотина! — заорал он, обращаясь к одной особенно упитанной чайке. — Сволочь! Я тебя на бульон пущу!

А чайка услышала и заинтересованно уставилась на господина артефактора.

— Да-да, я тебе говорю! — Артём поднялся на ноги и назидательно потряс мокрой тряпкой. — Иди сюда, мерзость! Иди, я тебе все перья сейчас повыдираю! Я тут работаю-работаю, а ты гадишь!

Чайка склонила голову набок, будто бы ещё внимательней прислушиваясь к его словам.

— Ну и что ты вылупилась⁈ — Артём затопал ногами. — Ты думаешь, ты такая крутая, да⁈ Давай, подлетай ближе, я тебе сейчас устрою!

Пернатая чуть подумала и… кивнула. То есть буквально — сперва по широкой дуге запрокинула голову назад, а потом резко опустила. И улетела следом.

— Испугалась⁈ — обрадовался Артём своей маленькой, но всё-таки победе. — Вот и лети отсюда! Артём Сазонов и не с такими как ты справлялся!

Вытерев последнее пятно, парень наконец-таки заслужил долгожданный отдых. Без сил рухнул прямо на палубу, в теньке, спиной прислонившись к рубке. Закрыл глаза и горько спросил у самого себя:

— Артём, что с тобой стало? Ты… ты ругаешься с чайкой…

Хотя ведь ещё недавно Артём Сазонов общался с очень серьёзными людьми. Причём общался с позиции силы. Торговался на повышенных тонах, и эти самые серьёзные люди боялись вставить слово поперек ему, потому что он мог одним махом взвинтить цену на свою продукцию в пять раз. А может быть в шесть. А может быть даже в семь! Людям было страшно от этого, а теперь он уборщик…

— Ладно, — Артём попытался взять себя в руки. — Я выберусь отсюда.

И в сотый раз подумал о том, что его не собираются убивать, а это главное. Родители должны помочь, а Аня с Артуром слишком самоуверенны. Они ведь разрешают ему писать письма домой! Оставили ему в каюте ручку с листочком и сказали, что в любое время передадут послание Сазоновым-старшим.

— Варвары, — Артём хотел было плюнуть в сердцах, но вспомнил что плевок потом придётся вытирать именно ему, и вместо этого просто покачал головой. — Листочек… Ручка… По телефону было бы куда быстрее и удобный. А тут что? Письма, как в средневековье. Может чайкой его отправить?

Злись, не злись, а после десятиминутного отдыха нужно было возвращаться к работе. Колбы сами себя не домоют. Артём встал, взял ведро и пошагал в направлении трюма, но тут вдруг услышал крики чаек. Причём… необычные. Слишком уж остервенелые. А повернув голову к источнику шума, он обнаружил что:

— Вашу ж мать, — прямо в его направлении летит стая. Не меньше сотни чаек, ради такого дела превратившись в мурмурирующее облако несётся прямо на него. — Ах ты злопамятная сволочь! — крикнул Артём, бросил ведро и притопил вдоль по палубе. — Отвали от меня!

Успел. В самый последний момент захлопнул перед чайками дверь, споткнулся и кубарем скатился в трюм по лестнице. Затем поднялся и услышал… звук. Как будто на улице начался дождь.

— Нет, — прошептал Артём Эдуардовича, уже смекая что к чему. — Нет-нет-нет!

Тяжёлый капли барабанили по палубе не меньше минуты, а потом всё стихло. Осторожно ступая, Артём поднялся вверх, приоткрыл дверь, выглянул на палубу и увидел то, что увидел. Ровный слой помёта на том месте, где только что была чистота. А невдалеке на поручне сидела та самая чайка. Смотрела на Сазонова и, как ему показалось, смеялась над ним.

— Я тебе отомщу, — прошипел Артём, на что чайка снова вопросительно повернула голову. — Ладно-ладно! Не отомщу!

Минут пять ушло на Артёма, чтобы пройти все стадии принятия неизбежного, после чего он набрал новое ведро воды, вернулся на палубу и вновь приступил к работе. Закончил лишь к вечеру и устал так, что не чувствовал рук. Ну а когда ему разрешили вернуться в свою каюту, заперся в ней, зажёг огрызок свечи и взялся за новое письмо.

— «Матушка, батюшка, у меня всё отлично», — начал он. — «Ваш сын прямо сейчас работает над заданием, но есть некоторые трудности…»

Дальше он расписал, что много и усердно работает во имя непонятно чего, а Артур и Аня совсем сошли с ума. У них была возможность добить Артёма, но они этого не сделали.

— Так, — задумался Сазонов. — Нет, не пойдёт, — скомкал это письмо и начал писать новое.

«Матушка, батюшка, вашему сыну нужна помощь», — на сей раз он начал так: «У меня вроде бы всё хорошо, но в то же самое время мне очень обидно. Я попал в плен. Меня не добили и это хорошо, но есть и плохие новости. Например, чайки загадили всю палубу и мне пришлось мыть её дважды. Потом пришла сестра и спросила, почему я мою так долго, а когда я рассказал ей про чаек — смеялась и посоветовала мне ускориться».

Прикусил ручку, Артём задумался и продолжил:

'После этого пришёл Артур и принёс мне суп. Суп был вкусный, а брат — сволочь. И чайка тоже сволочь, но это не важно… когда я думал, что ничего обидней уже не случится, на баржу прибыл тунец в аквариуме. В аквариуме и на маленькой машинке! Он стал кататься по палубе, а когда я попытался прогнать его, чтобы тот не оставлял следы протектора, брат наругал меня. Сказал, что на этой барже тунец старше меня по званию, и я не имею права его прогонять.

Матушка и батюшка, пожалуйста, пришлите армию! Или две. А лучше сразу три. Пришлите сколько угодно армий, но вытащите меня отсюда, пожалуйста. Я согласен работать на вас бесплатно.

Правда, я не уверен, что это письмо дойдёт до вас. Наверняка Аня с Артёмом прочитают его, а потом сожгут. Но я всё равно пишу, потому что надеюсь хотя бы на этот мизерный шанс.

Постскриптум: матушка, у меня все руки в мозолях! Пожалуйста, поторопи батюшку!'

Артём закончил письмо, запечатал его в конверте и спрятал под подушку. Затем лёг на узкую жёсткую койку, укрылся тонким дырявым одеялом и сказал сам себе:

— Завтра важный день.

А затем… рассмеялся.

— Важный день⁈ Драить палубу — это важно⁈

Следом Сазонов подумал о том, что ничего страшного. Как только его надсмотрщики потеряют бдительность, он сразу же сделает могущественный артефакт и уничтожит это место. Уничтожим всю эту проклятущую баржу, где ему пришлось работать как рабу, и где над ним смеялись чайки и тунцы.

Сазонов закрыл глаза, устроился поудобней и сконцентрировался на дыхании. А погрузившись в медитацию, сразу занырнул глубоко-глубоко в свой источник — туда, где хранилась магическая сила. В самые тёмные и потайные уголки, которые никто не видел, и никто не мог считать.

Да, всем вокруг казалось, что Артём пуст и разряжен, но на самом деле всё это время он копил энергию. Аккумулировал её тайком, что есть высшее мастерство, которого не достигает подавляющее число одарённых.

Однако тут:

— Какого чёрта⁈ — выкрикнул парень и поднялся на койке. Хранилище энергии было пустым. То есть вот абсолютно пустым — ни крохи силы. — Как такое возможно⁈ — крикнул Сазонов и тут вдруг вспомнил…

Проходя мимо по палубе, брат каждый раз останавливался рядом с ним и хлопал его по плечу.

— Зачем ты хлопаешь меня по плечу? — спрашивал Артём, а тот отвечал:

— Просто так.

На поверку же оказалось, что вовсе не просто так.

— Грёбаный Артур, — процедил сквозь зубы Артём. — С его грёбаным даром. Он же высасывал из меня энергию…

Затем лёг обратно и уставился в тёмный потолок. Что ж. Жизнь нелегка, но он всё равно справится. И даже не будет плакать! Ну… как минимум сегодня…

* * *

На контрасте с жарой последних дней, сегодня в Венеции было очень свежо. Прямо сейчас я шёл по набережной к зданию городского хозяйства, на втором этаже которого сидел мой старый знакомец, синьор Габриэль Греко. Миновав приёмную, я сразу же поднялся к его кабинету и постучал.

— Войдите!

Греко сидел за своим рабочим столом, пил кофе и читал какую-то бумагу. Увидев меня, он тут же отложил папку и судя по улыбке обрадовался.

— Артуро!

— Здравствуй, Габриэль, — я прошёл в кабинет и сел напротив. — Не буду ходить вокруг да около, я по делам.

— Слушаю.

— Я всё хорошенечко обдумал и решил, что снова собираюсь всё делать через тебя.

— В каком смысле — «через меня»? — нахмурился Греко. — Артуро, я же тебе уже говорил: ты теперь префект. Ты можешь многое. Зачем тебе делать всё через меня, когда это гораздо труднее, дольше и муторней? Оформи новую недвижку на сестру или…

— … или невесту, помню-помню-помню. Но знаешь, что? Я люблю проверенные схемы. Ты ещё ни разу не ошибался с помещениями.

— Ни разу⁈ — засмеялся Габриэль. — Артуро, ты забрал у меня самые проблемные объекты и каким-то чудом умудрился выжить! Более того! Ты умудрился сделать их известными и прибыльными! Ты реально уникальный человек, синьор Маринари.

— Спасибо, — шуточно поклонился я.

— Это не комплимент, Артуро. Это сухая констатация факта. Но знаешь, — Греко вздохнул и откинулся на спинку стула. — Раз ты так хочешь, давай искать помещение через меня. Пускай я и не понимаю, зачем тебе все эти лишние телодвижения…

Я же подумал, что да. Телодвижения действительно лишние, но всё равно. Если я оформлю новый проблемный через префектуру, в которой являюсь начальником, это по моему скромному мнению будет неправильно. Я ведь воспользуюсь своим служебным положением! Почему? Да потому что! Одна подпись и всё, считай, готово.

В противном же случае запрос пройдёт через кучу инстанций, где мне могут отказать в получении помещения или же выставить какие-то дополнительные условия. Плюс сам контракт с Греко стандартный, а не такой, какой я сам себе нарисую. И плюс налоги!

Да-да, я уже пробил этот момент. Если всё оформить на ту же Джулию, то я буду платить в городскую казну меньше налогов, потому что: а) это её первое имущество; б) она аристократка из знатного рода; и) коренная венецианка. И всё это вкупе дарует ей значительные послабления.

Оформить на сестру? То же самое — будут льготы. Согласен, всё это не так важно и играет не такую большую роль, но чисто по-человечески, чтобы не травмировать самого себя морально, я не хочу этим заниматься.

Я стал префектом. Но это не значит, что должен получать от этого бонусы. У префектов ведь есть Кодекс Поведения, согласно которому они должны помогать людям и заботиться о своём районе, а не выискивать в законодательстве плюшки для себя любимого.

Конечно, я понимаю, что все эти законы и сам Кодекс писались давным-давно, в другие времена, при других людям и можно даже сказать, что в совершенно другой Венеции. Но ничего страшного! Я могу позволить себе жить как мне нравится и следовать зову сердца.

Так вот!

Пока я передумывал все эти думы, Греко уже с головой занырнул в компьютер и что-то долго искал в базах данных. Видимо, подыскивал что-то, подходящее под мои запросы, которые я озвучил очень даже чётко.

Минимум двести квадратов, высота потолков не менее трёх метров, возможность вонзить промышленную вытяжку, приличное водоснабжение и, желательно, без перебоев с электричеством. Ну разве я многого прошу?

— Есть, — наконец сказал Греко.

— Отлично. И что у нас там?

— Есть два варианта. По заданным параметрам подходят оба, вот только один… ох, Артуро, это такая жесть, что я даже вслух читать не хочу. Зато другое помещение вполне себе нормальное. Никакого тёмного прошлого, так что я советую взять тебе именно его.

Я задумался. Что же выбрать?

— Знаешь, — сказал я. — А я тебе верю, Габриэль. Возьму то, что ты советуешь.

— Ну значит по рукам!

— Да, — кивнул я. — Подписываем…

Оформление заняло около часа. Греко объяснил всё до мелочей: про условия аренды и выкупа, про коммунальные платежи и про налоги, а следом показал мне план здания и фотографии фасада. Под конец достал из сейфа старый тяжеленный ключ с затейливой гравировкой и передал его мне.

— Адрес ты знаешь.

— Знаю.

Я взял ключ в руки, повертел его и решил уточнить:

— А ты уверен, что с этим помещением всё в порядке.

— Уверен, — кивнул Греко. — Я ведь дал тебе подробное описание.

— Ну хорошо, — я сунул ключ в карман и поднялся с места. — Спасибо, Габриэль, ты снова здорово меня выручил.

— Всегда пожалуйста, — мужчина пожал мне руку.

С тем я и ушёл. Двинулся по нужному адресу, а про себя подумал: если со зданием всё хорошо, то почему у меня в таком случае начали трястись поджилки, как только я взял в руки ключ? Тёмной энергии в нём было столько, что… просто представить страшно, что он открывает.

Хотя! Может статься так, что ключ сам по себе артефакт. Всё-таки моя семья производит целую кучу моделей, да и профильные журналы я нет-нет, да и почитываю. Короче! Есть такие артефакты, которые встраиваются в замочные скважины, потому что в сам дверной проём встраивается портал для перехода в другой мир. И таким образом получается, что вся негативная энергия, идущая из этого мира оседает в замке. Со временем их чистят и меняют, чтобы всякая дрянь не распространялась по дому.

Так что ладно. В любом случае я безумно доволен, потому что мне досталось реально большое помещение. И пускай придётся вложить в него кучу денег, я согласен, ведь окупятся все эти вложения в разы…

Интерлюдия. Габриэль Греко

Синьор Греко сидел за столом и улыбался. Настоящей, искренней улыбкой.

— Ничего себе! — сказала Валентина, заглянув к нему в кабинет. — Впервые за целую кучу времени я вижу тебя таким счастливым и довольным! Что случилось⁈

— Проходи, — Габриэль указал на стул напротив. — Садись.

Жена послушалась и, притворив за собой дверь, устроилась напротив своего… начальника? Мужа? Напротив мужа-начальника! Тот в свою очередь открыл ящик стола и достал из него ланчбокс. Открыл и продемонстрировал жене румяную ароматную лазанью.

— Будешь?

— Нет-нет, что ты? — Валентина замахала руками. — Я же не голодная. Ты же знаешь, у меня диета. Сегодня на салате и воде.

— Ну хотя бы вилочку, — синьор Греко отломил кусочек лазаньи и показал Валентине, как тянется сыр.

— Ну… ладно! — сдалась девушка. — Но только один кусочек!

Валентина приняла вилку у мужа, а затем сунула её в рот. Зажмурилась от удовольствия, а потом резко распахнула глаза. Молча выхватила у мужа ланчбокс и начала поглощать лазанью на скорость. Очень быстро, с неподдельным аппетитом, и не обращая внимания ни на какие диеты.

Съев за один присест половину, она выдохнула и вернула бокс Греко. Затем промокнула губы салфеткой, подняла глаза на мужа и спросила:

— Артуро заходил?

— Да-а-а-а, — протянул Габриэль, улыбаясь ещё шире.

— Понятно. Слушай, а ты не боишься, что эту лазанью расценят как взятку?

Греко усмехнулся.

— Дорогая, поверь мне. Если я пойму, что мне начинают ломать дверь, то эта улика очень быстро исчезнет.

— Ах-ха-ха-ха-ха! — рассмеялась Валентина.

— Ох-хо-хо-хо-хо! — поддержал её муж.

А отсмеявшись рассказал своей благоверной о том, как только что помог синьору Маринари. Причём на сей раз по-настоящему! Наконец-то он смог дать ему нормальное помещение, безо всяких проблем и аномалий.

— А то ведь он постоянно влипал во всякие приключения, — объяснил Габриэль. — Парень всё-таки не местный, пусть и префект, так что многого не знает. Но теперь я наконец-то доволен. Знаешь? Даже на душе как-то спокойней стало.

Тут компьютер синьора Габриэля звонко пиликнул, оповещая хозяина о новом письме. Греко тут же открыл его, прочитал и крикнул:

— Отлично! Администрация Дожа подтвердила сделку! Надо срочно написать Артуро!

И едва Греко успел набрать: «Поздравляю, здание официально твоё», — и отправить сообщение Артуро, как к нему на почту пришло ещё одно письмо.

— Что? — уточнила Валентина. — Ещё кому-то что-то одобрили?

— Да вроде бы нет, — нахмурился Греко. — Я сегодня кроме как Артуро никому ничего не оформлял… дай-ка посмотрю.

Синьор Габриэль открыл письмо. Прочитал. Затем лицо его резко вытянулось, покраснело, и он вскочил с места, опрокинув к чёртовой матери стул:

— Мамма миа! — заорал Греко во весь голос. — Криворукие уроды! Вас бы всех отправить сваи забивать! Идиоты! Как же так⁈ Это же невозможно!

— Что случилось? — встревожилась Валентина.

— Они перепутали описание зданий! То, что я порекомендовал Маринари… о нет, — Греко поднял голову вверх: — Венеция⁈ Ты меня наказываешь или его⁈ Если его, то можно не моими руками, ну пожалуйста⁈ Я ведь скоро Маринари в глаза смотреть не смогу! А мне ведь так хотелось, чтобы он был поваром на празднике, когда у меня родится ребёнок!

Греко поднял стул, а после обречённо плюхнулся на него и начал бессильно хныкать. Жена же обошла рабочий стол Габриэля, обняла его и сказала:

— Ну ты же знаешь, это Венеция.

— Знаю! Но боюсь, что это здание не по зубам даже Артуро Маринари. Слишком уж тёмная там история…