Глава 13

Артем уже успел переодеться в привычные мне джинсы и кожанку, и сейчас загорал, прислонившись к мотоциклу. Ну, если чисто теоретически можно загореть под лучами фонарей. У меня еще ни разу такой финт не вышел. – В этом блатном районе и освещение блатное, да? – уточнила, на всякий случай. – Ты о чем сейчас? – Тёма лениво приоткрыл один глаз. Явно демонстрировал, что мы ему мешаем принимать фонарные ванны. – Лампы, говорю, с ультрафиолетом? Если так, то подвинься, я тоже пристроюсь. – Вик, ты опять страдаешь хренью? – Даня стоял рядом, держа в руках мою сумку, и выглядел откровенно недовольным. – Мне до пляжа нынче никак не добраться. А тут, видишь, можно и ночью загар получить… – Загар не в моде нынче. Аристократическая матовая бледность – это последний тренд. – Артем усмехнулся, но не шевельнулся даже. – Что ты здесь делаешь в такое время? – Даниилу, отчего-то, наши рассуждения о моде показались неинтересными. – Мы с тобой сегодня центр открыли, если помнишь. Надо бы отметить… – Артем выразительно пошевелил каким-то пакетом, лежавшим рядом на сиденье. Там что-то звякнуло и зашуршало, явно намекая на содержимое. Сто процентов, там не лимонад с минералкой лежали. – И ты припёрся ради этого? – Недовольство в голосе моего то ли друга, то ли бывшего друга, черт его знает, нарастало в геометрической прогрессии. – Ну, я надеялся, что ты опомнишься и сам позовешь. А ты был занят, оказывается. Так нечестно, Дань, меня в партнеры брать, а праздновать только с девушкой. – Он риэлтером подрабатывает, разве ты не в курсе? Розовым. – Каким?! – Ага. Заинтриговала обоих. Иначе б че они хором опять заговорили? – Ну, квартирным Робин Гудом, если перефразировать. Это когда выселяют женщину из хреновых условий, а поселяют в хорошие. И ничего за это не берут. Тёма смотрел на Даню с немым вопросом в глазах. А может, это мне так показалось, а на самом деле парни переглядывались, пытаясь понять, как бы меня прикопать под кустом без последствий. – У Вики прорвало водопровод. Оставаться дома невозможно. Пришлось на время ее к себе забрать. – А. Ну, я примерно так и подумал. Этот парень все больше меня привлекал – своим тактичным умением не задавать лишние вопросы. Вполне возможно, что за такт я принимала равнодушие. Но разве это так важно, когда не знаешь, как отделаться еще от двух, у которых ни такта, ни безразличия нет и в помине? Артем среди этих двух пылающих тестостероном и отсутствием мозгов мужчин чудился мне просто островком безопасности. Вот сейчас бы я с удовольствием куда-нибудь свинтила с ним на мотоцикле. И даже постаралась бы ощутить весь романтизм… – Ну, так ты позовешь меня в гости, Дань? Или прямо здесь, на газоне, и разложимся? – Несмотря на весь свой такт, Тёма не планировал отступать от своих планов. – Да пойдем. Куда от тебя денешься? Отметим… – Шикарно, блин! Это надо было напугать меня алкашами, увезти от них, чтобы самому устроить отдельную пьянку! Мы так не договаривались, Даниил! Я не то чтобы поборница здорового образа жизни: каждый по-своему гробит свое организм, главное, чтобы на чужие не покушался. Но, черт возьми, как-то мне совсем не улыбалось оказаться в компании не очень трезвых мужчин, причем и не на своей территории. – Вы же говорили про водопровод, или мне показалось? – Это было в переносном смысле. У соседей по коммуналке трубы все время горят, вот они их и заливают, чем попало. А Даня увидел самый разгар поливки, за меня испугался… – Сделаю вид, что я все понял. – Парень лишь пожал плечами. А все-таки, кожаная куртка ему шла намного больше, чем костюм – он в ней становился брутальнее, что ли? Или это она поскрипывала так призывно, что моё подсознание все неправильно восприняло? – У тебя нет других вариантов. Вика все равно все запутает и собьет с толку. Так что прими главное: ей нужно было сегодня где-то переночевать, возможно, и завтра тоже. Поэтому отмечать с тобой будем аккуратно. – Даня ухмылялся, ведя нас к своему подъезду. У него, похоже, наступила стадия принятия: это когда вообще все не нравится, но ничего нельзя изменить. Остается только радоваться, что жив и здоров, хотя бы психически. – Да Господи, можете делать что угодно! Это же твоя квартира! Хоть стриптизерш вызывайте. – А если вызовем? – Посмотрю с удовольствием. Всегда было очень любопытно, как они из торта вылезают: все измазанные или только частично? Вообще-то меня волновали совсем другие вопросы: накормят ли меня, дадут ли умыться и когда позволят уйти спать. Понятно, что никто силком удерживать не станет… Ну, а если начнут беседы беседовать, или, не дай Боже, решат, что меня развлечь нужно? Это ж я босиком из квартиры убегу, прямиком в свою коммуналку. – Сегодня вызывать не будем никого, мне твоих шоу за глаза хватило. Но если очень хочется посмотреть, могу устроить тебе зрелище. Хоть завтра. – Нет уж. У нашего шефа юбилей через неделю, можешь туда отправить. Я на подарке сэкономлю и любопытство удовлетворю. – Вик, ты всегда такая? – Наконец-то. Артем не выдержал. Сдался и задал сакраментальный вопрос, после которого парни от меня обычно убегали. – Какая? – Практичная? – Если ты про ипотеку и детишек, то да. Я о них мечтаю. Поэтому изо всех сил стараюсь не тратить лишнее. Долговое рабство пугает до дрожи… Нам не дали договорить – Даня уже открывал дверь в свое жилище. Ну, что ж… Его, похоже, рабство нисколько не пугало. Судя по открывающемуся виду на прихожую, здесь вся моя коммуналка могла бы уместиться. – Это все твоё, Воронов? – А ты боишься, что из комнат соседи начнут выскакивать? – Даньке явно было приятно моё изумление. – Нет. Я думаю, что вовремя мы расстались с тобой. Артем лишь бросил любопытный взгляд. Нет. Все же это было не безразличие. Тактичность, и ничего другого. – Это отчего же? – Даниил бросил ключи на полку, широким жестом приглашая нас проходить, но о том, чтобы были как дома, ни словом не обмолвился. – Перебраться из съемной квартиры в такие хоромы – это достижение. Вряд ли бы со мной у тебя так получилось… Теперь два удивленных взгляда прожигали во мне дыры. – С чего бы это? – Поверь, женщины постоянно отвлекают от важных достижений. Даже если делают вид, что к этим самым достижениям гонят и пинают изо всех сил. – Какая самокритичность. – Это уже Артём не выдержал, поделился. – А может, это я изо всех сил старался, чтобы однажды встретить тебя и произвести впечатление? – Угу. А до этого, можно подумать, не производил… Вот если ты меня накормишь нормально, это будет гораздо действеннее. – Путь к твоему сердцу лежит через желудок? – Настроен он был весьма скептически, но вел, тем не менее, в сторону кухни. Кстати, я могла бы спокойно и здесь пожить – пространства было вполне достаточно. – Путь к моему желудку лежит через рот. Чтобы добраться до сердца, нужно делать вскрытие. Других путей к этому органу я не знаю. – Никакой романтики в тебе, Вика. – Это только в сказках и песнях голодные люди бывают романтичными. В реальной жизни они злые и очень приземленные. – Я действительно вспомнила, что весь день куда-то спешила, чуть не спотыкаясь, и кроме чашки кофе с булочкой ничем свой организм не поддержала. Это только совсем продвинутые (читай – слегка двинутые) йоги могут рассказывать о просветлении, вызванном голоданием. У меня же начиналось легкое помутнение рассудка. Хотелось кусаться и гавкать. – А ты не знала, что на свидания нужно ходить сытой? Данька бродил по кухне, что-то доставая из ящиков и холодильника, о помощи не просил. А зря. Я бы ему помогла с удовольствием, заодно и вот от этой аппетитной ветчины кусочек бы отхватила. – Что за бред? Какая от этого выгода? – Чтобы произвести впечатление на мужчину. Артем, который тоже занимался распаковкой содержимого своего пакета, сдавленно хмыкнул, глянул на меня коротко, но очень красноречиво, и тут же отвернулся. – Ты считаешь, того, что я произвожу, недостаточно? – Вопрос был риторическим, ответ все и так прекрасно знали, но вслух никто не решился высказать. – Где у тебя руки можно помыть? И, кстати, вы бы тоже гигиеной озаботились, товарищи… Как будто вас в детстве ничему не учили. – Вик, уверен, тебе тоже много чего полезного говорила мама, но ты об этом с удовольствием забыла. Ванная комната справа по коридору. Иди уже, плещись. А мы уже как-нибудь сами разберемся. Ничего они сами не разобрались. Наспех слепленные бутерброды и магазинная нарезка из колбасы и сыра – это разве еда? Особенно, когда в компании есть не только не накормленная я, но еще два не менее голодных мужчины? Пришлось проводить полноценную инспекцию кухни, выуживать все хоть немного подходящие продукты и готовить мясо, гарнир и салат. Правда, в процессе я столько всего напробовалась, что садиться за стол уже не тянуло. Хотелось в душ и в кроватку. Зато я поймала столько восхищения в глазах обоих парней, что впору было бы растаять от умиления. – Только за этот фокус на тебе можно было бы жениться, Вика. – Даня с Артемом пытались помочь в процессе, но больше мешались под ногами. Но я позволяла мешаться, чтобы все было по-честному – пусть бестолково, но они тоже должны были напрячься, хотя бы немного. – Чтобы увидеть все мои фокусы, жениться необязательно. И ты об этом знаешь превосходно. – Вика, а если серьезно, что у вас с Пальмовским? – Дань, вот ты сейчас, кажется, должен резко расслабиться и поглупеть. У тебя в тарелке мясо и картошка, рядом салат стоит. Коньяк зачем-то на столе, видимо, для украшения… А ты продолжаешь задавать какие-то странные вопросы. – А что в них странного? Я не могу расслабиться, пока не буду уверен, что Витя не приедет, чтобы начистить мне морду. – Ну, позови его в гости тогда. Пусть явится сюда, удивится, и, может быть, находясь под действием шока, о чем-нибудь поведает. Мне, кстати, тоже было бы интересным послушать. – Так я позвал. Только сообщение до сих пор не прочитано… Кусок застрял в горле. А было же так вкусно… – Что ты сделал? Мало тебе развлечений? – Я пошутил. Успокойся. – В задницу иди со своими пожеланиями. А я пойду спать! Кстати, покажи, в какой комнате… В указанном направлении Воронов, конечно, не пошел. Зато поднялся и великодушно показал мне спальню, вполне удобную, и даже милостиво разрешил воспользоваться душем. Мне отчего-то показалось, что он был рад меня сплавить подальше и остаться с Тёмой наедине: не пытался уговорить, чтобы составила компанию и вот эти вот все бредни, которые обычно несут мужчины, производя впечатление на женщину. Я слабо слышала их разговоры, когда бродила в ванную и обратно, слабый гул доносился даже в спальню: парни явно что-то обсуждали на повышенных тонах. Но мало похоже, что меня, и это вполне устраивало. Еще мне пьяных драк с разделом прав на моё бренное тело не хватало… Вспомнила, что нужно поставить будильник на телефоне, разблокировала и обомлела: куча непринятых звонков от Виктора, и невероятное количество сообщений. От него же. Вот неугомонный чувак! С него же станется явиться в гости и начать разборки с непутевыми соседями по коммуналке! Уже забеспокоилась… Но тут же полегчало: я ж прописана у мамы, в другом городе. А мой настоящий адрес никто, кроме Дани, не знает. И вряд ли Даниил поделится им с Пальмовским. Чтобы не мучить свою совесть, коротко отписалась, что все у меня хорошо и пожелала спокойной ночи. Уснула сном праведника, будто не натворила сегодня массу нелепых вещей. Очнулась, как от толчка. В квартире было тихо. Эта тишина меня, наверное, и разбудила: я уже давно привыкла спать под непрекращающийся соседский бубнеж и бесконечный шум со двора, а необычное отсутствие звукового фона выбило из колеи. У Дани стояли отличные окна – большие, с широкими подоконниками, и совсем не пропускающие звуки. И вид из них оказался намного интереснее, чем давно уже приевшийся двор-колодец. Я залюбовалась тем, как красив ночной город с высоты пятнадцатого этажа. Медитировала. И чуть не заорала в голос, когда ощутила на талии горячие мужские руки…