ГЛАВА 7

Михаил

Бляяя... еле сдерживаю себя. Она в моих объятьях, как хрустальная роза: такая же нежная и хрупкая. Я мну ее губы своими, не выходя за рамки, и это чертовски трудно и охренительно. Этого мне точно мало. Отстраняюсь, пока не всунул ей язык по самые гланды. Не здесь, где на нас глазеют. Нахожу ее удивительные глаза и сосредотачиваюсь на них.

— Во сколько ты должна быть дома? — спрашиваю, останавливая взгляд на ее припухших губах.

— В девять часов... где-то...

Смотрю на часы, не переставая ее обнимать. Время есть, чтоб научить ее ещё некоторым штукам. Когда ты желаешь девственницу тебе нужно ее хорошенько подготовить перед тем, как вы окажитесь вдвоем. Но все это требует уединения. Ее рука осторожно касается моего рукава, и я как завороженный слежу за этим. От ее пальцев по коже проходится покалывание. Перехватываю ее руку.

— Играешь с огнем, — медленно проговариваю, касаюсь указательным пальцем ее щеки. Нежная, как шелк, — и почему я раньше тебя не замечал?

Она пожимает плечами и облокачивается на спинку диванчика.

— А ты мне всегда нравился... — легко признается, краснея. Даже не представляет, что только что дала мне в руки оружие. Но черт, ее слова имеют смысл. Мне не все равно.

— Неужели? Насколько сильно?

— Миша, — девушка пытается меня от себя оттолкнуть, но когда ничего не выходит, прикрывает глаза, — я вообще ещё в шоке, что я здесь с тобой...

— А хочешь быть в другом месте?

— Ммм... нет.

— А я да, но с тобой, — бормочу напротив ее рта, она краснеет. Понимает, о чем говорю.

— Давай, поговорим на отвлеченные темы, — просит. Чуть отодвигаюсь от нее. Аврора сразу расправляет плечи и выдыхает. Похоже, я немного выбил почву из-под ее ног.

— Давай, — легко соглашаюсь, и притягиваю к себе свое кофе, — так, насколько давно я тебе нравлюсь?

— Это не похоже на изменение темы.

— Точно,- хмыкаю, — а как ты хотела? Сказала А, дело за Б.

— Ты все детство был рядом, — застенчиво пожимает плечами, — трудно сказать, когда.

— Ты ведь не хочешь сказать, что я тебе понравился, потому что был единственным парнем, кружившем возле тебя, пока ты носила ползунки?

— Я это уже сказала, — поддразнивает она, и мне по души игривость в ее голосе.

— Ауч, — хватаюсь за сердце, — осторожнее, этот удар может вынести не каждый.

— О, Боже, — она смеется, и клянусь, этот звук, как мелодия для моих ушей.

Мы с ней проводим хороший вечер. Действительно хороший, у меня давно не было такого времяпровождения, когда никакой миг не хочешь взять и выкинуть. Аврора из тех людей, которые кажутся замкнутыми, но как только ты заслуживаешь их доверие, раскрываются больше и больше. Думаю, о том, что эту крепость нужно брать плавно и думаю, о том, что она того стоит

Позже, когда мы возвращаемся, паркуюсь у ее калитки и заглушаю двигатель.

— Ты бы мог остановить и у себя, — улыбается девушка.

— Мы на свидание, — напоминаю, — поэтому до двери, и никак иначе. И поцелуй на прощание. Первый пункт есть, осталось дело за вторым.

— Вообще-то, у меня правило, не целовать парней на первом свидание, — проговаривает Аврора.

— Хм, это проблема, — говорю, — но, видишь ли, мы, мальчишки, редко соблюдаем правила.

Когда ее притягиваю, она довольно податлива. Касаюсь ее губ... мммм... Смакую, сладкие, словно мед. Сдерживая себя и контролируя, вторгаюсь в ее рот языком. Бляяяяяяя... Неуверенное касание ее языка моего — это просто ад. Сплетаюсь с ней, чувствуя, как ее дыхание сбивается, и слышу тихий стон с ее губ, прямо мне в рот. Она совершенно себя не контролирует в новых ощущениях. Этого достаточно, чтоб моя кровь начала вскипать. Мне нужно чуть-чуть больше. Мои руки находят бегунок от ее куртки, и я тяну его вниз. Рука пробирается под ее кофту, ее кожа покрывается мурашками...

— Ой! Нет! — Аврора резко отстраняется от меня и отпихивает мою руку. Застегивает куртку, пока я откидываюсь в кресле и закрываю ладонью глаза. Нужно немного прийти в себя. Второй рукой успеваю нажать блокировку замков, прежде, чем моя пташка успевает выйти. И точно.

— Выпусти меня. Выпусти!

— Я не собирался тебя насиловать, — бросаю слегка раздраженно. И не зря, меня раздражает ее желание избавиться от моего общества.

— Я и не думала об этом, — проговаривает.

— Неужели? — убираю ладонь и смотрю на девушку.

— Ладно. Ты Миша, которого я знаю давно, — Аврора проговаривает это тихо, будто для себя, затем поднимает глаза на меня, — не смотря на твое прошлое, ты не должен был...

— На какое прошлое? — перебиваю ее. Она чертовски быстро краснеет, явно смущаясь. Это уже интересно.

— Ну... ты и сам знаешь... почему тебя не было так долго...

— И почему же?

— Это потому что... потому что ты сделал что-то плохое... и ответил за это, где надо... но это неважно. Я не поэтому...

Она имеет в виду тюрьму? Я отсидел? Боже, как мне не рассмеяться! Она реально уверена, что я отсидел. . Подписывайся на страничку в VK. Даже не знаю, что должен чувствовать. Вроде ей все равно, но малейшее касание и она готова выпрыгнуть в окно. Перевожу дыхание.

— Это смелый поступок с твоей стороны, сходить на свидание с зеком, не так ли? — стараюсь, чтоб ни один мускул на моем лице не дрогнул. — Пеппи, а ты знаешь, за что я сидел?

Она отрицательно качает головой и от напряжения закусывает губу. И я совсем не прочь, но вместо этого отворачиваюсь в свое окно.

— Ладно, — выдыхаю и отключаю блокировку, — спасибо за вечер.

Наступает тишина, и она никуда не выходит. Ерзает. Разве, я не говорил, что гений? И она заговаривает:

— Когда мне было десять, Коля за что-то, я уже и не вспомню за что, разозлился на меня и, выхватив из моих рук куклу, швырнул через забор на соседский участок. Это была моя любимая кукла, и брат знал, сколько она значит для меня. И зашел ты. Опустился передо мной и спросил, что случилось. Я плакала и показывала через забор, бормоча о своей игрушке. Коля тебе сказал, чтоб ты перестал возиться со мной. Но ты его не послушал. Ты свободно перелез через забор и уже через две минуты я обнимала свою Сабрину. Дядя Боря — наш сосед, был один из самых злобных людей, которых я знала, и тебе бы здорово досталось, заметь он тебя на своем участке. И ты это знал, но, не раздумывая, полез, а затем дал Коле подзатыльник. Тогда ты стал моим героем дважды. И когда ты протянул куклу, я впервые заметила, что твои глаза зеленые...

Ох, бля. На половине рассказа я уже повернул голову и ловил каждое слово, сожалея лишь о том, что не помню ни одной детали этого дня. Дня, когда покорил маленькое сердце... Черт, да она в моих руках.

— Иди ко мне, — тихо произношу. Она нерешительно наклоняется, а больше и не надо. Осторожно касаюсь ее губ, позволяя себе их немного помять, не больше. Чуть отстраняюсь. — Спокойной ночи, Аврора. Я тебе напишу.

Она еще секунду смотрит в мои глаза, затем неуверенно улыбается, выходит и вскоре скрывается за воротами своего дома.

На следующий день у меня чертовски хорошее настроение. На работе набираю сообщение.

Я: 'Доброе утро, сладкая'

Аврора: 'Доброе утро) сладкая, чтоб не путаться в именах?'

Ухмыляюсь. Ответ очевиден.

Я: ' Потому что сладкая) Что делаешь?'

Аврора: ' Только встала, ещё пока лежу. А вообще планировала поучить, у меня скоро экзамены. А ты?'

Я: ' На работе'

Аврора: ' Где ты работаешь?'

Я: 'Потом покажу, может быть'

Она ничего не отвечает. Я откладываю телефон и только тогда замечаю Алину в дверях, наблюдающую за мной. Хмурю брови.

— Давай, герой, признавайся, кто она, — весело проговаривает девушка, виляя бедрами, заходит ко мне в кабинет.

— Кто кто? — спрашиваю.

— Та, что одними смс вызвала на твоем лице блаженство, — она пальцем чертит круг около моего лица.

— Ты спятила? — отклоняю лицо и достаю эскизы, нарисованные вчера.

— Ты влюбился, парень, — дразнит администратор.

Выдыхаю. Она начинает раздражать. Поднимаю глаза на нее.

— Ты думаешь? Раздвинь свои ножки для меня, и, поверь, я не остановлюсь. Проверь, насколько я влюблен.

Приподнимаю одну бровь, Алина отводит взгляд.

— Ладно, супер-плохой-мачо, я только зашла сказать, что к тебе записалась еще одна девушка на шесть.

— Ого, как, — рядом с администратором появляется крупный мужчина весь в наколках, коже, металле и с волосами, стянутыми в хвост. Это Степа, муж владелицы салона и байкер. — Чем заслужил такое звание? — он пожимает мою руку.

— Девочка бредит, — отвечаю на пожатие и принимаюсь за работу. Накрываю эскиз калькой, чтоб перевести.

— Просто наш мачо-мен втюхался и боится признаться, — отзывается Алина, я лишь хмыкаю.

Степа оглядывает рисунок под моими руками, затем меня и удобно устраивается на кушетке за спиной. Когда все вдруг решили, что мне нравится их общество, черт возьми?

— На самом деле это охренительно круто, приятель, — проговаривает он, и Алина облокачивается о косяк. Разве она не проваливала?

— Я буду последним на планете, кому нужно это дерьмо.

— Ну да, так и я говорил, слово в слово, — усмехается мужчина.

— И что же произошло? — спрашивает Алина.

— Ольга... — отзывается байкер, — она и произошла, забрав мое сердце безвозвратно. Стоило мне посмотреть на нее и все.

— Вот бля, — усмехаюсь, качая головой, — какие сопли.

Сильная рука ложится мне на плечо и сжимает пальцы. Довольно ощутимо. Поворачиваю голову. Глаза смотрят серьезно.

— Ты мне нравишься, парень, не вынуждай мне надирать твою задницу за твой язык.

— О'кей, — легко соглашаюсь и движением сбрасываю его руку.

— А вообще, слышал ли ты о правиле пяти секунд?

— Про бутерброд что ли?

— Не. С точностью могу сказать, что мужчине достаточно пяти секунд, чтоб влюбиться и понять, что эта киска его навсегда или на разок. И если за эти пять секунд понимает, что она — та самая: ему не важно, какие у нее заморочки, какие вкусы, капризы. Он просто должен быть с ней. А без нее его нет. Химия.

Я некоторое время смотрю на этого огромного парня в коже и не говорю ни слова. Это он только что такое мне сказал? Он? Эту ванильную хрень?

— Откуда ты это взял?

— Ниоткуда, придет время, и ты поймешь. Это правило ещё никого не обходило стороной, поверь, такому старому пердуну, как я. А теперь, красивая, — он обращает свой взгляд на притихшую Алину, — запиши меня к этому парню, проверим, хорош ли он, как о нем говорят.

Они оба оставляют меня и я, наконец, могу приняться за работу. Телефон оповещает о смс.

Аврора: ' Заинтриговал. Секретный агент?)'

Я: 'Затянула с ответом'

Ника: ' Привет, Мишутка)) Как дела, у моего мальчика?'

Я некоторое время смотрю на ее смс. Но приходит следующее.

Аврора: ' Я была в ванной, как вышла, ответила)'

Я: ' Ладно, если ты мне скажешь, что на тебе ничего, кроме полотенца, ты прощена'

Аврора: ' Банного халата)))'

Вот черт! Стоит мне представить, как мои руки тянутся и развязывают ее пояс... Блять! Мне нужна эта девчонка. Подо мной, громко умоляющая: ещё и ещё!

Я: ' Увидимся завтра?'

Аврора: ' Еще не знаю'

Я: ' Увидимся. В четыре буду у твоих ворот'

Она ничего не отвечает, поэтому я перемешаюсь в диалог ниже. Нельзя так легко отбрасывать запасные варианты. Через время они уже мне могут понадобиться.

Аврора

Знать, что у тебя есть парень — это самое крутое чувство. Знать, что это Миша Бронзаев — круто вдвойне. Я еще сама не верю, что все это правда! Мне постоянно, как идиотке хочется улыбаться, смеяться и дарить радость окружающим. Это все просто необъяснимо! Но очень круто! Круто! Круто! Перечитываю его смс.

Мишка: 'Увидимся. В четыре буду у твоих ворот'.

Он просто ВАУ! Смотрю на себя в зеркало. Волосы растрепаны и еще влажные после душа, глаза горят, губы пухлее, чем следовало. Но, кажется, я ничего! Треплю свою копну. Интересно если бы Миша меня сейчас увидел, чтобы он сделал? Попробовал бы развязать халат? И чтобы он увидел? Мои руки тянутся к поясу и распускают его. Халат падает к моим ногам. И я придирчиво оглядываю себя в зеркало, словно мне снова тринадцать лет, когда моя грудь дала первые признаки жизни. Бледная кожа, пусть и небольшая, но полная грудь, слава Богу, у меня нет живота, чего не скажешь о бедрах и попе. Оглядываю свою нижнюю часть. Понравится ему смотреть на все это? Подбираю халат и укутываюсь в него. О, чем я вообще думаю? До этого еще очень-очень далеко. Так что, я похудею, и он будет в восторге от моих ног! Ну, я надеюсь на это.

Мой телефон начинает звонить, заставляя вздрогнуть. Влада. Выдыхаю, когда- нибудь нужно поговорить. Тем более, эта история уже не имела для меня такого значения.

— Алло?

— Зайчик мой, наконец-то, ты взяла трубку! — восклицает Влада. — Мне правда, очень-очень жаль! Давай с тобой увидимся? Пожалуйста?

Слышу, как хлопает дверь папиной спальни. У него сегодня выходной, и он только проснулся. Нужно пойти ему что-нибудь приготовить.

— Ладно, — медленно произношу, — давай. Можешь прийти ко мне.

— Это будет удобно?

— Да, конечно.

Влада выдыхает.

— Спасибо, что ты такая! Буду у тебя часика в два, нормально?

— Нормально.

— Все, привет и до встречи!

Я отстраняю телефон и иду на кухню. Не понимаю, что Влада имела в виду, говоря 'такая'. Быстро скидываю халат и надеваю свою домашнюю одежду, затем отправляюсь кормить своего родителя.

Влада пришла, когда было почти половина третьего. Выглядела она как всегда красиво, неся за собой тонкий аромат духов.

— Боже! — она мне широко улыбнулась, протягивая коробку с пирожными, а затем, обнимая. — Я так соскучилась!

— Ох, и я, — произношу и освобождаюсь из ее объятий, — пошли на кухню, где-то здесь бродит мой папа, ты сильно не пугайся.

— Ок, — усмехается девушка, следуя за мной. Ставлю чайник, чувствуя, что нервничаю. Так странно, будто это я провинилась перед подругой, а не наоборот. Оборачиваюсь к Владе, облокотившись о столешницу.

— Мне действительно, так жаль, — девушка устроилась за столом, но чтоб меня видеть, повернулась на стуле. — Я собиралась его подвести к тебе, честное слово! Просто, как -то неожиданно, куранты стали бить и потом бац! Он меня поцеловал... — она прикусывает губу, — прости меня, пожалуйста?

— Ладно, — выдыхаю, и не успеваю опомниться, как оказываюсь в объятьях своей подруги.

— Ура! Ты у меня лучшая! — она целует меня, затем пальцем вытирает след от своей помады на моей щеке. — Лучшая!

— Ладно, ладно, ты меня задушишь! — улыбаюсь и освобождаюсь от объятий.

Когда Влада занимает свое место, я разливаю по чашкам кипяток и ставлю на стол.

— Ну, знаешь, мне нужно сказать тебе ещё кое-что, — Влада увлеченно следит за движениями ложки, пока помешивает свой чай.

— Что же?

— Ну... Мы с Солнечным как бы... мы встречаемся...

— Встречаетесь, — пораженно повторяю, пока весь смысл доходит до меня. И однозначно где-то на задворках моей души мне это крайне неприятно осознавать.

— Ну да... Слушай, он по сути-то и не был твоим парнем, ведь так? Он даже не знал тебя, ну, вы ведь не были знакомы... Это несправедливо! Я же не виновата, что он обратил на меня внимание, так?

Мне приходит смс. Я отвлекаюсь на телефон.

Мишка: ' Хочу твои сладкие губки'.

Невольно улыбаюсь и все неприятное, что попыталось возродится внутри, исчезает. Он все стер. Мне даже стало тепло. Какое мне дело до Солнечного, когда у меня есть Бронзаев?

— Кто тебе написал? — любопытствует Влада, наблюдая за мной.

— Так, — слегка пожимаю плечами и печатаю ответ.

Я: ' Ты меня смущаешь!)'

— Так ты не сердишься на меня? Между нами все по-прежнему? — Влада заглядывает мне в глаза. — Я клянусь, что не специально! Просто, наверно, судьба, — она слегка пожимает плечами. Смотрю на нее и вспоминаю, как мы познакомились, сколько вместе смеялись, как она красиво накрасила меня на день первокурсника... Я думаю, она абсолютно права, я не имела никакого отношения к Солнечному, только мечты, ничего реального.

Мишка: ' Мне это по душе. Я намерен часто тебя 'смущать'. Привыкай, сладкая'

— Эй! Признавайся, это парень! — подруга указывает на меня длинным красным ногтем. Закусываю губу и киваю. — О, Боже! Пока я мучилась, ты завела себе парня? Вот сучка! Рассказывай мне немедленно все о нем! И начни с того, как он целуется и каков змей-искуситель в его штанах! Подробности! Мне нужны грязные подробности!

— Боже! Тише, тише... папа дома, — шикаю на нее, и, не сдержавшись, смеюсь. Влада, как всегда. Наверно, если бы я от нее отказалась, мне стало бы скучнее жить.

* * *

— Каток? — останавливаюсь перед входом и смотрю на парня. Сегодня был последний день зимних каникул и наше пятое свидание. И могу сказать с уверенностью, этому парню удалось сделать меня счастливой за эти дни.

— Какие-то проблемы? — Миша изгибает бровь в любимой манере.

— Только одна: я совершенно и абсолютно не умею кататься на коньках

— Ты пробовала?

— Нет. Но я в свое время так и не смогла встать даже на ролики. Так что, ты можешь покататься, а я за тобой понаблюдаю. И не смотри на меня так, я не пойду! Не-а.

Миша растягивает рот в улыбке и притягивает меня в свои объятья. Слегка поднимаю голову, чтоб видеть его лицо.

— А как я смотрю? — тише спрашивает и уже от тембра его голоса у меня по спине пробегают мурашки.

— Вот так, как сейчас. Словно собираешься меня съесть, — тоже понижаю голос. Он смеется. Люблю его смех и невольно улыбаюсь. Миша бросает взгляд в сторону входа, а потом смотрит на меня.

— Ты видишь, только то, что хочешь видеть, — дразнит он, и я легко стукаю его в плечо. В ответ парень крепче прижимает меня к себе, — но мне нравится ход твоих мыслей.

И Миша меня целует, как и каждый раз выбивая почву из-под ног. Как только его язык врывается в мой рот, отталкиваю его.

— Здесь полно людей, — отвечаю на его вопросительный взгляд. Задумчиво оглядывает толпу.

— Ты чертовски права, — его губы снова захватывают мои в плен и на этот раз я не в силах оказать сопротивление, просто забываю обо всем и всех вокруг, несмотря на то, что он просто ласкает мои губы. Просто это касание, ощущение его рядом, всегда заставляет забыть обо всем в этом мире. Затем мы отстраняемся друг от друга. — Смотри, я вел себя как хороший мальчик, — его большой палец касается моей нижней губы, — а теперь и твоя очередь. Доверься мне.

— Ладно, — выдыхаю, — но обещай, что не отойдешь от меня.

— Никогда и на за что, сладкая, — Миша чмокает меня в губы, берет за руку, и мы идем ко входу. Только надеюсь — мой позор будет не очень долгий.

Первые двадцать минут были веселыми, для всех кроме меня. Я никак не могла поймать равновесие. Коньки мне показались мощным оружием пыток. Я ценила, то, как Миша сдерживал улыбки, и каждый раз меня поднимал с серьезным лицом. Объяснял мне, что нужно расслабиться и показывал, как нужно двигать ногами. А потом я просто встала и поехала, повторяя за ним движения, это действительно оказалось круто.

Неожиданно кто-то резко хватает меня за руку. От испуга я тут же теряю равновесие, но Мише чудом удается остановить мое падение и тем самым его смягчить.

— Извини... я не знала, что ты не умеешь кататься, — вижу виноватое лицо Марики перед собой, — я бы никогда...

— Ничего страшного, я все равно уже не чувствую свое пятое место, — отзываюсь и Бронзаев поднимает меня на ноги, — а ты что тоже тут гуляешь?

— Да, последний день свободы, — гречанка выдыхает и останавливает свой любопытный взгляд зеленых глаз на Мише. Протягивает руку, — Марика — одногруппница и подруга этой красотки.

— Миша, — отзывается парень рядом, продолжая меня поддерживать и другой рукой пожимая руку девушки.

— Ооо, тот самый, — громким шепотом спрашивает меня одногруппница. Наклоняясь ко мне, подмигивает и вгоняет в краску. Затем громко смеется. Парень рядом со мной улыбается. — А я здесь со своим женихом, правда, он наотрез отказался кататься. Сидит кофе пьет. Может, чуть посидим вместе?

— Мы вообще ненадолго вышли. Мне еще осталось пять билетов назавтра выучить...

— Пять? Крошка, мне все двадцать пять, так что дыши спокойно. Пойдемте, — и гречанка первая отталкивается от бортика и скользит к выходу.

Поднимаю глаза на Бронзаева.

— Ты не против? — тихо его спрашиваю.

— Я всегда за, — отзывается он, — держись за бортик, меня не устраивает твоя задница вся в синяках.

— Миша!

— Иди, иди, стеснительная моя.

Я понимаю, что он ничего такого не имел в виду, но просто он впервые мне сказал 'моя'. И это слово словно окутывает теплом.

— Так что, я ТОТ САМЫЙ, м?

— О, Боже, — смущенно бормочу, а Бронзаев довольно хмыкает.

Николос, так зовут жениха Марики, оказывается симпатичным темноволосым парнем лет двадцати, с чарующими карими глазами и свойственным всем грекам орлиным носом. Я заочно была с ним знакома по рассказам самой девушки. Так как эти двое с восемнадцати лет обручены, а знакомы всю жизнь. Их отцы большие друзья.

Этот вечер мы тоже хорошо проводим, парни находят общие темы, Марика сама по себе веселая девчонка, а я просто я. И мне до сих пор не верится, что все это происходит на самом деле. Особенно Миша. Он ворвался в мою жизнь как-то неожиданно, спонтанно и вот проходит всего десять дней, а я просто не помню того, как не ощущать его глаз на себе, как это не чувствовать жар его тела, и нежность его губ. И это просто офигительно. Кажется, я действительно влюбилась, бесповоротно.