Глава 16

День начался паршиво. Хотя, откровенно говоря, я уже и забыл, когда в моей жизни происходило что-то хорошее. Неприятности сыпались одна за другой, погружая все больше в навозную кучу, практически лишив надежды на то, что когда-нибудь смогу выбраться из всего этого дерьма.

Я искренно пытался влиться в работу, абстрагироваться от навязчивых мыслей и преследующего меня образа, но каждая новая попытка приводила к еще большему провалу. Легче не становилось. Только хуже.

А сегодняшняя ночь вообще вывернула меня наизнанку, перемолола жерновами и выплюнула в полуживом состоянии, заставляя снова убедиться, насколько я слаб перед своим прошлым.

— Александр Игоревич, к вам Ирина Анатольевна, — прогундосил голос секретарши.

— Я занят! — рявкнул в ответ.

Практически одновременно со звуком открываемой двери. На пороге нарисовалась знакомая фигура в строгом офисном костюме. Процокала каблуками до письменного стола, останавливаясь в полуметре от меня. Влетевшая следом секретарша виновато застыла на пороге.

— Александр Игоревич, я пыталась объяснить…

— Дверь закрой! — процедил сквозь зубы.

Ирина одарила девчонку высокомерной улыбкой стервы. Проследила за ее действиями и, убедившись, что нас оставили в покое, развернулась ко мне.

— Чем же ты так занят, интересно, в последнее время, что я потеряла тебя из вида?

Ира присела на край стола, закинула ногу на ногу. Узкая юбка-карандаш складками задралась вверх, демонстрируя кружевную резинку чулок.

— Не поверишь — работаю! — Откинулся на спинку стула, поигрывая карандашом в руках. Скользнул взглядом по стройным икрам женских ног. Было время, когда меня заводило одно появление Иры в моем кабинете, сладкий запах духов и мысль о том, в какой позе я разложу ее на рабочем столе. В какие дырочки она даст себя поиметь.

Но сейчас во мне ничего не екнуло. Ни сегодня, ни вчера. Вообще с того момента, как я вернулся из Израиля после серьезного обследования, заставившего взглянуть меня на мир другими глазами.

Ирина проследила за мной и с заигрывающим видом скинула туфли.

— Ты слишком много работаешь. Нужно иногда расслабляться! — Я поймал ее за щиколотку в тот момент, когда девушка с определенной целью тянулась к моему паху.

Не сегодня, детка. Не сейчас.

После этой ночи я выдоен досуха. Перед глазами на миг вспыхнула картина с обнаженной Никой. Идеальное женское тело на темных простынях. Шелковая кожа, светлые длинные волосы, плавные линии груди, талии, бедер. Ее не испортили ни годы, ни беременность, ни роды.

Ни моя проклятая ненависть.

Ядовитая зависимость, от которой, как оказалось, я не смог избавиться даже спустя годы. Травил алкоголем, другими женщинами, работой, боями, но стоило Нике появиться на пороге моей жизни, и я снова почувствовал, как заныло в области сердца, как обжигает под ребрами, стоит ей лишь взглянуть в мою сторону с мольбой в глазах.

Пах заметно потяжелел, налившись кровью и отреагировав на еще не остывшие воспоминания.

— Вот видишь, ты внутренне со мной согласен, — промурлыкала Ира, заметив вздувшийся бугор в районе ширинки. — А я, между прочим, сегодня без белья…

— Папа лишил последних денег?

— Плохая шутка. Кстати, ты не забыл?

— О чем? — Я сжал двумя пальцами переносицу, прикрыв на секунду глаза.

Выдохнул, сбрасывая напряжение.

Приготовился услышать что-то из разряда "день рождения мамы", "наша годовщина", "бал у сатаны".

— Благотворительный вечер, — протянула Иры, качая головой. — И наша помолвка. Отец требует назвать дату свадьбы, а мы даже с помолвкой не определились.

Твою мать! Вот и приплыли. Я совсем забыл о своих договоренностях с ее отцом, Артемом Елецких — бывшим конкурентом, а ныне чуть ли не партнером по бизнесу. Его дочь по чистой случайности оказалась в моей постели и не пожелала вылезать оттуда, даже несмотря на наличие серьезных соперниц. Ей хватило в свое время мозгов не пилить меня ревностью, не доставать истериками, а хваткий папаша быстро оценил выгоду в сложившейся ситуации.

Я и сам не понял, как все закрутилось. Когда Ирина из статуса любовницы перебралась в статус невесты? Пусть и неофициальный, но все же уже практически озвученный в узких кругах. В случае свадьбы нас ожидало слияние компаний, укрепление на рынке, а это был уже совсем иной уровень бизнеса. Ее отец не раз намекал на то, что ищет достойную замену себе в кресле руководителя и надежное плечо для дочери. Принцесса и полцарства в придачу.

Ира стала идеальной претенденткой на роль жены. С первого взгляда.

В какой-то момент, взвесив все за и против, я и сам пришел к выводу, что пора браться за ум. Заводить семью. Только вот детей, как оказалось, Ира не планировала.

И выяснилось это совершенно случайно.

— И ты готова принести себя в жертву во имя семьи?

— Перестань! — тряхнула она головой, откидывая прядь волос. — Да, я вспылила в тот раз. Просто оказалась не готова к твоему вопросу. Но мы вроде обсудили это позже? И ты, между прочим, согласился с моими доводами и предложенной альтернативой. Разве нет? Саш, давай сконцентрируемся на более важных вещах? На организации свадьбы, например? — соскочила она с темы.

Действительно. Более важное. Что может быть важнее денег и карьеры? Я отвернулся в сторону окна, швырнув на стол карандаш.

— Зачем тебе весь этот пиар, объясни? Сплетни журналистов, шумиха? Чтобы пустить пыль в глаза подружкам? Посветиться в бульварных новостях? Для чего?

— Саша, не начинай! Ты прекрасно все понимаешь. Иногда только так и можно удержать внимание публики. Мы с тобой давно вместе, это вполне ожидаемое событие, хотя, если честно… в другой ситуации меня бы устроила простая роспись в ЗАГСе и скромное венчание. Только ты и я. Ну, может, еще пара близких подруг и родители. А тут я заложница толпы, да и отец требует официоза.

Из всех ее слов меня зацепило только "венчание". Царапнуло, задевая ржавым гвоздем, словно осквернив что-то святое в душе.

Не то чтобы я был набожным, сильно верующим, но в мои планы подобное точно не входило, а тонкий намек меж тем уже был подан.

В нашем случае брак обещал быть не более чем хорошей сделкой. Взаимовыгодным сотрудничеством, не имеющим ничего общего с духовностью. И ее идея обвенчаться неожиданно вызвала глухое недовольство во мне.

— Никаких публичных объявлений не будет! — отрезал бескомпромиссно. — Ни на благотворительном вечере, ни на каком-либо другом! Ты прекрасно знала, с кем связываешься. Я не медийный мальчик и не модель с обложки.

Ирина на минуту замолчала. Замерла, приподняв удивленно бровь, словно для нее моя реакция стала неожиданностью. А после резко сменила тему:

— Приедешь сегодня ко мне? — Она спрыгнула со стола, обошла кресло, и, положив руки мне плечи, принялась их массировать. — Я соскучилась.

Только вот напряжение ее действия не снимали. Даже наоборот. Раздражение нарастало с гораздо большей скоростью, чем обычно.

— Не обещаю. У меня на работе завал.

— Я знаю. На новом объекте форс-мажор? — Тонкие пальчики заскользили по затылку, прошлись по шее и попытались расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки.

Я поймал настойчивые руки, дернув на себя. Меня откровенно начинали злить ее заигрывания, тембр голоса, намеки.

После Ники она вся казалась искусственной, ненастоящей. Все эти улыбки, нечаянные прикосновения, навязчивая ласка — как дешевый суррогат в сравнении с дорогим выдержанным коньяком.

— Знаешь, что бывает с теми, кто слишком много знает?

Ира никак не отреагировала на мой вопрос. Высвободила запястья, поправляя юбку. Провела напоследок рукой по плечу, смахивая невидимые пылинки.

— Вечером надеюсь услышать, — улыбнулась, окидывая на прощание загадочным взглядом, и направилась в сторону выхода.

Ушла, оставив шлейф своего парфюма, от которого подсознательно захотелось избавиться. Проветрить кабинет. Что я, собственно, и сделал.

Подошел к окну, распахивая настежь створку, несмотря на работающий кондиционер. Вытащил сигареты и закурил в надежде успокоиться. Травил себя в очередной раз, пытаясь хоть ненадолго унять бушующее пламя внутри.

До появления Ники несколько дней назад на пороге моего офиса я практически бросил эту пагубную привычку. Позволял себе расслабиться разве что по праздникам. А сейчас мне не хватало двух пачек на день.

Я вдыхал никотин, облокотившись на подоконник, и понимал, что моя распланированная, четкая и выверенная до мелочей жизнь катится ко всем чертям.

Я не поеду сегодня к Ирине. Меня как магнитом тянет домой.

Туда, где осталась эта ядовитая дрянь, до которой я все-таки добрался сегодня ночью. Сорвался, забывая обо всем на свете. В какой-то момент просто перегорел предохранитель, сдерживающий меня все прошлые годы. Повело так, что я тупо потерял тормоза, ощутив, как в воздухе запахло вожделенным ароматом приближающейся победы.

Перед глазами встала пелена, застилая зрение.

Сколько лет я выл раненым зверем, наблюдая, как она счастливо улыбается брату, как радуется жизни, воспитывает детей, когда мне сдохнуть хотелось от бесконечной ломки по ней. Когда видел рядом, наблюдал, а дотянуться не мог.

И этой ночью не смог уйти, пока не насытился своей горько-сладкой отравой. Хотя в моем случае это сложно было назвать насыщением.

Я хотел ее даже после целого ночного марафона секса, в котором просто потерял счет времени. Желал как одержимый маньяк, пил ее стоны, зацеловывал каждый сантиметр кожи, намеренно делал больно и тут же зализывал эти места.

Я чувствовал себя последним мудаком, извращенцем, одержимым ублюдком, но все равно не мог заставить себя отказаться от нее. Отпустить хотя бы на сутки.

Ненавидел за то, что даже через столько лет она продолжала оставаться для меня особенной. И осознание этого сильнее подогревало кровь, впрыскивая в вены новую порцию ярости, смешанную с тестостероном. Ядерный коктейль, напрочь отключающий мозги.

С Никой всегда, с самого начала, было не так. Не как с другими.

Сделал последнюю затяжку, обжигая пальцы тлеющим концом сигареты.

Сейчас меня снова тянуло к ней. Бросить на хрен работу, наплевать на договоры, обязательства, сорваться к чертям собачьим, закрыться с ней в комнате и не выпускать оттуда несколько дней. Может быть, хоть тогда немного отпустит…

Плевать даже на то, что я ей противен. Что не вызываю ничего, кроме отвращения. То время, когда для меня была важна ее взаимность, прошло. Она сама вырастила во мне одержимого местью монстра, когда вместо того, чтобы просто исчезнуть из моей жизни, уйти с горизонта и не напоминать о себе, внезапно стала частью моей семьи, выйдя замуж за моего брата.