Глава 29

Оцепенев, я сидела, вжавшись в спинку автомобильного сиденья, и невидящим взглядом смотрела на мелькающий за окном пейзаж. Мужчины, зажавшие меня с обоих боков, перебрасывались ничего не значащими фразами. Но при этом зорко следили, чтобы я ненароком не начала творить глупости. Понимание, кому я могла понадобиться, пришло сразу. Я не настолько публичная личность и врагами обзавестись толком за свою жизнь не успела, чтобы не догадаться, кто заказал встречу.

Можно было предположить, что меня с кем-то спутали, понадеяться на госпожу удачу, но, увы, еще свежи в памяти обещания и угрозы Тимура, чтобы обольщаться и рассчитывать на случай.

"Хорошо хоть одна, без детей!" — пронеслось в голове в первый момент. И даже как-то полегчало, несмотря на то, что ничего хорошего впереди меня явно не ожидало.

И все же одной сориентироваться, продержаться до момента, когда подоспеет помощь, гораздо легче, а дальше… буду надеяться на лучшее.

Вырываться и как-то оказывать сопротивление я даже не пыталась, понимая, что с тремя амбалами физически не справлюсь. Ребята подобрались тренированные, угрюмые. Пара коротких предупреждений, холодная сталь дула пистолета, уткнувшегося мне в бок, обещание прострелить ноги в случае попытки дернуться — и чувство самосохранения заставило меня заткнуться, пытаясь усыпить их бдительность.

В другой ситуации, возможно, было бы не так страшно, но сейчас я не уверена в том, что игра стоит свеч. Есть реальный шанс, что предположение Саши окажется верным. А если это так, то я ответственна не только за свою жизнь, но и за жизнь малыша. И мне сейчас никак нельзя рисковать. Остается лишь ждать, играть роль послушной девочки и искать удобный момент.

Стиснула зубы, сжала кулаки. Нельзя поддаваться панике.

Не сейчас!

Когда в кармане завибрировал сотовый, я вздрогнула, подавшись вперед, и тут же была припечатана назад к спинке сиденья грубым движением руки. Один из амбалов чуть не врезал мне по лицу, заматерившись.

Твою мать, какая же я дура! Как я могла забыть про смартфон? Упустить такую возможность, а теперь… нечего даже и мечтать.

Словно в подтверждение моих мыслей, водила гаркнул на подельника, отдал приказ, и телефон улетел в окно на проезжую часть.

Еще одна надежда на спасение прощально помахала ручкой.

Ладно, не беда! Пока я жива, пока невредима, всегда есть шанс. Нужно лишь подождать.

Километры асфальтного полотна не кончались. У меня затекли спина, попа, ноги от неудобной позы, я зверски хотела есть, а мы продолжали куда-то гнать на предельной скорости. Еще немного, и даже моему ангельскому терпению придет конец.

Но спустя всего четверть часа я все же была услышана небесами, машина вильнула, сворачивая на развилке, и я узнала дорогу, ведущую в наш родной городок.

Дом, куда в итоге меня привезли, находился на окраине. За высоким каменным забором скрывался шикарный трехэтажный особняк с просторным двором, садом и отдельными пристройками. Кованые ворота, узорчатые решетки на окнах, камеры по всему периметру, охрана. Где-то совсем рядом слышен лай собак.

Для пыток в такие виллы не привозят, а это давало надежду, что не все так плохо. В первый раз, когда меня забирали для разговора люди Тимура, такой чести я не удостаивалась. Тогда была какая-то заброшенная деревня и полуразвалившаяся хибара.

Встречать нас вышел сам хозяин особняка, разговаривая с кем-то по телефону. Остановился в нескольких шагах, засунув руку в карман брюк. В глаза бросились его начищенные до блеска черные туфли в контрасте со светлыми брюками.

Еще пара фраз с ехидной улыбочкой, кивок головы, и телефонный разговор было окончен.

— Вылезай. Без фокусов. Сразу предупреждаю: тут бежать некуда, и в догонялки с тобой никто играть не станет, — рявкнул один из провожатых, грубо толкнув в плечо.

Дважды повторять не пришлось. Самой уже хотелось выйти, оглядеться, размяться.

— День добрый, Ника! Вот и свиделись. Я ведь обещал.

— Здравствуй, Тимур, — поморщилась от острых иголочек, побежавших по ногам. Сказалось долгое сидение в одной позе, и я невольно замерла на месте.

— Рад, что ты приехала. Хоть и кривишься, — усмехнулся, приняв на свой счет мое неудовольствие, написанное на лице. — Нам давно стоило поговорить по душам.

— А ты дал мне выбор?

— Я звал тебя. По-хорошему. Долго, — нарочито растягивая слова, Тимур протянул в помощь руку.

Я проигнорировала его жест, так и оставшись стоять у автомобиля.

— Я не имею к вам отношения. И никогда не имела.

— Ошибаешься. Признаюсь, в наши прошлые встречи я вел себя несколько, хм, грубо. Больше такого не повторится. Обещаю!

— Тогда зачем я здесь?

— Идем в дом, Ника. Не переживай, никто тебя не тронет здесь. В этот раз ты — гостья! Чай? Кофе? Что-то покрепче?

"Жрать!" — чуть было не вылетело в ответ.

— Спасибо, но у меня нет времени на подобные визиты.

— Увы, отказ не принимается, — досадливо покачал он головой. — Поэтому настоятельно советую воспользоваться моим гостеприимством. Во избежание недоразумений.

Принять предложение все-таки пришлось. Четверо вооруженных охранников на территории двора, запертые ворота, высоченный забор и ухмылка Тимура убедили, что сейчас лучше не спорить.

Мы зашли в особняк, поднялись на третий этаж, где мне любезно пообещали отдельную комнату, и остановились на пороге.

— Располагайся, — царским жестом руки пригласил мужчина. — Как видишь, я не соврал. Все удобства. Душ и туалет в конце по коридору.

— С чего такая забота? — Я посмотрела на него в упор, ощущая, как под сердцем давит нехорошее предчувствие.

Я снова почувствовала себя пленницей, только в отличие от Саши этот человек церемониться не станет.

— Будем считать — в память об Андрее. Мы с ним не один год работали вместе, и хорошего много чего я помню…

— Именно поэтому ты преследовал и угрожал мне после его смерти?

— На все есть причина, Ника! Поверь. Но об этом позже.

— И как надолго я здесь?

Тимур нахмурился, недовольно закусив губу.

— Я думаю, на пару дней. Не больше. Все зависит от брата твоего мужа.

— От Саши? Но ведь он рассчитался за все долги Андрея, разве нет? Что ты еще хочешь от меня? Для чего все эти похищения?! — выпалила в негодовании.

Мужчина хмыкнул и долго не отвечал на заданные вопросы, оглядывая с дотошностью каждую мелочь в комнате, куда сам же меня и пригласил. Размышлял о чем-то своем.

— Саша не отдал главный долг за брата, — наконец заговорил, нервно поигрывая желваками. — Есть такие вещи, которые не покрыть никакими деньгами. Их можно смыть только кровью.

— Ты сейчас о чем? — похолодела от его слов.

Какая кровь? Что он несет?

— О репутации, крошка. О ней, родимой. Знаешь, какое жирное пятно поставил твой муж на том, к чему я стремился всю свою жизнь? Я заработал уважение к себе слишком дорогой ценой, чтобы какой-то щенок кинул меня. Просто кинул, подставив перед серьезными людьми и оставив в дураках. Еще и ментам слить пытался, наивный! — засмеялся неожиданно истерическим смехом, скривив рот.

Я интуитивно отшатнулась от мужчины.

— Ты ненормальный! Мой муж был честным человеком. О каком "кинул" вообще речь? В чем он мог тебя кинуть?

— О да! Ты еще не в курсе? Хотя правда твоя. Андрей идеально мог сыграть любую роль. Он и жил двойной жизнью, не вызывая подозрений у окружающих. Идеальный семьянин, талантливый художник, отец двоих детей! Кто бы мог заподозрить его в чем-то криминальном? Безукоризненный эмпат! В этом ему надо отдать должное — Андрей умел подать себя в нужном ракурсе.

Я продолжала ждать хоть каких-то внятных объяснений, а не этих пространственных рассуждений на тему добра и зла. Но их не было.

Вместо этого я все больше убеждалась, что Тимур слишком странный для психически нормального человека.

— Единственный его недостаток — он не разбирался в людях. Иначе никогда не связался бы с таким, как… — Я осеклась, сжав руки в кулаки, но и без того ясно дала понять, кого имела в виду.

Сложно, очень сложно было удержаться и не высказать в лицо этому гаду все, что я думаю о нем.

Андрея уже нет на этом свете. Бог ему судья.

Возможно, мой муж и правда грешил при жизни, ввязывался в сомнительные аферы и вел дела с такими нечистоплотными людьми, как Тимур, но это в прошлом. Андрей сполна и даже более заплатил за все своей смертью.

Я не хочу знать подробности темных пятен его прошлого. У каждого из нас есть свои скелеты в шкафу, и Андрей не был святым. Я уже смирилась. Приняла этот факт и простила.

— Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты, — изрек философски Тимур. — Можешь отдохнуть пока, принять душ.

— Я еще не завтракала.

— Хорошо. Сейчас распоряжусь, чтобы покормили.

— Позвонить можно? — поинтересовалась безо всякой надежды.

— Зачем? — резко развернулся мужчина.

— Странный вопрос, не находишь? У меня дети маму ждут. Да и у Саши наверняка возникнут вопросы.

— С Сашей я сам свяжусь, — медленно протянул он с каким-то садистским предвкушением, отчего у меня по коже мороз пошел.

Мы замерли друг напротив друга в немом молчании. Напряжение росло, атмосфера накалялась.

— Что ты задумал? — не выдержала первая.

Сердце заколотилось в груди пойманной птицей.

— Потерпи немного. Скоро все сама увидишь. Я думаю, ждать осталось недолго. Он ведь не оставит тебя в беде?

Первые тревожные ласточки. Первые звоночки беды. И очень пристальный, сканирующий взгляд.

— Ошибаешься, — помедлив, выдавила из себя. — Саше наплевать. С высокой колокольни. Спасать он меня не побежит, если ты надеялся шантажировать его этим. Зря стараешься.

Тимур снова рассмеялся сиплым смехом, уродливо кривя губы. Запрокинул голову и еще долго качал головой, показывая, насколько я неубедительна.

— Это ты ошибаешься, крошка. А я Сашку давно знаю. И неплохо. Ты — его единственная болевая точка, на которую можно надавить. Может, конечно, он тебя и убедил в обратном, преследуя свои интересы, но меня не так-то легко провести.

— Так, значит, дело не в долге, Тимур? А в ваших старых интересах?

— Все слишком взаимосвязано, Ника. Тебе этого не понять.

— Ты прежде объясни, а потом делай выводы, — огрызнулась в ответ.

— Ладно, — согласился он. — В конце концов, ты имеешь право знать. Пойдем вниз, почаевничаем? Хотя… время почти обед. Да и с Сашей пора бы уже связаться. — Тимур махнул рукой, направляясь к лестнице. — А знаешь, что

почти всем, чего достиг в жизни Санек, он обязан мне? Да-да, не удивляйся. Именно я заметил перспективного паренька, оказавшись как-то на подпольных боях. Обеспечил поддержку, свел с нужными людьми. Он, конечно, тогда еще не понимал всей выгоды. Молодой, горячий, вспыльчивый. С ним всегда было сложно договориться. То ли дело Андрей! Вот с твоим мужем мы без проблем находили общий язык!

Я молча спускалась за мужчиной, переваривая сказанное и пытаясь выцепить нужную мне информацию. Получается, что с Тимуром братья были знакомы уже очень давно. Саша ведь бросил бои на заре своей карьеры.

Мы миновали два этажа, гостиную и запутанными коридорами вышли к кухне. Двое мужчин сидели за столом с сигаретами и кофе, тихо разговаривая о своем. Заметив нас, без слов поднялись со своих мест и вышли на веранду, где еще крутились люди.

Черт, а народа в доме гораздо больше, чем я предполагала.

— Пиццу будешь? Пельмени? Шашлык вчерашний? — заглядывая в холодильник, спросил Тимур. — Есть какие-то готовые обеды в контейнерах, но хуй его знает, что в них и когда это привезли. Это ребята заказывают обычно себе.

— Пиццу. И чай.

Тимур достал из морозилки круглую лепешку с начинкой, распаковал, засунул в микроволновку. Налил воду в электрический чайник.

— Я тут редко питаюсь, — как бы извиняясь, пожал плечами.

— Ты говорил о другом, — напомнила ему, не давая уйти от темы.

— М-да, точно. — Тимур сел за стол напротив меня. Смахнул ребром ладони крошки со скатерти. — Я вот смотрю на тебя и думаю: чем ты их так зацепила? Причем обоих? Симпатичная, фигуристая, но чтобы вот так мужиков держать за яйца?! Даже интересно. С Андреем еще можно понять: он всегда завидовал брату. По его словам, и мать из них двоих больше любила Санька, и судьба благоволила всячески. Ты знала, что Андрюха отчима убил? Случайно. Самооборона. Но если бы не он, тот бы Сашку завалил. — Запищала микроволновка, выключаясь. Мужчина встал, потянувшись. Вытащил горячую пиццу, разрезал на четыре крупных куска и слизнул начинку, прилипшую к ножу, медленно скользя языком по тонкому лезвию. — Так вот, если бы твой муж мог вернуться в прошлое, он бы не стал вмешиваться тогда. И помогать Александру.

— Чушь! — процедила, перебивая. — Андрей любил и уважал брата!

— На людях? Или когда ему это было выгодно? Не смеши меня! Ты, видимо, никогда не видела истинного лица мужа. Мой дед всегда говорил: хочешь узнать, какие мысли у человека на уме, — напои его. А Андрей частенько оттягивался с нами. Здесь. Отдыхал, так сказать. Ты даже не представляешь, сколько я всего знаю. О нем, о Саше. О тебе тоже… — сделал он многозначительную паузу.

— Меня это должно как-то напрягать? — фыркнула я, кивнув в сторону закипевшего чайника.

Тимур плеснул в кружки кипятка, достал пакетики с чаем и бросил в каждую по штуке. Подвинул одну из кружек в мою сторону.

— Смотря сколько у тебя скелетов в шкафу, — ухмыльнулся он. — И сколько человек о них знают, кроме меня.

— Я, может, и не святая, но скелетов в шкафу не храню.

Мужчина бросил в чай два кубика сахара, поболтал ложкой и пригубил напиток, даже не поморщившись.

— А Саша знает, что твои дочери ему не родные племянницы? — спросил с таким видом, словно речь шла о погоде за окном.

Или о популяции пингвинов.

Или об экономике Гвинеи.

А мне внезапно показалось, что это не он, а я хлебнула кипятка, обжигая внутренности. Жар мгновенно распространился по всему телу, проникая в каждую клеточку, выжигая кислород и перекрывая дыхание.

Я открыла было рот, чтобы что-то сказать, набрала побольше воздуха в легкие, но так ничего и не смогла выдавить из себя от нахлынувших эмоций. Беззвучно шевелила губами, как рыба под водой, пока Тимур, забавляясь, наблюдал за моей реакцией.

Нас прервала громкая мелодия смартфона, внезапно ожившего в кармане у Тимура. Тот вытащил телефон, прочитал имя звонившего и с довольной улыбкой сообщил:

— А вот и Саша! Легок на помине!