Глава 31

Я стоял у стола перед монитором компьютера, смотрел невидящим взглядом на экран с мелькающими картинками и не верил своим глазам. Просто не понимал, как Это могло быть правдой?!

Циничной, ржавой, насквозь прогнившей правдой.

Слишком чудовищной, чтобы иметь право на существование.

Столько лет жить, доверяя как себе единственному близкому человеку, оберегать его, вытаскивать из долговых ям, расхлебывать дерьмо, чтобы по итогу узнать, что все это делалось назло мне.

Даже Ника.

Особенно Ника!

Она встала костью в горле Андрея. Навязчивой идеей. Брат убедил не только меня, окружающих, но главное — себя в том, что любит до беспамятства эту женщину. Что она нужна ему, как воздух, и он готов ради нее на все. По факту это оказалось почти истиной.

Все.

Кроме любви.

Родной голос, лившийся одурманенным бредом из компьютерных колонок, едкой кислотой выжигал внутри замысловатые узоры, чертил невидимые дорожки ожогов.

Я слушал его откровенные пошлые исповеди, с кучей мелких деталей, о которых знали только я и он, смотрел десятки коротких отрывков видеозаписей, где Андрей зажигал со шлюхами по полной, прокручивал особо пикантные моменты и понимал, что все равно не могу обвинять его в чем-то.

Потому что сам виноват во всем произошедшем не меньше. Если даже не больше.

Вместо того чтобы разобраться с ситуацией, взглянуть на нее трезвым рациональным взглядом, я предпочитал засовывать голову в песок, не желая ничего видеть вокруг. Верил только брату, наивно полагая, что родная кровь никогда не предаст.

Сколько мытарств мы прошли вместе, когда умерла мама?! Сколько дерьма глотнули? И ведь всегда вместе, спина к спине, брат за брата.

Когда между нами пробежала черная кошка? В какой момент Андрюха начал видеть во мне соперника?

А может, я его слишком идеализировал? Прощал недостатки, закрывал глаза на мелкие грехи, тянул вечно за собой.

Я даже в бизнес позвал его, только когда сам немного встал на ноги и начал разбираться в нюансах. Чтобы он не прогорел в первой же сделке. Не был сожран акулами бизнеса в первой же схватке.

Я всегда его страховал. Во всем.

И это стало моей самой большой ошибкой в жизни.

— Убедился? — встрял Тимур, вырывая из цепких лап воспоминаний.

— Почему ты меня не ввел в курс дела раньше? Где ты был, сука? — зарядил кулаком по столу. — Ты ведь понимал, куда он катится?!

К чему сейчас вся эта его закулисная жизнь? Андрей не перестал быть мне родным человеком. Я все равно любил, люблю и буду любить его, как брата.

Появись у меня возможность, я многое бы отдал, чтобы вернуть все назад. Исправить, переписать историю. Найти переломный момент в нашем прошлом.

Да только поздно.

Мертвые не возвращаются.

И наказывать, оказывается, кроме себя некого.

А вина двойной ношей ложится на плечи.

— Зачем? — ухмыльнулся Тимур. — Андрей был мне полезен. Я и сам контролировал его.

— Хреново контролировал, как видишь.

— Я не бог, увы. Несчастный случай никто не отменял. Да и как было тебя искать, если ты разорвал все связи, прекратил сотрудничать. Ушел. Нехорошо ушел, если помнишь.

— На то были причины!

— Саша, пойми, никто не застрахован в этой жизни. Даже в официальных боях случаются смертельные исходы. А ты его не убил тогда. Покалечил малость, да. Но не убил ведь?

— Чудом! — процедил, вспоминая свой самый ненавистный кошмар.

Ринг, залитое потом и кровью лицо противника, скандирующие крики фанатов, жесткая схватка, провокация со стороны парня. Удар, еще удар. Плевок в лицо, взрыв адреналина в крови. А следом провал в памяти, белая пелена перед глазами. И момент, когда пришел в себя после того, как меня едва смогли оттащить от безжизненного тела соперника, которого я молотил со всей силы.

— Рустам жив. Живее всех живых. Да, провалялся в больничке долго, приходил в себя. Только вот свое поражение признавать отказывается. Ему нужен реванш. Ты можешь, конечно, откупиться девчонкой. Женой брата. Но он ведь не успокоится. Такие, как Асланов, никогда не смирятся с проигрышем. Горячая кровь. А Андрюха только подлил масла в огонь, подставив вас обоих.

— Когда? — задал один-единственный вопрос.

— Раз все в сборе, то не вижу смысла тянуть. Сегодня вечером. На цокольном этаже дома есть место размяться. Да, и еще! Подпишешь бумаги, что все добровольно. Сейчас у нас так. Все официально, — Тимур растянул губы в голливудской улыбке.

— При одном условии. Ты отпускаешь Нику. Она тут ни при чем.

— Да без проблем, Сань. Я с бабами не воюю.

— Только дай мне с ней поговорить перед этим. Для меня это важно.

— Подписывай, — швырнул на стол распечатанные листы с договором. — И по рукам!