Глава 14
Я проснулась одна. Простыни насквозь пропитались запахом Зейна, и я вздрогнула, сама боясь того чувства, что он вызывал во мне.
Услышала скрип двери и прижала одеяло к груди.
Увидев Юту, я нахмурилась.
- Ты знала, - хмуро произнесла я. Знала и не сказала.
Она потупила глаза, ныряя в ванную комнату. Вновь наполняла ее, чтобы приготовить меня к приходу господина.
Горько усмехнулась, одергивая простынь и увидела темные капли крови. Глаза налились слезами от воспоминаний о вчерашней ночи. Бесстыдное, безрассудное безумие моего тела горечью отдалось в разуме. Я не хотела быть его. Только не так.
- Иди сюда, Самсара, - позвала Юта. – Дай горничным прибрать комнату. И мы с тобой поговорим.
Что ж, других задач на день, кроме раздвигания ног перед господином и терпеливого переношения его пыток у меня все равно не было.
Зло вскочила и тут же скривилась, чувствуя саднящую боль. Ноги болели так, что я не могла их свести. Мощь тела Зейна и прошлая ночь не прошли для меня бесследно. Осторожно ступая, чтобы не вызывать новых приступов боли, я вошла к Юте. Она хмуро оглядела мою походку:
- Я намажу тебя мазью, и ты будешь готова…
- К чему?! Чтобы он опять взял меня против воли сегодня?! – заорала я, и словно бес в меня вселился. Вся горечь последних событий обрушилась на меня болью, накрывая с головой.
Я упала на мраморный пол, а Юта поспешила закрыть двери, и только после этого села рядом, прижимая меня к груди:
- Все пройдет девочка, я думала будет хуже. Клянусь тебе, всю ночь не спала, думала он изувечит тебя, и мне придется за врачом бежать.
Всхлипнула, тронутая этой заботой и прижала крепче к ее рукам. И тогда Юта мне все рассказала. Про Диаго, и почему он не пришел. Как она подслушала разговор воинов, узнав, что Зейн искалечил брата, но не убил, навсегда изгнав из своих земель.
- Я не знала, для кого готовлю тебя Самсара, - произнесла Юта, сжимая мою голову в своих ладонях. - Распорядился Зейн еще перед боем с Диаго. Но я знала, что так или иначе, первым делом за братскую кровь будешь расплачиваться ты своим телом. Ты поселила смуту в их души. Ты и должна будешь ее излечить.
- Это всего лишь отсрочка. Я надоем ему, и он вновь отправит меня в свои камеры пыток.
Юта горько прикусила губу.
- Скажи, если я не права! Скажи, что видишь надежду! Ты лучше знаешь этот мир!
Она вновь опустила глаза, наполнившиеся слезами:
- Хотела бы. Я хотела бы сказать тебе это, Самсара, но не могу. Маршал не женится, хотя ему сватали многих именитых девушек. Да что там, он может взять себе любую, но не делает этого. Редкие женщины задерживались в его посети дольше месяца.
Я до крови прикусила губу, а в груди ее слова отозвались мучительной болью, такой, словно глупое сердце, выращенное на счастливых сказках, медленно умирало.
- Спаси меня, Юта, - я схватила ее за ладони, прижимаясь лбом.
Мне казалось, я выдержу все, даже пытки, но не равнодушия в глазах Зейна. Мой жесткий палач, мой мучитель. И в то же время, мужчина, которого я хотела до потери себя. Он вливался ртутью в мою кровь, причинял мучительную боль своим присутствием. Но я не смогла бы представить себе мир, в котором он смотрел на меня, видя пустое место. Просто поломанную куклу. А сегодня ночью он насытился мной, взял то, что хотел так долго. И ушел, пока я спала. А значит, все кончено. Так и сказал ведь: «только на одну ночь». Использованная, я была больше не нужна ему.
Залилась слезами еще больше, и вдруг почувствовала руки Юты на своей голове:
- Я помогу тебе, Самсара. У меня есть план.
- Какой? – душа трепетала, боясь загораться надеждой.
- Будь готова через час, - ответила она, а в лице появилась решимость. - Охрана уйдет на обед, а новым стражникам я скажу, что тебе позволили прогулку.
- Юта, - с сомнением протянула я.
- Я знаю, что делаю, - она ласково погладила меня по волосам. – Надень сверху накидку, чтобы не привлекать к себе внимания. Скоро начнется песчаная буря, и у нас появится шанс уйти.
Я вздрогнула от перспективы оказаться в центре бушующего тайфуна, но приказала себе успокоиться. Легких путей из моего положения не было. А если я сгину среди стихии, то что ж, так тому и быть. Лучше умереть борясь, чем стоя на коленях.
Юта пришла, как и условились. Я уже до красноты изломала себе холодные руки, думая, что Зейн может внезапно вернуться, или что горничная передумает помогать мне. Но нет, она пришла вовремя, и я бросилась к ней на шею.
- Ну-ну, девочка, - усмехнулась Юта. – Все самое сложное только впереди.
Она тоже была в темной накидке из плотной ткани с капюшоном. Точно такой же, какая была на мне. Это позволило бы хоть как-то закрыть тело от бушующей стихии.
- Когда я буду говорить, ты просто кивай. Не поднимай глаз и веди себя в лучших традициях послушной наложницы. От этого зависят наши жизни. Ты поняла меня?
Я быстро закивала.
- Умница, а теперь накинь капюшон.
Мы вышли в коридор, и, опустив глаза в пол, я заметила ноги по меньшей мере шести военных.
- Куда собрались? – прорычал один из них.
- Иномирянке положена прогулка, - отчеканила Юта ровным голосом, и я поразилась ее выдержке.
- Сдохнуть захотелось? – удивился грубый баритон. – Тайфун начинается.
- Во внутреннем саду стоит защитное стекло. Мы пойдем туда, - бойко соврала Юта.
Солдаты, кажется, сомневались. И через несколько мучительных мгновений размышлений, один из них озвучил:
- Ладно, Ваха пусть с вами идет, на всякий случай.
- Что приказал вам маршал?
- В каком смысле?
- Как звучал его приказ? – тоном пожестче добавила Юта.
- Караулить комнату, - тупо отозвался он.
- Вот и я о том же, - отчеканила она. – Сидите здесь и оставьте нас в покое, продыху нет от вашего надзора. Зейн потому и позволил ей прогуляться, чтоб одна побыть могла. А моя компания как раз для того, чтобы не случилось чего. Если нужна будет ваша помощь, я знаю, где тревожная кнопка. Хотя в тайфун только идиот попытается бежать, - солдаты согласно загоготали.
Нервный смех так и прорывался сквозь мои легкие, и я с трудом сдерживалась, чтобы не трястись.
Если Зейн сейчас выйдет из-за поворота, то убьет на месте. Просто потому, что посмели ослушаться.
- Ладно, идите, - хмуро отозвался мужчина, наконец, приняв решение. – Чтоб через час были здесь. Обе.
- Будем, - выдохнула Юта, утягивая меня за рукав.
Уже когда я ликовала, за спиной послышался голос одного из них:
- Слушай, Ваха, иди сходи к маршалу на всякий случай. Скажи, что иномирянку на прогулку забрали.
У меня внутри все похолодело, и мы с Ютой синхронно ускорили шаг.
С этого мгновения счет пошел на секунды.
Он озверел от бешенства.
Как только этот идиот зашел к нему в кабинет со словами:
- Мой маршал, я просто хотел сказать, что мы отпустили на прогулку по вашему приказу пленную иномирянку.
Сам не понял, как рванулся прочь, сталкивая, сминая, разрушая все на своем пути. Министр обороны едва на ногах удержался, когда он снес на ходу его стул.
Плевать на них. Зейн метался глазами по поместью, принимая решение, куда бежать за ней.
А в голове алела злостью только одна мысль:
«Моя! Не отпущу!»
Как эта наглая ведьма посмела обмануть его? После того, как он сохранил ей жизнь? После того, как заткнул глотки всем, требовавшим немедленной смерти пособнице Мулцибера? Эта ненормальная хоть понимает, что окажись она в лапах кого-нибудь из его подданных, они используют ее тело для самых изощренных зверств, а после этого перережут глотку?
Волна страха накрыла Зейна. Такой мощью, что он несколько секунд не мог вернуть дыхание, пока лихорадочно метался по поместью.
Убьет. Вернет обратно и придушит голыми руками. Выколотит из нее всю дурь. И тут же представил голубые глаза, смотрящие на него, а в груди мучительно заныло от нежности какой-то незнакомой. Хотелось схватить, прижать к себе и бежать с ней на край света, где никто уже не сможет помешать ему быть с ней, владеть ею безраздельно.
И тут он понял, что сделает, если поймает ее. Мысль сталью отозвалась в голове. На мгновение он дрогнул от собственной жестокости, но приказал разуму успокоиться. Это единственный выход. Он должен это сделать.
Вылетел на улицу, прикрывая глаза рукой. Шестое чувство вело его в самое сердце тайфуна. Если эта ненормальная и правда решила покорить стихию, то Зейн должен торопиться. Она не сможет продержаться долго. Песчаная буря заберет ее у него навсегда.
Буря усиливалась. Песчинки и мелкие камни уже хлестали его по щекам, оставляя кровавые следы, но он не чувствовал боли. Только отчаяние. С каждой секундой шанс найти ее невредимой улетучивался.
Отголосок нежного женского голоса. Он резко развернулся кругом, крича не своим голосом:
- Самсара!
Наверное, ему просто послышалось. Не стала бы она…
- Зейн!
Не послышалось. Глупое сердце дрогнуло от неописуемой, невозможной нежности, и он рванулся вперед, делая шаг за шагом к смерти. К той неблагодарной женщине, что предпочла умереть, нежели быть с ним. И все-таки сейчас она нуждалась в нем. Звала его по имени, и он не мог не прийти за ней.
Глаза саднило от песка в них, одежда выглядела так, словно ее проели насекомые, но он упорно шагал вперед на звук голоса, просто по наитию, видя перед собой лишь очертания пустоты и красного марева.
Вскрик.Еевскрик.
В нем словно заиграла новая жизнь, и он бросился вперед, выхватывая очертания разбитого спасательного челнока.
Грудь опалило неописуемой радостью, когда он увидел ее силуэт, но ее тут же сменила слепая злость.
Заревев, как дикий зверь, он выхватил меч из ножен и замахнулся, намереваясь нанести смертельный удар.
Песок слепил меня, ветер сбивал с ног. Я прилагала все усилия, что только могла, но Юте все равно приходилось тащить меня за собой.
- Давай, Самсара! Осталось совсем немного! Нам нужно успеть до пика бури, иначе челнок не сможет взлететь!
Я попыталась прокричать ей что-то, но голос похоронил ветер, а в рот попало столько песка, что я едва ли не задохнулась. Теперь я в полной мере осознавала, почему в домах закрывали ставни. Тайфун по своим масштабам превосходил любую бурю, когда-либо происходившую на Земле. Лишь то, что дома здесь создавали из камня и металла помогало людям выжить.
- Это взлетная площадка, - Юта указала пальцем вперед, - нас не заметит охрана, потому что видимость слишком мала. Знаешь координаты Земли? – я кивнула. В Обучающем центре это стало первым, что нас заставили заучить наизусть. – Прекрасно. Введешь их на панели экрана.
- Как же ты? – прохрипела я, прикрывая рот рукой. Капюшон слетел с головы, и сейчас волосы трепались на ветру, становясь все тяжелее от забивающихся в них серо-красных песчинок.
- Я не могу полететь с тобой, - Юта качнула головой.
- Но…
- Здесь мой дом, Самсара, - она ласково провела рукой по щеке. – Я спрячусь от гнева Зейна у кочевников. Они принимают в свои ряды тех, кто не нашел себе места под предводительством маршала. Они примут меня.
Я с сомнением посмотрела на нее и вновь открыла рот, но она жестом заставила меня замолчать.
- Не уговаривай, Самсара, не трать драгоценное время. Я не передумаю. Здесь мой дом, и Харвада навсегда им останется. Думаю, ты можешь это понять, с учетом того, как яростно сама стремилась на свою планету.
Поджала губы, а на глазах появились слезы. Эта женщина рискнула всем, что у нее есть, чтобы спасти меня, а я даже никак не могла ее отблагодарить.
- Спасибо, - я бросилась ей на шею, и мы порывисто обнялись.
- Ну же, - она подтолкнула меня к небольшому шаттлу с открывающимся стеклом. Нажала кнопку, и стекло отворилось. Я кое-как пробралась под него, а Юта стояла, сложив руки на груди и наблюдая за мной.
- Если когда-нибудь передумаешь, - прокричала я, - в моем доме всегда найдется место для тебя!
Юта смахнула слезу со щеки, и помахала мне рукой, второй прикрывая глаза от бури.
Я закрыла защитное стекло, и рев бури немного утих. Начала судорожно тыкать на кнопки, стараясь разобраться с панелью. Экран загорелся синим, и я ликовала, начав вводить координаты.
Мерный стук в стекло привлек мое внимание, и я подняла глаза.
Искаженное безумием лицо Диаго, прижатое к стеклу, заставило меня отпрянуть. Я взвизгнула, начиная тыкать пальцами по экрану, но ошиблась в одной цифре, и экран загорелся красным, говоря об ошибке.
Испарина покрыла мой лоб, а платье на спине взмокло.
Я слышала, как он сильно долбит кулаками по стеклу, и начала ввод заново. Но в этот момент Диаго нащупал кнопку открытия с другой стороны, и стекло чуть отъехало, вновь впуская рев бури.
- Ах, ты маленькая сука! – Диаго схвати меня за ногу, пытаясь вытащить наружу.
- Нет! – завизжала я, цепляясь за рычаги и вырывая их на панели инструментов, стесывая ладони до крови.
- Иди сюда, тварь! Я поквитаюсь с тобой!
Панель инструментов заискрила, и я издала вой отчаяния.
Быть так близко к победе и проиграть все из-за чертовых пяти секунд!
Я просто не могла поверить в то, что происходит, когда Диаго вытащил меня за ногу на землю, падая сверху. Начала брыкаться и орать, вертя головой и заметила в стороне Юту, лежащую с ужасающе-открытыми стеклянными глазами на земле.
- Что ты с ней сделал?! – заорала я не своим голосом.
- То, что положено делать с непокорными рабами, - захрипел Диаго, облизывая кожу на моей щеке.
Я дернулась от отвращения и чудом высвободила руку, влепляя ему самую сильную пощечину, на которую только была способна.
- Ублюдок! Чертов монстр!
Лицо Диаго застыло, и он посмотрел на меня стеклянным, полным ненависти взглядом:
- Ты только злишь меня, Самсара. Ответишь мне кровь за каждую ошибку. Сука! Из-за тебя я потерял все! Ну ничего, ты расплатишься. Я выпью тебя всю, буду потрошить медленно, наслаждаясь каждой секундой агонии. Но сначала, - он начал задирать мне платье, и я заорала от гадливсти и ужаса, но он держал мои запястья в своей руке, едва ли не ломая их. – Хочу проверить, что за дырка у тебя такая, что все кругом свихнулись.
- Нет, Диаго! – задыхаюсь, чувствуя, как он прижимается возбужденным членом сквозь ткань одежды и пыхтит, впиваясь ртом в грудь через ткань платья. – Остановись! Мы оба умрем! Буря усиливается!
- Плевать, - хрипит, а в глазах плещется безумие. – Я все потерял из-за тебя. Трахну на прощание, а потом можем и сдохнуть. Как ты и хотела, Самсара, последуешь за своим мужем на смерть.
Смеется безумно, пугая меня еще больше. Слезы сыплются из глаз от боли и страха. Камни впиваются в спину, и я задыхаюсь под тяжелым телом Диаго, навалившимся на меня всей массой, полностью обездвиживая.
Сама не знаю, какого черта это сделала, но внезапно прокричала его имя:
- Зейн!
Возможно, мне просто хотелось почувствовать его на своих губах в последний раз.
Диаго рвал на мне одежду, больно вцепляясь в кожу пальцами. В его глазах играло безумие. Он словно слетел с катушек, и сейчас не владел собой, пытаясь свести счеты даже ценой собственной жизни.
- Зейн!
- Ори, тварь, - скалился Диаго, - твой страх еще больше меня возбуждает. Буду кончать в твое рваное тело, а ты будешь орать имя моего брата, которому плевать на тебя. Это станет достойной местью.
Его слова пугают не хуже безумного взгляда и ярости рассвирепевшего мужчины. Я просто отключаюсь. Смотрю на все это словно сверху, пытаясь отстраниться от того, что он делает с моим телом.
Диаго возиться с застёжкой на брюках, а я лишь слабо дергаюсь в его руках, понимая, что он убьет, разорвет меня и я просто не смогу жить с этим. Наложу на себя руки, даже если выживу после этого насилия.
Внезапно, Диаго резко поворачивает ко мне удивленное лицо и приоткрывает рот.
Я не сразу понимаю, что он ослабил хватку. Смотрю в его стекленеющие глаза и чувствую, как на грудь льется что-то теплое.
И тут тело Диаго срывается с меня, повисая в воздухе.
- Зейн! – я заливаюсь слезами, вскакивая на дрожащие ноги. После прикосновений Диаго мне хочется помыться, стереть все это, а еще лучше содрать с себя кожу, чтобы не чувствовать вонь его тела и крови. – Зейн! – бросаюсь к нему, и он порывисто, грубо прижимает меня к себе одной рукой, погружая пальцы в волосы.
Он молчит, а я заливаюсь слезами, утыкаясь ему в грудь. Вокруг нас бушует буря, у ног лежат два мертвых тела, и я просто не могу распахнуть глаза, не хочу возвращаться в ужасную реальность. Хочу просто стоять вот так, чувствуя запах Зейна, навсегда впитавшийся в мою кожу и чувствовать его сильные пальцы на своем теле.
Он подхватывает меня на руки и несет сквозь разрывающий все на своем пути тайфун. Кажется, если мы сейчас погибнем, то я не буду сожалеть, зная, что он находится рядом со мной. Даже несмотря на мощную конструкцию тела, каждый шаг дается Зейну невероятно тяжело. Он припадает на колени, а иногда порыв ветра сбивает его, уводит в сторону, но он держится, только сильнее вжимая меня в себя, укрывая от ада, распахнувшегося перед нами.
Каким-то чудом мы все-таки добираемся до поместья. К нам тут же спешат его воины, но Зейн останавливает их одним взглядом.
- Полковник Диаго Мора лежит в нескольких десятках метрах отсюда к востоку. Он ранен. Возможно смертельно. Рядом с ним тело женщины, служившей в его доме. Доставьте в поместье, если их не унес тайфун, - произносит и продолжает идти вглубь дома со мной на руках.
Я распахиваю опухшие от слез глаза и смотрю в его измученное, изъеденное бурей лицо. Он спас меня, даже несмотря на то, что изувечился сам.
- Зейн, - шепчу я, не смея его касаться. – Прости, я виновата. Юта пыталась спасти меня, но, - закусываю губу, сдерживая подступающие слезы, - Диаго убил ее. Он появился словно из ниоткуда…
- Замолчи.
Мне словно дали под дых. Я понимаю, что он несет меня в подвалы. Сердце будто проткнули насквозь. Я не могу винить его. Понимаю, что он зол. Нечеловечески зол, и контролирует себя каким-то невероятным усилием.
К моему удивлению, он не несет меня к камерам, мы сворачиваем на еще одну лестницу и спускаемся ниже.
- Ч-что ты хочешь со мной сделать? – хриплю я.
Но его профиль все так же сосредоточен и хмур. Он словно не слышит меня.
По пути мелькают какие-то странные предметы, и я понимаю, что предназначены они для пыток. Начинаю тихо рыдать, примерно представляя, что он хочет со мной сделать.
- Если решил пытать меня, то зачем спас?! – срывающимся голосом выкрикиваю я.
- Здравствуй, Хайк, - произносит Зейн, и я вздрагиваю, поворачивая голову. Мы вошли в маленькое помещение и перед нами стоит мужчина с очень мощными руками. Он в фартуке, перепачканном сажей.
- Маршал Зейн, - он склоняет седую голову. – Чем обязан?
В комнате стоит такой жар, что я начинаю задыхаться. Пытаюсь выбраться из рук Зейна, и он внезапно отпускает меня, ставя на каменный пол. Пальцы тут же впиваются в запястье, намертво привязывая к себе.
- Вот, - свободной рукой Зейн достает меч из ножен, и я вздрагиваю, видя на нем кровь Диаго. Точно такая же запеклась на моей груди и покрылась песком бури. – Переплавь рукоятку.
Хайк темнеет лицом, но кивает, надевая перчатку и принимая в ней меч маршала.
- Прямо сейчас? – голос кузнеца звучит глухо.
- Прямо сейчас, - отрезает Зейн, и Хайк уходит чуть поодаль к рабочей доске, начиная бить молотом по мечу.
- Что он делает? – я наполняюсь недобрыми предчувствиями. – Зейн, умоляю, скажи мне, иначе я умру от страха! Я больше не могу. Клянусь, убей меня прямо сейчас, если хочешь причинить еще какую-то боль. Я не выдержу. Я больше не могу!
Маршал резко поворачивается, притягивая меня к себе:
- Больше никто не причинит тебе боли, Самсара. Эта будет последняя.
- Эта?! – мои глаза наполняются ужасом, но он уже отвернулся и не смотрит на меня.
Хайк кладет рукоятку в какую-то мудреную конструкцию и держит над огнем. Этот металл плавится не как обычный. Он искрит и бушует, словно море. Хайк удерживает кипящую жижу с трудом, а потом наполняет ей какую-то форму.
- Готово, - глухо произносит он.
И тут Зейн резко хватает меня за плечи, прижимая к себе и оголяя мою спину одним резким рывком.
- Нет! – кажется, я сама не слышу своего голоса. Я не могу не кричать, ни двигаться. От ужасной мысли о том, что они собираются со мной делать, сознание словно уплывает.
Широко распахнув глаза, я смотрю на маршала, но он сосредоточенно наблюдает за тем, что происходит у меня за спиной.
Я не сразу понимаю, что шипящий звук сзади – это тление моей собственной плоти.
- Ненавижу тебя! – кричу я, встречаясь наконец с глазами маршала, наполненными мучением.
А потом от страданий и невероятной боли, растекающейся от лопатки по всему телу, мир передо мной меркнет, и я проваливаюсь в темноту.