Глава 28

Зоя (Эдана)

Да, я собиралась догнать Алкида и Октавия. Но сначала убедиться, что их нет в замке, а леди всё ещё на женской половине. Так и было, мужчины исчезли с вещами и лошадьми, что исключало короткую прогулку за стены.

– Сбежали! – в сердцах сплюнула я.

– Табаки уже сообщил об этом, – напомнил Одэр и вкрадчиво утончил: – Кстати, а почему кот вдруг заговорил?

– Последствия неконтролируемого колдовства, – отмахнулась я.

Болтливое животное не самая серьёзная наша проблема. Не проходило и часа, как я снова и снова пыталась взывать к памяти, чтобы понять, что именно подписала Эдана, но пока безрезультатно. Возможно, девушка была не в себе после пыток и даже не смотрела на бумаги.

Попытка узнать правду с помощью ловушки, провалилась в самом начале, но сдаваться я не собиралась. Надо догнать Алкида и потребовать объяснений. Можно было бы обратиться с просьбой к дракону, но что делать, если выяснится, что никаких бумаг нет или Эдана подписала типичное согласие на брак? Какие последствия принесут поспешные обвинения в мире, где женщина лишь приложение к мужчине?

Придётся действовать самой.

– Но где взять лошадь? – задумчиво пробормотала я, понимая, то на своих двоих нам ни за что не угнаться за лордами. – И, главное, бесплатно.

Если у Эданы и были деньги, она не рассказала об этом даже сестрёнкам. А слуги лишь руками разводили. Не удивлюсь, если все средства отнял добрый опекун.

– У меня, – подсказал Одэр, но чуть скривился. – Только жена разозлится.

– Чуть меньше, чем узнает про меч? – по-доброму поддела я.

Мужчина икнул и махнул рукой так, будто пытался отвести от себя беду. Я виновато посмотрела на него и вздохнула:

– Придётся воспользоваться твоей добротой. Ты уж извини, но мне жизненно важно узнать, куда и зачем уехал лорд Алкид. Подозреваю, что это связано с бумагами, которые я подписала.

– Звучит не очень хорошо, – Одэр мгновенно насторожился. – А что было в тех бумагах?

– Не помню, – неохотно призналась я. – Подписывала их, едва понимая, что делаю.

– Смерть отца сильно на вас подействовала, – сочувственно кивнул он и задумчиво пробормотал: – Это могли бы быть дарственные… Нет, земли и титул переходят в наследство лишь по мужской линии. Невозможно подарить то, что тебе не принадлежит. Может, доверенности? Но зачем?

Я вздрогнула и схватила его за руку.

– Погоди. Теперь, когда Цветочек… Тьфу! Когда Октавий стал князем, он может распоряжаться землями?

От мысли, что эти двое по шумок распродадут моё княжество, спина похолодела.

– Нет, – помотал головой Одэр. – Между вами не было священной ночи, и брак не считается полным. Только если…

– Договаривай, – потребовала я.

Он виновато развёл руками:

– Ваш супруг, имея доверенности, может заложить часть земель.

Я ударила кулаком по пустому столу в холодной комнате, где ночевал Алкид.

– Так и знала, что эти двое задумали что-то мерзкое! Сначала подсуетились и предложили замужество, желая прибрать к рукам всё княжество, но замаячило разоблачение, и они приступили к плану «б»!

– К чему? – переспросил Одэр.

– Решили заложить мои земли, – пояснила я и схватила мужчину за руку. – Мы должны их остановить! Клянусь, я компенсирую и стоимость лошади, и моральный ущерб от ссоры с женой… Ты поможешь мне узнать, что в этих бумагах?

– Разумеется, миледи, – сурово ответил он. – Я уже поклялся вам в верности, не обижайте меня недоверием.

– Не буду, – примирительно улыбнулась я и потянула мужчину к выходу. – Скорее!

По дороге заглянули в комнату Клайпена и разбудили старика. Выслушав меня, он торжественно поклялся присмотреть за девочками, а я пообещала вернуться как можно быстрее.

За воротами замка царила особенная тишина. Наполненная шелестом травы и далёким стрёкотом местных насекомых, она дарила умиротворение. Путь до деревни занял не больше часа быстрым шагом, но в дом Одэр меня не пригласил.

– Простите, миледи, – он низко поклонился. – Я очень люблю свою жену, но она никогда не отличалась терпением и добрым нравом. Не хотелось, чтобы вы стали свидетельницей неприятной сцены.

– Иди уж, страдалец, – сочувственно ухмыльнулась я.

Мужчина исчез в доме, а я присела на сухой пенёк, чтобы передохнуть, как вдруг услышала тихий голосок.

– Ты тоже нас бросишь?

Вздрогнув, повернулась и удивлённо вскочила при виде девочек.

Талилия, глядя на меня исподлобья, держала в руках медузика без крыльев, а над её головой кружил недовольный Волластон. Шэкет стояла рядом с сестрой и, прижимая к груди сопротивляющегося Табаки, пыталась улыбнуться непослушными губами.

– Как вы тут оказались? – потрясённо ахнула я.

– Следили за вами, – зло буркнула Тали.

– Ты бросишь нас, как папа? – продолжила допытываться младшая и тише добавила: – И как Дана?

Сердце ухнуло куда-то вниз.