Эпилог 1

Камни храма излучают мягкий розоватый свет. Полупрозрачные занавеси колышутся, хоть в воздухе не ощущается ни малейшего движения. Атмосфера безмятежного спокойствия ласкает сердце и наполняет душу умиротворением.

Мне нравится приходить сюда не только поэтому. Я приближаюсь к коленопреклонённой девушке и замираю, рассматривая её белоснежные одежды. Шёлковое одеяние жрицы растекается светлой лужицей на полу вокруг стройного тела. Кирина, закрыв глаза, беззвучно шевелит губами. Мне кажется, я знаю, о чём молится подруга.

Или о ком.

Правая рука лорда Тьмы и старший страж Тейг уже несколько месяцев добивается аннулирования брака своей возлюбленной и согласия её упрямого отца на союз дочери с норзийцем. Суровый воин, поддавшись уговорам девушки, не стал рубить с плеча и действовать силой.

Я делаю ещё шаг, и Кирина вздрагивает. Оглядывается и смотрит с надеждой:

— Орелия, Тейг вернулся от князя Тьмы?

Я улыбаюсь и качаю головой. Подруга подавляет вздох и, приподняв край длинной юбки, поднимается на ноги. Приближается ко мне и с улыбкой, пряча разочарование в глубине голубых глаз, интересуется:

— Как ты себя чувствуешь?

— Замечательно, — успокаиваю её и провожу ладонью по своему округлившемуся животику. — Никаких признаков норзийского проклятия не ощущаю.

— Может, это всё же девочка? — любуется мною подруга.

— Мне приснился мальчик, — упрямо возражаю я и беру Кирину за руки. — Не волнуйся, я уверена, что мрак не коснётся ни меня, ни моего сына.

— Я молилась сейчас об этом, — признаётся она и порывисто обнимает меня. — Жаль, что я не настоящая жрица и мои молитвы Гетта может и не услышать… Орелия, я так боюсь за тебя!

— Всё в порядке, — поглаживаю её по спине, понимая, что девушку страшит не только моя беременность, но и собственное будущее. — Ты сама видела, что моя сила растёт. Собранного при Ройепине урожая хватит не только чтобы накормить нашу велью, но ещё и на продажу. Вирг ведёт переговоры с независимыми ремесленниками Айсуга о непрерывной помощи земледельцам. Если они согласятся работать за часть урожая, то лорд снизит налог…

— О, в твоей деловой хватке никто не сомневается, — со смехом перебивает меня подруга и, отстраняясь, смотрит взволнованно. — Я боюсь не за вельеру, а за гельерийку, которая отважилась родить от норзийца…

— Всё будет хорошо, — утешаю я. — Мрак не проявлялся уже полгода. Вирг спокоен не только внешне. Лорд прекрасно владеет собой. Лучше помолись за себя и своё счастье.

Провожу кончиком пальца по золотистому свечению на коже Кирины.

— Оно становится ярче?

— Да, — опускает она глаза. И тихо добавляет: — Я молюсь за тебя, потому что не знаю, что именно просить у Гетты для себя. — Касается чистого высокого лба: — Может, всем будет лучше, если метка проявится здесь?

— Никилия прекрасно справляется, если ты об этом, — смеюсь я и легонько надавливаю на её подбородок, заглядывая в глаза. — В следующем году она обвенчает и вас с Тейгом. Я уверена в этом!

— Если будет на то воля милосердной Гетты, — робко соглашается подруга и оглядывается. — А где Мина? Почему она не с тобой?

— Няня осталась с малышкой Лизии, — поясняю я. — Им с мужем пришлось срочно уехать в столицу, чтобы пополнить стадо свежей кровью. Вирг не теряет надежды увеличивать наши доходы, поставляя князю породистых жеребят.

— Лорд за короткое время изменил жизнь в трёх вельях, — улыбается она. — Из него получился замечательный вельер!

Похвала её греет мне сердце.

— Ты видела Лизию? — интересуется Кирина. — Как она?

— Намного лучше, — отвечаю я, вспоминая румянец на щеках подруги и нежные взгляды её супруга. — Она смирилась с ниспосланным Геттой испытанием. И любит малышку Шийлию, несмотря на тёмные глаза и волосы. Как и её добрый супруг.

Наступает звенящая неловкая тишина, и чтобы развеять гнетущие тени прошлого, я перехожу к цели своего визита.

— Кирина, не могла бы ты написать Лютану? Предложи ему стать посредником и поставлять товары киннетийских мастеров в столицу Гельерии. Если всё получится, тогда Виргу будет проще договориться с ремесленниками Айсуга.

Она понимающе кивает:

— Хорошо, я сделаю это. — И смотрит пристально. — Ты так и не простила брата? Он рискнул своей жизнью, выдав заговорщиков. В итоге стал изгоем и среди норзийцев, и среди гельерийцев.8c847c

Вздыхаю: это выбор Лютана. И признался в заговоре брат лишь для того, чтобы сохранить себе жизнь. Не желая обсуждать это, торопливо меняю тему:

— Если ты станешь представителем, то будешь часто наведываться в столицу. Вирг считает, что товары можно сопроводить личной просьбой. Всё равно первую поставку придётся привезти в дар князю. Но…

— Я попрошу аннулировать мой брак! — воодушевляется она. Глаза Кирины блестят от радостного возбуждения, дыхание учащается. Подхватив юбки, девушка бросается к выходу. — Я напишу Лютану немедленно!

Я с улыбкой смотрю, как она сбегает по ступенькам и стремглав несётся к небольшому домику, в котором проводит одинокие ночи в ожидании любимого. Все сомнения сметены, и подруга вновь пылает желанием заполучить своё личное счастье.

Выхожу из храма и оглядываюсь. Вирг, гарцуя на породистом жеребце, придерживает за уздечку мою кобылу. Та стоит спокойно, впрочем, как всегда. Лорда долго пришлось убеждать, что прогулки верхом не принесут вреда, но он всё равно выбрал самую тихую и спокойную лошадь. И с тех пор сопровождает меня, если нянюшка занята ребёнком Лизии.

Заметив, что я вышла, муж спрыгивает на землю и подводит лошадей. С крайней осторожностью помогает мне усесться в седло и только потом спрашивает:

— Не передумала?

Я прикусываю нижнюю губу и мотаю головой. Я и так долго откладывала этот визит, пора уже посмотреть отцу в глаза. И для этого нашёлся хороший повод — Мина рассказала, что Мариска выходит замуж.

Вельер Лувирина обязательно посетит храм, чтобы поздравить дочь кузнеца. Там я и хочу поговорить с ним. Слова, отрепетированные многими днями, рассыпаются в памяти, оставляя меня в тревожном состоянии. Возможно, отец и слушать меня не станет.

— Ни за что не пропущу церемонию в этом году, — поймав взволнованный взгляд мужа, заявляю я. — Хочу убедиться, что в храм не заявятся стражи, чтобы потребовать для моего лорда право первой ночи! Ты только мой, слышишь?

— Как же приятно, когда ты ревнуешь, — смягчается он. — Ради этого я готов своим визитом перепугать несколько девиц.

Тянется ко мне и легко прикасается своими губами к моим в коротком, но таком сладком поцелуе. Потом ещё раз. И ещё…

— Всё же я увезу с церемонии одну гельерийку, — хрипло шепчет он, взглядом раздевая меня. — И потребую своё право… Не один раз!

— Угрожаешь? — предвкушающе протягиваю я.

— Обещаю, — серьёзно отвечает он.

— Тогда нам стоит быстрее закончить с церемонией и приступить к праву, — намекаю я и бью пятками по крупу лошади.

Но Вирг жёстко придерживает кобылу.

— Не спеши, вельера. — Уголки его губ подрагивают в полуулыбке. — У нас впереди целая жизнь.

Я киваю и счастливо смотрю в глаза любимого. Мы справимся с любой проблемой, будь то гибель урожая или тяжёлый взгляд моего отца. Вместе преодолеем все ниспосланные испытания. Потому что наша любовь преодолела даже мрак.

Потому что проклятие обернулось благословением.

Для вельи.

И для нас.