30

- Тебе правда надо было по делам? – с невинным видом поинтересовалась я, сев в машину. – Или мама попросила? Чтобы не мешал?

- И то, и другое, - Алеш дернул уголком рта, что у него означало раздражение и досаду, но не в критичных масштабах. – И что она рассказала, если не секрет?

- Про группу крови Марты. И что Зденек ревновал родителей к тебе. В общем, ничего сильно нового я не узнала.

Мне показалось, что Алеш вздохнул с облегчением. А еще – что Магдалена рассказала не все. Может, не захотела. Или времени не хватило. Но осталось послевкусие недосказанности. Впрочем, и того, что я услышала, оказалось достаточно, чтобы настроение забралось под плинтус.

- Алеш, извини, - я положила руку ему на колено. – Меня это немного выбило. Не хочется делать вид, что мне весело.

- Ничего, - он положил сверху свою руку, но тут же вернул ее обратно на руль. – Я понимаю.

Когда мы забрали справку и выехали из Брно, разговор о наших дальнейших действиях меня немного отвлек. В Чехии брак, в принципе, можно было регистрировать в любой матрике, но Алеш предложил городскую ратушу на Старомнестской площади.

- Там, конечно, очередь, но, думаю, мы впишемся в твои сроки по визе. Да и по району она нам подходит. Вечером надо будет заполнить бланки заявления на сайте и распечатать, чтобы время не терять.

Мы рассчитывали пожениться ближе к концу апреля. От разрешенных сроков пребывания в Чехии по шенгенской визе у меня оставалось чуть больше месяца. По идее, этого должно было хватить, чтобы получить вид на жительство.

- Тебе надо будет подать документы сразу же, на следующий день после регистрации, - сказал Алеш. – И уедем в свадебное путешествие на пару недель. Куда-нибудь в безвизовую страну. Тогда у тебя будет фора еще на полмесяца. На случай задержки.

- Марту опять придется оставлять у Зденека, - вздохнула я. – Ты не думал, что ее там тоже настраивают против тебя?

- Конечно, думал, - поморщился Алеш. – Но что делать? Я уезжал за полгода один раз к тебе и два раза на несколько дней по делам. Иногда она у них ночевала, если были какие-то детские праздники. У Рады семья, она не может оставаться с Мартой надолго. Мама хоть и на пенсии, но преподает в медицинской школе, ей тоже не приехать в Прагу больше, чем на пару дней. Да и у Марты учеба. Надеюсь, это будет в последний раз.

Когда мы вернулись домой, Марта выбежала в прихожую, обняла меня поперек живота, бросила Алешу «ahoj» - «привет». Мне показалось, что она сделала это немного демонстративно. Может, я и ошибалась, но сейчас, после разговора с Магдаленой, стало еще больше обидно за Алеша. Можно было лишь догадываться, как тяжело ему терпеть ее отношение – после того, как столько возился с ней, когда она родилась. С чужим ребенком…

На следующий день утром мы подали заявление. С документами никаких проблем не возникло, только еще раз напомнили о полицейской справке, которую надо было принести на регистрацию. Правда, дату назначили на двадцать седьмое апреля – впритык. К тому же вылетали два выходных дня.

- Анна, прекрати панику! – приказал Алеш. – Даже если вдруг тебе откажут в виде на жительство, что маловероятно, это не конец света. Через месяц вернешься и подашь заявление снова.

- Через три, - я готова была разреветься. На всякий случай.

- Ты въезжала в Шенген через Германию, поэтому формально вообще сейчас не в Чехии. Общеевропейскую автоматическую систему для подсчета пребывания так и не ввели. А сверять даты на штампах никто не будет. Успокойся!

Да, немного здорового дзена мне точно не помешало бы. Адреналин висел в воздухе. Подготовка к свадьбе – тот еще квест. Даже учитывая, что Алеш взял все на себя и только спрашивал, устраивает меня то или это. По большому счету, я вообще предпочла бы скромную церемонию с родственниками и свидетелями, но об этом не стоило и думать. Пожалуй, это был тот самый случай, когда работала глубоко ненавидимая мною фраза: «Если насилия не избежать, расслабься и получи удовольствие».

Свадебное платье шил все тот же Махуд. Конечно, я могла пойти в салон или заказать по каталогу, но уж больно мне понравились два его зеленых. Он сам нарисовал эскиз, и я тут же влюбилась – в платье, а не в Махуда, конечно. Ресторан и номер для новобрачных Алеш заказал сам. Мелочами, вроде приглашений, оформления зала, меню и музыки, занималась свадебный консультант Хелена, симпатичная девушка, похожая на веселую синичку.

Марта, как мне казалось, ждала свадьбу еще сильнее, чем мы. С таким энтузиазмом, что меня это даже пугало. И это не было обычной девчоночьей любовью к свадьбам, которые они примеривают на себя в будущем. Ну, или было, но не только. И об этом я сказала психологу пани Йиржине, когда мы наконец до нее добрались.

Сначала мы сидели в приемной с Алешем, пока та разговаривала с Мартой, потом я осталась одна листать журналы, а в конце Марта вышла, и зашла я.

- Наконец-то я с вами познакомлюсь, пани Анна, - сказала приятная женщина средних лет с мягкой улыбкой, которая сразу заставляла почувствовать расположение. – Сначала Марта ни в какую не хотела говорить о вас, но последние два месяца наоборот – только о вас.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Знаете, меня это беспокоит, - заметила я. – Потому что… немного слишком.

- Я вас понимаю, - кивнула Йиржина. – И вот что скажу вам обоим. Мы с Мартой встречаемся уже не первый месяц, ситуация сложная, и изменений особых пока не видно. Пан Алеш, возможно, думает, что я не смогла найти к Марте подход. Но я работаю с детьми уже почти двадцать лет, и это первый случай в моей практике, когда ребенок настолько сильно закрыт для одного из родителей. Как за Китайской стеной. Скажите, пожалуйста, все ли вы мне рассказали о ней и о вас? – она пристально посмотрела на Алеша.

- Абсолютно все, - кивнул он.

- А пани Анне известно это «все»?

- Да.

Слишком быстро ответил, подумала я. Совсем чуть-чуть, самую капельку, но все-таки…

- Марта очень беспокоится, как бы вы не передумали пожениться. Вы оба. У нее есть основания этого бояться?

Мы ошарашенно переглянулись.

- Нет, но… - нахмурился Алеш. – Как-то я сказал, что не буду учить Анну водить машину, потому что мужья все время ругают своих жен, когда учат, и она может передумать выходить за меня замуж. Это была шутка, конечно.

- Но она восприняла ее всерьез, - кивнула Йиржина. – Ключевое слово «ругают». Вы постоянно ругались с ее матерью, она это хорошо помнит.

- А еще она спросила, сразу ли я согласилась выйти замуж за Алеша. И я ответила, что сначала хотела познакомиться с ней, - добавила я. - Марта с таким ужасом предположила, что я могла отказаться, если бы она мне не понравилась. И хотя я сказала, что было бы, скорее, наоборот, что я могла не согласиться, если бы не понравилась ей, мне кажется, она не поверила.

- Марта сейчас в сильном напряжении и очень ждет вашу свадьбу. Уж не знаю, пани Анна, чем вы так ее покорили, но она от вас без ума. И очень боится, что вы действительно передумаете. В том числе, если она вас чем-то огорчит. Поэтому до вашей свадьбы, скорее всего, будет вести себя идеально. А вот потом можете ждать не самых приятных моментов. Как обратную реакцию. Просто будьте к этому готовы. И, я думаю, тогда нам не помешает пообщаться всем троим. Возможно, дело сдвинется с мертвой точки с вашей помощью, пани Анна.

Если б не Марта, я задала бы Алешу кое-какие вопросы, как только мы вышли. Но дома запал прошел. Да он наверняка и не ответил бы. Пожалуй, мне стоило набраться терпения и подождать. До сих пор эта тактика не подводила.

А через пару дней Марта подкинула мне еще один сюрприз. Я пришла забрать ее после уроков, и она с виноватым видом сказала, что учительница пани Зузана просила меня зайти к ней.

- И что ты натворила? – поинтересовалась я, пока мы поднимались по лестнице на второй этаж.

- Ударила Станду рюкзаком. Но он сам назвал меня жабой.

- Побудь здесь, - я оставила ее в коридоре, а сама зашла в класс.

Там оказалось очень даже уютно: светло, удобные столы, много цветов, зеленый коврик с мягкими игрушками в углу. За учительским столом что-то читала миниатюрная блондинка в стильных очках, примерно моя ровесница.

- Добрый день, - поздоровалась я. – Марта сказала, вы просили зайти.

- Здравствуйте, пани Новакова! Присаживайтесь.

- Ну, мы с паном Новаком собираемся пожениться, но… - смутилась я, кое-как пристраиваясь на детский стул.

- Простите, - учительница смутилась еще больше. – Марта сказала, что у нее теперь есть мама, и я подумала… Как мне к вам обращаться?

- Пани Домникова. Хотя у нас свадьба через месяц, все равно буду Новаковой. Так что неважно. Марта, кажется, с кем-то подралась?

- Со Стандой Немурой. Но он сам ее вечно задирает. Там, похоже, чувства. Да и Мартичка не возражает особо. Она девочка популярная. Хотя ее иногда дразнят за произношение. Я насчет учебы хочу поговорить. У меня к ней две претензии. Письмо ей плохо дается, много ошибок делает. И пересказывать совсем не умеет. Память отличная, запоминает все, что мы читаем, а своими словами не может передать. Надо с ней позаниматься, чтобы не запустить. Вы ведь, кажется, тоже учитель?

- Чешский преподаю… иностранцам, - я решила не вдаваться в подробности.

- Ну так это прекрасно, - обрадовалась пани Зузана. – Марта умная, способная, но постоянно отвлекается, думает о чем-то.

Мы поговорили еще немного и распрощались. Я вышла в коридор и чуть не сшибла Марту, которая стояла у двери, ковыряя пол носком ботинка.

- Ты ничего не хочешь мне сказать? – спросила я, когда мы отошли от класса.

- Анна, ты сердишься, что я сказала, что ты теперь моя мама? - она страдальчески наморщила лоб.

Ага, поросенок, опять подслушивала. Отшлепать бы тебя маленько.

Я подвела ее к окну, приподняла и усадила на широкий низкий подоконник. Села рядом, обняла за плечи.

- Во-первых, я не сержусь. Только надо было меня предупредить, потому что получилось немного неловко. А во-вторых, пообещай мне одну вещь.

- Не драться со Стандой?

- Не подслушивать под дверью. Это очень некрасиво. Порядочные люди так не делают. Ну представь, ты будешь у себя в комнате разговаривать по телефону, например, со Стандой, а я буду подслушивать. Или папа. Тебе понравится? Думаю, нет. Ты ведь не первый раз так делаешь? Когда папа со мной разговаривал по Скайпу?

Марта покраснела и опустила голову.

- Анна, я больше не буду, - прошептала она, готовая разреветься.

Я прижала ее к себе и поцеловала в лоб.

- Учти, это не только некрасиво, но еще и опасно. Когда-нибудь ты не успеешь отскочить, дверь резко откроется и… убьет тебя. А теперь все. Высморкай нос, и пойдем домой. А то Рада решит, что мы завернули в цукрарну и тайком едим пирожные вместо обеда.