Глава 13. Разрушенные ожидания

Азра схватилась за сердце. Ей показалось, что оно сорвалось с прочных тросов и сейчас трепыхается без толку, теряя ритм и пульс.

Как такое может быть? Чтобы какая-то сноха племянника сместила ее с места хозяйки особняка? Отстранила ее от семейного очага? Захотела стать почетной госпожой города?

Азра беспомощно оглядела собравшихся. Посмотрела на мужа, потом повернулась к Кадиру. Это какая-то шутка?

Но мужчины молчали.

Она перевела взгляд на улыбающуюся Эсму.

— Вот, значит, чего ты хотела больше любви сына… Моего положения!

— И очень советую, мама, не опускаться до грязных интриг. Ведь между нами есть еще старые тайны.

Эсма своим советом окончательно добила Азру. Та поднялась, продолжая держаться за сердце, оглядела наглую торжествующую выскочку, подошла и плюнула той под ноги.

— Мой очаг для тебя не загорится. Стены теплом не согреют. А если ты думаешь, что достаточно приписать себе имя Килика и стать главной в доме, чтобы стать хозяйкой в городе, то ты очень ошибаешься. Станешь здесь парией, и сама сбежишь до срока. Только Хакана прихватить не забудь.

Сзади раздался предупреждающий кашель господина Догана, но Азру невозможно было остановить:

— Не на ту лошадь вы ставите, господин Бекир. Кадир один бизнес поднял и второй сможет. Для моего и вашего внука. А вот что даст Хакан, и не заберет ли больше, это вы еще посмотрите.

Азра покачнулась. Кадир кинулся поддержать мать и настойчиво повел ее к выходу. Господин Чинар остался. Теперь не в качестве хозяина, но из необходимости загладить резкие слова супруги и попрощаться за всех. Он уже решил, что на этой же неделе, как Азра будет готова к путешествию, они уедут в Стамбул. Чинар оттуда будет помогать сыновьям.

А здесь придется остаться им двоим, Эмиру и Кадиру. Но они выстоят, справятся. Отец в них уверен.

***

Атмосфера в доме резко переменилась. Азра не вышла к завтраку. Зифа готовила и накрывала по привычке, теряясь, что от хозяйки не поступает указаний.

Когда все было готово, она осмелилась зайти к Азре в спальню.

Та все еще не поднималась. Такое с ней случалось только при тяжелых потрясениях или болезни.

— Хозяйка, завтрак накрыт. Вы будете собирать семью? — тихо спросила Зифа, оглядываясь на ванную комнату, в которой, видимо, закрылся господин Чинар.

— Я больше не хозяйка в этом доме! — простонала Азра. — Собирай вещи, Зифа, здесь ты не останешься.

Сердце экономки ушло в пятки. Она отдала этому дому и этой семье всю свою жизнь! А теперь ее выгоняют на улицу, как нашкодившую кошку.

— За что, госпожа Азра? Неужели я плохо справлялась со своими делами?

Азра открыла глаза и посмотрела на Зифу пронзительным, полным злости взглядом:

— Слишком хорошо справлялась! Потому я не оставлю тебя этой змее. Поедешь со мной.

— Куда?

— В столицу. Будешь моей напарницей. Я повышаю тебя в должности, старая моя подруга. Меня предали все, даже дети, отдав мой дом недостойной выскочке, угрожая мне одним случайным поступком! И только ты никогда не предавала. Потому поедешь со мной в качестве напарницы. Будем с тобой покорять столицу, Зифа.

Экономка застыла, не зная, что и как теперь делать.

— А завтрак, госпожа?

— Завтрак, — отмахнулась Азра. — Мне принеси сюда, я не буду есть с этой за одним столом. Назначь вместо себя одну из помощниц и отправь к выскочке. Пусть у той узнает, что да как, берет инструкции. А тебе даже дела передавать запрещаю.

Зифа поджала губы.

— Так ведь я тоже не хочу подставлять своих помощниц. Я сама их набирала и обучала. Дам им выбор. Кто захочет остаться при особняке, пусть останутся. Кто захочет служить вам, я переведу их в персиковый дом. Там сейчас помощь нужна для внука вашего и Хиры…

— Ах! Ведь у меня еще доченька не пристроена! Она же не знает, что тут случилось… К лучшему, если и не узнает. Запрети болтать помощницам.

— Предупрежу, — согласилась Зифа.

— Вовремя она уехала из особняка. Пусть поживут в персиковом доме, там хорошо. А потом Чинар что-нибудь придумает.

— Конечно, госпожа. Так и поступлю. И дам расчет, кому перемены придутся не по вкусу.

Азра одобрительно кивнула и отпустила Зифу. Это что же, Хира не пристроена, а скандал сейчас понизит ее рейтинг у местных женихов.

Плохо. И в столицу ее не возьмешь, сейчас там делать нечего. Надо знакомства завести, обжиться, только потом тянуть ее за собой.

Чертов Шахин! Вот не было бы у него какой-то девки, Азра с чистым сердцем оставила бы дочь на него.

А что, если убрать девку Дениза с глаз долой? Подкупить, напугать? Пусть бросит его и съедет куда подальше. Вот и жених снова свободен! Погорюет и найдет утешение с Хирой.

Азра, вдохновленная идеей, набрала Назара:

— Ты мне должен! Я просила тебя приглядывать за Денизом Шахином. Тот связался с какой-то девкой. Ты мне хотел показать на него компромат.

— Есть у меня на него компромат, госпожа Азра. Заплатите, все отдам.

— Заплачу. Давай сегодня же в обед, в таверне.

— До встречи. Буду там.

Чинар вернулся в спальню.

— Ты не пойдешь на завтрак? — уточнил он у жены.

— Нет, — презрительно сообщила она. — Позавтракаю в постели. Я уже достигла того положения, когда могу не делать хорошую мину при плохой игре. А ты идешь завтракать?

— Иду.

— К ним?

— Да, дорогая. Бизнес разделен, но семьей они от этого быть не перестали.

Азра недовольно скривила губы.

— А ты, значит, все еще зависишь от положения и будешь делать вид, что ничего не случилось. Что они не ограбили твой бизнес, не унизили твою жену, не отобрали твой дом...

Чинар стоял спиной к Азре. Она перечисляла злодеяния, не видя его лица, но вздрогнула, когда он треснул кулаком по ее трюмо.

— Хватит! Замолчи! Не заставляй меня обвинять тебя в том, что случилось.

— Меня? — задохнулась от возмущения Азра. — Я ничего во вред не делала!

— Да, только покалечила Хакана! И если это всплывет, то будет разрушен не только совместный бизнес, но и семья Киликов. Это станет расколом навсегда. Брат отречется от брата. Сыновья никогда не пожмут друг другу руки.

— От нас не убудет, — зло прошипела Азра, не желая признавать свою вину и каяться. Проще было и дальше обвинять ту девку, которая не смогла усыпить Хакана.

— Но ты с такой же непосредственностью ломаешь судьбы детей! Хватит, остановись. Ты не видишь, что делаешь с Кадиром. Именно из-за своего горя и любви к той девушке он отвернулся от дел, а я не смог один отстоять наш бизнес.

— Зато ты быстро нашел замену моему сыну. Или постой! Ты подстраховался заранее? Боялся, что я не смогу родить тебе наследника?

Чинар замолчал, потом сделал шаг к постели и снова остановился:

— Эмир так и остался бы водителем, Азра, если бы ты не вмешалась! Потому успокойся, пока не наворотила еще больше дел.

Чинар стал собираться на завтрак и в офис, Азра молча переваривала услышанное.

— Зифа едет со мной.

— Нет. Пусть лучше останется помогать в доме. Не здесь. Пошли ее к внуку.

— Почему ты всегда против моего слова?!

— Потому что я еду в столицу работать. Восстанавливать то, что рухнуло и благодаря тебе тоже.

— А Зифа поедет со мной в качестве напарницы. Не могу же я там торчать в одних стенах и в одиночестве? А ходить без сопровождения неприлично.

Чинар отмахнулся.

— Еще Хиру вызову в столицу, — не унималась Азра, — подыщу ей подходящего жениха и…

— Оставь. Наших. Детей. В покое! — рявкнул господин Чинар, прервав супругу на полфразы.

В этот момент постучала Зифа и внесла на подносе завтрак.

— Доброе утро, хозяин, — поздоровалась она.

— Доброе, — буркнул господин.

— Иди завтракай в свой серпентарий, — проворчала Азра, усаживаясь поудобнее и принимая поднос из рук Зифы. — Обедать я буду в городе, — уже в спину сказала она мужу. — И чем быстрее мы уедем, тем будет лучше всем.

Чинар хлопнул дверью, а Азра налила чай и подмигнула Зифе:

— Я договорилась, ты едешь со мной. Но прежде, чем я уеду, подай-ка мне блокнот со списком всех участниц женского совета. Я должна позвонить каждой и рассказать им об Эсме. Пусть ей окажут «достойный» прием.

Сразу после завтрака Азра отправила Зифу узнать, как приняла Эсма новое положение в доме и как справилась с трудностями, а сама собралась на встречу к Назару.

Чинар пошатнул уверенность в ее планах, но перед отъездом ей надо было дать распоряжение по Эсме и Кадиру. Их никак нельзя оставлять без присмотра.

В таверне Назар уже ожидал госпожу. Он довольно улыбался, как кот перед хорошей дозой сливок.

Азра молча достала из сумочки конверт и положила перед Назаром.

— Я уезжаю, но тебе оставляю задание. Аванс вместе с оплатой компромата на Дениза в конверте.

Назар протянул руку, придвинул к себе конверт и заглянул внутрь.

— Какое будет задание, хозяйка?

— Я оставляю в особняке за главную свою сноху, Эсму. Проследи, как ее примут в городе, как она устроится, а главное, с кем дружбу начнет водить. Все это сообщай каждый вечер по телефону. В шесть вечера жду звонка.

Назар кивнул.

— Второе задание касается Кадира. Следи, не появится ли рядом с ним девушка. Или не начнет ли Эсма крутить перед ним хвостом. Как только заметишь рядом с ним кого, сразу узнавай, кто и чья, и звони мне. Каждый день можешь не отчитываться, но появление рядом с ним женщины я не должна пропустить. Понял?

Мужчина снова кивнул.

— Значит ли это, что Дениза Шахина можно отпускать? В последнее время за ним следить стало неинтересно.

Азра прищурилась:

— Как будто ты не работой занимаешься, а сериал смотришь, — выговорила она своему наемнику. — На Дениза есть сведения? С кем он встречается? Кто она? Фото обличительные?

— Всё-всё есть, госпожа. Вы сами как сериал смотреть будете, — усмехнулся Назар и передал довольно пухлый конверт Азре.

Она спрятала улики в сумочку, поднялась и вышла. Уже в машине по дороге домой снова вспомнила слова супруга.

Он не прав! Она больше не собирается вмешиваться в жизнь сына. У того теперь есть наследник от хорошей женщины, и он породнен с родом Доган. Кто станет его второй женой, уже не волновало Азру. Лишь бы сын был счастлив.

А вот Хира…

Как бы Азре хотелось, чтобы никто не вмешивался в ее планы!

Что ей стоит открыть конверт, узнать имя вмешавшейся девки и устранить ее на пути к Хире? Выдала бы дочь за Дениза, а тот помог с деньгами сыну. Все же идеально!

Но перед мысленным взором снова встал Чинар, недовольно покачивающий головой.

Ладно. Она не будет вскрывать конверт, чтобы ненароком не задеть девку. Вдруг она ее знает, тогда подсознательно будет мстить. А так — не знает и не трогает.

Если Азра найдет в столице жениха получше, то выкинет конверт. Если у Кадира и мужа дела совсем пойдут под откос, она воспользуется компроматом и сведет Шахина с Хирой. А пока пусть дочь остается в стороне, сидит с внуком в персиковом доме. Ее время еще придет.

***

Кадир рвался поехать к Лейсан, найти Эмира и поговорить с ним, но пока он был привязан к дому.

— Какие договора мне взять? — спрашивал отец, и Кадир расписывал ему план производства и выпуска жемчуга, примерный объем устриц к продаже.

И все это выходило совсем скромным объемом, не покрывающим даже внутренние квоты империи.

— Похоже, сынок, мы все начинаем с нуля, — вздохнул Чинар. — Не такое наследство я собирался оставить своим детям.

— Ничего, отец. Я сам выйду работать с пловцами, отберем молодых и засадим новые гроздья. Года через три восстановим объемы.

Чинар снова вздохнул. Вот если бы у них остались финансы или были инвестиции, они просто докупили устриц на новые площади и покрыли квоты империи, а все свыше стали бы поставлять заграницу, как было еще год назад. А теперь весь урожай в течение трех лет как минимум придется отдавать империи в качестве уплаты за пользование побережьем, а часть — пускать на размножение.

Чинар и Кадир боялись только одного, что оставшиеся плантации не покроют квоту империи. Хакан подписал очень большой объем, сдавая остатки за небольшую компенсацию. Квота шла как обязательная, а сверх квоты Хакан не смог продать по контрактам и просто сбывал продукцию в приемные пункты за бесценок. А на следующие два года еще и договор с ними подписал на сдачу объема устриц и жемчужин по вмененному плану. По сути — увеличенная квота. Денег с этого Килики не получат и разорвать контракт не смогут. А если не выполнят планы по сдаче — им насчитают большие штрафы.

Это был рассчитанный удар, нацеленный на полное разорение Киликов.

Хакан потому не переживал за долгосрочную аренду особняка, что просчитал, как выкупит все имущество Киликов за ничтожную сумму, когда тех объявят банкротами.

Но Кадир так просто сдаваться не собирался.

— Бери их контракты и не выходи из конторы, пока не снизишь план или не укоротишь срок. Объясни, что без инвестиций мы с трудом покроем квоты. Никаких сверхобъемов для сдачи у нас просто не будет. Устрицы переведутся за год!

— Я знаю, знаю, — отмахивался Чинар. — Сделаю все, что в моих силах.

— Когда вы вылетаете?

— Мы поедем на машине. Мне в городе она понадобится, и матери будет сложно без водителя. Ты ее знаешь.

Кадир согласился, понимая, что теперь он остается в доме с дядей, тетей и Хаканом, возомнившим себя хозяином. Видимо, придется тоже съехать из особняка. Но куда?

Охотничий дом, где они прятались с Лейсан, был далеко от побережья. Ездить каждое утро на плантации будет накладно. Остается маленький домик у моря. Его он и займет.

А Эмира придется предупредить, чтобы продавать недвижимость надо именно с охотничьего дома.

Голова шла кругом от проблем. Кадир возвращался в особняк, чтобы проводить родителей, но нарвался на первый скандал между матерью и Эсмой.

— Я не отдам тебе экономку! — визжала Эсма в лицо Азре.

Та стояла, поджав губы, и надменно оглядывала молодую сноху.

— А я и спрашивать тебя не буду, — проговорила она. — Зифа — моя экономка. Потому едет со мной.

— Тебе нечем будет заплатить ей. А я дам больше оплату.

Эсма повернулась к тетушке Зифе:

— Буду платить двойную. Оставайся.

Азра даже не повернулась к экономке, а та не раздумывала:

— Ты оболгала мою племянницу дважды. Первый — обвинив ее гулящей. Второй — прострелив себе ногу. Смогу ли я после этого служить тебе и доверять?

Кадир застыл. Он не думал об этом, но знает ли Зифа, кого он привел под крышу дома? Пусть она не узнала бы Лейсан, но Айшу знать должна была!

Эсма сузила глаза и презрительно улыбнулась:

— А той, которая обвиняла ее в отравлении и причастности к аварии моего мужа, которая погубила ее, ты доверяешь?

Кадир смотрел на Зифу, та повернулась к госпоже, но отвечала Эсме:

— Я всю жизнь служила в этом доме. Еще до прихода его хозяйки. И оставалась тут ради детей госпожи. Она покидает особняк, и я его покидаю.

Лицо Эсмы недовольно вытянулась, она подыскивала очередные слова оскорбления, пока Азра довольно улыбалась. Но тетя Зифа еще не закончила.

— Только я не поеду с вами в Стамбул, госпожа. Я отправлюсь в персиковый дом к Хире и вашему внуку Берку. Там я буду нужнее.

Теперь и лицо матери вытянулось, зато Кадир нашел повод поехать туда, куда рвалось его сердце. Заодно по дороге он все выяснит у Зифы.

— Я отвезу, тётушка, собирайся.

— Кадир! — воскликнула мать. — Она не может бросить меня. Что я буду делать без Зифы в столице?

— То же, что будет делать без Зифы Эсма в особняке — справляться с трудностями хозяйства.

Это уже сказал не Кадир, а Чинар, спустившийся вниз и заставший скандал.

— Пока Зифа собирается, проводи нас. Чемоданы уже в машине. Документы я взял, больше нас здесь ничего не держит.

Кадир кивнул, взял под руку мать и вывел ее из особняка.

— Беги, беги из дома! Побоялась жить под одной со мной крышей? Побоялась, что мое слово станет главней твоего? — кричала вслед Эсма.

Азра вздрогнула, остановилась и развернулась, сопротивляясь сыну, который упорно тянул ее на выход.

— А ты попробуй, а потом кудахтай, курица.

Вот теперь Азра сказала все. Сама повернулась и пошла, отказываясь от поддержки Кадира.

Когда он вернулся в дом, тот словно опустел. В кухне никого не было, его никто не встречал, Эсма, наскандалившись, ушла наверх. Дядя Ахмет привычно редко выходил из своего крыла, и вряд ли привычка эта изменится.

Кадир заглянул к помощнице:

— Кого госпожа назначила экономкой?

— Меня, господин, — вперед вышла девушка из новеньких.

Он ее не помнил, не знал по имени, но, видимо, так и бывает, когда дом перестает быть твоим.

— Завтра соберите мои вещи и переправьте в дом у моря.

— Все, господин?

— Нет, только личные. А, кстати, что сделали с вещами сестры и родителей?

— Закрыли в одной комнате на третьем этаже, господин. Спальни освободили для новой хозяйки и ее мужа. А господин Эмир, как и вы, распорядился перевезти его вещи в персиковый дом.

— Вон как! — Кадир не ожидал от брата такой прыти. — Тогда соберите мои, но пока никуда не отправляйте, я вечером позвоню и сообщу, куда их перевезти.

— Как скажете, господин.

Кадир опустошил сейф в спальне и кабинете, заложив все оставшиеся документы и ценности в портфель. До этого самое важное они уже собрали с отцом и положили в банковскую ячейку.

После нашел Зифу и в месте с ней погрузился в машину.

Зифа беззвучно лила слезы.

— Расстроена?

— Немного, сынок, — ответила она. — Девица скоро поймет, что власть не в стенах, а в семье. А у нее семьи здесь нет и не будет.

— Значит, ты едешь туда, где твоя семья? — уточнил Кадир, заводя движок.

Зифа перестала смотреть на особняк с темными окнами и повернулась к нему:

— Да. Я еду к детям.

— Так ты знала, что это Лейсан?

Кадир тронулся, медленно проезжая ночные улицы города.

— Я похоронила ее так же, как и ты. Эта была купленная тайна твоей матери ценой жизни моей сестры, ее мужа и детей. Они ни слова мне не сказали, позволив оплатить и организовать похороны. Я не знала, что Лейсан все еще в больнице. Я оплакивала ее год. Пока в город не вернулась сестра и не рассказала, кто войдет в особняк вместе с Айшей.

— Но ты скрыла, что Айша — твоя вторая племянница.

— Да и не сказала бы. Я видела, что сделали с другой! Думаешь, Азра пожалела бы Айшу? Ну нет. У твоей матери нет жалости.

Кадир вздохнул, уже не зная, какие могут быть найдены оправдания Азре. Пока они с отцом четко понимали только одно, если Лейсан вздумает обвинить Азру в мошенничестве, подкупе и преступлении против личности, у них будут крупные неприятности к уже имеющимся.

Но никому подкидывать эту мысль ни Кадир, ни Чинар не желали. Там, где Лейсан не хватит сообразительности, вполне может смекнуть Зифа. Поэтому оставшуюся дорогу они ехали в молчании.

Первое, что услышал Кадир, когда подъехал к дому, это заливистый плачь Берка.

Он вбежал в дом, глазами находя рыдающую над ним Айшу и растерянных Лейсан и Хиру.

— Что происходит?

— Берк… У него что-то болит. У него жар! Я не знаю, что делать! — причитала Айша.

— У нее истерика. Она говорит, что ее дочь тоже умерла от жара, — добавила испуганная Хира.

— Где Эмир? — спросил Кадир.

— Он еще не приезжал. Днем уехал в строительный магазин и не возвращался, — ответила Лейсан, пряча глаза.

Значит, что-то еще произошло с Эмиром, раз он бросил трех женщин одних и все еще не вернулся.

— Собирай Берка. Едем в больницу, — отрывисто распорядился Кадир, забирая переносную люльку, чтобы установить ее в машине.

— Я с вами! — подскочила Лейсан. — Айша одна не поедет!

— Айша поедет со мной, — отрезал Кадир. — Вы разместите в доме тётушку Зифу и приготовите ужин. Как приедет Эмир, пусть позвонит мне.

— И вы позвоните, как станет понятно, что с малышом, — встрепенулась Хира.

— Конечно. Айша, я жду вас в машине.