29

Одевшись и застегнув молнию на платье, кручусь перед зеркалом. Выгляжу эффектно, это факт. Но в то же время – как-то совершенно непривычно. Будто в отражении не я, а какая-то чужая женщина.

С неплохой талией и довольно симпатичным декольте.

С тех пор, как я переехала в Питер и родила Катюшу, мне было не до нарядов. Ну то есть я всегда старалась выглядеть опрятно и красиво, но делала упор на деловой стиль. Брюки, пиджаки, практичные хлопковые блузки. Такая одежда как нельзя лучше соответствовала моему настроению и роду деятельности – я ведь бизнесом занимаюсь. И большую часть времени провожу то в офисе, то в швейном цеху.

Но сегодня настроение особенное. Впрочем, как и сам вечер. Впервые за долгое время я выхожу в свет с интересным мужчиной и хочу чего-то эдакого. Как это платье, например.

Заглушив в голове голоса паники и сомнений, я подбираю наиболее подходящую к наряду сумочку, подхватываю с обувницы давно пылящиеся лодочки на тонкой шпильке и, слегка хмелея от собственных ощущений, покидаю гардеробную.

Я жду от Дениса какой угодно реакции: одобрительной улыбки, комплимента, смущенного покашливания. Но реальность превосходит все мои ожидания.

Когда я, закинув правую руку на стену, а левой – подперев бок, показываюсь в дверном проеме, у моего гостя натурально отвисает челюсть. Он смотрит на меня во все глаза и первое время, кажется, не может подобрать слов.

А потом наконец выдавливает:

– Вера… Ты восхитительна…

Что ж. Пожалуй, такая реакция даже лучше высокопарных витиеватых речей. Ведь она максимально искренна. И теперь я ни капли не сомневаюсь, что Денису понравился мой наряд.

– Благодарю, – роняю с достоинством. – Полагаю, мы можем идти.

Звягинцев поднимается с кресла и одергивает пиджак. Вполголоса обращается к няне, очевидно, давая ей какие-то инструкции.

– Мамочка! – ко мне подскакивает Катюша. – Ты такая красивая!

Право, ради такого количества комплиментов стоило влезть в это платье.

– Спасибо, моя милая, – наклонившись, заглядываю дочери в глаза и глажу по волосам. – Будь умницей, ладно? И слушайся Ольгу Петровну. А через пару часов я вернусь.

Девочка послушно кивает. Кажется, перспектива разлуки с мамой не сильно ее пугает. Во-первых, садик уже успел приучить Катю к самостоятельности. Во-вторых, перспектива игр с новой подружкой явно ее будоражит.

Спустя еще пять минут сборов и прощаний мы с Денисом наконец покидаем квартиру. Заходим в лифт. И, то и дело переглядываясь, спускаемся на первый этаж.

Признаться честно, рядом с ним я действительно становлюсь другой. Какой-то более легкой, игривой, воздушной. Годы в бизнесе – сначала в связке с Марком, потом собственном – закалили меня. Сделали уверенной, резкой, решительной. Порой – даже чересчур.

Но сейчас по необъяснимой причине мне не хочется быть волевой и сильной. В душе просыпаются воспоминания о далекой юности, когда я была просто девушкой – неопытной и влюбчивой. И мне до дрожи в коленях хочется повторить этот давно забытый опыт.

Оказавшись на улице, мы проходим к припаркованному неподалеку внедорожнику, и Звягинцев распахивает передо мной дверь заднего пассажирского сидения. Забираюсь внутрь и обнаруживаю интересный факт: оказывается, у моего спутника есть личный водитель. Он-то, как выяснилось, и повезет нас сегодня в ресторан.

– Любопытно, – роняю я, ритмично постукивая ногтем по обтянутому кожей подлокотнику.

– Что именно любопытно? – отзывается Денис, поворачивая ко мне голову.

– Мы довольно много говорили о личном. О детях и вообще… Но как-то совершенно обошли стороной тему работы.

– Я знаю, почему так вышло, – усмехается.

– И почему же?

– Потому что тема работы невероятно надоела.

– Думаешь?

– Ну в моем случае так точно.

– И все же, – настаиваю я. – Кем ты работаешь, Денис?

– Я предприниматель. Владею сетью стоматологических клиник.

– Ого, – выдыхаю под впечатлением. – Звучит солидно.

– Да, наверное. Но я занимаюсь этим уже двадцать лет, поэтому бизнес лишен для меня всякой романтики.

– А почему именно стоматологии?

– Я закончил медицинский, – поясняет. – И больше десяти лет проработал стоматологом-ортопедом.

– Вот оно что. Значит, врач, – тяну с улыбкой.

– Был врачом, – поправляет. – Все же стоматология – это ремесло. И без регулярной практики навык теряется.

– Понимаю. Но все же здорово, что ты детально изучил профессию изнутри, а уже потом превратил ее в бизнес.

– В этом, как мне кажется, и есть секрет моего успеха, – кивает Денис. – Я понимаю специфику работы стоматологических клиник. Ну а вот над вопросами бухгалтерии, маркетинга и налогообложения мне пришлось изрядно покорпеть.

– Забавно. Для меня это как раз наиболее простая часть.

– Ты бухгалтер?

– Нет.

– Маркетолог?

– Не совсем. У меня тоже свой бизнес. Не такой масштабный и не такой взрослый, как у тебя, конечно. Но у меня большие планы.

– И чем же ты занимаешься? – Звягинцев выглядит заинтригованным.

– Шью спортивную одежду для женщин. И продаю ее на маркетплейсах.

– Ну и ну, – присвистывает. – А ты, Вера, умеешь удивлять.

– Отчего же?

– Глядя на тебя, я думал, ты представительница какой-нибудь классической профессии. Аудитор, может. Или педагог.

– Педагог? – смеюсь в голос. – Скажешь тоже!

– Ну а что? Ты так лихо разрулила ситуацию с Каринкой, что я мгновенно уверовал в твои педагогические навыки.

– Я просто мать, – пожимаю плечами. – И женщина.

– Да, женщина, – повторяет задумчиво, смотря на меня как-то по-новому. Искосо и в то же время очень манко. – Женщина, которая с каждой минутой вызывает во мне все больший интерес...