22
Ярость словно раскаленный, кипящий металл, заливала меня изнутри, обжигала каждую клеточку моего тела.
Как же ты посмела, Аня?!
«Перемолоть в пыль, в порошок! Сожрать, уничтожить! — эта мантра пульсировала в мозгу с каждой секундой ожидания».
Как я хотел, чтобы даже воспоминаний не осталось об этой ненормальной!
Мои псы выследили ее возле галереи - как предсказуемо! Чертова мазня —единственное, что она любит в этой жизни.
Они доставили ее в дом — мою территорию. Пусть знает, кто здесь главный!
Дверь распахнулась - и воздух вышибло из легких.
Она!
Стояла посреди кабинета, с этим своим вызывающим взглядом, который всегда сводил меня с ума.
Растрепанная, дышит часто, губы слегка приоткрыты — как тогда, в нашу первую ночь.
«Сука! — выдохнул я сквозь зубы, жадно оглаживая ее взглядом, тело отозвалось мгновенно. — Я тебя сейчас.»
— НУ привет, любимый! — съязвила она, скрещивая руки на груди. — Давно не виделись, Ты, смотрю, зря времени не теряешь! И твоя шкура неплохо устроилась в нашем доме!
Дерзит?! Нихуя какой смелой стала? Главное, когда?! Что-то раньше не замечал в ней эту черту. Что ж, жизнь полна неожиданных открытий.
Надо бы эту борзость поумерить. Да я готов эту стерву голыми руками придушить! В полицию сдать как террористку! Пусть хлебнет по полной!
Рванул к ней, схватил за плечи, прижал к стене, не давая даже вздохнуть. Близость ее тела.. как электрошок. Мир вокруг померк — вижу только ее глаза, горят нахальным огнем, смотрю в упор. Ее грудь вздымается часто, а я ловлю ее выдох своими губами. Этот запах её кожи... Он сносит крышу напрочь, будто не недели, а годы прошли... И сейчас... хочу только одного — взять ее прямо здесь, сломать, подчинить себе полностью.
Она смотрела мне прямо в глаза - вызывающе, с ненавистью, и.. чёрт возьми. Без страха! И продолжала выводить меня из себя.
Мой голос хрипит, дрожит от бешеной смеси ярости и желания. Да, чёрт возьми, желания!
Но я то вижу этот огонь, господи, он никуда не делся! Эта чертовка всё ещё заводит меня одним своим взглядом.
В ушах стучала кровь, в горле пересохло. Как же я хотел просто взять и задушить эту лгунью!
Пальцы впились в ее плечи, почувствовал дрожь - её или свою, уже не понимал.
Похуй! Сломаю! Заставлю молить о пощаде! Пусть знает, кто здесь главный! Кто сильней!
Мысль бьет, как молния.
Но.. не могу. В горле ком, дышать трудно. Она задыхается под моим напором, но не отводит взгляд. И этот вызов будто включает меня на полную мощность.
Проклятье. Она же такая хрупкая... под моими руками.
Её дыхание, частое, рваное, обжигает мою кожу, и я теряюсь. запах жасмина и цитруса — только она пользовалась этими духами, и я взрываюсь изнутри...
Как тогда, на берегу океана. Как хочу снова утонуть в ней...
Она вся дрожит её губы призывно приоткрылись.. Еще чуть-чуть и я сорвусь.
Взгляд притягивает ее рот.. вот бы обжечь его поцелуем, проглотить ее всю целиком. Я еле сдерживаюсь — чтобы не сорвать с нее одежду, под которой чувствую жар ее тела. И да, я бы наказал ее.., но по-другому... И будь проклят этот чертов мир со всеми его проблемами, предательством и ложью!
За стенкой что-то упало со звоном. Ксения.
В миг все иллюзии рассеялись как дым. Я отпрянул от Анни, будто меня ебануло током.
— Уведите ее...
— Дмитрия ко мне! — крикнул я, вспомнив про начальника охраны.
Наконец дверь за ней захлопнулась.
Дмитрий, бледный и встревоженный, возник на пороге через минуту.
— Слушаю, Захар Игоревич.
— Чтоб об этом инциденте с пистолетом никто не узнал. Ни слова в прессе! — отчеканил я, меряя его ледяным взглядом. — Используй все связи, деньги, угрозы — мне плевать. Но эта история должна быть замята начисто!
— Слушаюсь, Захар Игоревич! — кивнул Дмитрий, исчезая дверью.
Я остался один. Сердце будто перестало биться
Внутри... пустота. Словно выжгли всё.
Она права - я мразь. все деньги мира не стоят того, чтобы видеть в ее глазах... это.