26

— Мам, ты как? Всё в порядке?

— Всё хорошо, доченька. Не переживай за меня, у меня всё тихо.

— А здоровье?

— Ничего не беспокоит! Соседка, тётя Люба, заглядывает каждый день, — ответила мама, пытаясь скрыть тревогу в голосе.

Она узнала. Узнала всё о моих отношениях с Захаром. О его изменах, судах, готовящемся разводе. Скрывать долго не получилось, информация просочилась в сеть. Так что мама теперь в курсе. Но главное, она в безопасности.

— я волнуюсь. — выдохнула я, сжимая телефон в руке. — Захар. Он такой.. Зверь, просто! А ещё и Ксения... его провоцирует.

Мама, всегда такая спокойная и уравновешенная, неожиданно взорвалась:

— Ты из-за этой шалавы от него ушла, а теперь ещё и боишься его?! Доченька, немедленно выкинь из головы его! Да гори они огнем! И это.. Живи своей жизнью! Всё наладится!

Ее слова были бальзамом на душу, но тревога не отпускала.

Как же я устала от этого страха. От необходимости прятаться, менять квартиры, оглядываться на каждом шагу. Просить помощи у Максима с охраной!

Захар. Когда-то любимое имя теперь вызывало лишь отвращение и горечь.

А что Макс? Постоянно дарит роскошные букеты, дорогие украшения. Однажды даже раздобыл для меня редкую картину моего любимого художника.

Кажется, будто он отслеживает мои запросы в интернете! Или читает мои мысли.

Да, Максим Орлов интриговал. Умный, красивый, успешный... Обходительный, полный внимания и заботы, как котёнок.

Но что-то меня от него отталкивало, будто невидимая стена стояла между нами. И каждый раз, когда он пытался прикоснуться, обнять, поцеловать... мне хотелось вырваться и сбежать куда подальше.

Как-то всё слишком быстро развивается... странно!

С другой стороны, пусть задыхается от ревности, Захар!

Как тебе такое, дорогой муж?! — мысленно обращалась к Захару, публикуя совместные фото с Максом в свой аккаунт. — Как тебе спать по ночам, зная, что я счастлива с другим?

Я смотрела в окно на серый город. где-то там он живёт своей жизнью, строит планы с Ксенией.

Листаю ленту соцсети в телефоне. Ксения мелькает на фото почти голая, с надутыми губами. Ведет себя как дешевая шлюха, а не как будущая мать. Тошно смотреть.

Вот она, вся такая сияющая, гладит свой округлившийся живот. Потом — демонстрирует уютное гнездышко, которое Захар оборудовал для неё на время беременности.

Дизайнерская кроватка, пеленальный столик из натурального дерева.

Она выставляет свой живот, как трофей.

От бешенства мне хотелось разбить телефон:

Захар, видимо, торопиться скорее со мной развестись, чтобы жениться на ней!

В этот момент я ненавидела их обоих.

Захара — за предательство и жестокость. Ксению — за то, что она украла у меня то, что по праву должно было быть моим.

Из-за этого мерзкого чувства, из-за желания навредить Захару, я и согласилась на сделку Максима с акциями. Пусть почувствует то, что испытала я.

Но как бы я ни пыталась убежать от прошлого — оно наверняка меня настигло.

Я тяжело вздохнула. Как же я скучаю по прежней жизни. По выставкам, по общению с коллегами. Зарываюсь в работу. Только кисть и холст спасают от всех этих мыслей.

Никаких интервью, никаких презентаций. Сижу дома, рисую как проклятая, лишь бы забыться.

Я все еще боялась встретить Захара — лицом к лицу. Он просто превратился в моё проклятие, которое не отпускает.

ЕГО слова, что пожалею о своей выходке, будто кнутом били по голове.. И, просыпаясь в холодном поту, я понимала — назад пути нет. Захар меня ненавидит так же сильно, как и я его. Он, казалось, готов испортить мне жизнь. Уничтожить меня.

Однажды все пошло не так, как я планировала.

Заседание суда затянулось — адвокаты, документы, обжалование. Усталость валила с ног. Я вышла оттуда опустошенная.

Макс был в командировке и мне не хватало сейчас его поддержки. Даже сочувствие его охранников, которые поджидали меня на парковке, показалось мне чем-то спасительным и уютным.

Но, оглядевшись, сегодня я их не увидела.

Не успела сделать и пару шагов, как словно из-под земли прямо передо мной резко остановилась черная машина, загородив путь.

Дверца открылась — и передо мной встал он...

С выражением лица победителя.

Невозмутимо. Уверенно. Как тот лев, который приготовился разорвать на клочья свою добычу!

Только этого сейчас не хватало!

— Привет, Нют.. Прогуляемся? — улыбнулся он с наглостью, как ни в чём не бывало.

Меня бросило в жар от надменности, которую он излучал, и захотелось его ударить.

Плюнуть в лицо. Обругать с головы до ног.

Сжав кулаки до боли, я выругалась:

— Проваливай отсюда, Савин! Ты своим присутствием отравляешь весь воздух вокруг меня! Ты как радиация, паразитирующая на всём живом!

Не успела сделать и шага, он схватил меня за руку, резко повернул к себе.

Всё произошло слишком быстро — в одно мгновение я оказалась в его машине!

Он заблокировал двери. В голове все смешалось — от отвращения до страха за свою жизнь — всё, что чувствовала в тот момент.

— сволочь! Ты какого хрена вытворяешь?! Отпусти меня немедленно!

Мои возмущения никто и не думал услышать — автомобиль тронулся и, огибая площадь, скрылся в потоке машин. Сердце упало куда-то вниз, леденея. Куда он меня везет? Что собирается сделать?

Я мигом потянулась к сумочке, но. Поняла, что она исчезла.

Перевела взгляд и увидела, что моя сумка лежит на переднем сиденье, рядом с Захаром. Вот говнюк!

— Ты понимаешь, что это похищение человека и принуждение против его воли? Это преступление! Большой и жирный минус тебе в суде! Даю три секунды! Если не остановишь машину не выпустишь меня, напишу на тебя заявление...

Захар будто притворился глухим. Он никак не отреагировал на мои предупреждения, лишь прибавил газу, отчего двигатель чёрного Майбаха утробно зарычал.

Я почувствовала себя нелепо и глупо, пытаясь ему угрожать. ЕМУ! Этому чёрту, которому и море по колено!

И так я вся измоталась за время судов. Он бы силён и, как всегда, контролировал ситуацию, не желая сдаваться. Я понимала, у него больше власти, больше связей и опыта.

Но отставать я не собиралась, раз ввязалась в эту игру в борьбе за справедливость. Я должна была идти до конца и растоптать к чертям собачьим его долбанное эго!

Сохраняя полное спокойствие, бывший муж откинулся на спинку сидения, а я забилась в угол — лишь бы быть от него подальше.

Одет, как обычно, безупречно — в дорогом костюме темно-синего цвета, от которого я, казалось, все еще чувствовала тепло его тела.

Он меня пугает своим спокойствием. Почему он не хочет, чтобы мы расстались без шума и побыстрей? Ведь у него есть Ксюша! Или он хочет мне отомстить за выстрел? За мой буйный нрав? За то, что женщина осмелилась бросить вызов такому, имеющему самый высокий статус и самомнение, господину?

— Захар, ты меня слышишь! — сжав кулаки до боли, постаралась сказать, как можно глубже, настойчивей — продемонстрировать ему мою силу воли. — Я не хочу тебя видеть!

Ты мне противен.

И мой голос поневоле дрогнул на последних словах.

Но мое негодование опять было нагло проигнорировано — словно меня просто нет.

Захар молчал. И смотрел на дорогу.

Не понимаю, что делать!

Я подёргала ручку двери — заблокировано...