25

Сбежать — вот всё, о чем я мечтал в тот момент.

проклятый проект, в который я вложил всю душу, начал трещать по швам.

Сроки горят, инвесторы нервничают, а эта чёртова микросхема никак не хочет работать так, как надо! Да еще Ксюша добавляла «радости», вынося мозг своими ежедневными капризами.

Беременность, конечно, не болезнь, но, кажется, эта истеричка превратила её в собственное оружие по выносу мозга!

— Захар, я хочу виноград! Свежий, зеленый, без косточек! — требовала она в три часа ночи.

— А ещё ананас! Только не консервированный, а свеженький! Это же для твоего ребеночка, все самое лучшее!

И так — каждый день. Прислуга еле справлялась, и мне доставалось.

"Будь проклят тот день, когда я связался с этой мегерой! — думал я, лихорадочно листая документы. — Надо было слушать голову, а не то, что ниже."

Моя командировка в Европу оказалась спасением — хоть на некоторое время удалось отвлечься от семейных драм и погрузиться в работу. Переговоры, встречи, бесконечные созвоны — дни сливались в сплошной марафон. Иногда я даже забывал о своих проблемах почти.

"Как там Аня? — невольно всплывала мысль в перерывах между заседаниями.

Думал о ней постоянно. Душа выворачивалась наизнанку. От тоски и, чёрт возьми, от ревности.

Что, если Максим уже совсем занял в её жизни моё место?

Эти мысли гнали меня назад в адскую круговерть дел. Работа, работа, и ещё раз работа. Спустя несколько недель мне, наконец, удалось наладить производство, выбить новые сроки по контракту.

После приезда домой, Ксения вытащила меня в торговый центр помочь ей с покупками для ребенка. Ее округлившийся живот напоминает о том, что скоро я стану отцом. Но почему-то это не вызывает той радости, которую я ожидал.

УЗИ показало, что у меня будет наследник — мальчик, о котором я всегда мечтал.

Казалось бы, все складывается так, как я планировал. Но... Почему же тогда внутри такая пустота?

Будто всю радость высосали, вместе с желанием просто жить и испытывать кайф от привычных дел.

Как будто я что-то важное потерял. А вместе и с ним смысл своего существование.

Каждый раз, когда я смотрю на живот Ксении, меня накрывает волна вины и сожаления.

Я должен быть счастлив, должен с нетерпением ждать появления ребёнка, своего сына. Но вместо этого чувствую лишь горечь утраты. Утраты чего-то, что, возможно, было важнее всего этого.

И пока Ксения радостно выбирает детские вещи, сюсюкаюсь с "нашим маленьким принцем", я не могу отделаться от мысли, что совершил непоправимую ошибку. Что цена за исполнение моей мечты оказалась слишком высокой... И теперь, получив то, чего хотел, я чувствую себя опустошенным, потерянным, потерянным и никому искренне ненужным.

— Захар, милый, посмотри — какие пинеточки прелестные! Нам обязательно нужно купить вот эти, голубенькие .. и вот эти еще, с кружевами! — Ксения стояла посреди детского бутика, обвешанная пакетами со всех сторон, словно новогодняя ёлка.

— Выбирай уже что-нибудь одно. Я не собираюсь тратить весь день на эти глупости.

— Ну Захарушка.. — Ксения надула губы. — Это же наш малыш! Он заслуживает самого лучшего. Ты же не хочешь, чтобы он родился в обносках?

"Обноски уже родились. в этом торговом центре" — подумал я зло, но вслух произнес примирительно:

— Ладно, бери что хочешь, только давай побыстрее.

Выйдя из магазина, вдруг замираю как вкопанный. Прямо передо мной — огромная афиша на фасаде соседнего здания

"Новая арт-выставка — Анна Савина". На фото — Анна, ослепительная и недосягаемая в красном платье, с гордо поднятой головой.

Глаза блестят вызовом. Она такая сильная и уверенная! У меня всё ёкает внутри и переворачивается. Кровь резко приливает к паху, а пульс бьётся как осатанелый.

Черт, как же она хороша. Такая конфетка сладкая... И как же мне её не хватает.

Всё. Я окончательно остываю, когда осознаю, что мне действительно нужно в этой грёбаной жизни, которая пошла по херам с тех пор, как я поддался свои глупым капризам и не смог ещё немного подождать. А, как всегда, захотел сейчас и сразу!

Характер дерьмо у меня. Кажется, я постепенно начинаю спускаться с небес на землю и снимаю корону. Не думал, что это когда-нибудь произойдёт.

Я почувствовал, как Ксения дергает меня за рукав.

— Захар, ты меня вообще слушаешь? — недовольный писклявый тон Ксюши возвращает меня к реальности. — Купи мне мороженое... хочу шоколадное, с орешками.

— Какое нафиг .. с орешками! — гаркнул я, оттолкнув её руку. — Тебе нельзя сладкого слишком много. И, давай уже наконец поедем домой. Я устал как чёрт.

Вернувшись домой, прямиком направляюсь к бару — виски, вот что мне нужно. И побольше.

Когда влил в себя достаточно алкоголя, чтобы хоть чуть заглушить тот ураган, что творился у меня после прогулки, почувствовал нежное прикосновение сзади к плечам.

«Анна.» вырвалось сразу же.

Как же я хотел бы, чтобы это была она.

Но, открыв глаза, увидел лицо Ксюши, а ее руки уже скользили по моей груди, и ниже...направляясь к ширинке.

— Пупсик.. Я хочу тебя... Отблагодарить за покупочки.

Это становится последней каплей. Раздраженно отпихиваю ее, грубо бросая:

— Секс при беременности, ты дура?! Если навредишь ребенку — засужу к чертям собачьим!

Ксения отшатывается, в ее глазах слезы. Но мне похеру. Я устало откидываюсь в кресло и закрываю глаза.

Перед внутренним взором снова и опять всплывает тот чарующий образ Анны с афиши.

Безупречная. Желанная. Недосягаемая.

Еб твою маты! Ань, я тебя украду. Слышишь?! Украду и сделаю с тобой много всяких вещей, чтобы меня отпустило, вымещая всю свою ярость, потому что мне.. так адски сильно не хватает тебя.

Даже, находясь на расстоянии, ты опять продолжает отравлять мой мозг.

Но больше, конечно, от этого яда страдает сердце...