Глава 5

В моём случае мир не рухнул с грохотом, он осыпался как штукатурка со старых стен.

Такое странное сравнение вполне можно применить к нашему браку.

Андрей больше не живёт дома. Его вещи, которые мы всегда выбрили вместе, исчезли из гардеробной в тот же день, когда он заявил мне об уходе.

С тех пор пока ничего не изменилось.

Я провожу эти семь дней, живя на автомате и выполняя самые простые действия: варю кофе, выхожу на пробежку, отвечаю на сообщения знакомых простым и короткими словом «ок».

Каждый мой день полон простоты и предсказуемости.

Но меня это никогда не смущало. Именно их я предпочитала иметь в своей жизни вместо тех сюрпризов, которые приготовил мне муж.

Сегодня я заставила себя отправиться в город. Точнее, меня заставил адвокат Андрея.

Он начал названивать мне уже на следующий день после признаний супруга, но я оттягивала встречу.

Я знала, что нас с ним ждёт непростой разговор об имуществе, поэтому для начала мне нужно поговорить со своим.

Я толкаю тяжёлую дверь офиса и вхожу в небольшую комнату с большими окнами.

Мой адвокат, Вера, уже ждёт меня за столом, её пальцы быстро бегают по клавиатуре ноутбука.

Она поднимает взгляд, и в её глазах читается смесь сочувствия и деловой решимости.

— Нина, добрый день. Ну как вы? — кивает мне в сторону кресла напротив.

— Конец света не наступил, — пытаюсь отшучиваться.

— Правильно. Жизнь в разводе не заканчивается. Итак, вы подумали о том, на что вы готовы согласиться при расторжении брака? — спрашивает меня мой представитель.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — На всё, на что имею право.

— Но всё-таки: вы готовы к битве за имущество или...

— Мне главное, чтобы он заботился о дочери.

— Она совершеннолетняя, и он не обязан этого делать. Мы с вами обе это знаем. К тому же, новые жёны, как правило, против поддержки детей от первого брака. Особенно если мужчина женится на той, которая воспринимает его как кошелёк. А в вашем случае как? — я вижу в глазах адвокатессы живой интерес к моей ситуации.

— Вы в разводе... — догадываюсь я сама.

— Да.

— И теперь хотите помогать тем, кто в подобном положении?

— Вы прозорливы... — смеётся негромко. — Обычно женщины растеряны после того, как их отправляют в утиль. А я готова им помочь. Ой, простите... Про утиль вырвалось.

— Ничего страшного. Меня примерно туда и отправили.

— Но мне хочется верить, что вы не готовы там находиться, — она теперь смотрит на меня пытливым взглядом и ждёт моего подтверждения.

— Не готова. Всё так.

— Тогда вы должны сесть и вспомнить всё, что рассказывал вам муж о своём бизнесе. О компании, о партнёрах, о том, как он вёл дела.

— Такие вещи меня никогда не интересовали.

— Плохо. Но что-то вы обсуждали, когда были вместе? Может быть, о том, какие куда вложения сделать? Нина, вы должны понимать, что любая деталь может помочь нам защитить ваши интересы.

Пытаюсь вспомнить наши разговоры. Я любила слушать Андрея, но про бизнес он рассказывал мало.

Мы, как правило, обсуждали что угодно, но только не его.

— Я знаю, но немного. Он мало посвящал меня в свои дела. Сколько у меня есть времени?

— Немного. На всякий случай я подала документы об аресте всех счетов.

— Подождите... То есть я не смогу пользоваться деньгами?

— Не волнуйтесь. Речь не идёт о тех, что в вашем совместном пользовании. Моя перестраховка, чтобы он не мог вывести остальные активы.

— Хорошо. Мне пока хватит денег, что лежат на совместном. А об остальном я подумаю.

Я никогда не думала о доходах мужа. Я просто знала, что он очень хорошо зарабатывает, и всё.

Мы жили в достатке, но этот достаток в том числе создавала и я сама.

Моя профессия дизайнером до увольнения приносила довольно хороший доход. И всё, что я зарабатывала, я так же как Андрей несла в общую копилку.

Для меня не было разницы, кто принёс денег в общий котёл. Ведь я выходила замуж за человека, а не за кошелёк.

Тогда мы были командой, и это казалось правильным.

Сердце слегка сжимается от этой мысли.

Через пару часов мне наконец-то удаётся встретиться со своей подругой Леной.

Надо же, казалось, я сижу дома, но у меня совсем не было времени, чтобы встречаться с подругами или иметь какое-то хобби.

Я всегда была чем-то занята: готовкой, уборкой, стиркой, глажкой.

Андрей не доверял дом никому. А я не сопротивлялась.

— Нина, — голос моей подруги прерывает мои мысли, — ты совсем ничего не ешь. Посмотри на себя, ты стала почти прозрачной.

— Значит, диета, на которой я сидела, принесла плоды, — пытаюсь улыбнуться. — Лен, не волнуйся за меня, я в порядке.

— Но выглядишь ты задумчивой.

— Да. Мне есть о чём подумать.

— Расскажешь?

— Конечно. Нет никакой тайны. Моя адвокатесса, с которой я встречалась, говорит, что нужно вспомнить обо всех доходах нашей семьи.

— Чтобы поделить на равных?

— Да.

— И что ты по этому поводу думаешь?

— Сначала была уверена, что я не хочу спорить из-за раздела имущества. А теперь кажется: почему бы и нет?

— Правильно! Особенно при условии, что он уходит к какой-то бабе. Я всё верно поняла?

— Да, всё так.

Теперь после того, как стало легче, я в подробностях рассказываю подруге всё то, о чём говорил мой муж.

И о том, что я задушила его своей любовью, и что ему со мной неинтересно, и о том, что я слишком правильная.

Лена слушает, кивает и даже удивляется. В её представлении у нас был почти идеальный брак.

Хотя не только в её. Как говорила Лика — все её подружки восхищались нашей семьёй.

— Тебе нужно отвлечься. Пойдём пройдёмся по бутикам? Новая коллекция в нашем любимом магазине просто божественна!

Я соглашаюсь просто чтобы не спорить. Мне неинтересна ни новая сумка, ни новое платье. Но говорят, шопинг помогает отвлечься. Вот и проверю!

Через полчаса мы уже идём по сверкающим галереям и выбираем себе новые платья.

Лена права: иногда нужно потратить кучу денег, чтобы почувствовать себя счастливым.

Не могу сказать, что мне стало лучше, но, по крайней мере, глядя на себя в зеркало, я совершенно точно понимаю, что я собой восхищаюсь.

А для любой женщины это очень много значит.

«Нина, остановись! Я не успеваю смотреть, как с нашего семейного счёта утекают деньги!» — приходит мне сообщение от мужа.

Улыбаюсь. Да, у нас единый счёт, и сейчас Андрей наблюдает, как его брошенная жена снимает напряжение.

«Дай мне расслабиться после стресса» — отправляю ему ответное.

«Хорошо. Но не увлекайся! Ты же никогда не была транжирой» — пишет он мне следом.

— А вот тут я уже разберусь сама! — на моём лице неожиданно начинает играть улыбка.

— Ты с кем разговариваешь? — выглядывает из-за шторки примерочной Лена, её глаза блестят от любопытства. Она крутится перед зеркалом в новом платье, лёгком и струящемся, и вопросительно смотрит на меня. — Ну как я тебе?

— Ты превосходна, Лен! Это платье просто идеально сидит на тебе.

Лена смеётся, кружась возле зеркала, и поправляет волосы.

Я смотрю на неё и мысленно благодарю за то, что она не позволила мне остаться дома в этой рутине.

Мы болтаем о мелочах, о том, как давно не выбирались так вместе, и я ловлю себя на том, что искренне улыбаюсь, наслаждаясь моментом.

— Так с кем ты болтала, пока я мерила платье? С новым ухажёром?

— Нет. Андрей переживает, что я трачу деньги с общего счёта.

Лена застывает и смотрит на меня с удивлением.

— Как это? Он что, следит за тобой?

— Нет, — улыбаюсь, глядя на Ленино растерянное лицо. — У нас обоих приходит уведомление о любых расходах.

— Как у вас всё интересно.

Не успеваю ей ответить, как мне приходит сообщение о списании денежных средств.

Не сразу понимаю, в чём дело, но, увидев, что деньги потрачены в ювелирном магазине, догадываюсь, что это сделал Андрей. Вероятно, мне в отместку он тоже решил снять напряжение.

Сто пятьдесят тысяч... Неплохо. Но что он себе купил на эти деньги?

Открываю расшифровку оплаты и понимаю, что это ювелирный магазин в том же торговом центре, в котором находимся мы.

Хм, а вот это уже интересно. Получается, Андрей тоже где-то здесь?