Глава 4

Сказать что-нибудь ...

А что мне ему сказать? Покивать и согласиться с его решением? Так моего мнения он всё равно не спросил. Так чего хочет от меня теперь?

— Я согласна.

— И всё? — мой муж вроде как удивлён.

— Ну да. А что ещё? Если ты принял такое решение, чего ты хочешь от меня? А, да, ещё. Ужин готов, ты можешь кушать, — я стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя в горле уже стоит комок. Конечно, я хочу плакать. Я же человек! Но я не буду. Пока не буду. — Очень надеюсь, он встанет тебе поперёк горла. Но всё равно желаю тебе приятного аппетита.

— Перестань! Поверни ко мне лицо и посмотри на меня. Скажи что-нибудь на мои слова.

— Я же сказала: я согласна. Что ещё ты от меня хочешь услышать?

— Я не знаю Наверно, как минимум вопрос: почему?

— А мне должно стать легче оттого, что ты скажешь причины?

— А почему нет? Может быть, тогда ты поймёшь, что нельзя быть такой какая ты есть, и хоть что-то изменишь в своей будущей жизни.

— Хорошо. Говори. Интересно будет послушать, что со мной не так.

— Мне надоело жить вот так!

— Как?

— Так! — начинает показывать на утку, салаты, закуски, которые я не успела отнести на стол в гостиную. — У нас слишком всё идеально! Все эти ужины, эти платья, эта твоя вечная преданность... Как у собаки. Она меня душит, Нина!

— Душит? — а вот это заявление меня искренне удивляет.

Надо же, как мы по-разному относимся к заботе. Я всегда думала, что забота приятна не только тому, кто заботиться, но и тому о ком заботятся. Однако, муж заявляет обратное.

— Да! Ты не веришь, что такое бывает? — Андрей усмехается. Горько и зло.

— Хватит! Говори, что случилось! Ты ведёшь себя как ничтожество, рассказывая мне о глупых причинах развода и прикрываясь тем, что я тебя задушила.

— Я люблю другую, — выплёвывает он эти слова мне в лицо.

Закрываю глаза. Не знаю, почему именно глаза.

Наверное, правильно закрыть уши, чтобы не слышать подобных слов. Но я закрываю глаза, потому что не хочу смотреть на него.

— Дай я догадаюсь: она неидеальная. С ней ты чувствуешь себя молодым, а со мной — памятником себя из прошлой жизни.

— Откуда ты знаешь, что я собирался сказать тебе это? — тихо говорит Андрей.

— Потому что это стандартный набор. Слабый мужик обычно жену делает виноватой. Не свои ошибки и подлость признаёт, а в ней недостатки ищет. Ты вот тем же самым занялся.

— Я не слабак! — взрывается.

— Одно совершенно точно, Гурьев: ты предатель.

Сажусь за стол. Ноги не держат.

Вот так: нужно прожить с человеком четверть века, чтобы тебе сказали, что ты его задушила своей идеальностью. Хотя, если честно, я себя никогда таковой не считала.

Да, возможно, я идеалистка, но никогда не думала, что это плохие качества для женщины.

Андрей встаёт, достаёт из портфеля какие-то бумаги и снова садится напротив.

— Адвокаты всё подготовили. Сейчас нужно всё прочитать, ознакомиться, а подпишешь завтра. Я не хочу скандалов, Нина. Давай разойдёмся цивилизованно. Не бойся, с голой зад Без денег не оставлю, — командует в своей привычной манере и высокомерно бросает их на стол.

— А я и не боюсь, — равнодушно пожимаю плечами. — Я на твоей шее особо не сидела, чтобы ты вёл себя так, словно делаешь мне одолжение, поделив имущество. Кроме того, я слишком много о тебе знаю, чтобы бояться.

Андрей замирает.

— Ты что... Ты угрожаешь мне.

— Нет, предупреждают. Если вдруг ты решил оставить меня с голой зад... Без денег.

— Не веди себя как стерва. Тебе не идёт.

— Тебе тоже не идёт быть предателем, но ты им являешься. Так что мы квиты.

Он не находится, что ответить.

Я вижу, ему этот разговор неприятен точно так же, как и мне. Только я в отличие от него, семью не предавала. Так что мне совершенно точно больнее.

И даже не от слов, сказанных им, сколько от неожиданности. Я ведь оказалась совершенно неподготовленной к такому диалогу и подобным новостям.

Обычно в этот момент кажется, что мир рухнул и никогда не восстановится, но это не так.

У моих подруг тоже есть опыт расставания с мужьями после длительного брака, и никто из них не умер. Напротив, женщины после развода начинали жить свою лучшую жизнь и становились по-настоящему счастливыми.

Эта мысль держит меня сейчас на плаву и не позволяет поддаваться панике.

— Уходи, — говорю я тихо. — Ты мне противен.

— Сначала посмотри документы... Я хочу всё решить быстро.

— Куда ты так торопишься?

— Хочу в ближайшее время жениться на Карине.

— Уходи! — повышаю голос. — Убирайся из этого дома. Оставь бумаги и вали. Я не буду ничего сейчас читать.

Он смотрит на меня мгновение — в глубине его глаз мелькает что-то похожее на раскаяние, но оно быстро гаснет, вытесненное холодным равнодушием.

Андрей резко встаёт со стула и тот падает. Он не поднимает его. Разворачивается и идёт к выходу.

— Вещи мне собери. До развода можешь жить здесь, а дальше проваливай.

Следом, словно желая показать мне всю свою злобу, он громко хлопает дверью, оставляя меня в тишине.

Несколько минут я продолжаю сидеть посреди большой кухни с праздничной едой на столе.

Вот так и заканчиваются двадцать пять лет брака. Несколько слов, обвинений, что я «какая-то не такая», и предупреждением, что мой зад не останется голым.

Так, он, кажется, хотел выразиться? Но воспитание не позволило.

Я вспоминаю, как мы мечтали состариться вместе в домике у моря. Как он обещал носить меня на руках, когда у меня будут седые волосы и начнут скрипеть колени.

А я обещала ему поддерживать его всегда, чтобы ни случилось. Неважно, чего это касается: бизнеса, провалов, здоровья, проблем. Я не уточняла.

Однако это оказалось ему совсем не нужно. Он передумал выполнять обещания.

Чувствую, что по щекам текут слёзы. Но я не хочу плакать. Я хочу поскорее навести порядок на кухне и поехать погулять.

Куда? Не знаю. Только бы не сидеть дома.

Беру за края скатерти, собираю их в руках и завязываю края.

Не переодеваясь, дохожу до мусорного бака и выбрасываю этот мусор.

Да, теперь эта еда, к сожалению, превратилась в мусор.

Если бы дочка была дома, или подруга не уехала отдыхать, мы бы расслабились по полной.

А мне одной этого ничего не нужно.

Мне нужно взять себя в руки и осознать, что сегодня мой муж предал меня и мои четверть века брака канули в бездну.

А с ними и вера в Андрея Гурьева и его идеальность.