«Яд»
Талия
По итогу мы очень много кричали. Как я и предполагала. Второй серьезный разговор закончился не вопросами относительно наших отношений, а вопросами о том, как теперь нам быть и что делать дальше. Признаюсь честно, я испугалась. Никита тоже был взволнован. Думаю, не из-за себя по большей степени, а из-за того, как его тупой поступок срикошетил на его семью. Знаете, на что похоже? Как если бы он толкнул первую фишку в домино, она бы упала, и начался апокалипсис.
Конечно, нет.
Просто узор у нас вырисовывается, мягко говоря, так себе.
Стремно.
Я вся на нервах, когда с утра собираюсь, чтобы поехать с Никитой к врачу. После того, что он мне рассказал, я дала ему в нос за то, что он смеет сомневаться теперь! После всех вводных данных в том, что эта психованная сука его траванула! Сейчас мы едем, скорее, ради вещественных улик, а не ради каких-то там объяснений. Вчера их Петров все от меня выслушал. Громко. С расстановкой. Я опиралась на научные данные из статьи, которую нашла, заставила его рассказать абсолютно все о его ощущениях в ту злополучную ночь, и теперь он уже не сомневается. Точнее, он и не сомневался, как мне кажется, просто ЭГО-О-О-О.
В жопу его эго! Мне до этого вообще дела нет! Тут уже не простые сюсю-мусю, твою мать! Не попытки какой-то бойкой, прыткой девки увести у меня мужа! Это неважно в плоскости теперешних карт, которые выпали мне на руки из колоды. Ха-ха! У меня для тебя новость, кстати, психопатка. Ты там говорила, что можешь взять быка за рога?! Я тебе покажу, как это делают взрослые тети. Сразу же после больницы, мы поедем в полицию, чтоб тебя! И это только первый шаг, который я собираюсь предпринять. ПЕРВЫЙ! Из множества других шагов...
Выходим из дома молча. Я все еще злюсь на Никиту, он это знает. Старается меня лишний раз не третировать, потому что чувствует дикую вину за собой. Я это тоже ощущаю. Она волнами исходит с его стороны, и так сейчас…раздражает! Что я наконец-то не выдерживаю, громко цыкаю и закатываю глаза, когда створки лифта закрываются.
- Ты можешь…прекратить?!
- Что? - растерянно спрашивает, бросив на меня взгляд, - Я молчал.
- Я чувствую, как ты жрешь себя ложками, Петров! Можешь прекратить?! Не очень помогает! Соберись, твою мать!
Никита выдыхает смешок, потом делает ко мне несмелый шаг, а когда я не отпрыгиваю в сторону, кладет руку на поясницу и оставляет поцелуй у виска.
- Прости.
Я позволяю себя касаться, хотя все еще не уверена, что чувствую на этот счет. Последние новости, конечно, попали не в его копилку…
Веду плечами и поднимаю на него глаза.
- Это не поможет.
Он кивает.
- Знаю.
- Мы сейчас едем к врачу, ты с ним говоришь…
- Уже необязательно и…
- Нет, хер тебе. Ты с ним поговоришь. Я больше не хочу слышать никаких сомнений в твоем, блядь, голосе. Ясно?!
Никита не успевает ответить. Лифт тихо пикает, мы приехали на первый этаж. Супер. Я не хочу продолжать этот разговор.
Не знаю.
Боюсь, что сделаю только хуже. Я не хочу ему грубить и делать больно. Ситуация неоднозначная, но…черт меня дери! Что мне-то с этим делать?! Сейчас я бы предпочла, чтобы жизнь делилась на черное и белое, если честно. Изменил — пошел на хер, никаких нюансов. В моей голове слишком много мыслей, чувств и сомнений. Когда мир делится на черное и белое, тогда становится как-то проще. Легче. Свободней. Ты всегда знаешь, кто в истории подонок, а кто хороший. К сожалению, жизнь все еще не оказывает нам такой милости. Выбирать и решать приходится самой.
Как же я устала…
На автомате подхожу к своему почтовому ящику, забираю оттуда письма, а потом пихаю всю стопку в сумку. Никита молчит у двери сложа руки за спиной.
Между нами снова пропасть…
Я ее ощущаю, от нее веет холодом, мраком и безнадегой. Это больно и неприятно. А больше всего на свете…я хочу сбежать.
Мне приходится заставлять себя развернуться и пойти с ним на улицу. Это тоже бесит. Раньше меня никогда не нужно было заставлять пойти с ним куда угодно. Но я злюсь и не знаю, что с этим делать.
- Ли, подожди, - Никита берет меня за руку чуть выше локтя и тянет на себя.
Я шумно выдыхаю. Твою мать, еще один сложный разговор? Только не это…
- Эй…посмотри на меня.
Не хочу. Я не хочу! Но смотрю…
Ник слабо улыбается и спрашивает тихо.
- Ну, что с тобой?
- Ты сейчас серьезно спрашиваешь? - также тихо переспрашиваю.
Раздражение начинает нарастать. Внезапно меня бесит в нем все начиная с глаз глубоких, заканчивая морщинками.
Так действует страх, я знаю. А может быть, причина с его «веществами» для меня все еще недостаточно веская причина для прощения и принятия…хотя я и понимаю…я понимаю, что вполне вероятно, могла оказаться на его месте. Легко. Тогда, после того рокового боя. Я могла бы оказаться с молодым танцором, что приехал к нам в театр из Италии… Но я не оказалась. А он…
Стоп. Стоп. Стоп. Талия…прекрати.
Разум пытается остудить сердце, но во мне слишком много противоречий. Они, как острые ножи, вспарывают весь тот вакуум, который пытается натянуть мозг на нашу ситуацию. Никакого минимизирования последствий. Только ярость. Только хардкор.
Сука…
- Я знаю, что ситуация…стремная, но я нанял охрану. Все будет нормально и…
- Остановись. Я не хочу этого слышать, я уже все это слышала вчера.
- Я просто…
- Я знаю, Ник. Но легче мне от этого не становится. Я не понимаю…не понимаю…как…
- Как меня простить, - заканчивает за меня, а я вскидываю взгляд.
Да, я не понимаю. Чувствую себя одновременно жертвой абсолютно невыгодных для меня обстоятельств, а потом — бах! И еще ко всему прочему лицемеркой и лгуньей. Ему хотя бы хватило смелости все рассказать, а мне? А я молчу. Он не знает о том, что произошло много лет назад. Мне так и не хватило смелости во всем признаться…
Он бы простил меня? Если бы узнал?
Стоп, Ли. Ты не сделала ничего такого…точнее, ничего настолько серьезного как Ник. Ты не сделала…
А мне не легче.
Наши отношения сейчас летят в бездну. Они уже не такие, какими были, и вдруг это я? Еще тогда? Первая запачкала их о суровую действительность?…
Ты ни с кем не спала.
Но был момент, когда ты этого хотела…
Щеки тут же вспыхивают, и я резко опускаю глаза вниз. Боже, как мне стыдно…эта тайна приносит буквально физическую боль! И мне так дико стыдно за то, что не хватает мужества все ему рассказать…
А вдруг между нами вообще нет никакой любви? Ведь как говорят? Если появился кто-то третий, на кого ты обращаешь внимание, это значит, что ничего не осталось? Или так говорят только люди, которые живут в сказочном домике? На сказочном пригорке? Вдали от всей этой суеты…
- Не надо принимать решение сейчас, - говорит он мягко.
Меня новой волной обдает дикий стыд.
- Я на тебя давить не собираюсь, и я понимаю. Эта ночь ничего не значила, я ни на что не надеюсь. Я буду ждать столько, сколько потребуется…
Боже. Замолчи. Почему он снова не может стать идиотом, который несет всякую хрень невпопад? Я хочу обратно его. Его проще ненавидеть и оттолкнуть…
- Я не…
Уже и не вспомню, что я в этот момент хотела сказать. Дальше все происходит так быстро…
Я смотрю на Никиту, он уводит взгляд чуть в сторону, а потом резко поворачивается на меня. В следующее мгновение я ощущаю мощнейший толчок в живот, от которого падаю на асфальт. Боль в ладонях простреливает мозг, ее догоняет боль в районе бедра, но это все неважно. Я слышу душераздирающий крик, что больше похож на вой, если честно, и меня обдает адским льдом. С головы до пят.
Не помню, как встаю. Не помню, кто я вообще такая. У меня весь мир смешивается в адский коктейль из домов, знаков, машин, скамеек. Я ничего не различаю! Только смотрю на Никиту. Он стоит на коленях, упирается руками в асфальт. Одна сторона его тела мокрая.
Это не вода, - срабатывает у меня в мозгу, - Это не вода…
Он рычит, его кожа начинает быстро краснеть. На ней появляются волдыри. Прямо на глазах! А я цепенею…ничего с собой сделать не могу, я просто…вообще ничего не могу! Застыла и смотрю, как ему больно…
Ему больно! Какого хера ты расселась?!
Что-то внутри взрывается. Я слышу издалека топот ног, вокруг нарастает суета, но мне так на все это насрать.
- Никита! Никита!
Подрываюсь к нему, голос срывается на крик, визг, шепот. Все сразу. Он ломается под тяжелой плитой сознания…
- Нет, - выдыхает он, выставив в меня руку, - Не подходи! БЛЯДЬ, НЕ ПОДХОДИ КО МНЕ!
Он за меня боится. ОН ЗА МЕНЯ БОИТСЯ?! Он же только что…только что подставился…я это видела! Видела по глазам! Петров отреагировал моментально, оттолкнул меня и…это все должно было стать моей болью…
- Нужно срочно воду! - ревет какой-то лысый, огромный мужик.
Я беспомощно поднимаю на него глаза. Откуда?!
Его напарник кивает.
- Ща будет. Держись, скорую вызвали!
Никита кивает пару раз. Он сильно сжимает кулаки, дышит часто, старается не издавать никаких звуков. Блядь! Время уходит! Нужна вода!
Подскакиваю на ноги, хватаю сумочку и несусь в сторону своей машины. Нет, не сбежать. Я больше не хочу никуда сбегать. Даже больше! Я НИ ЗА ЧТО НЕ СБЕГУ!
Осознание приходит моментально. Я покупала воду для дочери в огромной бутылке после работы, но Стася сказала, что она заказала доставку. Тогда я подумала: ай, хрен с ним. Подниму потом. Так я и вожу ее уже неделю в багажнике. Она все раздражала, когда на поворотах болталась и билась о стенки, и я кляла Петрова по чем зря за то, что из-за его тупого члена мне теперь некому даже воду поднять в квартиру!
А теперь? Я благодарна...
Господи, как я благодарна…
Хватаю баклажку, забиваю на багажник и несусь обратно к Никите, по пути скидывая туфли и откручивая крышку. Потом мне скажут, что благодаря тому, что я так быстро среагировала, последствия были…не такими жесткими, но в тот момент…мне казалось, что я облажалась по всем фронтам. Первое — заставила его поехать к врачу, хотя надо было сидеть дома. Второе — раздражалась и злилась, раздиралась от противоречий, которые теперь кажутся абсолютным бредом.
Только что Никита спас меня, при этом поставив себя под удар. Он снова выбрал меня…