Глава 22. Руслан

— Я даже не ожидала…

Алина медленно обводит взглядом моих друзей. Словно намеренно меня игнорирует.

Пальцами цепляюсь в спинку её стула. Сжимаю так, что бедное дерево сейчас треснет под моими пальцами.

Остальные девушки за столом реагируют одинаково. Кривят губы, возмущённо смотрят на свои половинки, закипают праведным гневом.

А Алина…

Интересно, блин?!

— Довольно прогрессивная мысль, да?

Жена всё же поворачивается ко мне. Она покачивает в длинных пальцах бокал, ловит мой взгляд.

В её голубоватых глазах мелькает что-то новое. Непонятное. Неизведанное.

Мне всегда казалось, что это «море» я изучил до конца. Но теперь не уверен. Словно течением утягивает, и отвернуться не получается.

Алина растягивает розоватые губы в улыбке. Едва заметная ямочка появляется.

Мне хочется её коснуться. Ямочки. Жены. Не сдерживать себя. И чувствовать отдачу. Как обычно.

— Не думала, что вы настолько продвинутые, — усмехается немного. — Но это классно.

— Серьёзно? — Амир заинтересованно подаётся вперёд. — Ты считаешь, что это норм?

— Это интересно. Уж точно не ожидала. В плане… Чтобы мужчины сами согласились… Что их жёны могут изменить… Это прям вау. Моё уважение.

ЧЕГО?!

Подобным образом реагируют все мужчины за столом. Напрягаются, переглядываются. Каким образом это вообще выплыло?

Мы с Андрюхой как-то болтали, что это действительно было бы проще. Есть право на измену. И никаких последствий.

Секундное увлечение использовал, не довёл до статуса «запретный плод», а после попустило. И живи себе счастливой семейной жизнью дальше.

Но жён мы не обсуждали!

А вот девушки за стол улыбаться начинают. Поднимается шёпот, перемешанный со смешками. Кивать начинают.

— Точно, — поддерживает Нина. — Так неожиданно, что вы буквально готовы нас другим отдать…

— Погодь, — Андрюха набычивается. — Мы не об этом говорили.

— Да? — Алина округляет глаза. — Право на измену, чтобы спасти брак. С двух сторон. Ну нет. Стоп. Вы же не можете заявить, что только у вас право есть? Так тогда неравноправие какое-то…

Жена за три секунды всё в свою сторону выкручивает. Оставляет друзей с открытым ртом и нолём аргументов.

А у меня внутри зудит всё. А ей на кой черт понадобилось это право? Почему заинтересовало?

Взгляда отвести не могу. Наблюдаю за каждым жестом. Как реснички взлетают. Вверх-вниз.

Как прикусывает губу, стараясь сдержать смех. Только плечи чуть подрагивают. И взгляд такой… Лисичий, хитрый.

Оторваться не могу.

— Да не, мы просто так… — Андрюха сдувается под напором со всех сторон. — Чисто как концепция.

— Концепция хорошая, — соглашается моя жена. И меня прям потряхивать начинает. — А ты что скажешь, родной?

Разворачивается ко мне. Подпирает подбородок ладошкой, ждёт ответа. А я выдыхаю.

«Родной» это не так уж плохо. Могла и хуже. Или по имени вообще. Или одной фамилией называть, чтобы максимально дистанцироваться.

А «родной»… Пойдёт. Только непонятно куда «любимый» делось. Давно исчезло? Почему?

Цепляет.

Блин, сейчас всё цепляет. Как током по оголённым нервам. До самого нутра пробирает.

— Кхм, — прочищаю горло. — Как концепция хорошая, да. Но…

— Хочешь сказать, что каждому браку это не помешает?

— Нет!

Рявкаю чуть громче, чем хотелось бы. Да, блин, не помешает. Чтобы к чертям на дно уйти, а после выбраться без последствий.

Чтобы избавиться от наваждения. Пережить это. Но сейчас… Сейчас всё в другом ключе открывается.

Как вспомню того пацана в кабинете Алины… Его настойчивые приглашения на свидания…

— Нет, — произношу твёрже. Притягиваю к себе жену. — Нам и без подобных концепций хорошо. Верно?

— Угу.

— Ну слушайте, — Нина не сдаётся. — А реально интересно. Вот если представить… Одно право на измену. И никогда в нём не признаваться… Это либо изведёт всех от нервов. Либо неплохо так разнообразит жизнь…

— Я вернусь.

Поднимаюсь резко. Потому что не готов слушать это дальше. Не хватало, чтобы Алина ещё идей подкинула.

Без этой концепции жил и прекрасно обойдусь.

Без «разрешения» лучше, чем вздрагивать от мысли каждый раз, что Алина может этим правом воспользоваться.

Закрываюсь в уборной. Умываюсь холодной водой. Хлопаю себя по щекам, приводя в чувство.

Что за состояние? Меня достаточно уже мотает из-за Кати. А теперь… Теперь новое горючее в костёр попадает.

Упираюсь ладонями в столешницу. Глубоко вдыхаю. Стараюсь собрать себя воедино, запереть всё лишнее в дальней кладовке сознания.

Мляха. Я просто хочу, что всё было как раньше. Отмотать на год назад. На два. Когда всё было нормально.

Чтобы Лизка тоже была, конечно. Но по эмоциям… Просто назад. К чертям.

Адреналин, да?

Только я не повёрнутый на риске псих. Нет кайфа каждый день жизнью рисковать, раз за разом с горы прыгать.

Несколько раз в год достаточно.

Моя размеренная жизнь меня устраивает. Хорошо. Когда всё ровно, без всплесков. Я ведь действительно это люблю.

И Алину люблю. За столько лет любовь изменилась, трансформировалась. Но… Не хочу я от неё уходить.

А Катя…

Катя это просто адреналин, да. И когда эмоциями перестанет долбить, всё снова станет нормально. Закончу всё с ней.

И нормально дальше жить буду.

С моей семьёй. С женой.

Если бы мог возвращаться во времени, я бы к чертям отправил Катю в другой офис. Нет вакансий, новенькие не нужны.

А сейчас…

Как сейчас всё разрулить?

Надо было закончить всё сразу. Как только почувствовал, что к сотруднице далеко не деловой интерес возникает.

Но… Черт, это было приятно. Взгляды, улыбки. Интерес чувствовать, понимание. Не когда тираду о детях выдают, а просто слушают. Понимают. Мной интересуется.

Не скажу, что Алина эгоистка. Ни разу. Но не хватало. Этого базового интереса как к мужчине. Ощущения, что я нужен.

Хотелось другого.

Ну и как твои хотелки, Аксёнов? Зашли тебе?

Совесть очередным нокаутом бьёт. Грызёт меня с тех пор, когда впервые взгляд на Кате дольше положенного задержался.

Не даёт расслабиться.

Заслуженно.

Я не мечтал в сорокет на другой женщине залипнуть. Столько лет брака без любовниц и похода налево. Всё нормально было.

И шибануло.

В зал я возвращаюсь вовремя. Потому что Алина из-за стола поднимается, к выходу направляется. А я за ней.

— О! — жена вздрагивает, заметив меня. — А я тебе как раз писать хотела.

— Ты решила сбежать?

В шутку пытаюсь. Но внутри — подозрение. И я не могу отделаться от этого ощущения. Будто Алину у меня из рук выдирают.

Рефлекс, инстинкт — схватить. Что-то первобытное, на подсознании. Потому что отпускать не хочется. Зудит.

Намекает, что без любовницы я проживу.

А вот без жены…

— Мне Оля позвонила, — укладывает сумку на подоконник. — У них там что-то случилось… Сами разобраться не могут.

— И ты сорвалась?

— Ну не тебе же уезжать. У твоего друга праздник. Развлекайся, родной. И некрасиво, так быстро вдвоём уезжать. Шагаевы обидятся.

Алина возится с плащом, встряхивает его. Видно, что нервничает. На телефон поглядывает.

Забираю плащ.

— Руслан, мне ехать надо… — хмыкает недовольно. — Не время для глупых игр. Отдай плащ.

— Повернись, Алин.

Усмехаюсь, помогая надеть жене плащ. А сам в памяти копаюсь. Неужели настолько давно этим занимался, что она отвыкла?

— Я вызову тебе такси, — решаю. — Шагаевым объясню и приеду. Хотя лучше бы ты со мной подождала.

— Ну как я их брошу? — головой качает. — А такси я уже вызвала. Видишь? Подъезжает.

Телефоном размахивает, а я взглядом цепляюсь. На автомате считываю, что действительно домой едет.

Параноик ты, Аксёнов.

Если мой моральный компас пошатнулся, то не значит, что и Алина такая же. Нет, она лучше. Нужно прекращать с этими подозрениями.

— Всё, улетела.

Действительно, улетает. Ни поцелуя на прощания, ни взгляда. Ни с чем меня оставляет.

А я понять не могу, почему это злит.

Черт. Надо было с ней ехать. Выбил из колеи этот вечер, реакция заторможенная немного.

Возвращаюсь в зал, чтобы объяснить другу ситуацию. Он поймёт. Сам сколько раз срывался к детям.

Когда компания из семейных людей состоит, то все всё понимают. Или очень активно осуждают, если за грань, принятую обществом, выходишь.

— Ты совсем хреново выглядишь.

Амир за мной выходит. Крутит в руках зажигалку, но смотрит на меня. Будто понять пытается, что не так.

— Комплименты не твоё, — хмыкаю, ища ключи от машины. — Мне ехать надо. С малыми что-то. Черт.

Проверяю карманы, борсетку. В ресторан возвращаюсь. Но ключей от машины нигде нет. Где я их потерять умудрился?

Точно помню, что за стол с ними садился.

— Работники здесь проверенные, — успокаивает Амир. — Найдут — отдадут. Дубликат же есть?

— Дома да.

— Могу подбросить, если край срочно. Туда-сюда смотаться не проблема.

Отказываюсь, хотя в голове откладывается. Амир из тех, кто в любую ситуацию за друзей впишется. Во всём на него положиться можно.

И при этом простой, адекватный. Без лишнего пафоса. Мало таких людей осталось, на самом деле.

— Я уже такси вызвал, — ерошу волосы. — Но спасибо за предложение.

— Ладно. Тогда на выходных? Поездка в силе?

— По поводу этого… Не получится. Решил время с семьёй провести. Передумал.

— Ну… Может, оно и к лучшему. Заметно, что как на пороховой бочке. Дёрганый какой-то. Реально с Алинкой поругались?

— Не ругались. Или… Не уверен. Разберусь.

Действительно пора со всем этим разобраться. Это нервное напряжение не в кайф.

Адреналин тоже на пользу не идёт, когда его слишком много. Уже кортизолом херачит.

Пока еду домой, в голове план выстраиваю. Завтра первым делом найду повод Катю подальше перевести.

Либо на филиал за городом, либо к кому-то из знакомых. К черту это всё. Сейчас нервяка больше, чем удовольствия от общения.

Я ей ничего не обещал. Грань не переходил. Чтобы она чего-то ждать могла. Она девочка умная, нормально всё решим.

В крайнем случае сокращение штата никто не отменял.

Потому что глоток свободы это хорошо. Но не тогда, когда этот порыв огонь разгоняет.

Делаю несколько звонков, попадая в пробку. Думаю, как сейчас всё с женой наладить. Может, реально куда-то на выходные съездить?

Вдруг небольшой отпуск именно то, что в норму всё приведёт?

— Да твою же…

На этаже едва не запинаюсь в темноте о стоящие чемоданы. Кто-то переезд среди ночи устроил?

— Что за…

Второй неприятный сюрприз — замок двери заело. Ключи не проворачиваются. Не могу в собственный дом попасть.

Ещё и звонок не работает. Алина его периодически отключает, чтобы малышку не разбудили.

Не день, а какой-то пи…

— Пап, — разворачиваюсь на голос сына. Он с общего балкона заходит.

— А ты чего не дома? — прищуриваюсь. — У вас же случилось что-то.

— Уже решили.

— Дверь поломали, да? Потому что ключ не подходит.

— А он и не подойдёт.

Костик усмехается. Но как-то по-новому. Сейчас взрослым мужчиной кажется, а не пацаном.

Плечи расправляет, смотрит уверенно.

— Я замки сменил, — огорошивает. — Для тебя дубликат не предусмотрен. Там у лифта — твои чемоданы. Тебя выселили, пап. Документы на развод мама передаст через адвоката.