Глава 7

Лёгкие сжимает, словно кто-то резко перекрыл клапаны. С трудом удерживаю улыбку, медленно поворачиваюсь в сторону входа.

Звоны бокалов и разговоров смешиваются в противный писк. Я очень надеюсь, что Лара ошиблась.

Но…

Нет. Жанна уже стоит… Возле моего мужа. Улыбается широко, ярко. Словно это у неё праздник. Макияж и причёска — словно она только что из салона.

Но в своём белоснежном деловом костюме. Не успела переодеться? Наверное, я бы не выдержала, если бы она сюда заявилась в каком-то шикарном красном платье.

И так сейчас в груди колет. Просто ржавым ножом ковыляет от собственных мыслей. Этого проклятого женского сравнения.

Я и она.

Жанна это воплощение всего, кем я когда-то была. Моложе на шесть лет, но кажется, что на десяток точно.

Успешная, уверенная в себе, не обременённая домашними хлопотами.

Улыбается и сияет.

На моём празднике.

Да, я не хотела отмечать годовщину. И вообще, этот день можно считать датой смерти моего брака.

И что?

Почему она веселится?

— Я не приглашала, — качнув бокалом, я возвращаю контроль над эмоциями. — Это ведь сюрприз, помнишь?

— Прям сюрприз-сюрприз? — Лара недоверчиво хмыкает. — Я думала, что ты всё подготовила. А дальше Руслан всё закончил, чтобы порадовать.

Остальные кивают согласно.

— Возможно, и не Руслан, — я сглатываю. — Попросил кого-то, делегировал…

— Да какая разница⁈ — отмахивается Лара. — Чтобы мой что-то сделал? Сам? Это надо очень сильно накосячить. А твой — чудо, а не муж. Давайте за него выпьем, а? За Руслана!

Шампанское встаёт поперёк горла, я давлюсь. Остальные гости, услышавшие тост, подхватывают.

Лара права в одном. Муж явно накосячил. Особенно если умудрился притащить свою любовницу на нашу годовщину.

Собрав все нужные контакты среди этой компании, я двигаюсь дальше. К моему мужу.

Он так широко улыбается, что скулы может порвать. О чём воркует с Жанной, а?

— Мам!

Передо мной выскакивают двое из ларца. Оля поправляет вьющиеся волосы, смотрит заискивающе.

Костик рядом стоит суровой горой. В росте уже меня перескочил, на очереди — отец. Подростковая худоба сменилась поджарыми мышцами из-за спорта.

Вообще, дети у меня красивые.

Но лгущие, к сожалению.

— Ты что, сердишься? — Оля хлопает ресницами. — Всё ведь обошлось. И это была папина идея! Он сказал, что всё нормально будет.

— Фиговая идея, — цокает Костик, ерошит русые волосы. — Я говорил, что мама сюрпризы не любит.

— Все любят, и мама тоже. Ты просто ничего не знаешь, кроме того, чтобы в плечо толкать.

— А нечего на меня всё валить…

Я прокашливаюсь, прерывая эту ругань между детьми. Они отличной командой работают, когда нужно напакостить.

Но в обычное время…

Кот с собакой — намного дружнее живут.

— Ой, — Оля спохватывается. — В общем, мам, давай хоть поговорим? Не бегай от меня.

— Я буду ругаться, — предупреждаю я. — Даже кричать. Потому что ты меня напугала, Оль. И так не делается. Поэтому лучше обсудим это, когда я успокоюсь. Сейчас я не готова говорить.

— Ну мам…

Дочь строит мне глазки, но сейчас я на это не ведусь. Переключаю внимание на других гостей.

Возможно, не очень педагогически так поступать. Наказывать молчанием и всё такое. Но я действительно не готова говорить с детьми.

Оля меня очень разочаровала. Отыграла так, что я повелась. Подвела моё доверие. И Костик, который молчаливо помогал ей, тоже разочаровал.

К моменту, когда я добираюсь до Руслана, Жанна уже отошла. Разочарованно фыркаю, но давать заднюю уже поздно. Муж обратил на меня внимание.

— Что здесь делает Жанна? — я вздёргиваю бровь. — Для сюрприза списки не согласовывают, но ты мог бы.

— А что не так? — Руслан хмурится. — Вы же общаетесь.

— С моими лучшими подругами я общаюсь куда лучше. Но здесь не вижу ни одну из них.

— Они могли растрепать. Инесса так точно. Поэтому я оценил риски. Но они уже едут. И Инесса, и даже твоя Соня.

Муж кривится, выдавая своё раздражение. Соня — для некоторых слишком громкая.

Моего возраста, чуть полноватая, но очень заводная. Хохотушка, которая всегда поднимет настроение.

А ещё — следователь.

И по профессии, и по призванию. Всё про всех узнает, вину мгновенно считает.

Уж не разоблачения ли опасается мой муж?

— Это всё равно некрасиво, — я поджимаю губы. — Сюда ты пригласил своих друзей. А праздник ведь общий.

— Я уже сказал — твои подруги в дороге, — обрубает Руслан. — Я тебя не понимаю, Алин. Ты с утра мне мозги долбишь без повода. В чём дело?

— Ни в чём.

— Хрень собачья. Твоё «ни в чём» — это намёк на то, что дрючить меня будешь ещё долго. Давай без намёков.

Я понимаю, что моё поведение вызывает вопросы. И если я не возьму себя в руки, то всё скроется слишком быстро.

Поэтому…

Надо что-то срочно придумать.

Что такого мне муж сказал, что обидеть могло. Но при этом не касается измены. А ещё…

Ещё чтобы ему самому бумерангом вернулось.

О-о-о! Я придумала.

Я долго смотрю на Руслана. Выдерживаю паузу, пока внутри всё закипает.

Его обида — подумать только — поднимает волны злости внутри. Будто ничего не произошло.

Сжимаю бокал крепче, чувствуя, как холод стекла просачивается сквозь кожу. Делаю глубокий вдох.

— Думаешь, у меня нет поводов злиться? — я поджимаю губы. — После всего, что ночью было?

— Ночью? — на лбу мужа залегает глубокая морщинка. — Алин, я не помню… Уверен, если я сказал что-то обидное, то это можно решить. Как-то изменить…

— А ты уже решил, милый. После того как назвал меня запустившей себя домохозяйкой… О, Соня!

Я переключаю внимание на подругу. Ухожу от мужа, не оглянувшись. Чтобы он прочувствовал обиду полностью.

Заставляю его задуматься. Конечно, Руслан не вспомнит ничего подобного. Из-за чего будет чувствовать себя ещё более виноватым.

А там уже вторая часть плана подоспеет.

— Кого убиваем?

Шепчет Соня, крепко обнимая меня. Её рыжие кудряшки покачиваются в так тому, как подруга головой крутит.

— Ну? — требует. — Я же вижу, что что-то не так. Казним кого? Ту выдру в белом наряде? Додумалась же. На годовщину в белом прийти. Это же как со свадьбой — есть дресс-код.

— Если она любовница моего мужа — то да, ей на дресс-код плевать.

— Чего⁈

Соня присвистывает, нервно одёргивает свой укороченный пиджак. Мне даже говорить ничего не надо, чтобы подруга поняла мои сомнения.

— Да нет, — хмыкает. — Она на самоубийцу не смахивает. Волосами дорожит, вот как касается их всё время. А за такое скальп снимают. Хотя…

— Что?

— Так-так-так…

Соня цокает, включает свой полицейский радар. С прищуром рассматривает Жанну, а после хмыкает.

— Выглядит она так, будто жабу проглотила, — выдаёт своё заключение. — Не нравится ей тут явно. Будто бесит сам праздник.

— Угу. Любовницы обычно подобное не любят.

Соня шикает, тянет меня за собой. Через минуту мы оказываемся на улице, где я всё пересказываю. А после снова. Даше.

— Прости, со смены было не так просто отпроситься.

Она приглаживает пепельные волосы, пока я новостями делюсь. Так и застывает. С распахнутыми губами и ладошкой на затылке.

— Давай его в операционную, — предлагает Дашка. — А я там поколдую. Скажем, врачебная ошибка.

— Но сначала в обезьянник, — поддерживает Соня. — Посидит, подумает.

— А я нас всех отмажу, в случае чего.

Обещает запыхавшаяся Инесса. Говорит, что бежала минут десять, потому что город в пробках. А бросать меня одну в такой ситуации — нельзя.

Конечно, предложение подруг шутливые. Но поднимают настроение. Дают ощущение, что у меня есть поддержка.

Раньше я всегда на мужа полагалась, но знала, что подруги у меня тоже ничего такие. Мы друг за дружку порвём, хоть и непонятно, как вообще дружба завязалась.

Случайности не случайны.

С Дашей мы ещё со школы знакомы. Из разных компаний были, недолюбливали друг друга. А потом влюбились в одного мудака. Нам лет по тринадцать было…

На совместном горе и подружились. И плакали, и его девушек обсуждали. После школы Даша сразу поступила в этот город, а когда я к Руслану переехала, то мы и возобновили общение.

Ну, Инесса вот бывшему мстила, а я почему-то помогла.

А Соня… Ой, это история ещё интереснее. Инесскин бывший в полицию написал, я свидетелем пошла. А там Соня.

— Я же знаю, что это вы, — давила на нас.

— А доказательств нет, — отпиралась Инесса.

— Нет.

— Значит, мы свободны.

И меня на выход потащила. Пока доказательств не нашли. Дело замялось, конечно, но с Соней мы потом случайно пересеклись.

И завязалась дружба.

— Чисто из корыстных целей, — до сих пор шутит Соня. — Всё хотела узнать, что на самом деле с машиной того павлина случилось.

Вот такие у меня подруги. Каждая со своими тараканами, но каждая очень дорогая моему сердцу.

Полноценный брифинг мы назначаем на завтра. Как и что мне сделать, чтобы развестись нормально. А сейчас моя группа поддержки просто не даёт мужа придушить.

Инесса так вообще тянет меня за собой в туалет. Вручает подарочный пакет, в котором оказывается одежда.

— Я же знала, что ты не готова, — хмыкает подруга. — Никто же не предупредил нормально, да? Я сама поздно узнала. В общем, ты переодевайся.

— Но… Меня уже видели.

— И что? Вот такая ты переменчивая. Давай-давай. Пусть любовница видит, что ты лучше неё. И Руслан пусть слюнкой давится, ты же красотка. Вообще, есть гениальный план.

— Какой?

— Пусть влюбится в тебя снова, а ты оп — развожусь.

Я тихо посмеиваюсь, но поддаюсь. Инесса со своими выдумками не даёт мне скучать. Я натягиваю белое платье на одно плечо.

Радуюсь тому, что животик после родов почти ушёл. И я выгляжу действительно шикарно. Ещё и макияж навожу.

В зал я возвращаюсь в компании подруг. Чувствую себя намного увереннее, стоит поймать взгляды знакомых. Даже без слов понятно, что преображение удалось.

— Алин, ты… — муж обрывается.

Его взгляд скользит по моей фигуре, пока я поправляю светлые волосы. Голос мужа становится ниже:

— Ты выглядишь прекрасно. Прости, мне стоило подумать об этом самому. Но ты… Прекрасна.

— Спасибо, — сухо киваю.

— По поводу сказанного… Родная, я не помню этого. Уверен, что не мог этого сказать. Ты же знаешь, я бы никогда тебя не оскорбил. Ты моя жена. Моя любимая. Я очень сожалею, если какие-то мои сонные слова прозвучали неуместно.

— Угу, ты уже этого говорил. Ночью. А после пообещал… Но, конечно, этого ты тоже не помнишь. А я не должна злиться.

— Что обещал? Алин, скажи. Мы всё решим.

Не скажу, что голос мужа звучит отчаянно, но нервно точно. Он действительно надеется получить простой ответ. Решит всё быстро.

Я расправляю плечи, сглатывая желание кричать. На самом деле Руслан верит, что сказал мне это. Что мог подобное заявить. Значит…

Думает так?

— Мы говорили о том, чтобы у меня было больше времени на меня одну, — хмыкаю я. — Немного развеяться. Поменять стиль.

— Конечно, — муж тут же соглашается. — Ты хочешь на шопинг?

— Ты обещал шопинг. Но не только с одеждой. Ты, любимый мой, пообещал мне машину. Более яркую и комфортную, а не семейный седан.

Я провожу ладошкой по плечу мужа, якобы стряхивая невидимые пылинки. Взглядом передаю всю обиду.

Я не привыкла просить. Это всегда кажется таким неправильным… Выпрашивать, ждать чьего-то решения.

— О, — муж зависает. — Но дивиденды… В принципе… Да, конечно. Конечно, без вопросов. Я забыл. Завтра съездим?

Я мысленно присвистываю. Вау. Так просто? Немного лжи, обиды и сразу получить дорогостоящий подарок?

Машина такой себе ликвид, но если продать… Ох, это будет приличная сумма. Главное оформить так, чтобы после развода не потерять её.

Я не знаю, как Руслан поведёт себя в суде. Лучше подстраховаться.

— Спасибо.

Я пересиливаю себя, подаюсь к мужу. Оставляю поцелуй на его щеке. Достаточно близком к губам, чтобы притвориться счастливой.

Недостаточно близко, чтобы меня стошнило.

По привычке пальцы скользят по его шее, а глаза находят Жанну. Она стоит у столика, недовольно смотрит в нашу сторону. Кривится, быстро отворачиваясь.

Вот же ж.

— И на работу будет ездить лучше.

Я бы хотела это скрыть, но Жанна всё равно может выдать секрет. Поэтому пусть лучше муж узнает от меня.

— На работу? — тут же включается Инесса. — Отлично. А с детьми как?

— А мой любимый муж возьмёт это на себя, — я похлопываю его по плечу. — Правда, Руслан?

— Что? — муж растерянно оглядывается.

— Когда-то Рус обещал мне, что возьмёт часть декрета на себя. Вот, пришло время. Ты же не против, родной?