Глава 23

Я посмотрела. В его глазах – боль, любовь, прощение. Все что угодно, только не ненависть, которой я больше всего заслуживала сейчас. - Не знаю. Ничего такого. Павел хмыкнул. - Сказал, как было. Отмечали его день рождение на работе, потом поехали с коллегами в ресторан. Ты перебрала с алкоголем, плохо стало, и он отвез тебя и твою новую подругу Женечку к ней домой. Я нахмурилась – к кому?! Что он там выдумал? - Так ведь? - Да. – Я выдавила улыбку. – Женя коллега на работе. Хорошая девочка. - Видел ее. – Кивнул Павел. – Здоровая, как лошадь, высокая. Не зря секретарем работает, начальники таких любят. Я облегченно выдохнула. Вот оно что! Ее новая подруга – секретарь Вадима. Хорошо, хоть так. - Кольцо больше не теряй! – Сказал Павел наигранно сердито, легонько щелкнул меня по кончику носа. – И больше никаких гулянок, хорошо? Давай посерьезней? - Хорошо. - А Вадим твой… Не ведись ты на него. Я понимаю, привлекает тебя он молодой, красивый, богатый. Но ты подожди, и у меня все будет. Главное ведь, что я искренне люблю тебя, слышишь? И я дорожу тобой. Ты мой бриллиант, Саша. Ты смысл моей жизни! Я снова выдавила из себя улыбку. - Женька твоя сказала, что ты часто к нему заходишь по работе, но лишнего не позволяешь. Но нравится, он всем нравится. Не глупи, Саша. Прошу тебя. И помни – не стоит разменивать наши отношения ради пятиминутного удовольствия, что может он тебе подарить. А что потом? Воспользуется и забудет, пойдет дальше. У него свой путь и свой мир богатой и успешной жизни. Я понимаю, тебя манит его красивая жизнь, ты и до встречи со мной, Ритка говорила, так жила. Но такие люди, как он, видят только себя. Ты для него игрушка, не более. Я опустила голову, та снова трещала по швам. Мигрень. Это мать снова обо мне плачет?.. - Я услышала тебя, Паша. – Сказала тихо. – Я попробую. - У меня подарок для тебя. – Сказал он, поднимаясь. Зашуршал в коридоре – цветы. И вправду, в руках букет алых роз. Я взяла цветы, охнула – на пальцах проступили капельки крови – сколько шипов! Среди цветов выглядывают билеты. Марийнский театр, партер. - Завтра вечером. Идем? - Конечно. Спустя час моя голова спокойно легла на его плечо. Он облегченно дышал, перебирал пальцами мои волосы, курил. Яа протянула руку, сделала затяжку – какая горечь в горле. Или это из ее сердца бредет чернота? Это у этой мглы должно быть, привкус горечи и безысходности. *** Я вошла в приемную. Секретарь Евгения улыбнулась, сказала без усмешки: - Привет, подруга. У Вадима Сергеевича совещание. Ты подожди, он просил не отпускать тебя, если ты появишься. Я улыбнулась, растерянно оперлась о стену. Хотелось вжаться в нее, раствориться. Дверь открылась, и из кабинета вышел Алан. Увидел меня, махнул рукой, сказал: - Пойдем, Саша, поможешь. Женька пусть на телефоне сидит, это ведь ее работа. – Короткий смешок. – Вовремя ты пришла. Я нахмурилась, а Алан уже тянул меня за рукав в кабинет. За столом сидели руководители юридического отдела и отдела продаж. Вадим вскинул голову, хищно улыбнулся, поправил ворот белой рубашки. Алан протянул мне распечатанные на цветном принтере листки, сказал торопливо, усаживаясь на место: - Прикрепи их к доске. Наглядный материал, так сказать. Я подошла к доске, почувствовав себя ученицей, а они там, позади меня – строгие учителя. Руки дрожали, никак не хотели слушаться. Итог – документы ворохом упали к ногам. Позади кто-то недовольно цокнул, Вадим зашелся кашлем. Я обернулась – у него взгляд с прищуром. Кивает – не расстраивайся, мол, все хорошо. Я выдохнула, прикрепила листки, исколов все пальцы канцелярскими гвоздями. Хотела выйти из кабинета, но Вадим остановил взмахом руки. Кивнул на свободное кресло, смотрит нагло, колит серым айсбергом глаз, и я под его взглядом лишь мелкая льдинка в океане. Зачем я здесь? Мне неловко и хочется испариться. Новоиспеченная подруга Евгения приносит кофе, расставляет на столе кружки, наливает и мне. Щурится хитро, она-то уж точно все понимает. Официальная часть совещания окончена, все заметно расслабились, разговаривают, смеются. А я молча, слушаю. Вадим и Алан оказывается, в командировку улетают, на открытие нового офиса. Интересно, когда и куда? Все встают, уходят. Меня охватывает дрожь – Вадим говорит, чтобы осталась. - Как дела? – Его руки сзади на моей шее. Он наклоняется, расстегивает высокий ворот блузки. - Прости. – Его губы уже бредут по шее, я откидываю голову назад, смотрю на него. Он обходит кресло, наклоняется и целует в податливые губы. Я не сопротивляюсь, не хочу. Хочу лишь его. И пусть, никто не верит в его слабость ко мне. Я-то верю, вижу это, ощущаю всеми клеточками своего тела. Блузка расстегнута, он обхватывает мою грудь ладонями, сжимает, склонившись. Его колено между моих ног, давит с силой, приходится шире раздвинуть ноги. Расстегивает свою рубашку. Тянет меня на себя. И мы меняемся местами. Он в кресло, я сверху. Как неудобно, ногам тесно, но его руки уже под моей юбкой, трогает меня там, и я вся горю. - Мокро. – Шепчу, предостерегая его, но он доволен, тихо выдыхает, приподымает меня, расстегивая ширинку. И вот он уже во мне и нет ничего прекрасней этого момента. Наши губы впиваются друг в друга, дыхание быстрое и обжигающее. Меня сотрясает дрожь, неужели я уже готова к финальному рывку? Не может быть, быть не может, но это факт! *** - Вот не нравится мне, что ты одна в такси ездишь. Еще и по ночам случается, когда я не могу тебя отвезти. – Сказал недовольно Вадим, узнав, что случилось с моим телефоном. – Опасно это. Ты молоденькая, красивая, а таксисты эти. – Вадим нервно провел руками по волосам. – Машину тебе надо. - Да, у меня была, так удобно было. - Куда делась? Я замерла, встретилась с ним глазами. - Понятно. – Он усмехнулся. – Ладно, решим этот вопрос. Сел за стол. Молчит, смотрит в ноутбук. Странно – о Павле ни слова, словно и не было их этой встречи. Хорошо, и я не буду трогать эту тему. - Вы с Аланом уезжаете? - Да, кстати. – Сказал он, подняв глаза. – Завтра утром вылетаем. Ненадолго, на пару дней. Он замолчал, глаз не отвел. Смотрит, прожигая насквозь. - А ты пока, реши вопрос со своим Павлом. – Сказал он, усмехаясь, кивая на мое кольцо, что блестело на пальце правой руки. – Я вижу у вас снова все в силе? Я опустила глаза. И почему, он заставляет меня чувствовать себя виноватой?! - Возьми, - он достал связку ключей и кинул на стол. – Это от моей квартиры на Галерной. Мы были там, помнишь? - Помню. Зачем они мне? - Как зачем? – он недоволен вопросом, голос груб. – Можешь там жить. Или ты у него остаешься? - Вадим. – Я выдохнула. – Мне надо разобраться в себе. Он усмехнулся. - Давай. Тебе на это два дня. - В смысле два дня? - В прямом, Саша, в прямом! Я тебя делить с ним не собираюсь, поняла?! Вот надо было мне не выдумывать историю про подруг мнимых, а правду сказать. Да за тебя побоялся. Что он бы там с тобой сделал? Я напряженно дернула плечом: - Ничего хорошего. - Вот и я о том же. Решай и переезжай, чтобы я вернулся, а ты там, поняла? - Посмотрим. Он закусил губу, сощурился, задумавшись. Сказал, поднимаясь: - Пойдем. - Куда? - Слушай, если я тебе говорю что-то делать, будь добра – делай. Почему всегда вопросы, споры. Не будь такой строптивой. – Он остановился в дверях, притянул меня к себе. – Ты же у меня хорошая девочка? - Хорошая. – Буркнула я. – А что ты раскомандовался? Командир такой стал. - Я твой начальник. Забыла? – он громко засмеялся, поцеловал меня в лоб, сказал, сменив тон: - Прости. Люблю же тебя. Он вышел, я следом. Идет позади, а сердце стучит – Любит! Лю-бит!