Глава 46

Я никогда раньше не бывала на Алтае. Да я и в таких отношениях никогда не бывала. Я полностью в их власти. Одна – меж двух мужчин, чьи прикосновения обжигают дотла, и я не живу – умираю, наполненная ими ментально, обоими до дури. Самолет набрал высоту, загорелось табло – отстегнуть ремни. Я выдохнула, опустила напряженные до этого плечи. Мужчины спокойны: Денис взял журнал, Вадим открыл ноутбук. Я сижу между ними. Они, как будто, свыклись и смирились с тем, что я одновременно ничья и одновременно общая. Они запросто, не стесняясь, дотрагиваются до нее поочередно и весьма не стесняются своих прикосновений. То за руку держат, то за колено. Стюардессы, наверное, обалдевают от увиденного. Посадка прошла гладко. Денис и Вадим смеялись надо мной, когда я вцепилась в их руки. Не столько страшно было, сколько я зачем-то отыгрывала. Вадим стал спокойный. Даже про ателье снова заговорил и про мою новую коллекцию одежды. Барнаул. Дальше на машине, что взял Вадим на прокат, до севера Телецкого озера. Там, совсем неподалеку от кристального водоема, в селе Иогач мы и остановились. Деревянный дом. С виду совсем небольшой внутри же просторный. Стены – деревянный сруб, запах от них живого дерева, чуть влажного и пьяняще свежего. Я окинула дом взглядом, довольно улыбнулась, бросила на пол вещи, прошла вглубь – кухня и спальня. Отлично, спальных мест всего два, а нас как бы трое. Вот и разобрались… Вадим переоделся в спортивное, Денис, как обычно уже в нем. Я тоже беру штаны и кофту, легкую куртку, переодеваюсь и иду за ними. Они ведут меня, как собачку на прогулку, поводка только не хватает. Смотрю по сторонам – нас окружают горные вершины. Сворачивают к реке, идут вдоль Иогачки, сидят на живописном берегу. Они обсуждают завтрашний подъем на обзорную точку на горе Кебетек, я слушаю, смотрю то на одного, то на другого. Вадим не смотрит на меня. Чувствует мой взгляд, но даже голову не поворачивает. Денис же, как всегда смелее, отвечает на мои взгляды легкой улыбкой. Я отворачиваюсь – по реке несется катер, шум волн на мгновение заглушает рокот встревоженного сердца. Что дальше? Меня мучает только один вопрос – ритуал подействовал? А Вадим простил? Я надеялась, что да, но это лишь доводы. Его слова никак не граничат с действиями. Он не простит меня, никогда. Я здесь не для того, чтобы мы вновь обрели друг друга. Я здесь лишь потому, что он еще не решился отпустить меня навсегда. Сколько нам осталось дней? Три? Пять? И я больше никогда не увижу его глаз, не услышу его голоса? Думать об этом невыносимо. - Саш, как тебе? – спросил Денис. Смотрит на меня с легкой улыбкой, а в глазах все та же боль, что связала нас троих невидимой прочной нитью. - Красиво. – Я чуть усмехнулась. – Есть хочу. Вадим кивнул головой, и мы поднялись. Пошли обратно, но до дома не дошли, свернули к горе. Перед подъемом родник и небольшое кафе. Глаза Вадима – серый лед и я молча бьюсь об него – не проломить, не растопить. Он явно что-то думает и по блеску его суровых глаз – ничего хорошего. Для меня. Для нас обоих. И Денис чувствует напряжение, что повисло электрическим проводом над нами, а потому молчит и отводит глаза. Я знаю – он хочет сдержать себя – никаких прикосновений, никаких эмоций, но ночь темнее мыслей, а потому, я вновь с ним, на холодном топчане большой гостиной. Дышу громко, прижимаясь к нему. От его тела жар, а мне холодно. - Люблю тебя. – Его шепот – что плач. – Люблю, Сашка! Я чуть отстраняюсь от него, смотрю в глаза, перехватываю руку, что норовит заползти под мою кофту. - Не надо, Ден. Он на мгновение замирает, нехотя соглашается, ложится рядом. Мы в одежде, но ощущение словно обнажены. И словно он уже весь во мне. Мысленно уж точно. Из ванной больше не слышен шум воды. В комнату заходит Вадим. Обнаженный торс блестит от воды. Я отвожу взгляд. Он замечает это, громко усмехается. Денис курит, чуть нервно и напряженно – на его шеи проступают вены. Вадим, улыбаясь, сдергивает полотенце с бедер, снова усмехается, проводит рукой по влажным волосам, те хаотично встают дыбом. Надевает плавки, подмигивая мне. Его глаза блестят, лед тронулся. - Выпьешь? Я киваю Он, не одеваясь, наливает в три стакана вина, протягивает мне. Я беру. наши руки соприкасаются, и по моему телу медленно ползет дрожь. Он смотрит из-под лобья, раздевает глазами. Тишина гробовая – невыносимая, тяжелая. Дышать трудно, воздух как свинец – раскаляет, забивает горло. Мне приходится разомкнуть губы и дышать ртом – и все равно не отдышаться, губы сохнут, я жадно пьет из стакана. Вадим опрокидывает свой, ставит пустой на стол, наливает снова, не сводя с меня своих глаз. Он подходит ко мне, сидящей на топчане. Я поднимаю голову – глаза в глаза. Его пальцы путаются в моих волосах, я послушно следую за его движениями, откидывая голову, закрываю глаза. Музыка льется из динамика телефона. Открыто вино. Я кружусь в танце посреди комнаты, и плевать, что они видят мои голые ноги и бедра – в голове калейдоскоп от эмоций. Денис улыбается, смотрит на меня с обожанием, поднимается и берет за руку. Мы медленно переступаем по полу, какой чувственный выходит танец. В доме невыносимая жара, мое растерзанное их взглядами тело полыхает пожарищем. Я накидываю на влажную себя куртку и выбегаю во двор. Сколько на небе звезд! В Питере нет звезд, а здесь… Голова кружится от пьянящего запаха свободы и от неописуемый красоты, что приводит в дикий восторг. *** Утро оказалось невыносимо тяжелым. Я, уставшая и не выспавшаяся, наспех собралась и побежала за ними. Подъем в гору – они издеваются?! Рассвет. И я уже не жалею своих ноющих от дороги ног. Ярко оранжевое пламя, играющее на небе, наполняет меня силами. И верой. В моей душе вновь возрождается покой, умиротворение и надежда. Я не свожу глаз с Вадима. Тот, снова игнорирует меня, все еще любит, верю. Денис сторонится, тяжело вздыхает – не его я, и он знает, что его никогда не стану. Полдень. Мы возвращаемся в поселок. Немногочисленные местные жители радужны – чаем угощают, о здешних местах рассказывают, приглашают на экскурсию в местный музей. Я никуда не хочу, тяну Вадима к дому. Тот, послушно идет следом, но руку из моей ладони выдергивает. Еще три дня мы просто гуляем по окрестностям, сплавляемся по реке. Исследуем гроты, смотрим с гор на раскинувшуюся внизу долину. Почти не разговариваем и не спорим. Они просто рядом. Молча. Без слов. И по вечерам я вновь ощущаю по венам жар, что толкает меня взять в руки альбом и кисти. И карандаш. Я снова рисую коллекцию платьев. Продумываю образы, я охвачена вдохновением. Вадим тое работает, поглощённый в раздумья, Денис что-то пишет, как позже выясняю новый бизнес проект. Все заняты делом, а не чувствами, разъедающими мысли. И к концу недели, когда пора возвращаться домой, я горю делом. Я снова чувствую в себе силы, покорять мир своим талантом. Вадим находит мне помещение через знакомых, а Денис оборудование для ателье. Я полечу домой с разложенной в голове по полочкам жизнью. Я знаю, чего я хочу.