Глава 21

Макс – Могу водилой взять или грузчиком, – говорит Андрюха, мой дружбан. – Ты прикалываешься? Каким водилой? У меня вышка, экономическое, – возмущенно говорю я, – у меня бизнес… был. Жена отжала… – Макс, ты мне то не звезди, – мерзко усмехается Андрей, – какой бизнес у тебя был? Это жене твоей батя перед смертью подогнал. Ты сам хвастался, помнишь, как женился удачно. – Но ведь я им управлял, пока жена в декрете была! – Ага, науправлял так, что он на грани банкротства! – открыто ржет дружбан, – да и экономист ты фиговый. Я не помню что ли как тебе в институте зачеты ставили, после того как матушка твоя к декану наведывалась с конвертиком. Тебя же всегда только бабы, да гулянки интересовали. Нет, Макс, нет мозгов работай руками! – Да пошел ты! Я в бешенстве выскакиваю из кабинета. Козел! Разбогател, разжирел, забыл как за мой счет бухал, да гулял! Сам то из деревни какой-то приехал, очкарик. Сидел за книжками корпел, если бы не я так девственником и остался бы! В бешенстве я пинаю каменную урну, больно ударив ногу. Боль слегка отрезвляет, приводит в чувство. Как бы я не психовал, работа от этого у меня не появится. Батя уже всю плешь проел, чтобы я Светку забрал от них. А куда я заберу?! Денег нет на съем, Кира квартиру освобождать отказывается. Да и просрал я свою долю в этой квартире. Иду бесцельно по улице, моросит поганый дождь, осень, будь она неладна! Домой возвращаться не хочется, там Светка со своими требованиями. Глаза б мои ее не видели! До чего наглая баба, приперлась и живет. Мама у меня чересчур жалостливая, не может внучка на улицу выгнать. Она хоть и любит Киру и Аню, но и Светка уже в доверие втерлась, вместе на кухне шуршат, чаи гоняют. Хорошо хоть я уговорил родителей не говорить Кире, что мы со Светкой у них живем. Ноги невольно приводят меня в мой прежний дом. Я смотрю на свет в окнах, такой уютный, теплый. Там моя настоящая жена, Кира. С тоской вспоминаю наши вечера, когда я приходил домой, а там вкусно пахло, и было всегда чисто и Кира выходила навстречу с улыбкой, радовалась мне. А сейчас? Светка хоть и делает вид что любит, но нет в ней той теплоты, что у Киры. Кира меня всякого принимала, уставшего, злого. А эта только требует, купи, дай, надо! Так и хочется зайти в квартиру, бухнутся на колени, просить прощения, пока не простит. Только…опять я все испортил! Как показала мне Светка эти фото Киры и бывшего ее, я совсем с катушек слетел, такая злость взяла! Пришел об одном спросить, а наговорил всякого…Не простит меня Кира теперь. Но и она тоже, красотка! Нафига было целоваться с этим уродом?! Постель еще остыть не успела, как она туда другого притащила. А строила из себя, невинную овечку! Крепко сжимаю кулаки, злость, ревность, отчаяние, все перемешалось внутри! Раздирает, рвет на части! Как так-то?! Почему я потерял все?! Домой я возвращаюсь поздно, в надежде что все уже спят, особенно Светка. В прихожей горит свет, как обычно мама оставляет для меня. Я тихо прохожу на кухню, надеюсь, что ужин мне оставили. Включаю свет и вздрагиваю от неожиданности. – Бать, ты чего здесь? – спрашиваю я, и по выражению его лица понимаю, что он капец какой злой. – Дверь закрой, – говорит отец. Я прикрываю дверь на кухню и сажусь напротив, сложив руки на коленях. Стыдно признаться, но я до сих пор боюсь отца. Боюсь его гнева, его строго тона. Отец редко меня ругал, только если что-то серьезное, да и порол он меня раза два всего, но вот эти его нахмуренные брови просто ужас нагоняют. Осознав, что трясусь как осиновый лист, я распрямляю плечи, стараюсь выглядеть как можно независимей. В конце концов, я взрослый мужик, ну что мне сделает дряхлый старик? Отец молчит, разглядывает меня как будто в первый раз видит. – Что?! – я не выдерживаю, – что ты на меня так смотришь, бать? – Да вот думаю, где же я ошибся? Как вырастил говнюка такого? – задумчиво говорит отец. – Что? – То! – повышает он на меня голос, – ты что Кире наговорил? Ты сдурел?! Какой еще тест ДНК? Да по Анютке без всякого теста видно, наша кровь! – Отец, давай я сам разберусь…– начинаю я. – Разобрался уже! – рявкает отец, – ты эту прошмандень когда из моего дома уберешь?! Ты вкурсе, что она мать обрабатывает на размен квартиры? – Что?! – таращу я глаза на отца. Вот Светка, дрянь конечно! – То! Как был идиотом, так и остался! Такую жену просрал, бизнес. Остался с акулой, которая готова нас уже по миру пустить! Это мать ее жалеет, а я не буду! Есть у меня внучка Анечка, рожденная в браке и другого внука, мне не нужно! А если уж ты ее выбрал, то забирай и живите по человечески! Не будет размена, пока я жив! Еще раз Киру обидишь, лишу всего! Живи со своей прошманденью, как хочешь! – Но Матвей не виноват…– мне становится обидно, Матвей же тоже мой сын. – Он не виноват, ты виноват, а из-за того что ты свой стручок в штанах не умеешь держать, я бездомным становится не собираюсь! Неделя тебе на все про все! Отец поднимается и тяжело опираясь на трость уходит в свою комнату. Сижу на кухне, есть почему-то перехотелось. Знаю, отец не шутит, возьмет и оставит без наследства, а у них трешка и я единственный наследник.