Глава 24

Галина Сергеевна звонит через неделю. – Кира, ты просила позвонить, – говорит она тихо. – Снова Света побежала к этому… – Галина Сергеевна, а вы не знаете, где она с ним встречается? – спрашиваю я, не представляя, где буду искать Светку с её любовником. – Она говорила по телефону, и я услышала про ресторан «Звезда», – сообщает пожилая женщина. – Вы не сказали, что я у вас была? – уточняю я. – Нет-нет, – быстро отвечает она. – Она бы рассердилась. – Хорошо, спасибо вам, тётя Галя, – тепло прощаюсь я. Так, время у меня ещё есть. Я звоню соседке и прошу присмотреть за Анечкой. Не торопясь одеваюсь и направляюсь к знаменитому на весь город ресторану. Сквозь окна дорогого заведения льётся мягкий свет свечей, играющий в переливах хрустальных бокалов. Я стою у большого окна, как заправский сыщик, щёлкаю камерой телефона. Вот они, голубки: Светка, хохочущая и без конца поправляющая волосы, и шикарный Рикардо. Даже издалека видно, что он – тот самый жгучий красавец, о которых мечтают героини любовных романов. Угольно-чёрные волосы, безупречные черты лица, белоснежная улыбка. Этот чертов итальянец, или кто он там, знает, что он совершенен. А Светка – дура, так и плывёт. Я снимаю всё, как он держит её за руку, её призывные взгляды. Хорошие фотки получились, сразу понятно, что у них отношения. Рикардо встаёт и направляется в сторону туалета, и Светка остаётся одна. Момент идеальный, так что надо действовать. Я захожу и, бросив подскочившему официанту: «Меня ждут», иду прямиком к их столику. – Привет, Светлана, – говорю, усаживаясь напротив неё. Мой голос звучит спокойно, но внутри всё сжимается. Вот и я опустилась до шантажа, но по-другому эта дама не поймёт. Она резко вскидывает голову, и её глаза расширяются от удивления. Потом на лице появляется раздражение. – Что тебе нужно? – рычит она, но её пальцы нервно барабанят по столу. – Расслабься, я тут не для того, чтобы портить тебе вечер, – вру я. Хотя на самом деле именно за этим. – Просто у нас с тобой остались неразрешённые дела. Светка закатывает глаза, но я замечаю, как напрягается её лицо. – Убирайся, Кира, у меня нет времени на твои мелодрамы, – огрызается она, но голос выдаёт её тревогу. Я склоняюсь к ней чуть ближе, и она невольно отклоняется назад. – Слушай внимательно, – говорю я тихо, почти шёпотом. – Если ты не перестанешь лезть в мою жизнь, я расскажу Максу про твоего Рикардо и про то, чем вы тут занимаетесь. Не думаю, что он будет в восторге. У меня и доказательства есть. А ты вообще уверена, что твой сын от Макса, а не от этого? Её лицо резко меняется. Она замирает, глаза сужаются от злости, но вот беда: за её спиной раздаётся голос. – О чём это вы? – Рикардо возвращается к столику, и его идеальные брови поднимаются от удивления. Он успел услышать окончание моей речи. Светка тут же напрягается ещё сильнее, явно пытаясь придумать оправдание. – Это неважно, – пытается увильнуть Светка, но итальянец только хмурится. – Светлана, у тебя есть ребёнок? И кто такой Макс? Кто эта женщина? – он переводит взгляд с меня на Светку. – Я её подруга бывшая, а Макс – мой муж и отец её ребёнка, – спокойно вставляю я, – а может, и нет… – Ребёнок? – Рикардо смотрит на Светку. – Ты что, совсем сумасшедшая? Ты думаешь, я собираюсь возиться с чужими детьми? Светка открывает рот, чтобы что-то сказать, но красавчик смотрит на неё с отвращением, затем разворачивается и уходит, не оглянувшись. Светка сидит передо мной, бледная, её губы дрожат. Мне даже становится её немного жаль, но тут же её лицо искажается злобой. – Гадина! – шипит она и пытается дотянуться до моего лица, но я отодвигаюсь. – Наслаждайся вечером, – бросаю я и покидаю ресторан, чувствуя лишь омерзение. Светка совсем завралась и портит жизнь всем вокруг. Я возвращаюсь домой, и мы с дочерью проводим замечательный вечер. Мне спокойно и хорошо: наконец у меня есть рычаг давления на Светку. Вряд ли она захочет лишиться и Макса – тогда ей не на что жить будет. Вечером мне звонит бухгалтер, Галина Семёновна. – Кира, я смотрю, вы договорились с Бариновым? – говорит она. – Нет, с чего вы взяли? – удивляюсь я. – Ну как же, заказов стало много больше, и в основном из фирм, принадлежащих Баринову, – объясняет она. – А, да-да, можно сказать, договорились, – отвечаю я. – Ну и хорошо, – говорит она и отключается. – Мам, ты чего? – тормошит меня дочь. Я понимаю, что сижу и улыбаюсь, сжимая телефон в руке. Узнаю своего доброго и отзывчивого Влада, а я уж думала, он совсем другим стал.