Глава 16

— Извините…

Мой сопровождающий на ходу обернулся.

Я не знала и не могла знать, как отреагирует на мою инициативу шедший впереди охранник, но не попытаться попросту не могла.

— Извините, я просто… Я ведь даже не знаю, когда он освободится.

У меня и сейчас язык не повернулся называть его по имени-отчеству. Если уж совсем начистоту, в адрес Барханова из меня наружу рвались только ругательства. Но прилюдное выражение моего к нему отношения никак не поможет мне добиться желаемого.

Охранник наморщил лоб:

— Ну, этого я тоже не знаю. Артур Анатольевич ничего не сказал. Сказал только отвести вас пока в гостевую.

— Я бесконечно благодарна ему за заботу, — я понадеялась, что от моих интонаций не разило сарказмом, — но, понимаете, мне очень нужно с сыном увидеться. Он где-то здесь, но я понятия не имею, куда его отвели. Вы мне не помогли бы?..

Выслушав мою просьбу, охранник остановился и покрутил головой, будто собирался выбрать новое направление.

Моё сердце затрепетало от прилива надежды.

— Сына вашего, кажется, в серой гостиной оставили. Ну, идёмте. Глянем.

Данька действительно оказался в элегантно обставленной комнате — с целой тележкой каких-то закусок и развлекавшей его разговором молоденькой горничной.

Когда мы с охранником возникли на пороге, она подскочила с подлокотника кресла, на который присела, и поздоровалась.

— Проходите, — она чуть сдвинула тележку в сторону и указала мне на диван.

Видимо, сразу сообразила, кто я такая.

— Я сейчас распоряжусь чаю свежего принести. Присаживайтесь.

Охранник помялся на пороге и тоже ушёл. Видимо, чтобы доложить своему хмурому хозяину, что с задачей в основном справился.

Интересно, что скажет ему Барханов, когда тот отрапортует, что к сыну меня отвёл?

Впрочем, какая мне разница?

Сейчас мне совершенно плевать, что на это скажет Барханов.

Стараясь не выказывать нервозность, я без лишней суеты опустилась на диван.

— Мам, а где ты была?

Данил старательно вытирал руки разложенным у него на коленях белоснежным полотенцем.

Да ему тут целый фуршет устроили.

Ну хоть об этом голова сейчас не будет болеть — ребёнок накормлен…

Учись, Варя, ценить даже те радости, которые кажутся крохотными на фоне происходящих невзгод.

— Я…

С отцом твоим окаянным говорила.

С отцом, который свалился на наши головы из ниоткуда.

И шансов на то, что мы сможем от него куда-нибудь деться, нет никаких.

Говорили мы так, что стены тряслись, но ни до чего не договорились. Примчалась его кошмарная невеста и добилась только того, что он выволок её из комнаты, а меня оставил в совершеннейшей неизвестности.

Думаю, сын не оценил бы мою искренность. Она бы его только больше запутала.

— Дань, время, конечно, самое неподходящее…

Неподходящее. Да хуже и не придумаешь!

— Мам, может, и ты покушаешь? — сын подхватил с тележки тарелочку с какими-то замысловатыми канапе, но меня от одного вида еды сейчас воротило.

— Спасибо, Дань. Не сейчас. Послушай… мы здесь не просто так оказались.

— А мне объяснили, — огорошил меня сын.

И сказал он это так спокойно, будто для него было самым обычным делом — ни с того, ни с сего посещать роскошный загородный дом какого-то совершенно неизвестного ему хмурого богача.

— Как — объяснили? Кто объяснил?

Сын поднял на меня ясный взгляд и с детской непосредственностью пояснил:

— Таня.

Я захлопала глазами, пытаясь сориентироваться.

— Таня?

Даня кивнул.

— Она мне всю эту еду привезла. И мы познакомились. Она тут работает, а на выходные домой уезжает.

— О…

Понятно. Он говорил о той самой горничной, которая его тут развлекала.

— А что она тебе объяснила?

Данил пожал плечами:

— Ну, она сказала, что мы тут в гостях. Что Артур… Артур…

— Анатольевич, — автоматически подсказала я сыну.

— Ага, — он кивнул. — Что Артур Анатольевич нас сюда пригласил. Мам, а он кто? Он твой знакомый?

Я медленно выдохнула, молясь про себя, чтобы не сделать всё только хуже.

Потому что я шла наобум. Я не знала верных ответов. Я не знала, что будет дальше. Я понятия не имела, как в итоге решит действовать мой бывший муж.

Но что бы он ни решил, он планирует познакомиться с сыном. И помешать его планам я не могла. Я могла лишь немножко сыграть на опережение.

— Даня, помнишь, ты как-то спрашивал, а я тебе говорила… кхм… я тебе говорила, что твой папа давно уехал от нас и теперь работает за рубежом?

Рано или поздно я собиралась рассказать ему куда более приближенную к правде жизни версию, но пока не хотела травмировать его рассказами о том, что родного папы у него не было, нет и не будет. Потому что такова уж взрослая жизнь.

— Он деловой человек, — повторил мою фразу Данил, и его глаза загорелись от внезапного понимания. — Артур Анатольевич его друг? Он его знает?

Я вздохнула.

— Дань, Артур Анатольевич и есть твой отец.