Глава 37

— Поговорить? — переспрашивает. И её взгляд вдруг делается сосредоточенным.

От более или менее расслабленной позы не остаётся и следа. Она вся подбирается, будто готовится вскочить и бежать.

Всё это и кое-какие друге нюансы продолжают сгущать краски в этой странной картине.

Вроде бы всё и так в ней понятно, но вот эта исключительная ясность почему-то его и не оставляет в покое.

А ещё ему почему-то никак не верится в то, что Варвара могла переборщить с седативным.

Он не мог бы припомнить, чтобы его жена…

Бывшая жена.

…чтобы его бывшая жена вообще седативные принимала.

Да, конечно, можно было бы возразить, что времени с тех пор, как она была его женой, прошло предостаточно. Многое могло измениться.

Всё верно. И всё это так. Если бы не одно очень важное «но».

Артур не мог бы с чистой совестью, положа руку на сердце, повторить всё то, что говорил ей в лицо.

И не мог бы игнорировать тот факт, что даже слишком хорошо знал, как и чем жила его бывшая супруга все эти годы.

Он не припомнил бы ни одного отчёта от своих самых доверенных людей, в котором бы сообщалось, что Варвара подсела на седативные.

А тут вдруг едва ли не целую пачку с утра проглотила.

Конечно, можно было бы возразить, что нынешние обстоятельства к тому располагают, но до этого они почти неделю прожили в относительном перемирии. Тогда откуда взялась эта тема с успокоительными?

— Варвара, я снова пообщался с врачом…

— Зачем? — нахмурилась она и безотчётно провела ладонью по одеялу, словно пыталась ухватиться за что-то невидимое. — Он сообщил тебе что-нибудь новое?

— В целом повторил уже то, что сказал накануне. Завтра я отсюда тебя заберу. Но вот список препаратов, следы которых в твоей крови обнаружили… — он не сдержался и в замешательстве качнул головой. — Там и правда какая-то адская смесь.

Он успел заметить, как вытянулись в полоску её губы, на которые успела вернуться краска.

— И зачем ты это мне сообщаешь?

А взгляд по-прежнему настороженный, немигающий. Будто ждёт от него какого-то подвоха.

— Разобраться пытаюсь.

— В чём?

— В том, что действительно произошло.

— Произошло то, что я очень надеюсь поскорее со всем этим покончить.

— Что ты имеешь в виду?

— Наше с тобой вынужденное соглашение.

— А поконкретнее?

Она сверкнула на него глазами, но ответила далеко не сразу. Словно ей пришлось по каким-то причинам всё хорошенько обдумать, прежде чем объяснить.

— Я съеду из твоего дома не позже чем через месяц. И очень надеюсь, что к тому времени Данил всё для себя поймёт.

— И что он должен понять?

— Что нам с ним нет места в твоей жизни. А тебе — в нашей.

Артур скрипнул зубами. Неужели она опять заведёт эту старшую шарманку? Когда они, казалось бы, уже покончили с этим вопросом!

Или это только ему так казалось, а она попросту до поры затаилась, чтобы снова вернуться к этому пройденному этапу, когда подойдёт срок.

А какого срока она, спрашивается, выжидает? И что это за такая конкретика — «не позже чем через месяц»?

— Ты уже и сроки установила.

— Месяца вполне достаточно, чтобы всё для себя понять.

— Не тебе решать.

— Не тебе мне указывать.

Она снова ожесточилась. Что-то снова заставило её закрыться и выпустить иглы.

— Знаешь, я начинаю всё больше сомневаться в том, что до конца понимаю, что сегодня стряслось.

— Меня твои сомнения не интересуют, — огрызнулась Варвара. — Я тебе не доверяю, Артур. Не доверяю и уже доверять никогда не смогу. Потому что… что бы ни случилось и что бы ни происходило, ты никогда не будешь на моей стороне. Поэтому в последний раз тебе говорю. Через месяц мы с Данилом вернёмся к своей прежней жизни. Я приложу все усилия к тому, чтобы так и случилось.

— Это пустые обещания.

— Посмотрим. Не исключено, что не одна я ими грешу.

— Варвара, что ты скрываешь?

Она обдала его ледяным взглядом.

— Даже не надейся на то, что я возьмусь с тобой откровенничать.

Артур прищурился, изучая её пристальным взглядом.

Она выглядела… нет, не испуганной. Но в высшей степени настороженной и нервной, издёрганной.

— Я услышал тебя, — решил он до поры завершить этот бесполезный разговор. — Но не думай, что ты поставила точку. Оставим наши споры до тех пор, пока ты окончательно не поправишься.

— Благодарю за заботу, — язвительно отозвалась она.

— Кстати, о заботе, — он наконец-то подгадал тот самый момент, чтобы застать её этим вопросом врасплох. — Это правда, что с того момента, когда тебе сделалось плохо и вплоть до того момента, когда ты пришла в себя, в этой палате, с тобой была Ирина? Что благодаря ей удалось в кратчайшие сроки вызвать неотложку и оказать первую помощь?

Вопросы возымели должный эффект — Варвара застыла. Он видел плескавшееся в её глазах подозрение, которое выдавал слегка прищуренный взгляд. Что она хотела для себя разгадать? С какой целью он обо всём этом интересуется?

— Знаешь что? — наконец процедила она сквозь стиснутые зубы, будто ей внезапной судорогой свело нижнюю челюсть. — Почему бы тебе все эти вопросы не задать своей невесте? Уверена, ты получишь те ответы, которые ждёшь.

Артур нахмурился.

— Звучит совершенно не подозрительно, — проворчал он, надеясь, что упрёк в его тоне стопроцентно услышан. — Варвара, что ты пытаешься мне этим сказать?

— Чтобы ты держал свою заботливую невесту от меня и моего сына подальше! — взорвалась вдруг Варвара и разразилась слезами.