Глава 26

— Я просто ненавижу! — восклицает Яна, всю дорогу молчащая, но вот только мы вошли в квартиру, так ее начало разрывать на части. — Их обоих! Мы можем сделать так, чтобы больше не видеть их никогда?

— Так не получится, Ян.

— Тогда мы можем хоть как-то их наказать⁈

Я присаживаюсь, но снимать сапоги не собираюсь. Мне сейчас ехать. Я уже Аню уведомила о своем решении. Она ждет меня.

Скоро все закончится…

Только уже нет у меня прежнего предвкушения.

Это состояние пугает меня.

Какая-то неопределенность родилась у меня в сердце по дороге домой.

— Мам, ты слышишь? Или тебе пофиг?

— Мне не пофиг, — убираю локти с колен, откидываюсь к стене. — Наказать? Твою сестру и отца? Сестре твоей я ничего делать не буду. Она моя дочь. Как и ты. Вы просто… разные.

— Угу, разные. Ты наивно думаешь, что она изменится с возрастом, но эта змея только хуже станет. Папочка обеспечит ей безбедную жизнь, а она будет ходить, вытирая обо всех ноги. Для нее все как должное.

— Перестань… У меня голова кругом, Яна. Мне еще ехать сейчас…

— Куда тебе ехать? В магазин? А что по дороге не заехали?

— Нет, не в магазин. Просто… надо.

— У тебя же голова болит. Сейчас я тебе таблетку дам, — и сумку мою с комода хватает, зная, что у меня там таблетки лежат. У меня всегда с собой таблетки от головы. Мне так паршиво, что я не сразу соображаю, что дочери в мою сумку залезать нельзя.

Она эти бумажки с УЗИ находит. Но пока не понимает, что это.

— Яна, дай сюда! — подрываюсь с сильным головокружением.

— Что это? — Яна пытается развернуть и пятится от меня. — Это из больницы? Ты меня обманула⁈ Ты чем-то больна?

— Нет! Яна, отдай!

Дочь срывается быстрее ветра в сторону своей комнаты. Как бы я не спешила — она успевает закрыться.

— Яна, немедленно открой! — бью ладонью по двери. Хотя это уже бесполезно. Дочь сейчас все подробно изучит.

Я не хотела, чтобы она знала. Не хотела… По многим причинам.

Успокоившись, я отхожу от двери и присаживаюсь на диван в гостиной. Жду дочь. Она приходит около двух минут спустя. Я на нее не смотрю, пока она близко не подходит с этой бумажкой в руках.

— Мам… Это правда? — тихо спрашивает Яна с каким-то сочувствием во взгляде и голосе.

— Правда, Яна.

— Папа… Глеб Михайлович знает? — спрашивает, но тут же дает правильный ответ сама: — Нет, не знает…

— Не знает.

— Почему ты ему не сказала? — садится рядом.

— Потому что… потому незачем ему знать, — судорожно выдыхаю. — Ребенка не будет.

— Как это не будет? — Яна словно не верит. — Он же… есть.

— Яна, ты большая уже девочка и знаешь про одну известную процедуру, верно?

Яна округляет глаза.

— Что⁈ — резко встает с дивана. — Ты будешь делать аборт?

— Буду, Яна.

— Почему⁈ Потому что этот ребенок от него? Потому что ты его ненавидишь? Мой брат должен умереть из-за твоей ненависти к этому предателю?

— Брат?.. Яна, срок еще очень маленький…

— Я думаю, что это мальчик.

Я тоже об этом думала…

Но мне не суждено узнать наверняка.

— Дело не в твоем отце… Я просто не могу. Наша жизнь теперь другая, Яна.

— Ой, мам, не надо про трудности жизни… Я все понимаю. И все опять же сводится к тому, что папашка тебя бросил! Да пошел он! Неужели ты его так сильно любишь⁈

— Что?

— Ну, ты все делаешь для того, чтобы он не парился, мам. А стоило бы его напрячь его как следует. Ты хоть понимаешь, что теперь можешь не допустить развод? Он не может без твоего согласия с тобой развестись. Ты с ним можешь. А он с тобой нет, — с озорным огоньком в глазах говорит дочь.

Конечно, я понимаю, что могу так сделать. Но ради чего?..

— Ты же вроде говорила, что мне стоит цепляться за отца.

— А я не про то. Нафиг он не нужен. Но не надо допускать, чтобы он на этой кобыле женился.

Глеб

— Ты зачем так с матерью говорила? — спрашиваю дочь по пути домой. — Я с тобой разговариваю! Телефон убери.

— Ну она сама начала…

— Ты еще оправдываться будешь? Ты не имеешь никакого права разговаривать так с матерью. Даже когда тебе будет тридцать. Никогда! Запомни это! И что за разговоры о том, кто и кого содержит? Тебе что, до черта об этом много известно, а?

— Я знаю, что ты за все платишь.

— Это не твое сопливое дело, поняла? Чтобы я больше не слышал. Забудь о любых покупках на ближайший месяц.

— Но пап… Я хотела…

— Не папкай! Я все сказал. А вздумаешь это все с Лорой обсуждать и за спиной у матери ее грязью поливать, — то я еще придумаю для тебя санкции. Ты только так понимаешь. Значит, будем так тебя воспитывать.

— Папа!

— Все. Тишина! И чтобы я больше не видел тебя в подобной одежде. Повторять не буду.

Какой несуразный броский хлам, а не одежда.

По приезду Кира пулей выскакивает из машины и быстро идет к дому. Пусть попсихует.

Я за ней. Передохну дома часок, с Лорой увижусь. Расслаблюсь немного и обратно в офис. На сегодня хочу забыть обо всем этом. Яне нужно больше времени, чтобы все принять, как и Вике.

В холле я слышу смех. Знакомый. Но не Лоры. А моей матери.

Она тут?

Я же ей сказал, что планирую устроить официальное знакомство с моей будущей женой где-нибудь через неделю. Не вытерпела и приехала. Лора не посмела бы вызвать мою мать. У нее сегодня планы были.

Захожу в гостиную и вижу, что Лора мать чаем поет.

— Глеб, привет! А тут твоя мама заехала!

— Вижу… Здравствуй, мама.

— Сын, что же ты так долго откладывал мою встречу с этим ангелом? — расплывается в улыбке мама и подносит чашку с чаем к губам.