Глава 54

Не проходит и часа, как я уже в лифте их дома.

Если это правда…

Как она посмела мне не сказать⁈

Больше всего меня интересует, когда она узнала: до того как я привел Лору в наш дом или после. Если после, то… это все бы изменило.

От Киры я ничего больше не узнал. Она ничего из УЗИ не запомнила. Только имя матери на нем увидела. Странно, что Кира фото не сделала.

Мне некогда было ругать дочь за то, что она лазит по чужим вещам. И если бы не ее нездоровое любопытство, то сколько бы я еще не знал? Пока бы большой живот не появился? Или она и на этот случай что-нибудь придумала?

Вика это специально. Она хотела мне больно в ответ сделать. И сделала. Еще как. Для меня это удар. Я отец, и не знаю! Вот я только откровенно говорил с ней о том, что она не виновата в том, что после девочек у нас больше нет детей. Даже тогда она не призналась мне.

Я заслужил все это, но все же очень злюсь.

Звоню в дверь. Много раз подряд. Ключей-то нет.

Открывает мне дочь. Она лишь слегка приоткрыла дверь, и теперь смотрит исподлобья.

— Зачем ты приехал?

— И тебе привет, дочь, — дергаю ручку дверь и вхожу в квартиру. Нет у меня терпения на уговоры. — Где твоя мать? — высматриваю ее повсюду.

— Ее нет. Так что уезжай, — к стенке встает и руки скрещивает.

— Как это ее нет? А где она? — на часы смотрю. — Уже восемь вечера. Темно.

— Мама младше тебя всего на пару лет. Она не маленькая, чтобы она перед тобой отчитывалась по поводу своих уходов, когда стемнеется. Тем более ты ей больше не муж.

Дочь ненавидит меня. Говорит, что думает.

Не боится даже после той моей ошибки.

Ей слишком обидно за мать.

Мне что-то подсказывает, что Яна обо всем знает. Вика не могла и от нее скрывать.

— Яна, — выдыхаю спокойно, — просто скажи мне, где мама. Мне срочно нужно с ней поговорить.

— Она пошла ужинать.

— Куда? С кем?

— С Захаром. Я не знаю куда.

— Это еще кто?

— Это ее фотограф. Он маме и помог найти работу, свел ее со своей подругой дизайнером одежды. Кстати, мама ему очень нравится, иначе он так не помогал ей, — дочь нарочно меня злит. — Так что не мешай маме строить свою новую жизнь без тебя.

На что я снимаю обувь и иду быстро в гостиную. Яна за мной молча.

Я поверил дочери, что ее нет дома. Мне другое нужно.

Кира сказала, что она залезла в комод в гостиной и увидел ту бумажку. Вряд ли она ее переложила.

— Что ты делаешь? Там мамины вещи!

В первом ящике роюсь — ничего.

Сразу опускаю вниз, чтобы открыть последний. Может, там тайник. Там-то я нахожу, что мне нужно.

Встаю и смотрю на разгневанную дочь, которая явно понимает, что у меня в руках.

— Ты знала, да?

— Интересно откуда знаешь ты. А, я догадываюсь. Кира раньше любила и в моих вещах лазить. Я знала, что она что-нибудь, да сделает! Но не думала, что такую гадость.

— А что она сделала? — подхожу ближе к Яне. — Сказала мне правду.

— Да она крыса!

— Хватит о Кире. Давай об этом, — трясу бумажкой.

— Ты не должен был узнать.

— Это еще почему?

— Потому что мама не хотела, чтобы ты знал. Потому что она знать тебя не хочет. И я тоже после всего. То, что ты расстался со своей подстилкой — ничего не меняют. Тебе просто так удобно вдруг стало.

Проигнорировав обидные слова дочери, я смотрю заключение УЗИ. Изучаю внимательно.

— Что, сверяешь? Есть мысли, что мама могла тебе изменять? Ты отвратителен, Глеб Михайлович, — шипит Яна и, резко развернувшись, хочет уйти.

— Яна!

— Что? — оборачивается и смотрит устало.

— Ты ведь знаешь, где мама. Скажи мне.

— Зачем? Чтобы ты все ей испортил? Сорвал ее планы? Тебе же так нравилось, что мама вся такая бесполезная рядом с тобой. Теперь она не такая.

— Я не собираюсь ничего портить ей. Я просто хочу с ней поговорить.

— Придется подождать, когда она вернется тогда. Потому что я правда не знаю, куда именно она поехала.

— Тогда позвони и спроси.

— Ага, бегу уже! Я не стану тебе помогать. Мама уже приняла решение. Она сказала, что этот ребенок не будет иметь к тебе никакого отношения. И я на ее стороне. Против нас двоих ты не справишься.

Господи…

Я полностью это заслужил, но смириться не могу. С тем не могу смириться, как за такое короткое время разрушил свою семью. До основания.

А ведь надо было просто подождать. Вскоре бы я понял, что нет у меня никаких чувств к Лоре. Все бы прекратилось. А Вика ничего бы не узнала.

Да… Все равно гадко так думать. Вообще ничего не должно было у меня с Лорой начинаться. Я должен был сказать себе «нет». Ведь я так и сказал сначала. А потом поддался.

— Дочь, я тебе не враг. И маме твоей тоже.

Вика, наверное, просто боится, как я могу себя повести, потому и молчит.

— Нет, ты наш враг номер один. Тебе ничего не жаль. Ты просто поменял решение. Ты его снова поменяешь, как тебе только приспичит.

— Прошу, позвони матери. Пускай она приезжает.

— Я уже сказала — нет! Я ее беспокоить не буду. Сам ей звони, — и убегает к себе в комнату.

Сейчас точно Вику обо всем предупредит.

Ну ничего.

Она все равно сюда вернется. Еще поспешит, когда узнает.

Сажусь на диван и принимаюсь ее ждать.

Не проходит и часа, как я слышу дверь, от чего открываю глаза. Задремал. Это все эта изнуряющая боль. Она то накатывает, то внезапно исчезает, будто ее никогда и не было.

Слышу, как она сбрасывает с ног сапоги, еще что-то бросает. Вскоре залетает в гостиную, заставая меня спокойно сидящим на диване.

— Ну, здравствуй.