Глава 65

Напрасно он девочек отослал.

Сейчас будет разговор, которого я хотела избежать, надеясь, что он уже со всем смирился, пока лежал столько времени. Но он как всегда принял мою доброту за слабость.

— Что ты хотел сказать мне наедине?

— К чему такая спешка?

— Ты же вернулся.

— Это твой аргумент? Как я тебе мешаю?

— Глеб, не делай вид, что не понимаешь. Я Киру не хотела одну оставлять. Только поэтому жила тут. Я ждала, когда ты вернешься, чтобы немедленно покинуть эти стены.

— И что, тебе тут плохо?

— Не начинай… Ничего не изменилось. Я заботилась о тебе только потому, что ты отец моих двоих… троих детей. Я поступила порядочно с тобой. Во второй раз.

— Значит, ты все-таки признаешь меня отцом нашего третьего ребенка?

— Признаю.

— И это значит…

Я долго думала, пока он лежал в больнице. Время подумать у меня было. О нас. Обо всем.

Не могу я лишить своего сына отца.

Да, сына.

Я проверила пол ребенка по крови, как мне посоветовала Аня. Все-таки любопытство взяло свое.

У меня действительно будет мальчик.

Никто пока не знает. Я даже Яне не сказала. Скажу чуть позже.

Он ведь так мечтал об этом ребенке. О сыне.

Я вот думаю, узнай он немного раньше о том, что у него будет сын, стал бы он приводить ее в наш дом и выкидывать из окна шестнадцать лет жизни со мной?

Я думаю, что нет.

Он в тот же миг остепенился бы. Я в этом почти уверена. По крайней мере, не выкинул бы из дома.

Но мне все равно не легче.

Он сделал свой выбор. И для него оказалась важна девка, с которой у него был лишь хороший секс. Он получил новые эмоции и тут же решил, что сможет пережить похожее, как со мной когда-то пережил. Но его ждало глубокое разочарование. А мне теперь что, взять и простить его? Предоставить второй шанс?

Не могу и даже… не хочу.

— Это значит, что ты будешь его отцом. Он будет знать о тебе.

— Он?..

— В смысле ребенок. Может, дочь, а может, сын…

— Мне правда все равно, кто именно у нас родится. Дочь или сын. Лишь бы здоровый ребенок.

— Да… И я сразу хочу тебя предупредить: мой ребенок будет со мной. Никакой совместной опеки. Он будет жить со мной. Но против встреч я ничего не буду иметь против.

Глебу глубоко неприятно это слышать. Он морщится, борется с тем, чтобы не сказать что-нибудь в своем стиле.

— Да, я понимаю… И я тебе благодарен, что позволяешь быть рядом.

— Все только ради детей, Глеб. Моя боль, обида на тебя… все по-прежнему. Даже сильнее.

— Почему?

— А я только что осмыслила все до конца. Сейчас я смотрю в твои прежние глаза и понимаю, что ты искренен, и ты такой как раньше. Но те твои глаза… Ты тогда перестал быть моим мужем. Ты был кем-то другим.

— Так и было. Это был… не я.

— Но это тебя не оправдывает. Ты сам это все выбрал. Сам поддался этому. Я… я бы никогда так не поступила. А ты оказался способен на это.

Глеб с трудом поднимается и направляюсь ко мне, садится рядом на диван, на котором я сижу, но не очень близко, не нарушая мое личное пространство.

— Вика, я не жду, что ты простишь меня сегодня, завтра… И вообще на прощение я не рассчитываю. Да, я надеялся, что ты останешься тут на какое-то время, но я понимаю почему ты не можешь этого сделать. Поэтому… Оставайтесь тут. А я съеду.

— Что?..

— Живете тут с девочками. И Кира тоже. Знаю, ты исправишь все то с Кирой, что я натворил.

— Вот как… Ты теперь решил спихнуть на меня свои косяки?

— Я говорю как можно сделать. Просто предлагаю. Я намерен принимать участие в жизни девочек. Не только материальное. Просто пытаюсь найти правильное решение для нас всех.

Он такой рассудительный стал. Где был его мозг, когда он тащил эту тварь сюда?

— Ты правда думаешь, что после всего этого я смогу считать это место своим домом? Ты выгнал меня отсюда, чтобы жить с ней тут. Она тут ходила, прикасалась ко всем этим вещам… Да эта тварь все тут осквернила, все то, что я считала святым. Ты ей это позволил, — смотрю в другую сторону, чтобы он не видел гнева на моем лице. — Я тут жить не буду. Это уже не мой дом.

— Тогда я куплю вам новый. Любой новый дом, на которой ты укажешь и на который будешь иметь права только ты. Прошу, Вика, не отказывайся. Не относись к этому как облегчению моих грехов. Мои грехи ничто не облегчит. Я просто хочу, чтобы вам было комфортно с детьми. Я буду приезжать только по приглашению.

Вместо того чтобы гордо отказаться, я вспоминаю о том доме, который нам с Яной так понравился. Не знаю, продается ли он до сих пор… Цена немаленькая. Скорее всего, да.

Разве я должна отказываться от такого предложения?

Я и сама смогу заработать на дом. Но не сейчас. А ребенок уже скоро родится.

Захар уже знает о моем положении, и пообещал мне, что найдет для меня новые контракты. Он очень добр ко мне. Несмотря ни на что. Мне пришлось ему признаться, что беременна, потому что не хотела подставлять его. Он активно рекламировал меня среди своих знакомых, друзей, хоть я и не просила. Я не стала его подставлять. А новые контракты связаны с одеждой и товарами для беременных. Я с удовольствием поучаствую. Надеюсь, мое самочувствие мне позволит.

— Если ты так хочешь нам помочь, то… я согласна.

— Правда?

— Правда. И я сама выберу дом. У меня уже есть один на примете… Только не знаю, продается ли он до сих пор.

— Прямо сейчас и узнаем, — и смеет накрыть мою руку своей.

Я тут же освобождаюсь от нее.

— Не надо…