Глава 64

Глеб. Неделю спустя…

— Как ты, сынок? — спрашивает мама.

Это ее второй визит за все это время.

Я ее особо и не ждал.

Когда дверная ручка дернулась, то я уже обрадовался, что это снова Вика ко мне пришла. Но нет. Она сегодня уже была. Еду мне приносила. Девочки были вчера вечером — им я тоже был рад. Брат тоже, конечно же, был у меня. Подбадривал. Фрукты принес. Вообще прекрасно, когда у тебя есть семья. Я в какой-то момент словно ослеп и перестал это ценить.

А мать… в ней я окончательно разочаровался.

Яна мне рассказала, что она говорила Вике, когда приходила к ним.

Я с ней это не обсуждал. Но боюсь, что сейчас не сдержусь, если она снова что-нибудь начнет.

— Нормально. Зачем ты снова пришла? — у меня от этих новых обезболивающих так башка кружится.

— Что значит… зачем? Я твоя мать. Ты зачем меня так обижаешь? — готова слезу пустить.

— Одного раза было достаточно.

— Ты обижаешься, что Я не приходила шесть дней? Да у меня давление было сильно высокое, еле вставала. Провалялась в постели.

Знаю я ее давление. Не то чтобы я таким образом говорю, что моей матери на меня наплевать. Просто она умеет исчезать, когда ей надо.

— А еще ты прекрасно знала, что Вика обо мне позаботится. Что, все еще считаешь ее недостойной меня?

Даже не смотря на все мои поступки она рядом со мной в трудную минуту. Я бы тоже был рядом с ней. И не из жалости, как она думает. Я ее люблю.

— Твоя Вика, надо сказать, показала свое истинное лицо. Но все же… — вздыхает мама, — раз ты так хочешь, то я больше стану совать вам палки в колеса.

— Спасибо большое, мама, — саркастично.

— Тем более она ухаживает за тобой. Тебе еще долго восстанавливаться.

— А, Вика для тебя внезапно стала хороша как сиделка?

— Ну почему же… Может, ей и удастся здорового ребенка тебе родить.

Как у нее только язык поворачивается.

— Ты же хотела, чтобы она потеряла ребенка. Не так ли?

Мама сглатывает.

— Не могла промолчать, зараза такая… — шипит мама себе под нос, бегая глазами. — Да я же это не серьезно. Она просто разозлила меня.

— Ты еще оправдываться вздумала? Ты считаешь, что можно было такое говорить?

— Сын…

— Ты перед Викой хоть извинилась? Нет, конечно.

— Да твоя Вика… — осекается. — Она оскорбила меня. Я пришла сказать ей, что не против, чтобы вы были снова вместе, а она надменно мне сказала, что ты ей даром не нужен. Разумеется, я не могла не пойти на конфликт после такого.

— Ты вообще не должна была к ней приходить, — напрягаюсь, чем вызываю волну боли по всему телу. — Одобрения какие-то свои высказывать. Кто тебя вообще спрашивает? Ты всегда только встревала в наши отношения, у тебя вечные претензии под видом заботы. Все, хватит, мама. Хватит делать вид, что твоей мнение что-то значит. Ничего оно не значит. Я сам во всем виноват, и сам будет все исправлять. А ты, будь добра, держись подальше.

Мама тут же подрывается с места, говорит какой я бессовестный и убирается из палаты.

Обиделась.

Пускай.

Мне сейчас не до ее нытья и притворства.

Сейчас мне надо набраться терпения.

Я встану. Не скоро, но встану. И чувствую, что этого не заслуживаю. Это случилось не просто так со мной. Так должно было случиться. И дальше все зависит от меня.

Виктория. Два месяца спустя…

Сегодня я забираю его домой.

Два месяца он лежал в больнице. На реабилитации.

Теперь сам, своими ногами, он входит в дом. До идеальной походки еще далековато, но палочка уже не нужна.

— Осторожно, — говорю ему.

Сегодня мой последний день здесь.

Я съеду.

Кира останется здесь. А Яна вернется со мной обратно в квартиру. Я соглашалась тут жить все это время потому что не хотела, чтобы Кира была одна. Все-таки у нее есть мать. Но теперь ее отец снова на ногах, так что…

Мы с ним этого не обсуждали, но как бы мне его согласия и не нужно. Кира сама сказала, что будет с отцом, чтобы ухаживать за ним. А Яна там, где я. Теперь так… Семья раскололась на две, стараниями моего бывшего мужа.

Хотя, должна заметить, девочки стали мягче друг к другу. По-моему, им надоело скандалить. После ссор был игнор, а сейчас они даже контактируют по мелочам. Это, конечно, не сестринская дружба, но уже неплохо. Кира изменилась. Стала думать, что говорит и делает. Случившееся с отцом сильно ее потрясло. В то время как Яна тоже перестала ненавидеть отца. Она теперь просто не доверяет ему.

— Пап, ты устал? Принести воды? — предлагает Кира отцу, когда тот усаживается на диван.

— Да, принеси.

Кира убегает на кухню.

— Ноги болят? — интересуется Яна.

— Да уже нет. Просто слабость, — говорит Глеб, а поглядывает на меня. — Ты себя как чувствуешь? — опускает взгляд в район моего живота, который немного проявился, но из-за моего объемного свитера ничего не видно.

— Нормально, — отвечаю одним словом, оставаясь холодной с бывшим мужем. — Мы сегодня с Яной уезжаем, — оповещаю его. — Нам пора вернуться к обычной жизни. Кира с тобой останется. Она сказала, что будет за тобой ухаживать, сама готовить тебе. Как по мне, хороший способ ее испытать. Она, кстати, исправляется. Так что не будь к ней сильно строг.

Я Глеба явно неприятно удивила. Наверняка он рассчитывал, что я тут останусь и как-то все приживется.

Кира приносит стакан воды.

— Спасибо, Кир. Девочки, оставьте нас с мамой наедине, пожалуйста.