Глава 10

Глеб

— Пап, я тебе говорила, что Янка не согласится, — говорит дочь, сидя рядом на соседнем сиденье. — Она ненавидит меня, и тебя тоже. Орала как больная какая-то.

— Помолчи, Кира.

— Прости, пап… Элеонора уже нас ждет в ресторане?

— Да, ждет, — сухо отвечаю дочери. От нее сообщение пришло. — Ей ничего не говори про все это. Ты меня поняла?

— Не буду.

Не хочу, чтобы она расстраивалась.

Я настраивал ее с самого начала на то, что все будет хорошо, что мои девочки ее примут. Конечно, она им не мать. Но уважать они ее обязаны, как мою женщину. И Яна тоже.

Вика ее накрутила. Яна всегда была ближе к ней. И теперь я ее в глазах предатель.

Уж в глазах Вики подавно.

Она все в толк не возьмет, почему я это сделал именно так. Да потому что иначе бы она не поняла. Скажи я ей просто тет-а-тет, что у меня есть другая, она бы не поверила, стала бы сопротивляться, мучила бы себя и меня. А так она сразу все поняла. Я сжег все мосты. После такого возврата нет. Он мне и не нужен.

Я Вику очень любил. Даже слишком. Еще лет десять назад мне казалось, что эта моя любовь к ней никогда не иссякнет. Даже страшно было. Мне нравилось в ней все. Одержимым себя считал. Я не побоялся жениться рано и взять на себя ответственность.

Но что-то изменилось. Еще пару лет назад. Я долго отказывался это принимать, но когда наконец принял, то стало тошно. Я смотрел на нее и понимал, что больше не люблю эту женщину. Это только поначалу. Потом ко всему прочему подключилось раздражение, желание срываться на ни в чем не повинную женщину. Вика, конечно же, думала, что это издержки моего характера, проблемы в бизнесе и стресс.

Я больше так не мог. И я начал думать, как это все прекратить.

Лора моя отдушина.

Мое будущее.

Да, можно предположить, что чувства к ней тоже исчезнут, но я предпочитаю думать и надеяться, что я просто не доживу до этого. Главное достоинство Лоры: ее молодость. С ней я и сам чувствую себя моложе. Рядом с Викой я чувствую себя стариком. Мне кажется, что мы лет сто прожили вместе. Я столько дал этой женщине, сколько далеко не каждый бы мужчина смог бы дать.

Я, конечно же, вину чувствую. Но не за то, что хочу, чтобы она покинула дом. И не за дочерей, которые должны остаться. А за то, что я не выполнил своего обещания — быть с ней до конца.

Она тоже своего обещания не выполнила.

Она обещала, что родит мне сыновей, но после рождения дочерей она забыла об этом. Пять лет назад я понял, что ей вообще это не нужно. От разговоров об этом она всегда отмахивалась, говоря о том, что нам хватит наших девочек. Ну а я что… Я делал, что мог, чтобы было как я хочу, но не все же от меня зависит.

С Элеонорой я получу все, что я не получил с Викой. А Вика сможет прожить остаток жизни как захочет. Я ей это обеспечу. Отчасти справедливо.

— Пап, а что вообще будет дальше? — интересуется дочь, прерывая мои размышления. — Я про тебя и маму.

— Что тебе мать еще говорила?

— Я же сказала, она стыдила меня за то, что я ей ничего не сказала о Элеоноре. Она была очень злой. Она весь день со мной сегодня не говорила. Даже не смотрела на меня.

— Не принимай близко к сердцу.

— Она стала злой. И она за Яну. Вот пусть с ней и живет. А я буду с тобой и Элеонорой жить.

— За что ты так ненавидишь свою сестру? Почему ты не помиришься с ней? Ваша вражда давно нас с матерью утомила.

— Потому что она бесит меня. Ты же сам слышал, что она тебе говорила.

Да, я слышал. До сих пор перевариваю слова дочери. Яна твердо приняла сторону матери.

Я сказал Вике, что девочки останутся со мной, потому что был уверен, что они захотят остаться. Не потому, что Вика плохая мать и они любят больше меня. А потому что я глава семьи, я их обеспечиваю. Я хотел, чтобы они были рядом. И жили как раньше.

Но Яна четко обозначила свою позицию. Что ж, посмотрим.

Подъехав к ресторану, мы с дочерью выходим из машины и быстро следуем внутрь заведения.

Элеонора уже ждет нас за столиком. Машет нам рукой. Красавица моя. У Элеоноры особенная красота, выделяющаяся. А какой блеск в ее голубых глазах…

Кира радостно бежит к ней, чтобы обнять.

— Прости, что опоздали, — извиняется дочь.

— Ну что ты, милая. Привет, — целует Киру в щеку и на меня взгляд наконец-то переводит. — Привет…

— Привет, цветочек, — невинно целую свою возлюбленную. Я бы поцеловал ее иначе, если бы не Кира. Нечего ей на наши страсти смотреть. — Заждалась?

Мы рассаживаемся по местам. Мы с дочерью садимся напротив Лоры.

— Да нет, я же вот только приехала. Я тебе сообщение кидала. А где же Яна?

— Я пойду схожу в туалет, — говорит Кира. Это кстати. Сможем поговорить.

— Что случилось? — разочарованно смотрит Элеонора.

— Яна… не смогла приехать, — руки к ней тяну по столу. Она мне свои протягивает.

— Не смогла или не захотела?

— Ну, то и другое. Ей пока сложно все принять. Она за мать очень переживает, — объясняю я ей. — Не бывает же ничего идеального, — усмехаюсь. — Кира все понимает, моей маме ты тоже понравилась…

— Она тебе так сказала?

— Ну да. Я скоро устрою вам встречу. Она мне сегодня днем звонила, спрашивала о тебе.

— Я с радостью, ты же знаешь, — очаровательно улыбается. — А твоя жена… она как вообще сейчас? — обеспокоенно спрашивает Лора. — Ты с ней поговорил?

— Да, мы говорили сегодня утром, — вздыхаю. Это не то, что мне хотелось бы сейчас обсуждать, но пока Киры нет, то мы можем поговорить. — Она все понимает. Я уже сказал ей, как все будет.

— Она не против, чтобы девочки остались с тобой?

— Мы все еще это обсуждаем.

— А процесс с разводом уже запущен?

— Пока нет. Но я займусь этим уже на следующей неделе. Не переживай, — сильнее сжимаю ее маленькую ручку. — Давай сегодня не будем об этом. Просто… отдохнем.

— Конечно. Прости…