Глава 24

Я сижу за кухонным столом, уткнувшись взглядом в чашку кофе, которую Булат поставил передо мной. Внутри все кипит, но я упрямо молчу. Булат, конечно, это замечает, но, вместо того чтобы оставить меня в покое, садится напротив, с той самой знающей ухмылкой, которую я уже начинаю ненавидеть. – Ты так и будешь дуться весь день? – спрашивает он, облокотившись на стол. – Я не дуюсь, – резко отвечаю я, даже не взглянув на него. – Правда? – его голос звучит так, будто он мне не верит. – А мне кажется, ты злишься. – Это не злость, – парирую я. – Это раздражение. Большая разница. Он усмехается, его глаза сверкают от удовольствия. – Хорошо, тогда скажи: раздражение – это потому, что тебе неприятно проводить время со мной? Или потому, что тебе слишком приятно, и ты боишься это признать? Я сжимаю чашку так сильно, что пальцы побелели. – Булат, ты можешь перестать меня провоцировать? – Я не провоцирую, – отвечает он, подаваясь чуть вперед. – Я просто задаю вопросы. Я бросаю на него раздраженный взгляд, но он только ухмыляется. Его спокойствие выводит меня из себя, но еще больше меня бесит то, что он снова прав. Я действительно боюсь. Но признаться в этом – последнее, чего я хочу. – Знаешь что, – говорит он, откинувшись на спинку стула. – Почему бы нам не пойти на завтрак? Вернее, уже на обед. Я все-таки обещал тебе хотя бы нормальный отдых. Я пожимаю плечами, стараясь казаться равнодушной. – Ладно. Только не думай, что твой план сработал и мы будем хорошо проводить время вдвоем. Вчерашнее было ошибкой, это не повторится. – Даже не думал, – говорит он с той же легкостью. – Я знаю, что ты делаешь все, чтобы не оставаться со мной наедине. Но ничего. Я терпеливый. В ресторане отеля я выбираю столик у окна, а Булат садится напротив, пододвигая мне меню. – Заказывай побольше, – говорит он. – Тебе понадобится энергия, если хочешь снова покататься. – Держи свои советы при себе, я еще не решила, чем заняться сегодня, – бросаю я саркастично, рассматривая меню. – Ты такая милая, когда сердишься, – улыбается он. – Я не сержусь, – парирую я, поднимая на него взгляд. – Просто ты меня бесишь! – Чем именно? Тем, что я хочу провести с тобой время? Так это наше обоюдное желание, просто ты не хочешь признавать правду. – Ох, заткнись! – бросаю в него салфетку, которую сжимала в руке. Булат смеется, но прекращает меня доставать, начиная изучать свое меню. В итоге мы оба делаем заказ и остаток обеда проходит в молчании, потому что я игнорирую его попытки завести разговор. После обеда мы выходим на улицу и Булат предлагает: – Пошли кататься. – Зачем? – Потому что это весело, – отвечает он, пожимая плечами. – Я не хочу, – говорю я, чувствуя, как внутри просыпается привычное упрямство, но мне хватает всего секунды, чтобы понять – оставаться в доме наедине с ним будет еще худшей идеей. – Хотя… Ладно, черт с тобой. Давай покатаемся. Он улыбается, явно довольный, и пытается приобнять меня, получая локтем под ребра. Мы возвращаемся на склон и я снова чувствую ту самую нервозность, которая была вчера, но Булат держится рядом, его уверенность каким-то образом передается и мне. Он помогает мне застегнуть крепления, его пальцы ободряюще ложатся на мое предплечье. – Расслабься, – говорит он. – Ты же профессионал теперь. – Очень смешно, – фыркаю я, но напряжение чуть спадает. Когда мы начинаем спуск, я сразу вспоминаю, как это было вчера. Сначала немного страшно, но потом приходит легкость. Булат катается рядом, иногда бросая в мою сторону насмешливые замечания. – Ты сегодня не такая уверенная, – говорит он, слегка притормаживая, чтобы быть ближе. – Потому что ты меня отвлекаешь, – отвечаю я, но голос звучит больше игриво, чем сердито. «Ох, не будь такой кокеткой, Алиса!» – тут же ругаю себя, но адреналин и эйфория рушат все мои стены. В какой-то момент я забываю о том, что должно быть между нами, и просто наслаждаюсь моментом. Ветер свистит в ушах, снег блестит под солнцем, а Булат… Он просто поддерживает и держится рядом. Когда мы останавливаемся внизу, он подходит ко мне, его глаза блестят от удовольствия. – Ты отлично справилась, – говорит он. – Можешь собой гордиться. – Может быть, – отвечаю я, улыбаясь. Булат наклоняется чуть ближе, его рука в перчатке на мгновение касается моей щеки. – Тебе идет удовольствие, Лисенок. Хочешь повторим? Мое сердце замирает на мгновение, а потом начинает биться быстрее от двусмысленности его слов. – Ты неисправим, – говорю я, но в голосе слышится улыбка. – А что такого? Я всего лишь предлагаю тебе покататься еще, разве не для этого мы сюда пришли? Или ты о другом подумала… – Не начинай свои подколы! – накрываю его рот ладонью. – Идем лучше на еще один круг, пока я снова на тебя не разозлилась. – Так ты все-таки признаешь, что злилась? – дразнится он. – Булат! – Все, молчу-молчу. Пойдем, моя капризная королева, покатаемся, пока я не впал в немилость. *** Дом наполнился уютной тишиной, нарушаемой только легким треском дров в камине. После насыщенного дня на склоне я чувствую себя приятно уставшей. Уже вечер, и я переоделась в уютную новогоднюю пижаму – мягкие хлопковые штаны и рубашка в красную клетку. Это мой маленький ритуал, чтобы полностью расслабиться. На первом этаже есть домашний кинотеатр – целая стена экрана, удобный диван, пледы и аккуратно расставленные кресла. Я приготовила попкорн, нашла рождественскую мелодраму с любовной линией и уютно устроилась на диване. Едва начались первые сцены фильма, как в дверь заходит Булат. Я вздыхаю. Конечно. Без него не обойдется. – Что смотришь? – Ничего, что тебе будет интересно, – отмахиваюсь я. – Это что, намек, что я не романтик? – спрашивает он, усаживаясь рядом. Его колено касается моего, и я тут же отодвигаюсь. – Булат, – начинаю я строго. – Я хотела посмотреть фильм одна. Ты мне мешаешь. – Ты сама себя слышишь? – отвечает он, сделав драматическую паузу. – Это же идеальная ситуация: ты, я, кино уютным зимним вечером. Только добавь меня в свою компанию – и будет почти как в фильме, который ты смотришь. – Ты издеваешься? – фыркаю я, бросая на него взгляд. – Нет, я серьезен, – улыбается он. – Не хочешь пожалеть бедного, одинокого мужчину? У меня даже перекусить нечего, а у тебя целая миска попкорна. Разве ты не хочешь поделиться? Я закатываю глаза, стараясь удержать улыбку. – Ты просто смешон! Можешь остаться, только не мешай мне и смотри молча. Булат крадет у меня немного попкорна и с ухмылкой добавляет: – Я и не собирался мешать. – Конечно, – отвечаю я, не отрывая взгляда от экрана. – У тебя талант нарушать мой покой. – Мужчина должен быть настойчивым, чтобы добиться того, чего хочет, – парирует он. Я не отвечаю, стараясь сосредоточиться на экране, и мне это удается. Через какое-то время я замечаю, что напряжение между нами начало спадать. Фильм погружает нас в атмосферу рождественского волшебства: искрящийся снег, музыка, романтичные моменты героев. Булат на удивление и правда молчит, только иногда тянется за попкорном, который я уже перестала охранять. В какой-то момент я чувствую, как его рука касается моего плеча. Сначала это кажется случайным, но потом он мягко обнимает меня, притягивая ближе. Я замираю, но не отстраняюсь. Его теплое тело рядом со мной ощущается слишком приятно, а я слишком разомлевшая, чтобы сопротивляться. Через какое-то время, его рука начинает скользить по моему бедру, а губы касаются виска, медленно сползая на щеку, к уголку губ. Он поворачивает меня к себе, его лицо оказывается так близко, что я чувствую его дыхание на своих губах. Наши взгляды встречаются, и я не могу отвести глаз. Булат тянется и нежно касается моих губ. Этот поцелуй мягкий, осторожный, но когда я отвечаю, он становится более страстным и жадным. Его рука скользит по моей спине, притягивая меня ближе. Я не сопротивляюсь. Наоборот, я отвечаю на его поцелуй, забывая обо всем вокруг. Булат сажает меня к себе на колени, его руки уверенно обхватывают мою талию. Каждое его прикосновение словно разжигает огонь внутри меня. Его губы опускаются к моей шее, вызывая дрожь. Я чувствую, как его пальцы начинают расстегивать пуговицы на моей рубашке, медленно, но уверенно. Когда рубашка спадает с моих плеч, он нежно касается моей кожи, его поцелуи обжигают. Я не могу сдержать тихий вздох, и он тут же откликается, втягивая мою кожу губами и оставляя легкие укусы, пока меня не сотрясает дрожь. Его руки скользят вниз, чтобы снять с меня штаны, и вместо сопротивления, я активно помогаю, пытаясь одновременно раздеть и его. Булат опускает меня на пушистый ковер у камина. Его движения уверенные, но нежные, его темный, полный желания взгляд скользит по моему телу, пока он снимает с себя остатки одежды. Я невольно выгибаюсь, плавясь под этим взглядом и подставляя себя под его руки и губы, нуждаясь в еще большей ласке, желая более грубых прикосновений. Булат мучает меня, оставляя висеть на волоске, настойчиво лаская снова и снова, до хриплых стонов и сорванного голоса, пока, наконец, не дает то, чего я так жажду. Его большое тело накрывает меня, распяв под собой, сильные руки хватают и двигают так, словно я вешу не больше перышка, чтобы придать мне нужную форму и угол для его удовольствия. Я настолько переполнена ощущениями, что могу только беспомощно хныкать и умолять его, царапая ногтями широкую спину и прижимаясь к нему как можно теснее. Наши тела двигаются в идеальном ритме. Я чувствую тепло его кожи, его силу, его хриплые стоны у своего уха и прикосновение жадных губ, впивающихся в мою шею, оставляя метку его обладания. Мне кажется, я почти слепну от наслаждения, сжимая его изо всех сил и тяжело дыша, когда все заканчивается и я медленно возвращаюсь с небес на землю, все еще обвитая вокруг его мощного тела, пышущего жаром, и обессиленная настолько, что вырубаюсь прямо так, даже не успев окончательно прийти в себя.