Глава 26. Ксения. Новость о беременности

— Зачем ты пришел? — вздрагиваю от крика Ивана, машинально обвивая живот руками. — Я же просила оставить меня в покое. Тебе жизненно необходимо каждый день обсуждать тему нашего развода и твоей измены? Что еще ты хочешь услышать?

— От кого цветы? — зло на меня смотрит.

— Ты бы хоть поинтересовался, как я себя чувствую, в своем репертуаре, — разочарованно отвечаю.

— Фрукты от кого? Экзотикой, посмотрю, балуют, — произносит с пафосом, желая в чем-то уличить, — не похоже на то, что это притащил Игорь, — словно не слышит меня.

— Как тебя это касается, не понимаю. Ты что принес? Приехал ко мне в больницу с пустыми руками и качаешь права, почему кто-то проявил внимание и заботу? Не находишь, что это слишком?

— У меня не было времени тягаться по магазинам, рад, что у твоего ухажера оно есть, — ехидно произносит и плюхается на стул.

— Иван, я тебя очень прошу, давай не будем ничего выяснять, я чувствую себя не лучшим образом и хочу спать. Покинь, пожалуйста, палату, — достаточно спокойно и вежливо прошу супруга.

Смотрю на него и чувствую… отвращение.

Уже никогда не получится видеть в нем человека, которого когда-то полюбила. Мне противно видеть его лицо, губы, которые целовали Соню, руки, которые лапали ее тело, омерзителен весь, с ног до головы. Вовек не смогу забыть то, что наблюдала собственными глазами, как и простить.

Знаю, что некоторые пары могут расставаться друзьями, общаться после брака и не таить друг на друга зла. Насчет последнего я согласна — Иван не стоит моих эмоций, даже негативных. А вот что касается общаться — ни за что и никогда не хочу после развода пересекаться с бывшим. Предпочитаю вычеркнуть предателя из своей жизни. Мне не о чем с ним болтать, нет желания делать вид, что все в порядке и, уж тем более, притворяться, что он мой друг. Настоящие друзья тоже в нашей жизни на вес золота, и они не станут бить в спину, когда ты отворачиваешься. Именно это и сделал мой муж, так что с ним я хочу просто попрощаться.

Максимум на который я готова — разрешать Ивану видеться с ребенком, если, дай Бог, выношу его с такими нервами. На этом все.

— Почему ты делаешь тайну из того, кто притащил тебе угощения. Это от любовника? — наседает Иван.

— Ты достал меня, — чувствую, что начинаю заводиться и нервничать. — Что ты как зомбированный повторяешь одно и то же!? Я же сказала, я не изменяла тебе. У меня нет отношений на стороне. Все годы, проведенные с тобой в браке, я была верна. Понимаешь? Верна! Или тебе вообще незнакомо это слово? — перехожу на повышенный тон.

— Что тут происходит? — слышу голос врача. — Обхожу палаты, совершая плановый осмотр, и слышу какие-то разборки, — удивленно смотрит Кирилл Сергеевич. — Ксения Игоревна, я же предупреждал, вам нельзя нервничать. — А вы? — поворачивается к Ивану, кем являетесь для пациентки? Почему заставляете ее волноваться?

— Муж ее, Иван, — протягивает руку врачу. Тот пожимает в ответ и произносит:

— Ваша жена находится в положении, угроза выкидыша весьма серьезная, поберегите ее нервы, сейчас не лучшее время и место для семейных разборок.

— Ксения беременна? — ошарашенно смотрит на врача муж.

Кирилл Сергеевич смущенно переводит на меня взгляд и добавляет:

— Я извиняюсь, если озвучил что-то лишнее, но здоровье пациентов для меня превыше всего. Если у вас возникнут проблемы — вызывайте медсестру, она поможет. — Вас же прошу, — продолжает, глядя на Ивана, — держать себя в руках. Взрослый мужчина, нужно внимательнее и бережнее относиться к здоровью жены и собственного ребенка.

— Хорошо, к-к-конечно, — чуть заикаясь, отвечает супруг.

Кирилл Сергеевич удаляется, пообещав через пару часов зайти на осмотр, а я понимаю, что теперь мне придется признаться о своем положении Ване.

— Этой мой ребенок? — задает вопрос, которого я ждала.

— Да, — тяжело вздыхаю. Оскорбляться на его сомнение нет уже ни сил, ни желания.

— Господи, Кукся, у нас получилось! У нас все получилось! — кричит радостно. — Я самый счастливый человек в мире. У нас будет ребенок, я стану отцом. Наш сын! Или маленькая девочка, — замечаю в глазах Ивана слезы.

Признаться, они меня удивляют. Он так хладнокровно мне изменял, затем с нескрываемым удовольствием посмеялся надо мной на глазах сестры, когда застала их в одной постели, что не очень-то верится в искренность мужа.

— Ваня, я все равно не буду с тобой.

— Ты спятила? — возмущается супруг. — Сейчас мы должны сплотиться и думать только о том, чтобы с ребенком было все хорошо. Нужно задвинуть свои обиды и амбиции далеко и в известное место. Ксюша, ты хочешь оставить этого малыша без отца? — давит на меня.

— Не нужно манипулировать, Ваня. Ты прекрасно знаешь, как я мечтала родить ребенка, уйти хотя бы на год в декретный отпуск и отдохнуть, почувствовать себя женщиной, именно для этого помогла открыть тебе бизнес, чтобы ты смог взять штурвал ответственности в свои руки. И что? Знаешь, уж лучше этот малыш будет расти с одним родителем, но видеть любовь и спокойствие, чем болтаться в грязи, наблюдая за родителями в несчастливом браке.

— Ксюша, пожалуйста, — взъерошивает волосы. — Я же не знал, что ты беременна. Я бы никогда не окунулся в эту авантюру, — произносит серьезным голосом. — Умоляю, прошу, давай дадим друг другу шанс. Чувствую себя теперь ничтожеством.

— Я не хочу быть с тобой, — отвечаю мужу.

Его показательные стенания меня не трогают. Вспоминаю жестокость, с которой они с Соней меня высмеивали и топчу в себе зачатки зарождающейся к нему жалости.

— Ну что мне сделать? — смотрит на меня с отчаянием, руки трясутся. — Для меня безумно важен наш ребенок, наша кровинка. Я хочу растить его, воспитывать, видеть, как он взрослеет, а не встреч в парке по выходным. Ты не имеешь права лишать меня этого. Что тебе нужно? Унизить меня? Я готов унизиться! — Иван падает на колени у кровати, тем самым меня шокируя.

— Прекрати паясничать! Что с тобой происходит? Я не понимаю. В считанные дни из нормального мужчины в моих глазах, ты превратился в неврастеника с неадекватными выходками. Не нужно меня доводить. Тебе важен ребенок? Тогда сейчас же покинь палату и перестань играть с моим здоровьем, — произношу грубо.

— Ты любишь меня? — смотрит выпытывающе.

— Отстань, — отмахиваюсь от мужа.

— Любишь?

— Отныне я люблю себя. Давно стоило. Ни от кого я так и не дождалась благодарности, признания и этого чувства. Удобная дура Ксюша с открытым кошельком и сердцем, недолюбленная идиотка, выслуживающаяся перед всеми вокруг. Успешная и закомплексованная, востребованная и никому не нужная. Так? Теперь я выбираю себя и своего ребенка.

— Ответь, — требует Иван.

— Ты мне противен…никогда не прощу тебя, Иван.