Глава 43. Иван. Печальные перспективы

Увы, но фирму я теряю. Как не прискорбно осознавать — мудила Егор и его адвокаты и стремные личности отжимают у меня предприятие.

По факту я остаюсь не только без работы, но еще и без средств к существованию, с огромными кредитами на плечах. Забрать свои вещи из ломбарда я просто-напросто не могу, поэтому как гасить долги вообще не представляю.

До развода остается пару дней и я предпринимаю попытки связаться с Ксюшей, но они тщетны. Она не поднимает трубку, не отвечает на сообщения и полностью меня игнорирует, соизволив только раз отозваться на тонны месседжей, когда решаю напомнить, что Ксения носит под сердцем моего ребёнка. На это она бросат короткое «Предатель».

Рассчитывать на супругу и Игоря в погашении долга не приходится, уже понятно, что они вычеркнули меня из своей жизни и не планируют возвращать.

Лихо поимели! Ничего не скажешь. Раскрутили на квартиру, фирму и возврат шкатулки, а после выставили, как ненужного пса за порог. То, чего я так боялся, произошло.

Обратиться за финансовой помощью реально не к кому, у всех знакомых, которые были ко мне лояльны, после того как узнали что я изменил жене и обворовал ее, я уже одалживал деньги. Остается только Таня и Соня.

— Пошел ты к черту, идиот, — все что слышу в ответ от Татьяны Петровны, когда пытаюсь поговорить с ней по телефону.

После всей этой истории с Игорем и Ксюшей она слегла. Сначала у нее был приступ панкреатита, а позже что-то случилось с почками. Неведомо по какой причине ее разбили болячки, но последнее время она только лежит, как удалось узнать у общих знакомых.

Кто знает, возможно притворяется немощной, от этой женщины можно ждать чего угодно.

Соня не так радикальна и дает мне шанс на разговор.

— Что тебе надо? Денег? У меня самой их не вагоны, да еще и мать болеет и постоянно требует то таблеток, то еды на заказ, вчера вообще массажистку запросила, чтобы размять суставы. Я похожа на батрака? Извини, я не Ксения, да и ты не мой герой, содержать не собираюсь, — спокойно отвечает.

— Да мне немного, тысяч пятьдесят, чтобы погасить кредиты, — произношу и чувствую дикое унижение.

Вот до чего докатился. Когда-то мы с женой содержали эту аферистку, покупали шмотки, отправляли на курорты и оплачивали институт, а теперь, как коснулось — ей плевать. Хотя, если уж по-честному, именно ее тупарылые отфотошопленные переписки и фото устроили весь этот цирк, итоги которого похожи на страшный кошмар.

— Денег нет. А ты, Ваня, не клянчил бы, а пошел поработал, не смешно мужику в твоем возрасте ходить с протянутой рукой, — пытается меня стыдить.

— Я всегда работал, — оскорбляюсь на обвинение. — Пусть не получал огромных денег, но трудился, плюс ко всему содержал быт и ухаживал за Ксюшей.

На мои слова она начинает громко и заливисто смеяться. Вернее даже ржать. Грубо и с издевкой.

— Мужчина должен не котлеты лепить, а деньги зарабатывать. Хватит из своих ужинов геройство делать. Ксюша могла позволить себе любой ресторан и какие угодно блюда. Лучше бы деньги в семью носил.

Обидно. Очень обидно. Какого черта она учит меня жизни?

— Странно это слышать от девки, которая проездила на горбу собственной сводной полжизни.

— Надо че? — начинает нервничать София. — Если весь вопрос только в финансах — ответ отрицательный. Денег не дам. Попробуй поработать, у меня в соседнем магазине грузчики требуются, какая-никакая, но зарплата. Или тележки потягай, полно вакансий. Может уважать себя начнешь, бездельник, — снова ржет.

— Катись к чертям, конченая шаболда, — бросаю трубку.

Идиотка. Возомнила из себя диву. Да кому она нужна без бабла и своих брендовых шмоток и уколов красоты? Бомжам на свалке.

Обращаю внимание на большой телевизор на стене сестры и решаю действовать. Даю объявление на одной из барахолок, и уже через три часа приезжают люди, чтобы его забрать.

Еще не знаю, как буду объясняться с родственницей, но на часть кредита деньги найдены и это меня радует.

Жизнь не сахар, и я не знаю как выкручиваться дальше…перспективы у меня печальные.

* * *

В день развода я решаю немного пригубить, чтобы не нервничать. На место приезжаю пораньше, хочу еще раз поговорить с Ксенией.

Надежда моя улетучивается, когда вижу машину ее босса, мудилы Егора. Не понимаю зачем, но он приезжает с моей супругой и выходит вместе с ней из автомобиля, по-свойски подав той руку. Обращаю внимание, что Ксюша слегка округлилась и сердце начинает щемить.

Что же я натворил?

Я не смогу быть с женой этих прекрасных девять месяцев, она не позовет меня на роды, я не увижу первые дни своего ребенка. Моя жизнь безрадостна и пуста, я просто спустил ее в унитаз…