64. Наглеть так наглеть

Дэн

Мы с Решей и Жорой поехали в «Хатико» на электричке. Почему не на такси? Ну, это просто. Когда сидишь в такси, пропускаешь много всего интересного. Что можно снять, пока трясёшься внутри автомобиля? Мелькающие за окном дороги, заправки, дома и помойки? Так себе картинка. А вот пока доберёшься до вокзала, да и на самом вокзале, и позже, в электричке, материалов для видео будет навалом.

Мы решили сделать маленькую интригующую нарезку, чтобы пробудить у подписчиков любопытство: куда это отправляется на подвиги придурок Дэн? И сработало. Просмотры сразу полетели вверх столь радостно, будто подписчики с вечера сидели и ждали, пока я проявлюсь. Впрочем, может, и правда ждали?

Меня больше угнетало то, что Даша, судя по всему, видео не смотрела. Понимаю — она на работе, однако…

— Дэн, прекрати париться, — пробурчала Реша, без слов поняв, отчего я ёрзаю по сиденью электрички. — Ты действуешь мне на нервы, а у меня они и так слабые.

Я скептически фыркнул, да и Жора улыбнулся. Вот уж кто из нас спокоен, как скала — так это он. Но и Реша тоже ничего. А я — да, псих.

— И вообще, — продолжала между тем Реша, — зуб даю: Даша всё будет смотреть. Не сможет она оставаться в стороне. Ты только её об этом не спрашивай никогда, дабы не смущать. Делай вид, что веришь, будто она ничего не знает.

— Думаешь… — Я запнулся, почувствовав небольшое воодушевление. Может, и зря. Но мне бы не хотелось, чтобы она перестала обо мне вспоминать, а не смотреть видео — первый шаг к забвению.

— Думаю-думаю. А сейчас заткнись и дай мне подремать. Мы слишком рано встали для того, чтобы у меня было хорошее настроение!

Я послушно умолк, рассуждая о своём и потихоньку почитывая коммы к последнему видео, Жора тоже уткнулся в телефон, а Реша и правда закрыла глаза и то ли уснула, то ли просто сидела так, не глядя ни на кого.

На месте мы были примерно через час. Нас встретил мужик по имени Антон — мелкий, лопоухий, с очень добрыми глазами, он сам напомнил мне собачку. Как-то было совсем не удивительно, что именно такой человек помогает животным.

Пока минут пятнадцать шли до территории приюта, Антон рассказывал нам всю подноготную. В целом, почти всё из этого добра уже поведала Оксана, открылись лишь небольшие детали, которые она то ли не знала, то ли не захотела говорить сразу.

Во-первых, хозяйку приюта Ирину Дроздову перед тем, как он сгорел, шантажировали. Приходили анонимные записки с содержанием в стиле: «Не уберёшься отсюда — пожалеешь».

Во-вторых, в ночь поджига наружные камеры работали, записи передали правоохранительным органам. Но у них они неожиданно… пропали.

В-третьих, по первоначальному заключению приют загорелся в результате поджога, однако позже Ирине заявили, что эксперт допустил ошибку. Поджога не было, было короткое замыкание, а значит, и уголовного дела не будет. Ну или они могут завести, но накажут уже её — за неисполнение техники безопасности или что-то вроде того.

Гулять так гулять, короче. Наглеть так наглеть.

Слушая это всё, я внутренне закипал и пенился, как горячая вода, в которую бросили соль.

Какого хрена вообще, а? Я понимаю, когда местные жители борются с решением местной администрации построить мусорную свалку или вырубить парк, а на его месте заебашить крутую эстакаду, чтобы стричь деньги с тех, кто будет по ней проезжать. Но когда чинуши борются с приютами для кошек и собак — это моему уму непостижимо. Зачем⁈

— Так место козырное, — пожимал плечами Антон. — Недалеко и от города, и от СНТ, и река рядом. Ирина не зря когда-то покупала этот участок. Хотят там дом отдыха построить, как я понял.

Называл Антон и конкретные фамилии тех, кто, по мнению работников приюта, был замешан во всей этой истории с поджогом. Но доказать подобное сложно, если не сказать невозможно.

Пока разговаривали, пришли на место, и Жора не удержался от изумлённого присвиста.

— Вот это да…