ГЛАВА 10. Безжалостные зеркала
«Иногда люди говорят, чтобы скрыть, что думают».
Агент Маргарет Морган
Звон в левом ухе нарастал, сливаясь с ватной тишиной в оглохшем правом, и в какой-то момент Маргарет показалось, что её порвало надвое. Одна половина ещё жива, а вторая…
Слушать… слушать внимательно…
– Задание, – тупо повторила агент Морган, крепче сжимая кольт в руке. – Задание… МИ-6? Найти предателя в рядах британской разведки?
В голове перепутались мысли. Свои, чужие… Валери сказала: слушать внимательно… Да, разумеется… Она слушает…
– Разве это задание? – невыразительно возразила агент Стоун, всё ещё удерживая Чарли на прицеле. – Что сложного в том, чтобы найти предателя? Они обычно прячутся за спиной. Только обернись…
Маргарет медленно, как во сне, повернула голову. За спиной стоял Чарли Стивенсон, хмурый и сбитый с толку, так что секунду они смотрели друг на друга одинаково непонимающими взглядами.
А затем пыльное зеркало за плечом медбрата отразило совершенно незнакомое лицо. Бледное, перекошенное, с растрёпанными волосами и залитым кровью ухом.
И тогда Маргарет Морган поняла.
– Это так странно, – услышала Мэгги собственный неживой голос. – Я никогда не думала о предательстве. Выходит, это была я? Бомба? Отравление Дианы Медичи? Покушение на доктора Вольфа? Ничего не помню, – мёртво призналась она. – Но если я – исполнитель… то кто заказчик? Ты?
Валери прислушалась к шуму из-за двери и отозвалась не сразу.
– Нет, – ровно поправила подруга. – Я только достала клофелин для Дианы Медичи и подлила остатки нитроглицерина в чайник доктору Вольфу. Это всё, что я успела найти за время отсутствия в отеле. Я знаю подпольный Бристоль, труда это не составило. Но работать с тобой очень сложно, Мэг. Ты как будто саботировала наш приказ. Это очень странно… Ты всегда была профессионалом. Ты не сомневалась. Ты недолюбливала менталистов. Поэтому он выбрал тебя исполнителем. Я стала только ассистентом. Брось пистолет, Мэгги. И слушай…
Слушать… слушать внимательно…
Маргарет разжала пальцы.
Тяжёлый кольт с оглушающим стуком упал на пыльный пол.
– Это я пронесла бомбу на самолёт, – медленно вспомнила Маргарет.
– Нет, это сделал Чарли, – снова безэмоционально возразила Валери. – По моей просьбе. Помнишь допрос с Дианой? Но ты отправила припасы на аэродром. Включая фальшивую воду. Все печати нашего отдела на тех ящиках были настоящими – поэтому покойный капитан даже не усомнился. Если бы Диана продолжила свой опрос и взялась за тебя, мы бы увидели, как ты прячешь один из бутылей в туалетной кабинке. Поэтому я подлила ей весь клофелин, который успела найти. Убить Диану не получилось, но вывести из строя – да. Задача – помогать агенту Морган, – механически повторила Валери.
Голос подруги зазвучал ниже и злее. Не её голос.
Через ватную тяжесть в голове всплыли чёрно-белые кадры: вот она проходит на самолёт… Чарли приносит ящик с припасами и выбегает наружу… Гостей ещё не позвали, поэтому она достает один из бутылей, бережно обложенных ватой, и проносит в кабинку. Она знает, что техническую воду на борт не доставили – капитан переживал о загрузке… Если гостям потребуется туалет, вода в бутылях станет единственным способом для санитарных нужд…
– А может, обойдёмся без чая? – спрашивает Валери. – Сейчас гости напьются, начнут в туалетную кабинку шастать…
– Не раньше, чем через полчаса, – слышит Маргарет собственный незнакомый голос. – Голосую за чай…
Маргарет шагнула в сторону, так, чтобы Валери не могла держать на прицеле одновременно и её, и Чарли. Сквозь ватную глухоту и немецкий акцент настойчиво пробивался другой голос. Мягкий. Тревожный. Знакомый…
– …не слушай её, Мэгги!.. Отставить приказ…
– Я давала полчаса не пассажирам после чая, – сказала Маргарет и удивилась сама себе. – Через полчаса взорвался бы нитроглицерин. Или пассажиры плеснули бы из бутыли в кабинке, или я. Когда мы набрали бы достаточную высоту. Когда выживших совершенно точно не осталось бы…
– Всё по плану, – так же механически подтвердила Валери, отбрасывая резинку с фальшивыми хрусталиками на пол. – Собрать всю семью Ллойд и Медичи вместе. Покончить зрелищно и одним ударом. Идея с самолётом, Мэг, принадлежала тебе.
Маргарет тупо взглянула на тускло поблёскивавшие стекляшки на полу.
А ведь Джанфранко Медичи оказался прав в невольных обвинениях. Как там? Несчастные случаи под её руководством? И впрямь, ей стоило держаться от его супруги и шурина подальше…
– Джерри собрал нас для совещания, – невыразительно напомнила агент Стоун. – Мы предлагали разные маршруты и транспорт. Ты упомянула самолёт – вскользь, зная, что помешанный на полётах Джон не упустит такой возможности. Он ведь так мечтал… Блестяще сработано, Мэгги. Даже если ни черта не получилось, – и пистолет Валери наконец определился, качнувшись в её сторону. – Вопрос: почему? Что пошло не так в Бристоле? Почему ты перестала слушать, Маргарет? Слушать внимательно…
Слушать… слушать внимательно…
По виску стекла крупная капля пота. Только сейчас Маргарет ощутила, как дрожит – крупно, всем телом. Отсроченное потрясение после взрыва? Болевой шок? Или воспалённый мозг, в котором сплелось слишком много чужих приказов?..
– Предатель – я сама, – задыхаясь, выдавила Мэгги. – Но я не убийца. Приказ не мой. И не твой, Вэл. Валери Стоун… в здравом уме… никогда не бросила бы… эту старую, но дорогую резинку для волос… в пыль. Тебе подарила её Фрейя, – выдохнула Маргарет, прижимаясь спиной к зеркалу. – Фрейя Эванс…
Валери взвилась на ноги быстрее, чем Маргарет успела бы подхватить собственный кольт. Взывать к стихиям – дело долгое… она не успеет…
Из-за дверцы за спиной агента Стоун барабанили и звали её по имени.
– Кто приказал нам, Вэл? – тяжело дыша, спросила Маргарет. – Кто велел нам… слушать… слушать внимательно…
– Мэгги! – донёсся из-за двери приглушённый, но уже внятный голос профессора Зборовского. – Отсроченный ментальный приказ!.. Рихтер…
В стороне шевельнулся Стивенсон, и Валери мгновенно взяла его на прицел. Никто во всём отделе не обращался с оружием лучше, чем агент Стоун, и Чарли тотчас замер. Валери никогда не промахивалась, и рисковать медбрат не собирался.
– Ну конечно, – выдохнула Маргарет. – Тогда, на блокпосту… Отто Рихтер велел нам слушать внимательно… раздал приказы… собрать семьи Ллойд и Медичи… убить всех… показательно… громко…
– У меня другой приказ, – всё ещё чужим, механическим голосом отчеканила Валери. – Прикрывать. Довести дело до конца, если у тебя не получится. А если потребуется… – кольт Валери скользнул обратно к Маргарет, – убрать агента Морган, чтобы не мешала заданию.
– Вот кто заказчик, – приподнимая ладони вверх, быстро заговорила Мэгги, – Рихтер! Покойный Рихтер, – напомнила агент Морган, глядя в пустые глаза подруги. – Вот откуда то выражение неуместного торжества, когда Джон пустил ему пулю в лоб! Значит, не только Джон использовал трёп Рихтера, чтобы вплестись в тела его телохранителей… Отто не просто болтал – он забалтывал! Рихтер тоже работал, как и Джон, сразу в нескольких головах! Битва менталистов, в которой каждый думал, что победил…
В правом ухе постепенно проходила ватная тяжесть. Стали лучше слышны крики Яна из-за двери. Профессор что-то говорил…
– Выходит, наш Джон нейтрализовал убийцу в самом начале, – нервно рассмеялась Маргарет, удивляясь сама себе. – Но увы, слишком поздно… Отто Рихтер успел основательно покопаться в наших мозгах, Вэл! Это он дал нам установку убить всех британских менталистов… Рихтер не терял времени даром – глупо было полагать иначе! Один из сильнейших менталистов рейха не мог всухую проиграть британскому коллеге! Он и не проиграл… Очнись, Вэл! Мы просто марионетки в руках опытных мозгоправов…
– Очуметь, – только и выдавил Чарли Стивенсон.
Валери не двигалась, даже в лице не переменилась, и Маргарет вдруг словно проснулась, впервые по-настоящему стряхнув липкое оцепенение последних недель.
– Валери! – громко позвала она. – Очнись, слышишь?! Почему ты всё ещё не стряхнула чужой приказ? Вэл…
В запертую дверь глухо ударили.
– …твой приказ нейтрализовал! Её – не могу…
Скрипнул старый паркетный пол под ногой Чарли Стивенсона.
– Валери, очнись, – снова позвала Маргарет, понимая, что её не слышат. – Вэл, борись, слышишь?! Ты – одна из лучших агентов МИ-6, на твоём счету десятки успешных операций…
– Слушай внимательно…
– На меня это не действует! – крикнула Маргарет, напряжённо вглядываясь в подругу. Последняя инстанция – магия воды. Нарушить баланс в теле человека… но можно ведь и убить, не рассчитав… – Не знаю, почему, но больше не действует, Вэл! Борись и ты!..
– Ты помнишь, зачем ты здесь, Мэг?
Секунда длиною в жизнь…
– «Когда вы будете гадать, кто же истребляет вашу элиту одного за другим, вспомните меня, профессор! Вас я уничтожу последним», – горько процитировала Маргарет. – Я здесь, чтобы убить Яна Зборовского! Позволить ему засвидетельствовать гибель друзей, втереться в доверие…
Зуд в пальцах. Всё ещё тянет нажать на курок…
– Я знал, что ваши чувства наиграны, – осторожно хмыкнул Чарли со стороны. – И твоя неожиданная симпатия к профессору – тоже часть приказа, Мэг. Втереться в доверие, чтобы сделать Зборовскому ещё больнее. Звучит логично.
– Ты… знал? – вдруг зацепилась Маргарет, медленно поворачивая голову к медбрату. – Как много ты знал, Чарли?
Стивенсон молчал всего секунду – пока кольт Валери не вильнул в его сторону.
– Я знал, что ты причастна к взрыву, – наконец пожал плечами медбрат. – Потому что кроме тебя, больше некому. И клофелин… по правде, я подумал на тебя, не на Валери. Наконец, нитроглицерин в чайнике доктора Вольфа… Я решил, что ты подлила, когда я отлучился в столовую.
– Так почему ты молчал? – поразилась Маргарет. – Ведь могли погибнуть люди!..
Чарли не свёл с неё неожиданно тяжёлого взгляда.
– Я повторял неоднократно: я на твоей стороне, Мэг. Патриотизм – это сказка для тупых и бедных, потому что богатые не воюют. Я покрыл бы даже предательство родины и покушение на королевскую семью, потому что… ты для меня важнее любой из сторон. Я остался бы с тобой, какой бы выбор ты ни сделала. Всё ждал, когда же ты наконец мне доверишься…
– На моей стороне, – тупо повторила агент Морган. – Даже если ты в это веришь, Чарли… речь всё равно об убийстве. Младенцев, – напомнила Маргарет, вспоминая ораву детей на борту.
– Я люблю тебя, Маргарет Морган.
Из-за двери не согласились, но Мэгги не слушала. Тело всё ещё била крупная дрожь, ноги едва держали. Ни одна стихия не отзывалась, силы покидали медленно, но уверенно.
– И я бы поверила, – негромко проронила Маргарет, глядя и не узнавая медбрата. – Если бы ты не совершил то же преступление дважды. В клинике профессора Присли ты молчал тоже из-за любви? Пока они с мисс Эвергрин проводили незаконные опыты? Сомневаюсь, – не давая ему возразить, завершила Маргарет. – Это просто твой выбор, Чарли: видеть преступление и закрывать на него глаза. Не твоё дело, верно?.. Пусть люди творят, что пожелают, ведь для тебя нет ни добра, ни зла, ни правды, ни лжи. Ты ни во что не веришь и… не жалеешь тоже. Насколько же тебе сложно в роли медбрата…
– Я выбрал тебя, Мэг! – напряжённо отозвался Стивенсон. – И принял бы то, во что ты веришь. Что бы ты ни предпочла! Это так плохо? Я думал, лояльность – это то, что ты поймёшь, Мэгги.
Маргарет помолчала целую секунду, воруя её у ситуации и запертого профессора. Собрать последние силы… воззвать к воде… так, чтобы Валери выронила наконец пистолет…
– Это не лояльность, – устало возразила агент Морган, – это равнодушие и лицемерие, Чарли. Выбирая человека, а не систему, убедись, что не служишь другой системе. Крайностей.
Агент Валери Стоун слушала без всякого интереса, следя пустыми глазами за собеседниками. Лицо её, безжизненное и серое, не переменилось, когда она проронила:
– Ты уже не слушаешь, Маргарет. Ты не убьёшь профессора Зборовского. Значит… убрать агента Морган, – и нажала на курок.
Маргарет дёрнулась за собственным кольтом, так что пуля, которая должна была войти в лоб, чиркнула по касательной у правого виска, обжигая череп кипятком. Зазвенело разбитое стекло. Зеркальный зал поплыл перед глазами, взгляд уткнулся в потолок, тело бросило на качели, так что второй выстрел ей, верно, почудился. Голова безвольно откинулась в сторону, так что уже в зеркале Маргарет увидела Чарли Стивенсона с перекошенным и неузнаваемым лицом. Куда подевался балагур и душа компании? Человек в отражении казался холодным, потерянным и бесконечно чужим.
– Мэгги! Мэг…
Опытный медбрат, Чарли не тронул её, чтобы не навредить. Маргарет едва ощутила прикосновение его пальцев, разглядывая сцену в пыльном зеркале. Стивенсон всё ещё сжимал кольт в руке, свободной ладонью отводя её волосы от лица. Маргарет даже не моргнула, когда он махнул рукой перед глазами – раз, другой.
– Мэг, ты меня слышишь? Моргни!
За дверью бился запертый профессор Зборовский. Чарли оглянулся, затем быстро вложил кольт в кобуру у пояса Маргарет и метнулся в сторону. Мэгги равнодушно рассматривала в зеркале его спину, прислушиваясь к ощущениям. Зал всё ещё качался перед глазами, висок горел огнём, в ухе влажно хлюпало, по полу тянулся неприятный сквозняк, деревянный паркет поскрипывал под подошвами Чарли. Все четыре стихии нервно подрагивали в стынущей крови, и внезапно стало очень холодно. Словно магия льда развернула крылья, заглушая всё прочее, ненужное, неважное…
Зеркальный Чарли воевал с заклинившей дверью, ковыряя в замке обретённым ключом, а рядом с Маргарет, спокойная, прекрасная, с широко распахнутыми глазами, лежала Валери. По мраморной коже высокого лба стекала аккуратная струйка чёрной крови.
– Есть! – яростно обрадовался Чарли, распахивая злосчастную дверь. – Профессор… Маргарет! Мне кажется, она ещё жива…
Зеркальные отражения в разбитом стекле медленно поплыли перед глазами, так что Маргарет на мгновение уплыла вместе с ними. В следующий раз, когда её немигающие глаза вновь выцепили отражение безвольной Валери, над головой раздавались мужские голоса. Собранный, уверенный – Яна, и рваный, сухой – Чарли.
– Как это произошло? Кто стрелял?
Чарли не ответил, и Маргарет слабо удивилась. Она ведь тогда не успела; кольт подхватил Стивенсон. Выстрел… второй… Кольт в её кобуре… Неужели Чарли скажет, что они с Валери перестреляли друг друга?..
Агент Валери Стоун не заслужила смерти. Человек, подвергшийся ментальному воздействию… таких даже не судят, только лечат… Хватило бы простого выстрела в бедро… в плечо… только обезвредить…
– Жива, – с облегчением выдохнули над головой. – Просто шок. Сотрясение… возможно, трещина… Что с ухом?
– Взрыв в госпитале, – хмуро пояснил Чарли, – когда вы уехали, профессор. Валери пыталась покончить с доктором Вольфом. Ранен, но жив. Мы вызвали подмогу по адресу, перед тем, как направиться сюда. Верно, вот-вот подъедут.
Лёгкие руки Яна оставили её тяжёлую, словно налитую свинцом голову, и Маргарет увидела в зеркале, как профессор отходит и присаживается рядом с подругой. Перед глазами расплывались белые круги, отражаясь мириадами удивительных радуг в зеркалах, и так же невозможно ярко сияли зажатые в кулаке Валери дешёвые стекляшки для волос.
– Я не хотел, – тяжело проговорил Чарли, присаживаясь рядом с Маргарет. – Правда, не хотел. Но она стреляла первой и убила бы Мэгги. Я просто… опередил. Я не думал, куда стреляю. Просто чтобы… наверняка.
Ян поднялся, молча разглядывая неподвижную Валери.
– Я дурак, – сказал гениальный профессор, и Маргарет впервые сморгнула, прогоняя разноцветное марево перед глазами. – Я должен был догадаться гораздо раньше, что Отто болтает не просто так. Отсроченный ментальный приказ… мастерская работа. Они не виноваты. Из нашей четвёрки Рихтер мог воздействовать лишь на Маргарет и Валери. И только у них, агентов МИ-6, были возможности для того, чтобы совершить диверсию подобного масштаба. Не удивлюсь, если Отто запихнул ещё несколько скрытых приказов…
Чарли пошевелился под боком, и Маргарет ощутила, как медбрат бережно укрывает её своим ещё тёплым пальто. Стало легче: всё-таки из госпиталя она выбежала только в нелепом белом халате.
– Получается, Джон нашёл и нейтрализовал убийцу, уже не будучи ни агентом, ни детективом, ни даже менталистом, – невыразительно заметил Зборовский, тоже снимая собственный халат.
Как и Мэгги, он даже не захватил пальто, когда его позвала Валери. Сейчас Ян сбросил и эту хлипкую защиту от холода, чтобы укрыть уже не нуждавшуюся в тепле Валери.
С головой.
– Как Маргарет поборола в себе скрытый ментальный приказ? – без интереса спросил Чарли, как только зеркальный Ян присел рядом с ними. – У Валери вот не получилось…
Профессор Зборовский без белого халата казался ещё стройнее и моложе. Маргарет невольно вздохнула, скользнув уже осмысленным взглядом по зеркальным отражениям. Ян поднёс обе ладони к её вискам, замерев на несколько секунд.
Вдалеке противно завыли служебные сирены.
– Я подозревал о ментальном воздействии, – негромко заговорил Ян, касаясь пальцами воспалённой кожи. – Поэтому пошёл вслед за Валери, когда она сказала, будто Мэгги ведёт себя странно. Я никого не сумел бы защитить, но спасти… Я подумал, если предатель – это Маргарет, я сумею вывести её из-под чужого воздействия.
– Почему только Мэгги? – быстро спросил Чарли.
Свинцовая тяжесть отступила от висков вместе с волшебными руками Зборовского. Ян отнял ладони и встретился взглядом с зеркальной Маргарет.
– Потому что я, как оказалось, случайно нейтрализовал приказ Рихтера в телефонном разговоре, – ответил профессор. – Помнишь, Мэгги? Я попросил защитить Джона и его семью. Отдал как бы новый приказ, ломая старый.
Маргарет вздохнула, медленно поворачивая голову. Боли не было – только неземная, отрешённая лёгкость.
– К сожалению, я ничего не упомянул про себя, да и над формулировкой не задумывался… Но, полагаю, именно тогда я разбил первую установку Рихтера в голове Мэгги.
– Почему вы не провернули то же самое с Валери? – недоверчиво усмехнулся Чарли. – Ведь вы могли с ней беседовать даже через закрытую дверь, если уж с Мэгги получилось из другого города!
– Во-первых, я очнулся только перед вашим приходом, – тут же отозвался Ян. – Агент Стоун не поскупилась, так что лёгкое сотрясение, пожалуй, я заработал. А во-вторых… столь непрямое ментальное воздействие возможно, только если…
Маргарет поняла.
И впервые с момента выстрела опустила тяжёлые веки, пережидая калейдоскоп мыслей, воспоминаний, образов… Ян попросил её защитить семью Ллойд – и те проклятые отбойные молотки в голове тотчас стихли. Словно порвалась первая цепь. Она дала обещание, не задумываясь, так, как обещают лишь тем, кому верят…
– …только если тот, кому отдаешь ментальный приказ, испытывает к тебе достаточно сильные взаимные чувства.
По щеке скатилась первая трудная слеза. Шок, стараниями колдовского воздействия профессора Зборовского, постепенно отпускал; верно, уже через несколько минут она сумеет подняться и пройти к служебным автомобилям самостоятельно. И слёзы – только реакция организма после нервной встряски…
– Глупости, – отрезал Стивенсон, сжимая плечо Маргарет. – Какие чувства? Мы ведь только что обсуждали: фальшивый романтический интерес Маргарет к вам – лишь ментальный приказ покойного Рихтера. Втереться в доверие, обольстить, если угодно, чтобы потом ударить побольнее. Чтобы вы не ожидали! Или вы всерьёз полагаете, что Маргарет могла вас полюбить? Глупости, профессор! Да и разве теперь уж разберёшь…
Служебные сирены зазвучали ближе и резче, словно автомобили с мигалками вынырнули из-под земли. Противно взвизгнули тормоза.
– Может, и глупости, Чарльз, – услышала Маргарет спокойное. – Только я уверен, что мои чувства приказом не являются.
Медленно, всё ещё борясь с позорной влагой, Маргарет открыла глаза, встретив прямой взгляд Яна. Лицо профессора показалось ей таким же молодым и прекрасным, как и в их первую встречу, и Маргарет горько улыбнулась, сглотнув собственную кровь.
Чем бы ни было их нераскрывшееся чувство – оно замёрзло в зародыше. Смерть Валери плеснула кровью на всех, даже если курок спустил Чарли. Не раскрыли замысел вовремя, не стряхнули чужое воздействие, не предотвратили катастрофу…
О, если бы тогда, в поместье Ллойд-Парка, министр Энтони Ллойд всё-таки спросил бы, какова её вторая задача! Маргарет не соврала бы столь сильному менталисту, и всё разрешилось бы куда проще. Увы, министр Ллойд был слишком ослеплён презрением и негодованием в отношении шефа Кеннингема, и эти личные счёты едва не сгубили их всех.
– Если бы ваши чувства хоть чего-то стоили, вы бы её защитили, – выдохнул Чарли, рывком подрываясь на ноги. – Вы бы не допустили всего этого!
Профессор Зборовский, казалось, не удивился ни вспышке злости, ни обвинениям из уст убийцы.
– Мы ведь уже беседовали на эту тему, мистер Стивенсон, – осторожно продевая ладонь под голову Маргарет, отозвался Ян. – Помните, в реанимации? Я говорил, что защитить никого не сумею. Но могу спасти.
Маргарет ощутила бережные руки Яна, обвившие её плечи. Голова её безвольно скатилась ему на плечо, и Ян медленно и осторожно приподнялся вместе с ней. Зеркальный зал вновь закружился, вырывая из воспоминаний некрасивую ссору Чарльза с профессором. Ту самую, когда Стивенсон пытался её защитить перед шефом Кеннингемом, а Ян его осадил.
Выходит, пришёл его черёд… Без золотых рук и лечебной магии профессора Зборовского все они, ослеплённые погоней за самими собой, попросту передушат друг друга. И кому исцелять их после войны?..
– Помогите мне, мистер Стивенсон, – позвал Ян, поддерживая Маргарет с одной стороны. – Мэгги? Ты позволишь? Чарли сейчас отнесёт тебя вниз…
Агент Морган впервые ощутила пол под нетвёрдыми ногами и слабо мотнула раненой головой. В горле пересохло, но целебная магия Яна ещё действовала.
– Я могу взять вину на себя, – разомкнула пересохшие губы Маргарет, глядя на прикрытое белым халатом тело Валери Стоун. – Джерри ничего мне не сделает. Максимум – отправит в составе боевых отрядов на фронт. Убийство агента МИ-6, даже при таких обстоятельствах – это последний гвоздь в крышке твоего гроба, Чарли. Позволь мне.
С улицы, прорываясь из-за заколоченных окон, доносились чужие голоса и хлопанья автомобильных дверей. Глаза Чарльза Стивенсона оказались внезапно очень близко, и в них Маргарет Морган увидела отвращение и горечь. А ещё – сомнение.
– Жизнь за жизнь, Чарли, – ещё тише проговорила Маргарет. – Как ещё мне отблагодарить тебя?
Стивенсон горько усмехнулся, приобнимая её за талию.
– Предлагаешь мне стать заложником твоей лжи, Мэгги?
Маргарет не отвела взгляда.
– Зачем ещё ты положил кольт мне в кобуру?..
Внизу распахнулась дверь, и несколько возбуждённых голосов разбили тишину заброшенного приюта. Застучали тяжёлые ботинки по старой лестнице.
Взгляд Чарльза Стивенсона вильнул поверх её плеча на Яна Зборовского.
– Я подтвержу то, что скажет агент Морган, – не глядя на медбрата, проронил Ян. – Мэгги права: шеф Кеннингем может казнить тебя, но он не тронет своё последнее оружие массового поражения.
Маргарет вцепилась слабой рукой в рубашку Яна, комкая плотную ткань.
– Есть только один способ отвести гнев шефа Кеннингема от нас всех, – печально улыбнулся Ян, позволяя Маргарет устроить больную голову у себя на плече. – Выполнить его последнее и самое главное задание.
Чарльз Стивенсон всё ещё хмуро кусал губу, прислушиваясь к самому себе, так что на реплику профессора ответил только тяжёлым вопросительным взглядом. Маргарет невесело усмехнулась, чувствуя, как вновь слабеют ватные ноги, и прикрыла воспалённые глаза.
– «Починить» агента Ллойда, – устало подтвердила она.