ЭПИЛОГ. Кузина

«История повторяется дважды. Чтобы успели записать».

Андрей Кнышев

Лондон, май 1946

Ллойд-Парк напоминал древний замок. Тот самый, из старой книги с картинками. Ухоженные сады, посыпанные песком и гравием дорожки, свежевыкрашенные ворота, распахнутые так гостеприимно, будто только их и ждали. И окна. Высокие, в ослепительно белых рамах, с огромными цветочными вазами на подоконниках и разбросанными под ними игрушками.

Судя по воплям и крикам, древний замок захватили дикие племена или прямо сейчас грабили кровожадные кочевники. Мимо пролетел футбольный мяч, едва не угодив в стекло автомобиля, и Джинни судорожно ухватилась за дядину руку.

– Не бойся, – ласково обратился он, погладив её ладошку. – Тебя здесь не обидят. Просто у нас гости, а они любят пошуметь. Добро пожаловать домой, Джинни…

Сидевшая за рулём суровая и молчаливая женщина, которая встретила их в бристольском порту, обернулась с водительского сидения.

– Предупреди их, – негромко посоветовала она. – Мы подождём в машине. Девочка напугана, не стоит её с порога швырять в водоворот твоих родственников, Джон.

– Ой, да, – присоединилась к ней смуглая миссис Томпсон, с которой Джинни делила каюту во время морского путешествия, – от такой толпы кому угодно станет дурно. Человеку всего шесть лет, не доводите малышку до греха!

Джинни обняла книгу и вопросительно глянула на дядю Джона.

– Ты не возражаешь, если я отлучусь ненадолго? – спросил он, улыбнувшись. – Обещаю, я быстро.

Джинни серьёзно кивнула, не сводя с дяди внимательных глаз. Хлопнула дверь автомобиля, и Джон порывистым, пружинистым шагом направился к шумной компании, расположившейся на лужайке перед домом. Джинни разглядела роскошно одетых мужчин и женщин, носящихся вокруг разновозрастных детей, столики с закусками, шезлонги и белые зонтики, разбросанные по траве игрушки и подстилки, на которых устроились дети помладше.

От одного из столиков к дяде Джону подбежала красивая светловолосая женщина, тотчас заключившая его в объятия.

Джинни крепче сжала книгу.

– Ваше начальство, наверное, не слишком обрадовалось, когда лорд Ллойд узнал о племяннице, – не оборачиваясь, проронила из-за руля «суровая женщина». – Спасибо за наводку, агент Томпсон.

– Не благодарите, агент Морган, – отмахнулась её сопровождающая, бережно погладив Джинни по плечу. – Я же знала, какое будущее ждало бы девочку, если бы моё начальство добралось до неё первым. Джон правильно сделал, что поднял шумиху, иначе наше бюро взяло бы в оборот эту малышку раньше, чем я успела бы послать почтового голубя. И то сказать, её поиски длились непростительно долго. Несколько лет!.. Неудивительно, что бедное дитя напугано. Та помойка, где её откопали…

– Уверена, Джон её отогреет, – обернувшись, коротко улыбнулась водитель. – У него прекрасная семья и замечательные друзья.

– Нескромно, агент Морган! – рассмеялась миссис Кира Томпсон. – Ведь вы входите в их число.

Маргарет Морган усмехнулась, и Джинни подумала, что их суровая водитель, пожалуй, довольно красива. Просто мало улыбается.

– Как служба, агент Морган? – не умолкала тем временем миссис Томпсон. – Слышала, вам выдали орден? Герой войны и всё такое…

– У Джона тоже есть, – отклонила похвалу Маргарет, а Джинни ощутила острую боль, холод и отвращение. Эта суровая и красивая женщина не любила воспоминаний о войне. – Их тут всем раздают.

Кира фыркнула и покачала головой, с интересом поглядывая на коллегу.

– Среди наших трепались, будто вы с агентом Ллойдом участвовали в нескольких спецоперациях в сорок первом, – вскользь проронила миссис Томпсон. – Вы потом всю войну воевали вместе?

– Приходилось.

– Боевые миссии?

Джинни поёжилась и погладила пальцами потрёпанный корешок. Директор приюта говорила, что её принесли в корзине вместе с книгой, и с тех пор Джинни берегла старый фолиант с выцветшими картинками, как величайшее сокровище.

– От войны никуда не сбежать, миссис Томпсон. Джон это прекрасно знал, а вот для меня это стало новым опытом. И он не ошибался, когда предупреждал, что после первой крови ты не останешься прежним. Я сожалею, что не прислушалась к нему семь лет назад.

Кира задумчиво глянула на встревоженные лица за окном автомобиля, встретила взгляды, направленные на них, и помахала рукой из-за стекла.

– Джон сказал, что восстанавливался почти год после того случая в Бристоле, – припомнила она.

– Я не считала, – ровно отозвалась агент Морган. – Джон втянулся в войну, когда на Лондон упали бомбы. Он уже не мог сражаться в регулярной армии, потому что восстанавливал магическую ауру часами после любого перенапряжения. Но для нашей работы его способностей хватило с лихвой.

– Оцените, я даже не уточняю, какой именно работы.

– Вы восхитительно нелюбознательны, агент Томпсон.

Джинни перевела взгляд с одной женщины на другую и выглянула в окно автомобиля. Кажется, дядя Джон уже заканчивал с беседами, потому что в их сторону то и дело поглядывали.

– Как там милашка О‘Рид? – встрепенулась миссис Томпсон. – Всё скачет по бабам… прости, дитя, – тут же прикрыла ей уши Кира. – В смысле, успокоился наш рыжик?

Джинни мысленно вздохнула: за время морского путешествия самыми благословенными часами были те, когда миссис Томпсон выходила с ней на палубу и оставляла с дядей Джоном. Он не задавал сто вопросов в минуту и не спрашивал громким шёпотом, нужно ли ей в туалет.

– Овдовел, – ответила Маргарет Морган. – Жена Саманта погибла во время лондонских бомбёжек. Приехала, чтобы решить бумажные дела, и уже не вернулась.

– Дети? – непривычно тихо спросила Кира.

Маргарет покачала головой.

– Виктор очень любит племянников, – помолчав секунду, добавила агент Морган. – Часто принимает их летом в Ирландии, вместе с сёстрами и всеми желающими. Балует подарками и считает, что ему повезло с семьёй. Может, оно и к лучшему. Мистер О‘Рид так и не нашёл себя в новом правительстве и часто наведывается в Северную Ирландию. Со всеми вытекающими…

– Старина О‘Рид никогда не ладил с законом, – усмехнулась Кира. – Какое место в правительстве, о чём вы? Виктор революционер, а не канцелярская крыса.

Маргарет Морган пожала плечами.

– Джон надеется, что Виктор вернётся в Штаты и найдёт себя там…

– О нет, вы слишком добры! – тут же запротестовала федеральный агент Кира Томпсон. – Оставьте это сокровище себе!

Маргарет тихо рассмеялась, а Джинни заслушалась. Она не ошиблась: суровой женщине шла улыбка.

– Увлекаетесь дамскими романами, агент Морган? – снова полюбопытствовала Кира, разглядев яркую обложку у коробки передач. – Компенсируете убийственную работу суррогатом человеческих чувств?

– Это могли быть наркотики, – ровно возразила Маргарет, и Кира прыснула на заднем сидении.

Агент Морган покосилась на американскую коллегу и вздохнула. Агент Томпсон, верно, считала, что она шутит. Хотя какие тут шутки? Взять хотя бы Чарльза Стивенсона: тоже воевал, выжил, получил награды, сейчас работает в лондонском госпитале и медленно, но верно скатывается в злоупотребление. В криминале, впрочем, пока не замечен, а дурные привычки, скользкий характер и сомнительные поступки – не преступление.

– Как Эвелин? – заметив, что к ним приближается энергичная хозяйка поместья, спросила Кира. – Поладила со свёкром? Пора бы уже, а то старик так и сляжет в могилу, не примирившись с невесткой.

– Лорд Энтони Ллойд ушёл в отставку из министерства и занялся финансами, – ответила Маргарет. – Некоторые из его компаний записаны на невестку, а в остальных Эвелин назначена управляющей наравне с супругом.

– Хитро! – подумав секунду, выдала Кира. – Родственной теплотой тут и не пахнет: старик подстраховался и назначил её не управляющим, а потенциальным козлом отпущения. Вдруг что не так, виноватой будет ирландская родня! Вали всё на женщин, чего уж там…

– Я не вдавалась в подробности, – деликатно отозвалась Маргарет. – Эвелин, насколько мне известно, прекрасно образована, обладает деловым чутьём и железной хваткой, а это ценится в бизнесе. К слову, до встречи с Джоном она вела свои дела в Ирландии. Если лорд Энтони и искал путей, чтобы её подставить, то сделал это как-то неубедительно. Мне кажется, он нашёл идеальную управляющую в лице миссис Ллойд, и это самые тёплые отношения между ними, на которые оба могут рассчитывать. Сами понимаете, Джону не до семейного бизнеса: он всё ещё числится в активном штате МИ-6.

– Поговаривают, Джон скоро подвинет старика Кеннингема?

– Не исключено, – обтекаемо ответила агент Морган.

– Ага, – рассеянно откликнулась Кира, выглядывая в окно. – Ваш Кеннингем то ли воспитал себе замену, то ли вырыл себе яму… Ну всё правильно, Джону давно пора принять неизбежное. Если пирушку нельзя остановить, её нужно возглавить… Мэй! – вдруг воскликнула Кира, распахивая дверь автомобиля. – Неужели это ты?!

С лужайки к ним уже неслась рыжеволосая женщина, с разбегу заключившая Киру в удушающие объятия.

Джинни испугалась и забилась в противоположный угол салона.

За пределами автомобиля пищали и визжали две взрослые тёти, тиская и дёргая друг друга за руки, одежду и даже волосы.

– Мисс Каррера! Мы так рады приветствовать вас в Ллойд-Парк! – повысила голос Эвелин, тщетно дёргая сестру за локоть. – Как вы? Мы столько лет не виделись…

– Ничем порадовать не могу, у меня всё в порядке! – отлепившись от подруги, расхохоталась Кира. – И я уже семь лет как миссис Томпсон!

– Ох, и в самом деле, – поправилась Эвелин, – как поживает Адриан?

– Присматривает за сыном, потому что тётушка Мария уже не справляется, – отмахнулась Кира, беря сияющую Мэйовин под локоть. – В конце концов, маме Кире тоже нужен отдых от домашнего зверинца!

– Джон упоминал, что Адриан поднялся по служебной лестнице, – улыбнулась Эвелин. – Вы всё ещё работаете в одном отделе?

– А куда я его отпущу? – удивилась Кира. – Энди сам виноват! Если он выбрал меня, то у него, конечно, хороший вкус, но это не значит, что ему повезло. Теперь ни бюро, ни дорогому начальству от меня не отделаться! Не хочет же начальник, чтобы я его отравила за ужином?

– Повезло тебе, – вздохнула Мэйовин, тряхнув медными волосами. – Ты сильная, независимая женщина, с хорошей карьерой и наверняка с собственными финансами…

– И не только собственными, душечка! – подтвердила Кира, благодушно не уточняя, чего стоило подобное «везение». – Энди имел неосторожность доверить мне ведение всех семейных счетов. Без штанов в случае развода останусь не я! Не то чтобы я позволила ему сбежать, разумеется…

– Завидую! – даже не скрывала досады Мэйовин Вольф. – В Америке, конечно, у такой талантливой девушки всегда есть шанс… А я что? Трое детей и полная зависимость от мужа! А если он охладеет? Что тогда делать?

– Как что делать? – удивилась Кира. – Хоронить, дорогая!

Эвелин проводила страдальческим взглядом два стихийных бедствия, отправившихся в сторону компании на лужайке, и посмотрела на затравленную Джинни, забившуюся подальше на автомобильном сидении.

– Она не выйдет, – негромко подсказала Маргарет. – Пока Джон не позовёт.

Джинни не знала, кто эта молчаливая, суровая женщина, но прониклась к ней немедленной симпатией. Наверное, она, как и миссис Томпсон, тоже разбиралась в людях. Просто не любила говорить.

Джинни её прекрасно понимала.

Дядя Джон присел перед раскрытой дверью и ободряюще улыбнулся.

– Джинни, – позвал он, – я хочу тебя познакомить с нашей семьёй и друзьями. У мистера и миссис Вольф три замечательные девочки, и они будут рады, если ты покажешь им свою книжку с картинками. Взамен они готовы поделиться тортом и куклами. Что скажешь?

Джинни внимательно глянула на дядю и серьёзно кивнула.

– Они будут очень рады, – улыбнулся Джон, протягивая руку. – Идём, Джинни.

Белокожая женщина со светлыми волосами Джинни не понравилась: на её лице застыли тревога, недоверие и борьба. Женщина боялась и сомневалась, но затем сострадание победило. Джинни сразу ощутила перемену и осторожно выдохнула.

– Здравствуй, Джинни, – негромко поздоровалась женщина. – Добро пожаловать домой… Я – миссис Ллойд, но ты можешь называть меня тётя Эвелин.

Джинни снова кивнула.

– Господи, Джон, она так похожа на мать, – прошептала тётя Эвелин, когда дядя Джон распрямился, крепко сжимая её ладошку в руке. – Только глаза… темнее, глубже… то ли синие, то ли чёрные…

– Не сейчас, Эва, – негромко попросил дядя Джон.

С водительского места уже выбралась агент Морган, и Эвелин обратила внимание на неё.

– Мэгги! – искренне обрадовалась хозяйка поместья, обнимая подругу. – Мы надеялись, что ты приедешь. Ян сказал, что вы уезжаете в Шотландию?

– Только на лето, – успокоила агент Морган. – Решим вопросы в Эдинбурге, погуляем по городу, заглянем в одно кафе…

– Где бы вас ни носило, помните о семейных традициях, – пригрозила миссис Ллойд. – В мае и декабре мы ждём вас в Ллойд-Парке!

– Боюсь, в декабре я буду не в лучшей форме для семейных традиций, – коротко улыбнулась агент Морган.

Эвелин Ллойд оглядела её с ног до головы и ахнула, заключая в повторные объятия.

– Я так за тебя рада, дорогая, – шепнула миссис Ллойд, но Джинни всё равно услышала. – Проклятая война забрала у вас столько времени…

Маргарет Морган отозвалась не сразу.

– Нам не на что жаловаться, – наконец проронила она. – Многим повезло меньше.

– Но ты рада? – удивилась Эвелин, отстраняясь. – Ребёнок желанный?

– Мы не планировали детей, – призналась Маргарет. – Нам вполне хватало компании друг друга в те редкие дни, когда получалось побыть наедине. Всё это… неожиданно. Ян переживает, что слишком стар для ребёнка, хотя он в пятьдесят выглядит моложе, чем я в тридцать три. А я не имела намерения оставлять службу. Не теперь, когда с новым назначением Джона должность начальника отдела у меня в кармане.

– Дорогая, но ведь можно совместить, – горячо заговорила Эвелин Ллойд. – Вот послушай…

Джинни крепче сжала руку дяди Джона, когда они шли через зелёную лужайку к ожидавшей компании. Здесь оказалось столько людей и магов, что Джинни снова запаниковала.

– С возвращением, Джон, – первым заговорил седой, властный старик в кресле. – Всё тащишь детей в дом?

– Дурной пример заразителен, отец.

Старик в кресле то ли крякнул, то ли прокашлялся, и поднялся на ноги, опираясь на крепкую трость.

– Когда-то я переживал, что мой сын так и не произведёт на свет наследника, а теперь от внуков и наследников некуда деваться, – с неудовольствием оглядел поляну старик. – Моё мнение тебе уже неинтересно, поэтому оставлю его при себе.

По лицу дяди Джона Джинни сказала бы, что тот не поверил своему счастью, и оказался полностью прав.

– Пожалуй, на сегодня с меня хватит детей, гостей и развлечений, – гостеприимно заявил старик, нетерпеливо постукивая тростью по утоптанной лужайке. – Если понадоблюсь, я буду в кабинете. Эвелин, проследи, чтобы дети не разнесли Ллойд-Парк до того, как я окажусь в могиле. Не хочу засвидетельствовать падение родового поместья лично.

Джинни не повезло оказаться на пути следования старика к дому. Тот глянул на неё сверху вниз и нахмурился.

– Ты, я полагаю, Джина Ламорте? Или твоя мать не озаботилась тем, чтобы зарегистрировать сожительство с итальянским психопатом?

– Отец! – повысил голос Джон.

– Что? Учитывая, где она росла, неудивительно, что девочка немая. Кто знает, может, и понимает через раз?

– Она не немая, – возразила агент Томпсон. – Директор приюта и её воспитатели утверждали, что Джина разговаривала. Они даже не заметили, в какой момент она замолчала, потому что девочка продолжала с ними беседовать мысленно.

Дядя Джон вздохнул и успокаивающе погладил горячую ладошку племянницы большим пальцем.

– Вероятно, как только в ней открылась ментальная сила, Джинни перестала видеть необходимость в вербальном общении, – негромко предположил светловолосый мужчина в очках. – С магами-менталистами это случается, лорд Ллойд.

Джинни посмотрела на него и коротко улыбнулась: аура мужчины в очках оказалась сильной и чистой. Пожалуй, она не видела таких раньше…

Старик, которого мужчина назвал лордом Ллойдом, только фыркнул.

– Не могу её за это осуждать, профессор Зборовский. Ко мне желание вербального общения так и не вернулось. Жаль, что, в отличие от девчонки, я не могу себе позволить игнорировать идиотов, изображая немоту.

Если дядя Джон хотел что-то добавить, то сдержался. Джинни крепче сжала его руку и пристально, в упор посмотрела на старика.

– Меня зовут лорд Энтони Ллойд, – вдруг механически отозвался бывший министр юстиции. – Какой я тебе дедушка?

На поляне воцарилась короткая тишина, нарушаемая лишь пронзительными воплями и возгласами детей, игравших на соседней лужайке.

– Проклятье, – первым сообразил лорд Энтони. – Чертовка воздействовала на меня! На меня!!!

– Полагаю, Джинни только мысленно поинтересовалась, как тебя зовут, – пришёл на её защиту Джон. – Верно, малышка?

Джинни затравленно глянула на дядю и быстро кивнула.

– Я слышал её голос, – не поддался лорд Ллойд. – У себя в голове, Джон! Ты хоть понимаешь, что это значит?!

Светловолосый мужчина, которого старик назвал профессором Зборовским, заговорил первым.

– Мы с доктором Вольфом предполагали, что это возможно. В конце концов, её мать носила её, когда пользовалась препаратом… Похоже, малышка Джина действительно может воздействовать на менталистов.

Джинни оглядела притихших взрослых и съёжилась, прячась за штаниной дяди. Их тут было так много! И все смотрели на неё. Лысый мужчина с синими глазами, чем-то ей сразу приглянувшийся; красивая черноволосая женщина рядом с ним; миссис Томпсон с подругой Мэйовин; профессор Зборовский, агент Морган и задумчивый сероглазый мужчина, не сводящий с неё внимательного взгляда. И суровый дядька в стороне, то ли слуга, то ли охранник…

– То есть, эта пигалица может приказать мне, лорду Ллойду, прыгнуть из окна?! – возмущался тем временем старик. – Броситься под автомобиль или, скажем, ограбить ювелирный магазин?!

– С должным умением это любая женщина провернёт, – задумчиво проронила агент Томпсон. – Я про капризы, приказы, ювелирные магазины и прыжки из окна. И необязательно быть менталисткой…

– Отец, – воззвал тем временем Джон, – во-первых, эти же вопросы мог тебе задать любой человек без ментальной защиты, которому не повезло с тобой повстречаться. Непривычно оказаться на их месте? Во-вторых, у нас есть Сэм. Он проследит, чтобы непоправимого не случилось.

– Гравано защищает только тебя! – фыркнул лорд Ллойд. – Хотя я неоднократно ему говорил, что ты уже давно не в приоритете. Следующий наследник Ллойд-Парка и моего титула – твой сын, за ним пусть и присматривает! Что ты? Уже отыгранная карта! А вот наследник у нас один, и ему как раз защита не помешает! Когда я был неправ?

– У нас два наследника, отец.

Энтони Ллойд только отмахнулся, хмуро глянул на Джинни и порывисто отвернулся от компании, направляясь к дому. Пройдя всего несколько шагов, лорд Ллойд вновь обернулся.

– Ты хорошо подумал, Джон? – резко потребовал он. – Это даже не мина замедленного действия – это нитроглицерин в центрифуге!

– Джинни будет жить в нашем доме, отец. Надеюсь, вы подружитесь.

Лорд Энтони Ллойд глянул на предполагаемую подружку, поджал губы и направился прочь. Суровый мужчина, ожидавший в стороне, по знаку дяди Джона последовал за ним.

– Гравано проследит, чтобы отец не разнёс собственный кабинет, – вздохнул Джон, как только оба скрылись из виду. – Отец, на удивление, его уважает и при нём дурить не станет.

– Я рад, что Сэм нашёл новый дом, – заметил лысый мужчина, отставляя коктейль в сторону. – По правде, я совсем не удивился, когда Гравано попросил об отставке, чтобы остаться с тобой, Джон.

Джинни проводила взглядом лорда Энтони и задумалась. Пожалуй, старик ей понравился. А то, что кричит и недоволен – так старым людям не за что любить жизнь. Так директриса говорила.

– В тот первый год его помощь оказалась неоценима, – тихо подтвердил дядя Джон. – А сейчас я и понятия не имею, как бы справлялся без него. Свой человек в доме – лучший залог спокойного сна… Что? – вдруг склонился к племяннице Джон. – Да, это был твой дедушка, Джинни. Он немного ворчлив, но он добрый. Ты увидишь.

От компании взрослых донеслись разной степени насмешливые фырканья и сдержанные смешки.

– Тебе лучше знать, – сдержанно согласился сероглазый мужчина, впервые оторвавшись от созерцания Джинни. – Когда ты научился ходить, Джон?

Дядя явно удивился.

– Думаю, где-то в год, а что?

– А в Королевскую академию уехал…

– В шестнадцать. С чего такие вопросы, Вольф?

– Чистое любопытство, – отмахнулся тот. – Просто не могу поверить, что ты вытерпел целых пятнадцать лет, прежде чем сбежать.

Черноволосая женщина поднялась и подошла к Джинни, опустившись перед ней на корточки.

– Меня зовут Диана Медичи, – улыбнулась она. – Можешь называть меня тётей. Ты голодна, Джинни? Я вижу, что ты не прочь отведать вон тех сэндвичей и закусить пирожными. Я права?

Джинни осторожно покосилась на дядю, получила ободряющий кивок, и медленно отпустила его ладонь.

– Идём, – мягко позвала тётя Диана, – я налью тебе лимонада. Ты любишь лимонад?..

Джинни не знала, что такое лимонад, но отказываться не стала, отдав должное и лимонаду, и сэндвичам с пирожными. Книгу при этом она так и не выпустила, осторожно усевшись на стульчик и поместив толстый фолиант на колени.

– Ты любишь фрукты? – поинтересовалась тётя Диана, с улыбкой наблюдая, как Джинни молча и сосредоточенно уничтожает угощения. – Я сейчас распоряжусь, нам принесут. Боюсь, мои мальчишки всё съели…

Джинни медленно жевала сэндвич и пристально следила за перемещениями дяди Джона. К счастью, тот никуда сбегать не собирался, усевшись среди своих друзей, и она успокоилась. Все эти взрослые казались неплохими людьми, но они были чужими. В отличие от дяди Джона.

– Женского батальону прибыло, – вздохнул тем временем Константин Вольф, то и дело поглядывая на Джинни. – Мы с Яном обследуем девочку в лондонской лаборатории, когда она немного обживётся. Пусть привыкнет к новому дому и родственникам. Аура у неё занятная, большего пока не скажу.

– Я очень рада, что вы с Мэйовин задержитесь, – искренне призналась Эвелин Ллойд. – Думаю, Джинни будет интереснее с девочками, чем с нашими близнецами.

– С девочками у Константина проблем нет, – усмехнулся Джон. – К слову, ты не планируешь сына? Ну там, продолжателя рода и всё такое…

Доктор Вольф внимательно посмотрел на дерущихся на поляне мальчишек, разбивших очередную декоративную вазу, на содранные колени и чей-то молочный зуб, то ли выбитый в порыве битвы, то ли выпавший добровольно, сравнил с чинно игравшими в куклы дочерьми и сдержанно поблагодарил за заботу:

– Не хочешь страдать в одиночку? – понятливо спросил магэксперт. – Заманчивое предложение, но я воздержусь.

– Ваша правда, доктор Вольф, – поддакнула агент Томпсон, с удовольствием и без ложной скромности налегая на угощения. – Я тоже считаю, что не стоит брать от жизни всё – вдруг не донесёшь?

– Ты же говорила, бери, пока дают, – тут же усомнилась Мэйовин.

– Ну вот когда набрал всё, что можно, пора и притормозить, – кивнула Кира. – Эх, хорошо тут у вас! Жаль, что в понедельник на родину… Я бы задержалась, но Адриан занервничает, а зачем мне нервный муж, который ещё и начальник? Покажешь мне завтра Лондон, Мэй?..

Джинни забралась в плетёное кресло с ногами и постепенно успокаивалась, прислушиваясь к непринуждённым беседам взрослых. К детям она пока не рвалась, поглядывая на шумную компанию издалека, а их родители не пускали отпрысков к новенькой, чтобы дать ей подкрепиться и освоиться.

– …любая помощь, какая потребуется, Джон. Надеюсь, ты это знаешь. В конце концов, Джина и моя племянница.

– Помню, Джанфранко, – отозвался дядя. – Ламорте был твоим кузеном.

– У малышки его глаза, – помолчав, обронил тот. – Когда я прочитал в газетах, что Рафаэль вышиб себе мозги, я сразу понял, что мисс Эвергрин скончалась. Ламорте не стал бы пускать себе пулю в лоб по другой причине. Я бы не стал.

– Если бы не вся эта шумиха! Федералы, пользуясь случаем, накрыли весь синдикат, а те, кто избежал тюрьмы и электрического стула, тотчас залегли на дно, – нахмурился Джон. – Мы даже не знали о девочке!..

– Заняло пару лет, чтобы отыскать могилу леди Эвергрин, и тщательная медэкспертиза, чтобы понять, что она родила незадолго до смерти, – вздохнула агент Томпсон, отставляя блюдо с черешней. – Я сообщила сразу, как только узнала подробности…

– Рак мозга, – едва слышно проронил Константин, понижая голос. – Я поражён тем, как долго она продержалась. И какая досада, что так получилось с девочкой…

– Болван Ламорте, – не сдержался Джон. – Не мог сообщить нам, прежде чем сводить счёты с жизнью?!

– Сомневаюсь, что это было взвешенным решением, Джон, – возразил Джанфранко. – Рафаэль жил страстями. Жить без Джен он не мог и не хотел.

Константин Вольф вздохнул, глядя на притихшую Джинни.

– Следы многих преступлений ведут в будущее… Но каким вырастет это будущее, во многом зависит от нас. Помнится, мисс Эвергрин обещала, что её партия не завершается с её смертью…

– Тише, – сдержанно попросила Эвелин Ллойд. – Мне кажется, она слушает…

Разговоры смолкли, а дядя Джон поднялся и подошёл к Джинни, протягивая руку.

– Готова познакомиться с кузенами и новыми друзьями, Джинни? – улыбнулся он. – Можешь показать им книгу, если захочешь. Уверен, им понравится.

Джинни поколебалась несколько секунд, затем пригладила темно-каштановые кудряшки, расправила дорожное платьице, которое купила ей миссис Томпсон перед морским путешествием, протёрла обложку книги и обречённо выбралась из плетёного кресла.

На соседней лужайке игрались две девочки и ползала под присмотром няни годовалая малышка в смешном розовом платьице. Девочек звали Кэтрин и Кара, а малышку – Каренза, и все они оказались дочерьми доктора Вольфа и Мэйовин. Старшие оказались светловолосыми и сероглазыми, а младшая – рыжей и смешливой. Джинни увидела, что магическая аура есть только у малышки, но вслух ничего не сказала. Разговоры – это усилия. Общаться мысленно гораздо проще.

– Эй, вы! – горланил на соседней лужайке бойкий парень с ободранными коленями. Похоже, он только что брал штурмом раскидистое дерево и проиграл битву, сорвавшись с ветки. – Кто там говорил, что у меня ничего не получится?! У меня ничего не получилось!

– С Томом лучше не спорить, – рассмеялся в ответ высокий мальчик, с интересом наблюдавший за успехами друга. Джинни прислушалась: у него оказался приятный, бархатный голос. – Наверное, он покрыл льдом ветки, чтобы ты поскользнулся… Я предупреждал!

Мимо пробежал смешной карапуз лет двух, плюхнувшись прямо на кукольный домик девочек. Раздался рёв малышки Карензы и возмущённые вопли Кары и Кэтрин.

– Это Андреа Медичи, – вздохнул дядя Джон, кивнув в сторону карапуза. – Тот, что сорвался с дерева – его брат, Алессандро Медичи. Уверен, вы подружитесь… Томас, Джон! Идите сюда!..

Джинни крепче вцепилась в старую книгу, когда к ним, выпутываясь из веток и продираясь через кусты, подбежали два одинаково высоких, красивых мальчика. Один из них оказался светловолосым, неулыбчивым, с льдистыми глазами и острым взглядом. Джинни разглядела мерцающую ауру мага льда и осторожно прощупала его насквозь. Холодность. Осторожность. Верность. Ревность. Недоверие…

Второй оказался темноволосым, с внимательными глазами и светлой улыбкой. Джинни подняла на него взгляд и застыла.

В этот миг юная Джин Смит из Иллинойса поняла, что именно ради него ехала из далёкой Америки с дядей Джоном.

Ради вот этого взрослого, красивого мальчика с умным, открытым лицом. Ради его чистых, как живая вода, чувств, ради вкусных эмоций и светлой улыбки. Ради глубокого голоса и осторожных рук, когда он присел рядом и протянул ей ладонь. Ради тёмных глаз, бескрайних, как космос, и безграничных, как их возможности…

– Привет, – улыбнулся он, глядя ей в глаза. – Я – Джон Ллойд, твой кузен. Папа рассказывал нам с Томом… Ты ведь Джинни? Что это у тебя? Книга? Покажешь мне?

Джина медленно протянула своё сокровище Джону.

– Какая интересная! С картинками… Смотри, пап, напечатана в Эдинбурге! – восхитился кузен, пролистывая старые страницы. – Умеешь читать, Джинни? Немножко? А хочешь, я почитаю? Обещаю, что с выражением, – рассмеялся самый красивый мальчик, которого Джинни когда-либо видела в жизни. – Не переживай, мы подружимся!..

За спиной пахнуло неосторожными эмоциями дяди Джона. Смятение… тревога… боль?

Джинни улыбнулась, медленно и впервые – искренне. Надо же, она и не знала, что может быть настолько легко… уютно… А какая у него замечательная аура! Густая и вкусная, почти как у дяди Джона. Рядом с ним так свободно дышать… так легко говорить…

– Ты мне уже нравишься, – тихо и честно сказала она. За спиной вздрогнул дядя Джон; смолкли разговоры взрослых. – Не переживай, Джон Ллойд. Конечно, мы подружимся. Иначе и быть не может.

***

Конец четвертого и заключительного романа из цикла «Добрым словом и пистолетом»:

Добрым словом и пистолетом

Пуля в голове

Змея в норе

Предатели за спиной

***

Дублин, 2024 г.