ГЛАВА 4. Авария на борту

«Больше той любви никто не имеет, как кто душу свою положит за друзей своих».

Евангелие от Иоанна, 15:13

Маргарет совсем не разделяла восторженного азарта, каким светились глаза лорда Джона Ллойда, когда они рассаживались в самолёте. Внутри стального каркаса чудо-машины агент Морган чувствовала себя неуютно и беспомощно, да и стучавшая в висках тревога не помогала Мэгги в ответственном деле. Не хватало ещё оплошать из-за страха перед полётом! В конце концов, это её первое задание в качестве командира, и по всему казалось – задание несложное. Ну правда, что может пойти не так? Рассадить, проследить, чтоб дети не разбегались по салону, разместить в Дублине, вернуть агента Ллойда с сестрой обратно.

И всё-таки маг-стихийник на высоте в несколько тысяч метров – человек практически бесполезный. Даже такой уникальный маг, как она. К земле не воззовёшь – далеко. С водой не поиграешь – можно и поубивать пассажиров ненароком, ведь на такой высоте единственная доступная влага – в их телах. С огнём в закрытом пространстве лучше вообще не играться, а воздушный баланс внутри самолёта и трогать не стоило.

Словом, агент Морган ощущала себя беспомощной и непривычно уязвимой внутри серебристого фюзеляжа, и справляться с нарастающей и, главное, необъяснимой паникой становилось всё сложнее.

– Не переживай, – мягко и незаметно приобняли её со спины, – доставим важных гостей, куда требуется, и в понедельник уже будем пить дрянной кофе в офисе. Перспектива настолько завораживающая, что я не прочь задержаться у ирландцев хотя бы на недельку… Что скажешь? А Джерри насочиняем, будто непредвиденные обстоятельства…

Мэгги усмехнулась, несильно, но твёрдо отводя жаркие пальцы Чарли Стивенсона от талии. Единственный боевой медик их отряда, агент Стивенсон отрабатывал на МИ-6 по взаимному соглашению сторон: десять лет в спецслужбах в обмен на столько же за решёткой.

– Заманчивое предложение, – сдержанно улыбнулась она, следя, как на борт проходят доктор Вольф с супругой и детьми, – но самоубийственное. Ещё не поздно вернуться за решётку, Чарли.

– Мегера, – вздохнул над ухом сослуживец, быстро чмокнул в висок и отстранился.

Чарли не скрывал прошлого и охотно делился подробностями, умудряясь вызывать симпатию сослуживцев и обвешивая собственную версию событий всё новыми прискорбными фактами, давящими на жалость слушателей. Будь Мэгги попроще, может, и поверила бы, будто улыбчивый сотрудник в МИ-6 по ошибке, а вовсе не потому, что помогал профессору Присли с грязной работой.

Частная психиатрическая клиника «Вилла» закрылась несколько лет назад, едва не похоронив под своими обломками тех, кто поддерживал профессора Уильяма Присли и леди Джен Эвергрин в незаконных исследованиях. Чарли Стивенсон почти ушёл от закона – почти, потому что обвинения ему выдвинули серьёзные: покрытие и соучастие в преступной деятельности владельца «Виллы». Мэгги ни за что бы не поверила, будто этот обаятельный молодой мужчина занимался чем-то подобным, но ведь Стивенсон выразил готовность сотрудничать с МИ-6, разве нет? А значит… косвенно… подтвердил причастность к грязным делам Присли?

Напрямую спросить Мэгги не решалась, а в байки Чарли, в которых шутки мешались с правдой и вымыслом, не верила. Стивенсон казался открытой книгой – в которой, как ни старайся, ничего прочесть не сумеешь.

Вот и Маргарет не могла.

– Валери, – переключился Чарльз на сосредоточенную блондинку, сверявшуюся со списком. – А горячительные напитки на борту есть?

– Только для гостей, – не отрываясь от бумаг, просветила агент Стоун. И удовлетворённо кивнула, как только последние из гостей ступили на борт.

Пока Валери с Чарли закрывали дверь, Мэгги прошла в салон, ещё раз охватывая взглядом важных пассажиров.

Самые важные сидели впереди: лорд Ллойд с супругой и непоседливыми близнецами. Леди Ллойд, верно, сильно помогала магия льда в крови, потому что столь стоически выдерживать пищащих и дерущихся мальчишек и восторженного супруга, который едва сдерживался, чтобы не ворваться в кабину пилотов и не провести весь полёт там, казалось попросту невозможным.

Зато картина в соседнем ряду кресел вырисовывалась полностью противоположная: доктор Вольф флегматично листал книжку с картинками, зачитывая короткие стишки дочерям, а вот рыжеволосая супруга Константина вертелась как на раскалённой сковородке, то выглядывая в окно, то оборачиваясь по сторонам, то нервно поправляя растрепавшуюся причёску. Время от времени в глубине тревожных изумрудных глаз вспыхивали и гасли колдовские огоньки, которые, к счастью, миссис Вольф пока успешно подавляла.

Мэйовин Вольф показалась Мэгги несколько бледной, но всё-таки необычайно привлекательной особой. Из досье следовало, что она снималась в американских фильмах, впрочем, всего нескольких, а затем стремительно вышла замуж и родила дочерей-погодок. Светловолосые девчушки, обе серьёзные и сероглазые, как отец, не унаследовали от матери ни ошеломительной красоты, ни колдовских изумрудных глаз, ни тёмно-медной шевелюры. Мэйовин Вольф настолько выделялась в собственном семействе, что Мэгги невольно задержала на ней взгляд. И что только держит этих людей вместе? И… надолго ли? Ведь не из любви к отечеству или внезапного чувства долга доктор Вольф отправлялся добровольцем на фронт?

Впрочем, стараниями профессора Зборовского его не перебросят в самую мясорубку, это Маргарет знала наверняка. Оставят в лондонском госпитале, чтобы доктор Вольф мог ассистировать Яну в его исследованиях.

– Насколько же капитан Ллойд доверяет супруге, если отпускает с Медичи, – негромко проронила Валери за плечом Маргарет. – Ты в курсе, что итальянец ухлёстывал за миссис Ллойд до того, как та обменяла его сицилийское приданое на титул английской леди?

Маргарет вспыхнула, но не успела ни одёрнуть подругу, ни ответить: вкрадчивый голос за их спинами опередил.

– Не переживайте, агент Стоун. Мы с Эвелин слишком без ума от лорда и леди Ллойд, чтобы подобная глупость нам вообще пришла в головы.

Маргарет резко обернулась, встречаясь взглядом с Джанфранко Медичи. К счастью, итальянец не казался ни возмущённым, ни раздосадованным. Синие глаза смотрели насмешливо и чуть устало.

– Простите, мистер Медичи, – первой извинилась Маргарет, пихая локтем подругу. – Неловко получилось…

– О, что вы. Я понимаю, что вся моя жизнь, включая личную, не более, чем бульварное чтиво для агентов МИ-6.

– Только для тех, у кого есть доступ, – успокоила итальянца Валери, ничуть не смущённая тем, что их застали врасплох. – Однако согласитесь, ситуация щекотливая: лорд Ллойд возвращается с сестрой в Англию, в то время как вы с миссис Ллойд вновь оказываетесь как бы вдвоём. В Ирландии. Там, откуда всё и началось.

– Валери! – поражённо выдохнула Маргарет.

Мистера Медичи, впрочем, прямота агента Стоун лишь позабавила.

– Как я уже сказал, – чуть склонил голову итальянец, – мы слишком погрязли в любви к Ллойдам, чтобы ворошить ошибки прошлого. Не скрою, когда Эвелин мне отказала, я вполне мог их совершить. О, мисс Стоун, вы не представляете, насколько бы мне полегчало несколько лет назад, если я мог бы ненавидеть лорда Ллойда и просто нажать на курок. Увы! Я мог только восхищаться. Сейчас же я с большим удовольствием нажму на курок столько раз, сколько потребуется, чтобы защитить бывшего соперника. И его семью. Британские власти должны быть признательны семье Ллойд: именно благодаря им я окончательно встал на путь праведный. Потому что если бы я и присягнул на верность кому-нибудь из англичан, то только Джону. И поверьте, это не потому, что волею провидения мы теперь родственники.

Валери, к ужасу Маргарет, не заткнулась.

– Мне нравится, как вы выражаетесь, мистер Медичи, – с живым интересом подметила агент Стоун. – Бывших преступников не бывает?

Джанфранко Медичи враз поскучнел.

– В глазах вашего руководства – несомненно. Я уже и не пытаюсь обелиться. Неблагодарное занятие, верно, мисс Морган?

Маргарет вздрогнула, когда к ней обратились, но ответа от неё и не требовалось.

– А теперь, если позволите, я пройду к супруге, – свернул светскую беседу итальянец. – Хочу, знаете ли, побыть с ней наедине до того, как ринуться в омут страсти с Эвелин Ллойд.

Маргарет едва не отвесила невозмутимой Валери подзатыльник, глядя, как мистер Медичи присаживается рядом с женой. Леди Диана, урождённая Ллойд, что-то тихонько нашёптывала полуторагодовалому малышу, одновременно укачивая его на коленях. Юный Алессандро Медичи, верно, обладал поистине стоическим характером, раз потихоньку закрывал усталые глазки, невзирая на царящий вокруг хаос.

Джанфранко бережно приобнял супругу за плечи, касаясь губами виска. Диана улыбнулась, поворачиваясь к мужу, и Маргарет поспешно отвела взгляд. Глазеть на счастливые пары, в отличие от подруги, ей не хотелось.

А вот мрачные телохранители вызывали в ней неподдельный интерес.

– Сэмюэль Гравано, – сверившись со списком, удовлетворённо кивнула Валери. – Ух, какой зверюга! Завербовать бы его, – мечтательно проговорила агент Стоун, блуждая цепким взглядом по квадратной фигуре телохранителя Медичи.

Маргарет оценила, как хмурый Гравано бросает тяжёлый взгляд по сторонам и присаживается аккурат за спинами четы Медичи. Коротко покачала головой.

– Дело чести, – негромко приговорила телохранителя Мэгги. – Сэм Гравано присягнул на верность Медичи ещё в юности. Даже не знаю, что способно оторвать цепного пса от хозяина.

– Порванная цепь, – подсказала Валери, бросая последний взгляд на телохранителя.

Маргарет только покачала головой.

– Такие не умеют жить собственной жизнью.

– Ну, значит, найдёт нового хозяина, – пожала плечами Валери. – Я бы рискнула! Надо намекнуть шефу Кеннингему, какие тут колоритные мужчины без присмотра ходят…

Мэгги усмехнулась, проходя в кабину пилотов. Со стороны казалось, будто Валери – та ещё роковая женщина, походя разбивающая мужские сердца. На заданиях, к слову, агент Стоун и впрямь отыгрывала чаще всего эти роли: помогала яркая внешность и спокойная уверенность, с которой Валери подходила к любому мужчине. А уж жертв «роковой блондинки» в послужном списке не счесть: желающих обладать столь прекрасной женщиной всегда оказывалось немало.

Мэгги знала чуть больше, чем коллеги и даже сам шеф Кеннингем.

Единственной похороненной страстью агента Стоун была подруга детства, очаровательная мисс Фрейя Эванс, ныне миссис Хосе Суарас. Прекратить с ней общение требовало от агента Стоун куда больше выдержки и жертв, чем казалось непосвящённым коллегам в МИ-6.

Зато под чужими масками Валери Стоун легко скрывала и собственное одиночество, и несбыточные мечты.

– Всё готово? – поинтересовалась Маргарет, заглядывая в кабину пилотов.

Борт-инженер оторвал голову от приборов и коротко кивнул. Капитан воздушного судна даже не обернулся, зато второй пилот, улыбчивый молодой офицер, стрельнул в её сторону заинтересованным взглядом и отсалютовал:

– Так точно, мисс!

– Агент Морган, – сухо напомнила Маргарет. – Вылет через десять минут. Диспетчер на связи?

– Всё путём, агент, – пообещал второй пилот, любовно поглаживая блестящую приборную панель. – Вы только взгляните! С такой техникой нам скоро никакие ментальные маги будут не нужны!

– Учитывая, что борт ими напичкан, я бы прикусил язык, Найлз, – строго оборвал коллегу капитан. – Простите, агент Морган, у нас финальная проверка. Если не возражаете…

Маргарет не возражала и покинула кабину. Валери и Чарли уже сидели на своих местах, сразу за рядами кресел семьи Ллойд, и Стивенсон, конечно же, устроился между очаровательными коллегами. Улыбчивый, обаятельный, бывший медбрат, а ныне боевой медик Чарльз Стивенсон покорял сердца девушек с полувзгляда, вот только остановил этот взгляд именно на Маргарет Морган. Хотя, чего уж там, рядом всегда находились и красивее, и покладистее, чем замкнутая и немногословная коллега из боевого подразделения.

Маргарет по-своему льстило внимание Чарли, но она не торопила событий и не давала ложных надежд. Служебный роман – это всегда проблемы. Ей так говорили.

Хотя и от жаркой ладони, накрывшей её пальцы, избавляться не спешила.

– …я бы сделал окна круглыми, – донёсся до неё возбуждённый шёпот агента Ллойда. – Разумеется, конструкцию ещё будут дорабатывать, но только взгляни на фюзеляж!..

Эвелин Ллойд терпела восторги мужа с восхитительной выдержкой. Мэгги могла лишь посочувствовать: тягу агента Ллойда к полётам заметил даже шеф Джерри. Джон давно просился в пилотную школу, так что МИ-6 имело все шансы получить первого пилота-менталиста в истории. Не то чтобы агента Ллойда пустили в боевые воздушные миссии, разумеется: он был куда полезнее на земле.

– Джон, обещай мне, – прервала мужа на полуслове Эвелин, прижимая одного из зевающих близнецов к груди. – Ты обязан себя беречь!

Агент Ллойд помолчал, устраивая второго мальчишку в кресле рядом с собой. Затем коротко кивнул, поднимая бездонные, как ночное небо за бортом, глаза на жену.

– Я вернусь к вам, Эва, – негромко пообещал агент-менталист. – Я вернусь к тебе.

Самолёт вырулил на взлётную полосу, и Маргарет крепче вцепилась в подлокотники. Жаркая ладонь Чарли Стивенсона сейчас только раздражала, так что Мэгги стряхнула её, делая вид, что проверяет наручные часы. Потребности в том не имелось: всё шло, как по маслу. Чётко, спланированно, минута в минуту. Всё-таки это была её первая миссия в качестве командира, и она не потерпит ни задержек, ни непредвиденных…

Натужно заработали двигатели.

Маргарет не подпрыгнула только потому, что в этот момент призывала магию льда. Приятная прохлада растекалась по жилам, замедляла стук сердца, очищала сознание, прогоняя панические мысли прочь. А ещё шёпот. Шёпот отовсюду: нежный и приглушённый – от четы Медичи по правую руку, горячечный и жаркий – от агента Ллойда с супругой… Успокаивающие слова доктора Вольфа, адресованные не то дочерям, не то бледной, как призрак, Мэйовин…

Разгон и радостно взревевший мотор. Короткое ощущение тяжести, и сразу следом – удивительная лёгкость, как будто тело вот-вот оторвётся от кресла, поправ собственные килограммы и удерживающие их ремни. Сердце подпрыгнуло к самому горлу и камнем ухнуло вниз.

– Летим! – констатировала Валери, тотчас протягивая ладонь Чарли. – Ты мне должен, Стивенсон!

Маргарет обернулась, всё ещё слишком напряжённая, чтобы вымолвить хотя бы слово. Они действительно летели, и за прямоугольными окнами отдалялась тёмная земля с завораживающими огоньками света далеко внизу.

– Мы поспорили, – со вздохом пояснил Чарли, вкладывая в требовательную ладонь Валери пять фунтов. – Я предположил, что эта посудина даже не оторвётся от земли.

Агент Ллойд полуобернулся, но не прокомментировал. Маргарет удивилась бы, что столь заядлый любитель полётов не нашёл, что ответить усомнившемуся в святая святых, если бы не заметила некоторой холодности лорда Ллойда по отношению к бывшему медбрату «Виллы». Чарли утверждал, будто они с Джоном так и не познакомились тогда лично, но зато он хорошо знал его сестру, леди Джен Эвергрин.

– Каким курсом следуем? – поинтересовался Стивенсон, оборачиваясь к Мэгги. – Теперь-то можешь нам рассказать, командир!

Маргарет нахмурилась, поймав взгляд агента Ллойда, и нехотя призналась:

– Винчестер-Стоунхендж-Бат-Бристоль и далее через Уэльс и море прямой курс на Дублин.

– Эх, – расстроился Чарли, – а я надеялся поглазеть на ночной Лондон!

Маргарет не отозвалась, прислушиваясь к себе. Полёт шёл как по маслу, первое пассажирское воздушное судно Великобритании рассекало пространство уверенно и легко, словно «Титаник» Атлантику. До момента встречи с айсбергом, разумеется.

– Время горячительных напитков? – громким шёпотом предложил Стивенсон.

Валери одобрительно кивнула, покосившись на притихшую Маргарет, и первой выбралась в сторону крохотной бортовой кухоньки. Предполагалось, что на регулярных рейсах пассажирам будут предлагаться закуски и напитки, и уставшим агентам МИ-6 подобная предусмотрительность пришлась по вкусу. Стоило пережить войну, чтобы затем наслаждаться роскошью гражданских перелётов!

Маргарет не хотела ни пить, ни есть, но отправилась за подругой в хвост самолёта, чтобы занять руки и не сидеть рядом с Чарли. Бывший медбрат не умел молчать и с каждой минутой нервировал всё больше.

– А может, обойдёмся без чая? – задумчиво уточнила Валери, изучая содержимое кухонных ящичков. – Сейчас гости напьются, начнут в туалетную кабинку шастать…

Маргарет покосилась на узкую дверцу и вздохнула.

– Не раньше, чем через полчаса, – педантично уточнила она. – Голосую за чай.

Гости ожидаемо обрадовались неожиданно щедрому предложению агентов Морган и Стоун, так что к чаю присоединились все, кроме спящих детей. Не отказались даже пилоты с борт-инженером. Чарли Стивенсон помог коллегам в обслуживании важных пассажиров, не упустив при этой и своей выгоды: щедрой доли коньяка в чашке.

Через полчаса первым в туалетную кабинку направился капитан самолёта.

Стивенсон снова проиграл пари и передал довольной Валери ещё пять фунтов…

А затем мир взорвался грохотом, беспощадным огнём, смертоносными осколками, ледяным ветром и отчаянными криками. И верхним аккордом безумия, наполняя жилы Маргарет ледяным ужасом – плач испуганных детей, проснувшихся за минуты до смерти.

Самолёт резко накренился и натужно завыл повреждёнными двигателями, взяв уверенный курс на землю.

– Бомба! – глухо крикнули сбоку.

Маргарет различила голос Сэмюэля Гравано лишь потому, что верный телохранитель Медичи вывалился в проход от взрыва и сейчас цеплялся за подлокотники рядом с ней, пытаясь забраться обратно в спасительное кресло с ремнями.

Мельком обернувшись, Мэгги заметила зияющую дыру в хвосте самолёта, там, где секундами ранее находились бортовая кухня и туалет. В ледяную бездну, скатываясь по проходу перекошенного судна, вылетали тарелки, чашки, детские игрушки и та самая книжка с картинками, которую читал доктор Вольф своим дочерям.

– Держите детей! – гаркнул, перекрывая рёв ветра в салоне, Гравано.

Дверь в кабину пилотов распахнулась.

– Мы потеряли контроль над судном! – прохрипел борт-инженер, вцепившись в створку. – Приготовиться к жёсткой посадке!

– Джон!.. – отчаянно крикнула миссис Ллойд с передних рядов.

Сердце Маргарет застыло, когда она увидела, как агент Ллойд обводит страшным взглядом пассажиров.

Зажмурившаяся Диана с племянником. Джанфранко Медичи, который тщетно укрывал их от бушующего в кабине ветра. Константин Вольф, перехвативший едва не вылетевших из кресел дочерей. Его супруга, которая отчаянно кричала, закрыв уши дымящимися ладонями – вот уж когда магия огня точно не могла ничем помочь…

Джон вновь обернулся, и Маргарет увидела, как он смотрит, коротко и жутко, на собственных жену и детей.

Эвелин прижимала к себе тихо поскуливавших близнецов, впитывая последние мгновения перед неизбежным, и не сразу ответила на его взгляд.

Самолёт стремительно нёсся вниз, навстречу земле и смерти.

А затем агент Ллойд отстегнул ремни, поднимаясь во весь рост.

– Капитан!.. – хрипло вскрикнула Валери.

Джона не унесло в зияющую дыру умирающего самолёта. Попирая все законы физики, менталист-телекинетик стоял прямо и уверенно, разведя руки в стороны. Глаза его оставались закрыты, но вокруг них стремительно расцветала паутина чёрных жил, прорезая напряжённое лицо острыми лучами.

Неприятное покалывание сменилось жарким и обволакивающим, словно Маргарет завернули в перину – а затем самолёт дёрнулся и замедлил падение. Они всё ещё снижались, но уже мягко и бережно, как в люльке.

Не веря себе, Маргарет ошарашено огляделась по сторонам, увидела шокированных коллег, убедилась, что не сходит с ума, а затем поражённо глянула на лорда Ллойда.

Телекинетик развёл руки в стороны, вскинув темное, перекошенное от напряжения лицо к смертоносному небу, и замер, медленно сжимая скрюченные пальцы в кулаки. Из носа его вырвалась, скользнула по губам кровавая змейка, сорвалась с подбородка, капнув на белоснежный воротник.

– Нет!.. – вдруг глухо выдохнул доктор Вольф, подавшись вперёд.

А Маргарет внезапно поняла, что прекрасно слышит его, потому что бушующий ад за пределами порванного фюзеляжа резко стих – так, словно весь пострадавший борт кто-то быстро и аккуратно паковал в вату.

Самолёт ровно и осторожно спускался в ночную мглу, и борт-инженер выглянул из кабины ещё раз, скользнув по застывшей фигуре лорда Ллойда диким взглядом.

– Мы… снижаемся, – выдохнул второй пилот Найлз, осторожно отпуская бесполезный штурвал. – Что за…

– Ничего не трогай! – быстро сориентировался борт-инженер. – Слышал?! Не мешай!

Маргарет так и не узнала, что помогло лорду Ллойду в ту страшную ночь: знание конструкции самолёта, страх за дорогих людей или осознание, что других вариантов попросту не осталось. Как и времени.

Зато хорошо понимала жертву, которую приносил сейчас агент Джон Ллойд. По густым струйкам крови, стекавшим из носа. По кровавому поту, выступившему на побелевшем лице. По выбившимся из-под век слезам, тоже окрашенным в нежно-алый цвет. По распахнутым глазам Эвелин Ллойд, которая сейчас теряла мужа, но тем самым спасала детей.

По застывшему лицу доктора Вольфа, который смотрел на друга, не отрываясь. Глаза Константина, обыкновенно темно-серые, непрозрачные, сияли дивным серебром, то ли отражая чужую магическую ауру, на которую он смотрел сейчас столь пристально, то ли сверкая от непролитых слёз. Маргарет помнила из досье, что доктор Вольф и впрямь видел больше остальных. Слабый менталист, он ощущал чужой магический след, различал оттенки ауры… видел чужое колдовство изнутри…

Что он видел сейчас?..

– Горим! – хрипло гаркнул верный телохранитель Медичи. Сэм Гравано уже забрался обратно в кресло и сейчас наблюдал не столько за работой телекинетика, сколько за происходящим вокруг. – Правый борт!

Маргарет обернулась и решительно отстегнула ремень, выбираясь из кресла. Невзирая на протестующие возгласы Стивенсона, шагнула через проход к месту Сэма Гравано и, не церемонясь, перебралась через его колени к дымящемуся фюзеляжу.

Прикрыла глаза на несколько долгих секунд и резко выдохнула, прижимая заледеневшие ладони к тлеющей обивке. Эвелин Ллойд, верно, справилась бы лучше, но она не выпускала детей из судорожно сжатых рук, и Маргарет не мешкала, выпуская всю магию льда из крови. Уцелевший салон стремительно покрывался ледяной коркой изнутри, отрезая их от горящего фюзеляжа снаружи, и в какой-то момент Мэгги пошатнулась, бессильно соскользнув ладонями с обивки.

– Отлично сработано, мисс, – сипло заверил Гравано, поддержав её под локоть. – А когда приземлимся, сможете так же?

Мэгги прикрыла лицо дрожащими ладонями и слабо выдохнула:

– Нет.

Объяснять хмурому телохранителю, что магию льда она исчерпала, но вполне может прибегнуть к другой стихии, агент Морган не стала. Поднявшись, Маргарет перелезла через колени Гравано обратно в проход и замерла, вцепившись в подлокотник кресла.

Мелькнувшая в прямоугольных иллюминаторах близкая земля напугала больше, чем чёрная бездна, из которой они падали.

Но не больше агента Ллойда, выбравшего именно этот момент, чтобы закричать.

Маргарет с ужасом увидела хлынувшую горлом кровь и присела в проходе, не решившись даже вернуться в собственное кресло. Не открывая глаз, Джон резко распахнул сжатые в кулаки ладони, и от самолёта с натужным скрежетом оторвался пылающий двигатель, рухнув далеко позади.

А затем самолёт ударило брюхом о землю, так, что Маргарет улетела бы под потолок и неизбежно переломала бы кости, если бы не Стивенсон, перегнувшийся через кресло и обхвативший её крепкими руками.

Плач детей и сдавленные стоны всё ещё эхом отзывались у Маргарет в голове, когда самолёт протащило ещё несколько сот футов, накренило набок и уронило обратно в застонавшую твердь.

И всё стихло.

Мэгги первой поднялась на ноги, оторвавшись от цепкой хватки Чарли, и потому первой поймала потусторонний взгляд приоткрывшихся глаз Джона Ллойда.

У человека не бывает таких глаз. И такого взгляда, жуткого, неземного – тоже.

А затем менталист-телекинетик пошатнулся и рухнул на спину, раскинув безвольные руки в стороны. По неживому лицу катились кровавые капли, стекая к широкому ручейку у приоткрытого рта.

– Все живы? – рявкнул Гравано, следом за Маргарет вскакивая на ноги.

Мэгги быстро оглядела шокированных пассажиров и убедилась, что живы, никто даже не ранен, за исключением синяков и ушибов – что само по себе казалось чудом. После взрыва они были обречены – все до единого. Мэгги не сомневалась, что даже лучшие спасатели Объединенного Королевства не наскребли бы, кого похоронить после удара развороченного самолёта о землю. Что там – от всего борта осталась бы куча бесформенного металла и столб вонючего дыма. Да и тот развеялся бы спустя несколько часов…

– Всем пассажирам – на выход! – подскочил на ноги Стивенсон. Медбрат казался непривычно сосредоточенным, даже жёстким – словно смешливого Чарли выдуло из салона вместе с уже бесполезным двигателем. – Кому нужна медицинская помощь – получат снаружи! Внутри оставаться нельзя!

Из кабины пилотов со стонами и гримасами вылезал борт-инженер, цепляясь за бледного пилота Найлза, со своих мест уже поднялись Джанфранко и Диана Медичи, вскочила, подхватив одну из дочерей на руки, Мэйовин Вольф. Торопливо отстегнулась Эвелин Ллойд, поднялась, прижимая к себе хнычущих близнецов.

Неподвижным остался только Константин Вольф.

Магэксперт всё ещё смотрел туда, где несколькими секундами ранее стоял Джон Ллойд, и лицо его, застывшее и бледное, влажно блестело под вспышками огня за бортом.

Приглядевшись, Маргарет похолодела: нет, она не ошиблась.

По лицу бесстрастного, флегматичного доктора Вольфа катились слёзы.

И это внезапно напугало её больше, чем всё, что случилось с ними в воздухе.