Эпилог

Айрис

– Мамочка, посмотри, как я умею! – раздается звонкий голос дочки, плескающейся в детском надувном бассейне, который мы специально установили для нее.

Отрываю взгляд от экрана ноутбука, сидя на шезлонге под зонтиком на нашей террасе. Наблюдаю, как моя трехлетняя малышка, схватившись за бортик бассейна, перебирает маленькими ножками, разбрызгивая воду вокруг.

– Ты моя умница, – улыбаюсь, понимая, что моя дочь растет такой же помешанной на воде, как и я.

Что уж говорить, если родила я ее тоже в воде, когда-то услышав про этот метод родов. И к счастью, все прошло намного легче, чем я думала. Возможно, сыграло то, что Джулиан был рядом в тот момент. Держал меня за руку во время схваток. Он видел все сначала и до конца, и сам перерезал пуповину нашей девочке.

Первое время после возвращения домой из больницы я не могла поверить, что все это с нами происходит. А особенно тому, каким чутким и заботливым оказался Джулиан. Он очень изменился с того дня, как нас насильно поженили. Это больше не тот холодный и надменный мужчина, которому плевать на всех. Он самый лучший муж и отец на свете. Иногда мне даже приходиться просить его не баловать так нашу дочь или она вырастет слишком капризной. Но хватает его ненадолго, как только эта маленькая проказница надувает губки и смотрит на своего отца огромными светло-голубыми глазками, он сразу тает и делает все, что бы она ни попросила.

– Мамочка, я хочу научиться плавать как ты.

– Обязательно научишься, милая.

– Как тут у вас дела? – раздается низкий голос мужа за моей спиной.

– Папа! Папочка вернулся! – дочка выбирается из бассейна и несется к своему отцу.

– Милли, не поскользнись, – предостерегаю маленькую непоседу.

Повернувшись, вижу как Джулиан подхватывает дочку на руки и прижимает к себе.

– Привет, рыбка моя, – целует дочку в пухлую щечку.

– Я тебя намочила, папочка, – опускает взгляд на намокшую белоснежную рубашку.

– Не страшно. Чем вы тут с мамой занимались? – подходит и наклонившись, целует меня в макушку.

– Я плавала. А мама работала.

– Ты уже умеешь плавать? – присаживается на мой шезлонг, и я откладываю ноутбук в сторону.

Джулиан усаживает дочку себе на колени, погладив по светлой головке. Милли кажется такой крошечной по сравнению со своим папой. И невероятно похожей на него.

– Я еще учусь, – мотает ножками.

– Хочешь быть как мама? – кидает прозрачный взгляд на меня.

– Да. Я хочу быть как моя мама Русалка.

– Почему-то я даже не сомневался, что будет так, – подмигивает мне.

– А что ты мне привез? – выжидающе смотрит.

– То, что ты просила. Уже стоит в твоей комнате.

– Аквариум с рыбками?

– Да.

– Ура! Спасибо, папочка, – обнимает его за шею. – Я хочу посмотреть.

– Сейчас поговорю с твоей мамой и пойдем вместе. Иди, пока поплескайся еще, – ставит дочку на землю.

– Хорошо, – малышка убегает, и Джулиан поворачивается ко мне.

– Какие новости? – берет мои ноги и перекидывает через свои бедра, поглаживая коленки.

– Отличные. Выставка состоится, – широко улыбаюсь.

Не став продолжать учебу в Калифорнийском университете, я углубилась в фотографию, но на какое-то время после рождения Милли посвятила себя материнству.

Вот только за последний год я все чаще ловила себя на мысли, что хочу, чтобы мое хобби стало чем-то большим и мне удалось договориться о собственной фотовыставке в одной нью-йоркской галерее.

– Поздравляю, Русалка. Уверен это только начало.

– Спасибо. А как у тебя дела?

– Сегодня встречался с архитектором, обсудили основные детали для разработки проекта отеля. Скоро процесс пойдет.

– Я рада.

Джулиан решил заниматься отельным бизнесом, который здесь, на Барбадосе, набирает обороты. Мы оставили наши прошлые жизни в штатах, продав все, что было. Даже его компанию мы решили продать. Теперь мы полностью сосредоточились на тихой островной жизни. И нас обоих она совершенно устраивает.

– Как насчет того, чтобы сегодня провести вечер вдвоем? – ведет рукой по моему бедру, забираясь пальцами под шорты.

– Предлагаешь вызвать няню для Милли и снять номер в отеле? – закусываю нижнюю губу, мгновенно ощутив возбуждение.

– Да. Мы так и не опробовали с тобой новую игрушку, – ухмыляется, опаляя потемневшим серыми омутами, и надавливает на чувствительную точку через трусики.

– Ммм…конечно, я согласна, пупсик, – облизываю пересохшие губы.

Джулиан издает хриплый смешок и, наклонившись, сладко целует меня в губы.

Когда-то я и помыслить не могла, что могу быть так счастлива с человеком, которого настолько сильно ненавидела. А теперь он для меня целый мир, и я рада, что именно он стал моим мужем.