Глава девятая · Венерическая мухоловка

Ветка подо мной хрустнула, и я полетела вниз. Сердце моментально оборвалось. Я пришла в себя, лежа на сухой листве. Тело гудело, но шевелилось. Сейчас немного полежу и…

— Вот она! — послышались голоса, пока я поднялась, стряхивая с волос сухую листву. — Нашлась беглянка!

Я не успела даже пискнуть, как меня схватили и куда-то понесли, накинув на меня плащ с капюшоном. В черной духоте, я пыталась понять, неужели эльфы так рады моему появлению? Мой пока еще носильщик, видимо, раздумывал о карьере «насильника», придерживая меня за попу.

— Сбежала из гарема, — усмехнулся голос того, кто меня нес. — Это ж надо! Умудрилась! С полудня ее ищем! Весь лес прочесали!

— Я уж думал, все! Добралась до своих мерзких людишек! — послышался насмешливый голос рядом. — Не хотелось бы, чтобы люди знали о пристрастии нашего владыки!

— Тс-с-с, — оборвал его голос моего транспортного средства. — Не хватало, чтобы кто-то услышал! Здесь даже у деревьев есть уши! Эй! Открывайте!

Что-то скрипнуло, а я насторожилась, пытаясь понять, куда меня тащат.

— Это точно она? — внезапно и очень озадаченно спросил голос эльфа, почти бесшумно идущего рядом. — А то я что-то плохо рассмотрел!

— Какая разница, — процедил «носильщик», поправляя меня на плече. — Для его величества все люди на одно лицо! Сказали — найти девушку, которая сбежала из гарема — мы нашли! А та или не та, пусть сам разбирается!

— Стой, кто идет! — произнес голос. Мне показалось, или послышался скрежет.

— Авендир и Лориэль, — ответил мой «носильщик». — Пропустить!

— Так вас же за капюшонами не видно, — оправдывался стражник, пока мягкие эльфийские шаги едва слышно отдавались от стен. Где-то играла музыка, а я терпеливо ждала, когда эти два ушастых выполнят за меня главную часть работы!

— Откройте гарем! — послышался голос справа. Скрип двери сопровождался легкими шагами. — Вот!

В этот момент меня скинули с плеча, а я едва удержала равновесие. Содрав двумя руками капюшон, я удивленно осматривалась по сторонам. Подле меня стояли два высоченных светловолосых эльфа, похожих друг на друга, как две капли той самой жидкости, из которой они появились на свет. Правда, у одного волосы были собраны в высокий хвост, а у второго волосы были переплетены замысловатыми косичками.

Передо мной стоял еще один эльф, и мне показалось, что какая-то сволочь эльфийской наружности однажды решила устроить марафон по соблазнению всех женщин королевства. И теперь куда ни плюнь, везде высокие блондины со светлыми глазами.

— Еще раз сбежишь — накажем ядовитым плющом! Ишь ты! У меня сразу шестеро охранников в отставку подали из-за тебя! Обыщите ее! Никаких карандашей и веревочек! — строго произнес эльф в дорогом костюме, глядя на меня со всем высокомерием. Его величеству я, разумеется, не сообщал, поэтому этот инцидент мы, пожалуй, оставим втайне!

— Хорошо, что не в нашу смену, — переглянулись «охранники», опустив глаза.

Меня схватили стали обыскивать с ног до головы.

— Нашли ленточку! — произнес один из «носильщиков», выдергивая у меня из платья ленту.

— Что это? — сурово произнес «главнюк», сверкнув голубыми глазами. — Я спрашиваю! Что это?

— Карандашей, ручек и палочек нет! — отчиталась охрана, пытаясь вытряхнуть из меня душу.

— Я отведу ее в гарем! — сурово произнес «главнюк», разворачиваясь на месте. — За мной! Живо!

Я решила немного поупираться ради приличия, предвкушая быстрое выполнение миссии!

— Живее! — скомандовал эльф, поджав губы. Он тащил меня, ухватив за плечо, по белому мраморному коридору, напоминающему какой-то храм. Положив руку на заросшую плющом дверь, он что-то прошептал, и растения полезли в разные стороны, освобождая проход.

Меня втолкнули внутрь огромной комнаты, в которой на роскошных подушках сидели скучающие девушки. Пышная блондинка с длинными волосами, смотрелась в зеркало, расчесывая свою шевелюру. Она сжимала кончик своего уха и горестно вздыхала. Миниатюрная брюнетка сидела с ногами на подушке, обрывая лепестки у розовой ромашки. Губы ее шевелились: «будет, не будет… будет…», а лепестки падали на подол зеленого платья. Еще две девицы плели какой-то венок, причем один на двоих. В центре комнаты умиротворенно журчал фонатанчик, зато на стене была написана огромная цифра «79» чем-то похожая на губную помаду.

Отлично! Здесь мы легко обойдемся без линеек! Главное — втереться в доверие! Они сами все расскажут. И как только я получу ценную информацию, можно делать ноги!

— Всем привет! — поздоровалась я, видя, как девушки подняли на меня глаза.

— Новенькая? — переглянулись «веночницы». — Что? Тоже заблудилась в лесу?

— Я пошла по грибы, — с усмешкой произнесла блондинка, снова расчесывая свои роскошные волосы. — Пять лет назад! До сих пор несу домой! Видала, лукошко стоит?

— А я пошла по ягоды, — вздохнула миниатюрная брюнетка, бросая общипанный цветок на пол. — Как видишь, удачненько сходила!

— А за мной вообще медведь гнался! — произнесла рыженькая «веночница», беря из кучки свежий цветок. — До сих пор догоняет…

— А я просто решила цветов нарвать! — мрачно заметила ее соседка — шатенка, разглядывая цветочную гирлянду. — Так меня чуть разбойники не изнасиловали! Жаль, что не успели…

Так, а вот это мне уже не нравится! Я внимательно посмотрела на девушек, которые почему-то грустно улыбнулись мне.

— Я же говорю. Жаль, что не успели, — продолжила с мрачной усмешкой шатенка, беря из корзины еще один цветок. Ее рука нервно дрожала.

— Странно, я представляла, что в гареме все друг друга ненавидят и ревнуют! — заметила я, озадаченно глядя на нервное спокойствие. — Один мужик на всех, как бы…

— Все! — внезапно плаксиво заорала шатенка, бросая свое гадание на пол. — Я так больше не могу! Хоть на стенку лезь!

— Тише, Бетти, успокойся, — зашептали остальные, пытаясь угомонить красавицу, ногой расшвыривающую цветы. «Да что значит успокоиться?», — хныкала она, закатывая глаза и истерику. — «Нам даже морковку и огурцы тертыми дают!».

— Не поняла, — прищурилась я, присаживаясь и подгребая под себя красивые подушки с цветами. — При чем здесь морковка и огурцы?

— Как причем? — заорала Бетти, ударяя кулачком по подушке. — Не могу я так больше! Не могу-у-у!

— Тебе сколько лет? — внезапно поинтересовалась блондинка, а я присмотрелась к ней, понимая, что ей лет сорок. Да! Действительно! Просто она очень хорошо сохранилась!

— Эм… Двадцать пять, — пожала плечами я, немного не понимая вопроса. — А что?

Все посмотрели на цифру, нарисованную на стене, а Бетти снова разразилась рыданиями. «У нее все шансы дожить! Так нечестно! Мне уже тридцать два-а-а!», — всхлипывала она, пока я снова смотрела на странную цифру.

— У нас тут недавно одна сбежала… Шестерых охранников уложила… — вздохнула блондинка, продолжая расчесывать свои роскошный волосы деревянным гребнем. — И изнасиловала… Мы слышали!

— А я-то думаю! Почему она карандаш прятала! И веревочку! — размазывала по щекам слезы Бетти, падая на подушки. — Она и мне предлагала сбежать! Что ж я, дура, не послушалась?

Озадаченно я смотрела на несчастную, которая только-только начала успокаиваться. На меня смотрели грустные женские глаза.

— А карандаш ей для чего? Она им дверь открыла? — поинтересовалась я, глядя на массивную дверь, поросшую плющом.

— Ага, в женский рай! — снова зарыдала Бетти, мучая подушечку. — Привязала веревочкой и открыла-а-а…

На меня все посмотрели с укором, пока я пыталась понять, как меня так угораздило! Комната была большой, но окон в ней не было. Весь потолок облепили светлячки, мигая попеременно, как старая лампа с выдохшимся заклинанием.

— А зачем ему гарем, если он… ну… того? — снова спросила я, чувствуя, как во мне сломалась логика.

— Как зачем? — всхлипнула Бетти, пока я подходила к двери. Зеленые листья полностью спрятали даже дверную ручку. — Для отвода глаз! Дескать, есть гарем — есть личная жизнь! Эльфки, они же быстро сдадут его! А у людей здесь нет никаких прав!

— Ни прав, ни лев! — поддакнула блондинка, бросая гребень возле зеркала.

— И чем тогда вы здесь занимаетесь? — удивилась я, понимая, что отчет для принцессы будет очень веселым!

— В первой половине дня мы плетем гирлянды, — перечисляла рыжая. — Во второй половине дня мы их расплетаем. Не трогай! Он ядовит!

Я резко отдернула руку от зеленой шторы плюща, брезгливо глядя на зеленые побеги.

— Неделю проваляешься в беспамятстве! — продолжала рыжая, глядя на то, как я опасливо убираю руку за спину. — И это если повезет! Это какое-то магическое растение! Стоит до него дотронуться, как появятся жуткие ожоги! И если тебе не дадут противоядие, которое храниться под строжайшим запретом, то все! Считай, как говорят эльфы, упадет твой последний лепесток. Этот проклятый плющ тут везде! Они его вместо замков используют!

Я уже поняла, что меня будет плющить от этого плюща, поэтому решила не рисковать!

— Слушай! Ну раз ты здесь! Рассказывай, когда ты в последний раз мужика видела? — пристала блондинка, пока я сделала несколько шагов подальше от секретной эльфийской разработки.

Вопрос поставил меня в очень неловкое положение. Жадные до подробностей глаза уставились на меня. Все уселись поудобнее, приготовившись слушать мой рассказ.

— Эм… Ну как бы вам сказать? — замялась я, понимая, что разочаровывать девочек нельзя!

Через десять минут моего фантастического рассказа, в воцарившейся тишине послышалось тихое сглатывание! Еще бы! Зря бабушка собирала библиотеку про девственность и прочие лишения?

— Невероятно! — округлила глаза блондинка. — Принц оборотней! Надо запомнить, куда бежать в случае чего! Тут оборотни недалеко. Надеюсь, успею добежать до границы!

Внезапно плющ пополз вверх, обнажая красивую дубовую дверь. Дверь открылась, а на пороге стоял тот самый надсмотрщик, глядя на нас с ленивым омерзением.

— На выход! Через десять минут вы нужны в тронном зале! — произнес он, зевая и поглядывая на цветочные гирлянды и венки. Дверь закрылась, снова зарастая плющом. — Прибыла делегация! Заключать военный союз!

— Ура!!! — послышались оживленные голоса, а девочки тут же стали прихорашиваться. — Наконец-то! Три месяца ждали!

Все бегали по комнате, цепляя цветы везде, где только можно! Блондинка подтянула декольте, рассматривая два белых полушария в зеркале. Рыжая плела себе косу, украшая ее цветами, Бетти умывалась из фонтана, пытаясь проморгаться от воды.

— Вот сбегу отсюда нажрусь мяса! Мужик и мясо! — суетилась подруга рыжей, расправляя мятое платье. — Мужик и мясо! А то эти котлеты из акации уже поперек горла стоят!

— Короче, смотри! — инструктировала меня рыжая, доплетая косу. — Всем видом намекай на то, что он у нас самец ого-го! Поняла?

— Ага! — кивнула я, понимая, что очень хочу взглянуть в глаза этому «самцу», взращённому на котлетах их цветов акации. «Мужчины любят, когда им показывают, что они мужественные и прекрасные!», — зашуршали прочитанные книги. — «Поэтому всячески подчеркивайте это после проведенной ночи! Им это нравится! Сейчас мы дадим вам подробные инструкции, как правильно нужно это делать!».

— Учти, будешь плохо изображать — посадят в ядовитый плющ! — пышная блондинка что-то давила на лице, скривившись и ойкая. В каждой женщине есть стержень! Иногда это стержень прыща!

— А если хорошо, то выведут на прогулку! — послышался голос сбоку. Отлично, прогулка — хороший способ сбежать! Дальше попробую сориентироваться в лесу!

— На выход! — шуршали платье и цветы, а рядом кто-то шмыгнул. Я тоже шмыгнула, не удержав соплю от торжественности момента! Плющ пополз вверх, а нас гуськом вывели из комнаты. Белоснежные стены, увитые розами выглядели очень нарядно. Легкие шаги эльфа были почти не слышны, зато мы топали, как слоны, рассматривая цветы и потолки в виде сплетенных корней.

— Совсем забыла сказать. Если спросит, как тебя зовут, то назовись каким-нибудь цветком! — послышался шепот, пока мы миновали первый коридор. Длинная лестница вела куда-то вверх. Плющ снова поднялся от одного касания нашего провожатого, и мы вошли в роскошную комнату, усеянную подушками. В комнате не было никого, зато украшена она была, как торт.

— Моя синяя! — послышался шепот за спиной. — Я ее с прошлого раза застолбила! Тут даже мой волос остался!

— Да нет! Вот твоя! Это той, которая сбежала! — спорили девочки, пока я рассматривала стену, увитую розами от пола до потолка. Стоило мне обернуться, как я увидела эротично задранные юбки, обнажающие стройные ноги, вываленные навстречу женскому счастью прелести и томные позы.

— Ты слизала мою позу! — послышался яростный шепот. — Я всегда так сидела!

— Вспомнить бы, как это делается, — выдыхала блондинка, облизывая губы. На полу стояли фрукты в роскошной миске, украшенной цветами.

— Тише! Кто-то идет! — зашуршали девочки, а я присела на подушечку, усиленно вспоминая рекомендации книг. И действительно, послышались отчетливые шаги, а роскошные двери открылись. В комнату вошел красавец, от которого даже у меня дух захватило. Нет, я видела его на портрете, но портрет лгал! Живьем он был в сто раз красивее. Длинные светлые волосы были красиво уложены, обнажая остренькое ухо, в котором сверкнула бриллиантом серьга. Белоснежные одежды искрились так, словно первый снег, а голову украшала серебристая корона. Бледное лицо эльфа казалось настолько красивым, что у меня брови полезли на лоб.

— Проходите, — произнес эльф таким голосом, от которого кто-то из девочек томно выдохнул. В комнату вошла целая делегация в коричневых доспехах. Оборотни в условиях эльфийской стерильности казались грязными бактериями.

— Недурно, — усмехнулся один из оборотней, поглядывая на нас плотоядным взглядом. Король эльфов опустился на подушки, рядом со мной, пока я пыталась отогнать от себя очарование.

— Эльфы всегда стояли в стороне от войны, — лениво произнес король, пока позади нас послышалось недовольное сопение. Его тонкая рука, украшенная браслетам с хитрым плетение, легла на мою коленку. — Так что я не уверен, что готов обсуждать этот вопрос. Ваши проблемы — это ваши проблемы!

— А как же альянс, подписанный много веков назад? — произнес оборотень, тыкая каким-то ветхим документом.

— Ах, альянс, — вздохнул король, бросив на меня странный взгляд. — Припоминаю! Что-то похожее подписывал!

— Аскаин уже вторгся на наши земли! — прорычал глава делегации. — Их армия превышает нашу в десятки раз!

— И что? — вздохнул король эльфов, пока мне на ухо послышался шепот: «Чего застыла! Действуй!». — Я так и не могу понять, из-за чего у вас там все началось?

— Из-за проклятой бабы, — прорычал оборотень. — Какая-то девица проникла к нам во дворец, соблазнила принца, заразила его неизлечимой болезнью и… слиняла! Ни один маг не смог вылечить принца! Мы пытались поймать эту красавицу, как вдруг она исчезла! След заклинания вывел нас в Аскаин! Мы старались сделать все без лишнего шума и отправили делегацию, договориться о выдаче преступницы. Делегация так и не вернулась. Зато нам пришло письмо от Аскаина, что не мешало бы научиться себя вести. Это было расценено, как оскорбление. Мы поклялись, что найдем эту тварь, чтобы предать ее правосудию! Аскаин сообщил, что единственное, что может выдать нам, так это звиздюля!

Я сидела, словно статуя, слушая всю историю. Если это правда, то я даже не знаю, что думать!

— Грустная история, — меланхолично вздохнул король эльфов, глядя на меня недовольным взглядом.

— Так как на счет объединения армий? Ваши лучники смогут помочь нам в войне! — наседал оборотень, уставившись тяжелым, но очень умным взглядом на его надменное величество. — Вашим лучникам нет равных!

— Я прекрасно осведомлен о мастерстве своих воинов, — прохладно заметил эльфийский король, пока его оплетали руки «горема» от слова «женское горе». Я смотрела на эту красоту, понимая, что засадить он может только лес деревьями.

— Что ты творишь! — прошипел голос мне на ухо, пока «горем» ползал вокруг своего хозяина. — Ему не нравится! Видишь, как он на тебя смотрит? Давай, показывай желание! Смелее!

«Чтобы показать мужчине, что он — мужчина, и что предыдущая ночь прошла на «вау», попробуйте намекнуть ему! Если рядом есть банан, попробуйте эротично съесть его!», — шептали книги, а я глазами перебирала фрукты — овощи в тарелке в поисках заветного банана.

Рядом со мной извивалась в страстном порыве Бетти, постанывая так, словно ее за попу укусила змея. Сладко и демонстративно смакуя каждую ягодку ела виноград блондинка. По она ела виноград, оборотни доедали взглядами ее.

«Извините, бабанов нет!», — вздохнула я, беря в руку огурец. Я смотрю, что эльфы с едой не заморачиваются! «А теперь погрузите его в рот, нежно облизывая!», — рекомендовали книги, пока я вспоминала рисунок. Зеленый, длинный с пупырышками огурец был зажат в моей правой руке, как было показано на первой иллюстрации. Я поднесла его к губам, глядя, как король эльфов одобрительно кивнул, а оборотни пустили слюну. Стесняюсь спросить, они что? Огурцов не ели?

— Говорят, вы тоже собираетесь жениться на принцессе Алианоре? — внезапно поинтересовался предводитель делегации, не сводя взгляда с моего огурца. У меня пока что все получалось! Но потом я посмотрела на огурцовую попку и отгрызла ее зубами.

Мужики почему-то вздрогнули. Я сплюнула попку и пожала плечами: «Горькое я обычно отгрызаю!». Огурец не помещался в рот, но я была упорной, смачно хрустя им.

— Да, собираюсь, — высокомерно заметил эльф, разглядывая свои перстни. — Почему бы и нет? Лишняя земля не помешает! К тому же вы знаете, я испытываю порочную страсть к человеческим женщинам. Не так ли?

Я хрустела огурцом, засунув его за щеку, когда поймала вопросительный взгляд.

— Угу! — согласилась я, вспоминая наказание за вялое рвение.

— Это у меня любимица, — произнес король, взглядом намекая, что в фаворитках такими темпами я долго не задержусь. Буквально до того момента, когда за оборотнями захлопнется дверь. Чья-то рука уже активно расстегнула эльфу воротник, натирая его грудь с тем же усердием, с которым моя бабуля натирала окна.

— И вообще, — усмехнулся король эльфов, поднимая прекрасные глаза на оборотней. — Я не понимаю, почему я до сих пор разговариваю с вами, а не с вашим королем или принцем? Так дела не делаются. Мы с вами все равно не придем к согласию.

— Сегодня мы, а завтра вас! — грозно прорычал оборотень, теряя нить разговора от созерцания пышных форм других красавиц. Так вот для чего нужен гарем и весь этот цирк! Они просто отвлекают внимание от чего-то важного.

— А вот это правда, — произнес эльф, тряхнув роскошными волосами. — Мы живем в неспокойном мире. Но такие вопросы обсуждаются на уровне коронованных особ! Я отказываюсь дальше вести переговоры!

Он поднялся с подушек, пока женские руки тянули его обратно

— Все, девочки, прекратите, — ласково и даже как-то игриво произнес он, гордо вскинув голову. — Вечером я вас всех…

Делегация направились в сторону выхода. Как только дверь закрылась, на меня налетели другие горемычные работницы «горема».

— Ты что? С ума сошла? — шипели они. — Кто так соблазняет! Ты видела его взгляд! Да он с тебя три шкуры снимет за такое! Как только он называет кого-то любимицей, это к неприятностям! — шипела Бетти, пока я пыталась понять, что сделала не так.

— Ты можешь быть активней? Игривей? — спрашивала блондинка, чье имя я так и не удосужилась узнать. — Ну там бедрами…

— Я не понимаю смысла всего этого, — насупилась я, ерзая по подушке.

Мне принялись шепотом наперебой рассказывать. Из рассказа стало понятно, что двести лет назад, суперсекретная информация о личной жизни короля эльфов, а точнее про ее отсутствие просочилась в другие государства. Гордый эльф сильно расстроился, но вместо того, чтобы всерьез поговорить со своим стручком один на один, мол, что ж ты, дружок, меня так подводишь, он решил набрать гарем из человеческих девушек и демонстрировать его всем, кто появляется в его дворце.

— А я слышала о том, что двести лет назад одна прорицательница сказала ему, что правление его закончится навсегда из-за поцелуя! Я своими ушами слышала от пьяных охранников! А он решил перестраховаться! — прошептала Бетти, когда нас дружной толпой повели обратно. — Теперь не то, что поцелуи! Теперь женщины у него раз в сто лет бывают!

Я сидела на подушках, понимая, что сбежать из гарема у меня мало шансов. А отчет принцессе нужен уже завтра!

Бетти что-то рисовала на стене пачкая руки алым цветком.

— Не обращай внимания, — усмехнулась блондинка, вытаскивая из волос цветы. — Это она мужика рисует. Начала с главного. Чтобы не забыть, как он выглядит!

— И сколько вы уже здесь? — поинтересовалась я, глядя на атмосферу женской безнадеги.

— Я — десять лет. Бетти — семь, Элин — пять, Руда — четыре с половиной, — послышался голос, пока Бетти приставала ко всем с вопросом: «Похож или не похож?».

— Через пять минут на выход, — произнес охранник, высунувшись в двери. — У нас гости!

— Что? — изумилась я, глядя на взволнованные и счастливые лица горемык.

— Все-таки собираются подписывать договор! — радовалась Бетти, доставая из-под подушек еще одно платье. Все носились по комнате, снова прихорашиваясь.

— Так он же им отказал! — удивилась я, понимая, что жизнь в гареме имотента скучна и однообразна.

— Э, не! Мы так цену себе набиваем! Он всегда так делает, — усмехнулась рыжая, накручивая золотистый локон на послюнявленный палец. — Сначала нос воротит, а потом соглашается. Любит он, чтобы за ним побегали!

— Он у нас просто подарки любит. Особенно драгоценности. И любит, чтобы его задабривали! У него только за счет этих подарков казна и пополняется, — произнесла блондинка, пытаясь уложить волосы в прическу. — Без подарков он даже разговаривать не будет!

Погодите-ка! Если король эльфов договор подписывает, то… Я осмотрелась по сторонам, чувствуя, что сейчас, возможно, встречу одного знакомых оборотней. И меня тут же опознают! Караул! Что делать?

Я смотрела на приготовления, понимая, что нужно спрятаться. Но как? И тут мне на глаза попалось покрывало! Отличная мысль! Я вытащила его из-под подушек, залезла под него и занавесила лицо, оставив лишь прорезь для глаз. Теперь я — шпион под прикрытием одеяла!

— Эта прическа у тебя уже была! — слышались голоса. — Помоги мне платье застегнуть!

— Не обращай внимания, — произнесла Бетти, пытаясь соорудить на голове какую-то плетеную булочку, пока остальные подводили глаза и губы. — Просто мы каждый раз изображаем новый гарем! Кто виноват, что он всем рассказал, что у него триста наложниц? А столько девушек в лесу не … эм… как там правильно? О! Не заблуждается! Или не блудит! Короче, ты меня поняла.

— Гарем на выход, — лениво произнес охранник, пока мы дружной толпой двигались в сторону приемного покоя.

— Это что у тебя? — спросил эльф, глядя на мой костюм.

— Прыщ вскочил, — мрачно ответила я, пока охранник пытался припомнить, что это такое. Нас спешно вели по знакомому коридору, а я искренне надеялась на то, что меня помнят исключительно по убойному запаху бабушкиного парфюма!

Стоило нам войти и занять места, как дверь открылась, а к нам вошла очень импотентная ушастая персона, а следом за ней … принц оборотней в сопровождении мрачных телохранителей.

— Как вам мой гарем? — поинтересовался эльф, как можно небрежней. Он развалился на подушках, пока его опять обхаживали со всех сторон.

— А эта что в одеяло замоталась? — спросил оборотень, тряхнув знакомыми каштановыми волосами.

— Она просто очень красива, а я не хочу ее показывать лишний раз, — небрежно произнес король эльфов, подтягивая меня к себе. — Ее зовут…

— Венерическая мухоловка, — гнусаво представилась я, вспоминая экзотическое растение, которое видела в учебнике травологии. Просили цветочные имена? Вот вам отличное цветочное имя!

— О ее красоте слагают легенды, — продолжал король эльфов, пока Венерическая мухоловка смотрела на него из своей бойницы. Вот! Стоило замотаться с ног до головы, тут же комплименты пошли!

— Отлично! — произнес принц оборотней с явным интересом уставившись на меня. — Неужели ты и впрямь красавица?

— Да, — не своим голосом ответила я, пытаясь отогнать воспоминания о неприступном кресле, которое сначала ломалось- ломалось, а потом все-таки сломался. Еще бы, кресло из хорошей семьи! — Последний, кто смотрел на меня, ушел с вытекшими глазами…

— Думаю, что договор мы отложим, — усмехнулся оборотень, не сводя с меня заинтригованных глаз. Пока вы откладываете договор, я откладывают кирпичи! Подписывайте быстрее! — У меня есть условие, которое мы еще не обсуждали…

— Интересно, какое же? — величаво произнес эльф, откинув роскошные волосы себе за спину.

Внезапно оборотень подался вперед, пожирая меня взглядом.

— Я хочу, чтобы вы подарили мне эту девушку, — произнес принц оборотней, раздев меня уже мысленно догола. — Я обожаю красивых женщин… А поскольку о вашем гареме ходят легенды, я готов выкупить эту красавицу.

А как же кресло? Оно измены не простит!

Видимо, дураков не берут в эльфийские короли, поэтому эльф быстро смекнул расстановку сил.

— Я очень люблю ее, — произнес король эльфов, тут же притянув меня к себе. — Это — моя любимая наложница! И я не знаю, как я буду без нее жить…

— Хм… Я думаю, что как только мы отбросим врага к границам, — начал принц оборотней, едва ли не капая слюной. — Я готов отдать вам часть Веденского леса.

Эльф выразительно посмотрел на гостя, потом перевел взгляд на меня, прижимая так, словно завтра женится на мне, а потом покачал головой.

— Хорошо, я отдам весь Веденский лес! — торговался оборотень, едва ли не рыча от вожделения.

— Разве можно продавать свою любовь? — удивился эльфийский король, целуя меня в одеяло. — Мы — эльфы древний народ. Тысячелетия заставили нас ценить то прекрасное и светлое чувство, которое вы называете любовью! И нет для нас ничего ценней любви! Поэтому весь Венедский лес и сто тысяч золотых!

— Сто тысяч? Многовато, — замялся оборотень, пока эльф умудрился одновременно поправить свой камзол и экономику эльфийского государства.

— Вот и я про то же, — заметил эльфийский король, как можно более равнодушно. — Просто слухи о ее красоте дошли до Аскаина…Аскаин предложил мне куда большую сумму.

— Я готов заплатить сто тысяч, — прорычал оборотень, а на лице короля эльфов отразилась печаль. — И заберу ее тут же!

— Я предлагаю вам остаться на ночь, — тут же заметил король эльфов, пытаясь украдкой заглянуть в мою палатку. Его там ждала неидеальная кожа, секущиеся кончики и много других приятностей, каждый день радующих меня в отражении. Даже небольшой животик ждал его и никак не мог дождаться. — А утром вы заберете свою красавицу…

Да вы что? Неужели! Животик, прыщики и секущиеся кончики ждут своего звездного часа!

— О, как томительно ожидание, — заметил оборотень, не сводя с меня взгляда. — Не могу дождаться…

— Я распоряжусь, чтобы вам отвели покои, — небрежно махнул рукой эльф, а оборотни удалились, пытаясь отойти от впечатления. Страж увел завистливый гарем, тут же записавший меня кровью в злейшие враги. Туда мне лучше теперь возвращаться только в случае, если обзаведусь запасной жизнью.

Осторожная рука эльфа оттянула покрывало, чтобы оценить мою неописуемую красоту, а после трех — четырех морганий в его глазах застыл немой вопрос. Видимо, вопрос арестовывался к матушке — природе, но та честно развела руками: «Я и так в свой выходной решила поработать!».

Он еще раз робко потянул на себя покрывало, пытаясь сверить первое впечатление со вторым. Мне кажется, он сейчас заплачет! Еще бы! Я устала уже корчить эту жуткую рожу с вывихнутой челюстью. Охрана, стоявшая над эльфом переглянулась, видя бледность своего владыки.

— Быстро! — приказал он, кивая на меня, — Сделайте с ней что-нибудь! Завтра утром она должна быть… эм… ну вы поняли!

Он сдернул с меня покрывало, а охрана тут же побледнела. Кто-то шепотом предположил, что единственным способом исправить мое лицо было бы — отрубить мне голову. У меня уже челюсть свело, корчить из себя сногсшибательную красоту.

— Пусть займутся ею! Я еще зайду и проверю! — занервничал король эльфов, понимая, что сначала его ждет возвращение оборотней, а потом развращение эльфа. Причем, в грубой неестественной форме.

Меня схватили под руки и поволокли куда-то по красивым коридорам. Дверца, покрытая плющом открылась, а на нас взглянули эльфийки.

— Вот, сделать из нее … красавицу! Приказ его величества, — передала охрана приказ, пока я смотрела на роскошную купальню. Меня оставили вместе с покрывалом, а эльфочки уныло переглянулись.

— А где у вас туалет? — жалобно спросила я, с досадой замечая, что эльфочек здесь не меньше пяти.

— Там, — мелодично ответила красавица с венком, вплетенным в волосы. Мне указали тонкой рукой в сторону дверцы, и тут же собрали ушастый консилиум.

Я скинула покрывало, направляясь в сторону санузла. Если там есть хоть подобие окна, попробую сбежать! Дверь открылась, я вошла, приготовившись к облегчению. На полу стояла вазочка с какой — то странной травкой, а рядом точно такая же с огромным наполовину ободранным лопухом. Лопух колосился, а я попыталась понять, как пользоваться этим устройством!

Я подняла юбку, обдирая заранее лопушок. Закончив со своими делишками, я воспользовалась лопухом, который бросила поверх травы. Одернувшись, я гордо вышла из комнаты, слыша, что кто-то из эльфок решил свести счеты с бессмертием, понимая, объем работы.

— Давайте попробуем маску, — предложила самая маленькая с замысловатой косой, напоминающей рыбий хребетик. — Ой, погодите! Его величество просил принести его успокаивающую траву для разжевывания! Совсем забыли!

Она нырнула в сторону туалета, а потом вышла, бережно прижимая к груди тот самый горшочек с травкой. В ее руках было несколько лопушин. Я даже отвернулась, слыша, как чикают ножнички.

Меня повели в купальню, наполненную травами. Вода в ней была зеленой, мутноватой, похожей на канализационные стоки. Через час я лежала с каким-то лопухом на лице. На волосах была жиденькая кашица из трав, которая мерно капала на пол. Сквозь прорези в лопухе я видела, как эльфки переглядываются, пытаясь почистить мои пальцы и привести их в должный вид.

— Что она ими делала? — удивлялись они, разглядывая мой обгрызенный ноготь и пытаясь спилить его. Из гарема мне удалось выбраться! Осталось выбраться из замка эльфов! А это задача не из легких!

Лопух отпал с лица, а мои косметологи смотрели на меня так, словно уже не в первый раз вспомнили отдых матушки природы. Я со вздохом зависти смотрела на их идеальную кожу, на их ухоженные волосы и легкий макияж. Точеные фигуры вызывали у меня приступ мучительной зависти, поэтому я что есть силы втягивала живот. «Ой, да ладно тебе!», — заурчал живот. — «Хорошо, сделаю вид, что меня нет!».

— Ненавижу людей, — усмехнулась одна из эльфок, натирая меня какой-то зеленкой. — Не представляю, как Анвиэль решился жениться на этой Алианоре! Мы будем жить бок о бок с такими мерзкими и уродливыми людишками!

— Ты представляешь себе, сколько живут они, а сколько мы? А теперь подумай сама! — ответила та самая, миниатюрная, до блеска полируя мои ногти. — Он женился на ней, а ее уже нет. Состарилась и умерла! Зато государство ее эльфам отойдет!

— Я слышала, — заметила красавица с серьгой. — Он каждому обещал людей в качестве слуг! А что? По-моему очень удобно! Я бы не отказалась от парочки человечков!

Судя по нарастающей панике, результат даже не собирался сдвигаться с мертвой точки. «Ну, кожа стала ровнее!», — утешали себя красавицы, отчаянно сражаясь в битве за мою красоту. То, что результатов можно не ждать, я поняла по их тоскливым и вытянутым лицам.

— Может еще раз наложим? — спросила эльфийка со сверкающей серьгой в левом ухе. Надежда в ней умирала в страшных конвульсиях, пока остальные соглашались.

С меня смыли всю зеленую гадость, а потом вытряхнули из ванной, пытаясь нацепить эльфийское платье.

— Сиди и не вертись, жаба, — произнесла надменная эльфка, глядя на меня снисходительным взглядом.

Жаба? Это ты зря! Я не выдержала и плеснула на нее водой.

— Ииии! — завизжала эльфка, сплевывая воду и вытирая лицо. Я посмотрела на нее, видя, как алебастровая кожа стекает белыми слезами, обнажая рытвины, морщины и ухабы, на которых повозкой не развернуться. Ресницы, которые до этого момента вызывали у меня чувство глубокой зависти, решили покинуть один глаз, отпав на подол платья, а изумительная бровь потекла волосками по щеке.

Эльфка бросилась к зеркалу, достала флаконы и стала стирать свое лицо, пока остальные красавицы смотрели на меня с осуждением. Из отражения на меня злобно смотрели обычные глаза, которые растирали каким-то пушистым одуванчиком, смоченным в зеленом лосьоне. Тонна косметики снова ложилась на лицо, превращая его в надменную фарфоровую маску, а ресницы вернулись на место и захлопали кокетливо и чуть смущенно.

— Еще раз так сделаешь, — прошипела эльфка, с ненавистью глядя на меня. Мой взгляд пробежал по лицам других эльфиек, которые выглядели почти идентично.

— Я губы нормально сделала? — спросила пять минут как красавица, обращаясь к подругам. — Не криво? Нет?

— Да отстань ты со своими губами! Я в корсете не могу нагибаться! — заныла самая маленькая красавица, делая жалобные глаза.

Меня вытащили из купальни, стали сушить, накладывая на лицо все тот же белоснежный тон. Одна эльфка уже несла длинные пряди волос, которые крепили в мою прическу.

— Не вздумай улыбаться! Иначе все осыплется! — прошипела невежливая красавица, все еще проверяя ровность тона на своем лице. Мысли о том, что этой косметичкой пользуются не только остроухие девочки, но и остроухие мальчики, не давала мне покоя. Еще бы! За тысячу лет можно научиться делать отличный макияж!

— Не верти сильно головой, — предупредила вторая, расправляя пришитые волосы. — Иначе отлетят!

— Держи голову ровно, — иначе ресницы отпадут! — инструктировала меня третья эльфка, пытаясь накрасить мои губы.

— Ну как? — спросил надменный голос, а эльфочки тут же выстроились в ряд. Теперь я поняла, почему они не улыбаются!

— Вполне неплохо, — произнес красавец — король, жестом выгоняя красавиц за двери. — Как для уродливого человека очень даже сносно.

Он обошел меня со всех сторон, критично осматривая и довольно кивая.

— На фоне жалких людишек ты будешь смотреться первой красавицей! — заметил он, присматриваясь к моему тугому корсету. Я присматривалась к нему, прикидывая, когда лучше осуществить свой план. Стражи вроде нет, служанок тоже…